Кошмар

      Порой, закрывая глаза, наяву или во сне, перед лицом разыгрываются события, произошедшие много лет назад, но не так, как они происходили тогда. Воображение перестраивает воспоминания. Казалось бы, небольшие детали меняются, до неузнаваемости разрушая картину произошедших событий. «А что, если бы» порой тревожат сердце, не давая уснуть по ночам или наоборот приходя в сновидениях, заставляя вскрикивать в полной темноте от ужасов ночных кошмаров. Сирше было двенадцать и события шестилетней давности иногда до сих пор находили отголоски в её снах.       Она лежала дне лодки, уткнувшись носом в промокшую шерсть Ку, пока отец грёб веслами, ведя лодку по штормовым волнам. Она была без сил и не могла даже открыть глаз, чтобы в полной мере узреть ужаснейшую картину, что разворачивалась в тот момент перед ней.       Особенно в такие ночи, как эта. Ночь перед Хэллоуином. Когда дата медленно подкрадывалась отметкой на календаре, в их доме на маяке происходили почти незаметные постороннему глазу изменения.             Слегка опустившееся лицо отца, минутные зависания Бена над его новым блокнотом, неловкая тишина, зависшая над их обеденным столом. То, как Сирша украдкой смотрела на море.       Они стали настоящей семьёй, гораздо счастливее, чем они были когда-либо. Но это не могло бесследно стереть то, через что они прошли. Они смогли смириться с их общей потерей, но..       Плохие дни случаются, верно?       Всё, что она смогла услышать это имя её брата, криком вылетевшее из уст её отца и небольшой всплеск, почти неотличимый от волн, что бились о борта лодки. Но этот был другой. Словно что-то упало в воду.       Она из последних сил приоткрыла глаза, чтобы увидеть, как отец прыгает в бушующее море. В лодке осталась только она и Ку.       Только она и Ку…       Бен       Дни после её Дня Рождения были именно такими.       Дальше шли мучительные минуты неизвестности, наполненные лишь жестоким завыванием ветра, хлёстаньем воды и её тяжелым, увядающим дыханием. Она почти ничего не чувствовала. Руки и ноги онемели от холода. Скорее даже не внешнего, а внутреннего.       Тут борт лодки накренился. Тяжелым грузом упал возле неё отец, прижимая что-то к груди. Плечи его содрогались, его било крупной дрожью, а Сирша ждала, когда он поднимет голову и посмотрит на неё.       Она ждала и ещё ничего не знала.       Такой день был и сегодня. Тридцать первое октября. День волшебства, приключений. И, чего таить, кошмаров.       Отец медленно поднял голову. По его лицу текли слёзы. Его выражение было изуродовано ужасом. Она вздрогнула.       И в этот момент она опустила взгляд ниже и увидела ношу в его руках.       Он был бледным. Милые духи, какой он был бледный. Светлые волосы прилипли к глазам и носу. Её белая шкура вывалилась из его пальцев.       Бен выглядел мёртвым.       Этот был самый частый. Этот был самый страшный.       Отец давил ему на грудину, зажимал нос и вдувал воздух.Он повторял этот порядок.       Ку страдальчески завывал в унисон с ветром. Молнии озаряли небосвод, гром был таким громким, наравне с бешено колотящимся от ужаса в груди сердцем.       И повторял.       Лодку окружили тюлени. Море стремительно успокаивалось, белые светлячки с глухим звоном подлетали к ним, садясь рядом с ними, кружа над головами, окружая Бена.       Повторял.       Всё вокруг замерло, ничего больше не издавало звуков, отец с ужасным вскриком отскочил в другой конец лодки и прижав голову к груди, вцепившись в волосы, зарыдал.       Грудь Бена больше не вздымалась.       Она открыла рот и закричала.       Сирша с вскриком вскочила с постели. Ладони вспотели, сердце заходилось в бешеном ритме, а в глазах стояли не пролитые слёзы В коридоре послышались спешные шаги и дверь в её комнату открылась.       Она повернула и голову и встретилась взглядом с взволнованными голубыми глазами.       Живой, дышащий и невредимый Бен направлялся к её кровати. Он уже был не тем маленьким, нескладным мальчиком из её воспоминаний и снов. Выросший на 30 дюймов, став сильнее, оставив внутри ту доброту и смелость, он продолжал быть её настоящим защитником. Даже несмотря на то, что в большинстве случаев враги были не материального плана.       Сирша тут же вцепилась в него и позволила наконец слезам потечь по её лицу. Он тихо шептал ей на ухо заверительные слова, что всё хорошо, но она не слушала его. Она погрузилась в его голос, его дыхание, ровный ритм сердца. Да, всё было хорошо, всё было хорошо.       - Как насчёт какао и парочки историй с хорошим концом? - Бен провёл рукой по волосам Сирши. В его голосе слышалась улыбка. Она знала, что он знает, что ей снилось сегодня.       Она фыркнула ему в грудь, но не могла сдержать ответной робкой улыбки.       - Мне не шесть лет, - пробурчала она, продолжая улыбаться.       - Хээй, в твои двенадцать я только ими и грезил- закатил глаза Бен и встал, подавая ей руку с приподнятой бровью, - ну не хочешь, как хочешь.       Сирша схватила его за руку и босыми ногами ступила на пол.       - Вообще-то, я не говорила нет, - сказала она и босая потопала на кухню, пока позади звучал звонкий голос брата.       Да, плохие дни бывали, но у неё были те, кто будет рядом и спасёт её от кошмаров прошлого.