16. Куртка

Ваданохара стояла возле большого зеркала в полный рост и разглядывала своё отражение. Куртка Самекичи сидела на ней нелепо, прямо как на ребёнке, который нацепил на себя какую-нибудь вещь взрослого. Она была ей велика, и Ваданохаре приходилось подворачивать рукава, чтобы они не казались такими длинными. Пушистый ворот чуть закрывал её лицо, приятно щекоча кожу. Словом, выглядела она сейчас более чем забавно. Но ни на что не жаловалась. Закутавшись потеплее, Ваданохара уткнулась носом в мягкий белоснежный мех. От него пахло Самекичи. Запах моря, мяса и крови смешался в одно, и потому получался невообразимый аромат. Возможно, для кого-то другого он был бы отвратным, но ей нравился. Он ассоциировался у неё с Самекичи, с самыми приятными мгновениями жизни. Впрочем, как и сама эта куртка. А ещё в ней было тепло. Самекичи носил её постоянно, поэтому она успела пропитаться им во всех смыслах. — Уютно, — протянула Ваданохара, и на её губах расплылась счастливая улыбка. На душе было спокойно, как в чудный летний день. — Не понимаю, зачем тебе вообще это понадобилось, — Пробурчал Самекичи. Он стоял подле неё, скрестив руки на груди, и размахивал хвостом. Видеть его без куртки было непривычно, но оно всё-таки того стоило. — Мне просто хочется быть ближе к тебе. А ещё твоя куртка тёплая, — просто ответила Ваданохара. Она перевела на него взгляд и поправила рукава. — Ты можешь надеть мою шляпу, если хочешь. В качестве компенсации. Самекичи вздрогнул, а после его лицо вдруг покрылось румянцем. Он тут же поспешил отвернуться, смущённый её словами. — Нет уж, спасибо. Я пошёл. Куртку можешь оставить на кровати, когда наиграешься, — быстро проговорил он, после чего ретировался из комнаты. Ваданохара проводила его взглядом и тихо рассмеялась.