26. Святая

Самекичи замер на месте, неотрывно глядя на стоявшую напротив Ваданохару, и затаил дыхание. Мир вокруг как будто бы исчез, испарился, перестал иметь для него значение. Важной была лишь она, Ваданохара, одетая в красивое бело-красное широмуку . Она в нём была похожа на ангела, спустившегося с небес. Нежная, чистая и невинная. Святая в его глазах. Ваданохара улыбалась ему нежно-нежно, любяще, счастливо. И от улыбки её в груди зарождалось нечто невероятное, тёплое, не похожее ни на что из того, что он когда-либо испытывал. Это чувство тягучей патокой растекалось по телу, заполняло собой каждую клеточку, каждый сосудик. А Самекичи продолжал стоять на месте, словно околдованный, и смотреть. Смотреть прямо на неё. Ту, кто когда-то давным-давно спас его. Ту, ради кого он был готов на всё. Ту, кто стал для него смыслом жить дальше. Ту, кто теперь отныне и навеки будет его женой. — Я люблю тебя, Самекичи, — полушёпотом произнесла Ваданохара. Глаза её в этот момент необыкновенно сверкали, и сияние это говорило больше, чем любые слова. — Я тоже люблю тебя. Больше всех на свете, — так же тихо ответил ей Самекичи, и на его губах тоже расплылась улыбка, полная нежности, любви и счастья. В тот день они дали клятву вечной любви. В тот день они навсегда остались вместе. Морская ведьма и её фамильяр. Святая и её защитник.