***

В особняке мадам мэра Реджины Миллс сквозь раскрытые окна и двери гуляли сквозняки. Стёкла дрожали от порывов ветра, двери хлопали, создавая оглушительный грохот. Дом казался пустым и покинутым, одиноким, как и сама Реджина. Она появилась в клубах фиолетового дыма, прошла в гостиную и с безразличием опустилась в кресло. Проклятие снято, Эмма Свон – Спасительница – спасла всех. И все жители Сторибрука счастливы, кроме неё. Злая Королева не заслуживает счастливого финала. В погоне за властью, за лихорадочным желанием всё держать под контролем, Её Величество упустила самое главное – любовь. Но, погружаясь в тяжёлые размышления, Реджина отдавала себе отчёт в том, что в этом была не только её вина. Юная принцесса всю свою жизнь собирала любовь по крупицам. Холодная мать, Её Величество королева Кора часто отмахивалась от неё. Нерастраченная любовь маленькой девочки доставалась королю Генри, её отцу, а после, когда она стала старше, то искренне и взаимно полюбила милого юношу Дэниэла. – Мама, сколько же боли ты мне причинила, – Реджина раскрыла медальон с портретом Коры. – Ты никогда не слышала меня и навязывала свою волю. Она выпустила медальон из рук, и тот упал рядом с креслом. Нарисованная Кора, казалось, внимательно слушала дочь и вот-вот что-то сказала бы ей в ответ. Блуждающая во тьме и живущая местью Реджина слишком долго шагала по пути разрушения, и никто не мог остановить её. Показать, что есть другой путь, что ведёт к свету. Да, он долгий и трудный, лишающий подчас сил и надежды, но тому, кто всё же решает пройти по нему, всё обязательно возвращается сторицей. Последний лучик света – приёмный сын Генри – отрёкся от Злой Королевы. Это причиняло такую страшную боль, что хотелось вырвать кровоточащее сердце из груди и сжать его изо всех сил. Единственное, что всё ещё оставалось при ней, – магия и власть. Но они неспособны понять и поддержать, подарить немного тепла и врачующих душу объятий. Когда-то давным-давно маленькая принцесса Реджина познавала мир и училась любить. Каждый робкий росток любви, тянувшийся к свету, безжалостно вырвала и растоптала Кора. Мама мадам мэра всегда прикрывалась тем, что лучше знает, чего достойна её дочь. И только когда Её Величество Злая Королева добровольно себя прокляла, лишив себя возможности когда-нибудь родить ребёнка, королева Кора поняла, как далеко она зашла, но уже было поздно. Годами ломая дочь, обладающую нежной ранимой душой, Кора окончательно её сломала. – Я думала, что, сбежав в другой мир, причинив боль многим людям, я почувствую удовлетворение. На какой-то краткий миг так и произошло, но быстро потеряло для меня всякий смысл. Я не знаю иного пути, мама. Уже нет. Я слишком долго сеяла семена зла, и, поверь, они дали свои всходы. Вряд ли во всём чёртовом мире остался хотя бы один человек, который бы мог меня если не полюбить, то хотя бы понять. Слезы катились по щекам мадам мэра, размазывая тушь. Холод, который приносили сквозняки, пронизывал её до костей, просачиваясь сквозь тонкую шёлковую блузку и строгую юбку-карандаш, но она не обращала на него внимания, купаясь в своей боли. Реджина любила Генри, как умела. Она полагала, что никогда не повторит ошибок своей матери, но поступала точь-в-точь как Кора. По-другому у Её Величества уже не выходило. Любящее сердце зачерствело, боль потерь и горечь расставаний разрушили то прекрасное, что в нём оставалось. И та крохотная частица любви, что каким-то чудом ещё теплилась глубоко в душе, досталась приёмному сыну Генри Миллсу. Но он отверг это, переметнувшись к своей биологической матери Эмме Свон. Реджина подошла к зеркалу, магией осушила свои слёзы, подправила макияж. Вернув себе самообладание, она преобразила собственное отражение. Из зеркала на неё глядела гордая Злая Королева, повторявшая каждый жест вслед за мадам мэром. Красивая и уверенная в себе снаружи и совершенно разбитая внутри. Реджина Миллс никому не показывала себя настоящую слишком давно. Даже самой себе. Она закрыла глаза и обняла себя руками. Жители Сторибрука наверняка праздновали освобождение от проклятия и веселились. Глупые и наивные люди, но такие счастливые, способные находить радость даже в мелочах. В какой-то миг Её Величество Реджина почувствовала на плечах тёплые и знакомые ей руки. Медленно сделав шаг вперёд, она высвободилась и обернулась: перед ней стояла её мать, Кора. – Ты не одна, дорогая. Я здесь, с тобой. *** Эмма Свон по большей части разделяла чувства веселившихся сторибрукцев. Она обрадовалась тому, что спустя двадцать восемь лет обрела родителей. В кафе «У бабушки» собралось так много знакомых и не очень лиц. В честь Спасительницы