От Смерти

Город был погружен в смятение. Многоэтажки, некогда символы прогресса Альт-Сити, стали молчаливыми свидетелями жестоких столкновений между революционерами и полицией. Питер, один из бывших Наблюдателей, теперь оказался на другой стороне баррикад. Его участие в конфликте не было простым выбором; но он решил выбрать сторону Винса и мертвого Вольдемара.Впереди должна была состояться решающая битва. Питер знал, что полицейские силы, вооруженные передовыми роботами и смертоносными боеприпасами, нацелились на подавление восстания. Революционеры, вооружённые лишь транквилизаторами, оказались в неравной схватке. Он понимал, что действия его товарищей могут привести к большим жертвам, поэтому это была их последняя попытка восстановить справедливость.На крыше одной из многоэтажек, откуда он наблюдал за движением, Питер время от времени вспоминал свои прежние задания. В эти моменты он не был просто Наблюдателем; он был частью системы, которая когда-то верила в защиту и порядок.Он видел как тела распротошеные, сплющенные и простреленные валялись на улице города. Он посмотрел на тело своего знакомого. Акс сражался даже тогда, когда был подстрелен и лишён ноги . Но его убила граната, оторвавшая ему голову. Из головы текла венозно-красная кровь, были видные оторвавшееся челюсть и часть мозга. Сейчас, наблюдая за безысходностью своих друзей, он понимал, что настал момент выбрать сторону. Лум выглядел как сломанная кукла, и в месте сломов были видны кости и текла кровь. В головах многих революционеров Сияния была надежда, а у него — сожалении.Внезапно раздались крики капитана Дейва, призывающего к действию. Питер, решив не откладывать, оперативно спустился вниз, собирая в своей голове информацию о последних передвижениях полиции. Он знал этот район, этого врага, и использовал все свои навыки, чтобы адаптироваться к ситуации. Каждый шаг приближался к неизбежному столкновению. Когда он присоединился к своей команде, Питер увидел решимость в глазах своих товарищей. Лицо Дейва выражало смесь страха и полной уверенности — неотъемлемая часть битвы. Все знали, что они борются не только с роботами и полицейскими, но и с системой, которая предала свои идеалы и была не создана ими.С началом конфликта крики обрывались, и звуки падающих тел наполняли пространство. Ловкость Питера и его опыт Наблюдателя позволили ему эффективно использовать свои транквилизаторы, но даже его точные выстрелы не могли вернуть спокойствие, когда знакомые приходилось уворачиваться от атак высоких полицейских дронов, а некоторые помирали с телами что были как решето. Каждый выстрел был в противовес свинцовым дождям, падающим с небес. В тот момент, когда он увидел, как один из его близких товарищей, Питер ощутил, что все ещё больше наполняется сожалением. Он знал, что теряет близкого знакомого, и это чувство стало для него подавляющим. Он бросился к своему Лиану, продолжая бороться, потому что любой его шаг мог стать решающим. Инстинкты на поле боя заполняли его, и он знал, что должен использовать свои навыки до последнего.Битва разгорелась, и все больше его товарищей оказывались в опасности. Каждый момент затягивался, время теряло значение, когда между ними и полицейскими роботами завязалась ожесточённая схватка. Несмотря на то, что Питер знал, как обходить ловушки в бою, у него это не всегда получалось: напряжение нарастало, и шансы таяли.Тем не менее, даже в самых мрачных уголках этого сражения, Наблюдатели, ставшие революционерами, ощущали единство. В глазах каждого искрилось решимость; это была не просто битва, это была борьба за право на свободу. Питер понимал, что даже предательство системы не могло затушить надежду.Когда схватка достигла своего пика, и боевое напряжение достигло предельной точки, Питер ощутил, как его дух наполнился твердой решимостью. Несмотря на потери и страдания, он знал, что находился на правильном пути, и отвага его команды не могла быть сломлена. Резко он оказался в засаде, а его знакомые валялись трупиками перед ним, один из полицейских стреляет в него. В какой-то момент он думает что подвёл всех: Акс,Лум, Лиан, Кавински, Вольдемара, Дейва и себя. Вспышка.