7. О мороженом и заботе

На улице стояла знойная жара. Лето уже давно вошло в свои права, и его солнце нещадно палило, отбирало у людей живительную прохладу. У Самекичи дома не было кондиционера, как, впрочем, и вентилятора, поэтому приходилось спасаться по-иному. Весь его холодильник был забьит прохладительными напитками, а ещё они с Ваданохарой только что достали из морозилки мороженое. Сам он не то чтобы любил его, как, в общем-то, и многие другие сладости, однако всё равно всегда держал парочку про запас. И ведь пригодились же. Ваданохаре достался пломбир, а самому Самекичи — фруктовый лёд. Он безучастно ел его, лениво развалившись на диване. Иногда он краем глаза поглядывал на Ваданохару. Она, в отличие от него, выглядела вполне себе довольной. С удовольствием уплетала мороженое, иной раз даже не заботилась об осторожности. С ним, Самекичи, она могла порой позволить себе побыть неряшливой. Эта черта тоже нравилась ему в ней. Однако… В какой-то момент он заметил у неё на щеке пятнышко от мороженого. Видимо, она так увлеклась, что совсем не обратила внимание, как запачкалась. Вот же глупая. Самекичи вздохнул и, отложив уже пустую палочку от фруктового льда на стол, потянулся за салфетками. Их он тоже предусмотрительно держал на виду. Так, на всякий случай. Выцепив среди кучи салфеток одну, он осторожно приблизился к Ваданохаре и стал аккуратно вытирать пятнышко. От неожиданности та вздрогнула и замерла на месте. — Что ты делаешь, Самекичи? — растерянно пробормотала она. — Не шевелись, — лишь попросил он. Она его просьбу выполнила: замерла и не дёргалась. Казалось, даже не дышала. Когда же он закончил, то бросил грязную салфетку к остальному мусору. — Вот так. Тебе стоит есть аккуратнее, Ваданохара. — П-прости… — она смутилась и отвела взгляд. Самекичи на это лишь улыбнулся и прикрыл глаза. Пожалуй, сегодняшний день не так уж и плох.