поднимали бокалы с вином или кружки с пивом. Благодарные жители превозносили её, называя самыми лестными эпитетами. С её сыном Генри возился счастливый Дэвид Нолан, отец Эммы. При виде этой картины сердце пело от счастья, но шериф не позволяла себе полностью окунуться в атмосферу всеобщего счастья и благоденствия. Победа добра над злом и давнее разрушенное проклятие принесла всем радость и счастье, но досталась ценой боли и горя мадам мэра Реджины Миллс. Сторибрукцы, вспомнившие свои прошлые жизни, именовали её Злой Королевой и никак иначе и не желали с ней встречи. А что насчёт самой Спасительницы? – Эмма, что с тобой? – Мэри-Маргарет, её мама, отвела её в сторону, чтобы поговорить. Свон мотнула головой в сторону выхода, и они вышли из кафе. Сильный пронизывающий ветер бросился им в лицо, обдал холодом, но не сумел проникнуть сквозь куртку Эммы и пальто Снежки. – Мэри-Маргарет, ты считаешь, что мир делится на чёрное и белое. А я уверена, что в нём множество оттенков. Тебе не кажется, что здесь сейчас кого-то не хватает? От внимания шерифа не ускользнуло вмиг помрачневшее выражение лица матери, словно приставучий ветер сдул всю радость Мэри-Маргарет Бланшар. Белоснежке не требовалось ничего говорить вслух, потому что Эмма читала её как открытую книгу. Кивнув, Свон зашагала прочь от кафе, ярких и жизнерадостных огней, во тьму, которую освещали блёклые фонари. Она забыла свои вязаные перчатки в кафе на столике, поэтому, обмотав длинным шарфом руки, грела их, прижимая к груди. Чем дальше Эмма Свон удалялась от заведения, тем больше усиливались порывы ветра. Листья и мелкие ветки кружили в воздухе, как миниатюрные смерчи, но Свон шла вперёд. Спасительнице сперва казалось, что она идёт бесцельно, но, когда кафе «У бабушки» скрылось из виду, Свон поняла, что практически дошла до дома мадам мэра Реджины Миллс. Ступив на подъездную дорожку, Эмма окинула настороженным взглядом большой и величественный, под стать его владелице, белый особняк. Входная дверь была приоткрытой и манила заглянуть внутрь. Пройдя несколько шагов вглубь дома, Свон обратила внимание на то, что свет горел только в гостиной. Реджина сидела на полу, обнимая какую-то женщину. Она плакала, не сдерживая себя, тормошила остававшуюся неподвижной женщину. Подойдя ближе, Эмма Свон узнала в умершей Кору. Спасительница ахнула и опустилась на колени рядом со Злой Королевой. Она не знала, что должна сказать, как могла бы утешить Реджину, но интуиция подсказывала: ей стоит находиться рядом. – Мисс Свон, мне следовало бы вас убить. Вы здесь весьма некстати, – раздался глухой голос Королевы. – Как вам угодно, мадам мэр. Но что-то мне подсказывает, что сейчас вы нуждаетесь в компании. Реджина хмыкнула, но не прогнала Эмму Свон. Окажись на её месте кто-то другой, он не избежал бы королевского гнева. Присутствие шерифа раздражало, но Миллс могла потерпеть её рядом с собой. Она встала с пола, отряхнула юбку и наколдовала для матери хрустальный гроб, на который положила маки. Кора любила их сильнее, чем розы. Она переместилась на кухню, и Свон последовала за ней. Достав из кухонного шкафчика бутылку виски и два рокса, Реджина наполнила их до краёв. Эмма молча взяла свой бокал, и они выпили, не чокаясь. Когда бутылка опустела наполовину, Реджина говорила, а Эмма слушала. Королева Кора вернула своё сердце и поняла, сколько зла причинила дочери. Она призналась во всём: что годами держала собственное сердце вырванным и надёжно упрятанным подальше, что у неё есть ещё одна дочь Зелена, старшая сестра Реджины, живущая в стране Оз. – У волшебства всегда есть цена. Мама пожертвовала своей жизнью, чтобы избавить меня от проклятия, и теперь я могу родить собственного ребёнка. От горечи, сквозившей в словах Её Величества, Спасительница почувствовала себя не в своей тарелке. Откровенность Реджины, вызванная смертью Коры, её открытость обезоруживала, но в то же время разбивала сердце. – Реджина, – Эмма протянула свою руку и нерешительно сжала кисть мадам мэра. – Я соболезную твоей утрате. Если ты однажды захочешь родить своего ребёнка, помни: Генри всё ещё остаётся твоим сыном. Злая Королева подарила Спасительнице полный недоверия взгляд и всё-таки позволила надежде появиться. Она не отняла руки, с самого появления Эммы слишком поражённая её участием. – Со своей стороны я предлагаю начать наше знакомство с чистого листа. Привет, я Эмма Свон! Рада познакомиться с приёмной матерью Генри. Краткое рукопожатие вызвало усмешку Реджины Миллс. Возможно, пройдя множество испытаний, иногда и Злая Королева получает свой шанс стать счастливее? И чёрная полоса так или иначе сменяется белой полосой. Как знать…