глава 2

— Сандей, можно войти? — спустя пару дней Келус вновь стоял напротив знакомой двери, но в этот раз из-за нее были слышны едва различимые всхлипы.       И снова, дверь по какой-то причине была не заперта, парень зашел в комнату, предусмотрительно заперев ее за собой. Сандей охнул и поспешно натянул на себя одеяло, судорожно сглатывая. Подойдя ближе к кровати, Келус заметил подрагивающие крылышки на шее мужчины. — Я… — Уйди. — Сандей… — в голове тут же будто что-то щелкнуло и Келусу неожиданно захотелось выйти.       Он уже и забыл, что галовианцы славились контролем чужих мыслей. Голова от такого начала побаливать; подобное влезание в мозг в принципе было неприятно. Парень схватился за голову, против воли отходя от кровати в сторону двери. — Я… Я из-за Робин, — уже идя к двери произнес Келус, не особо рассчитывая, что этот обман сработает. — Она… — Сандей замешкался, ослабив контроль. Первопроходец тут же воспользовался этим, развернувшись обратно к нему и почти что прыгнув к кровати. — А!       Келус прижал его к кровати, не забывая об осторожности и стараясь давить только на конечности: создавать внутри Сандея омлет совершенно не хотелось. Галовианец ерзал, периодически издавая тихое фырканье. — Что это значит? Слезь с меня, — мужчина болезненно нахмурился и поджал губы. И это стало для Келуса знаком. — Твоя сестра в порядке, правда, — сказал он. — Но она попросила меня помочь тебе с… родами? Наверное это можно назвать родами, да.       Сандей в шоке округлил глаза — Робин рассказала ему? Почему из всех людей именно ему? До него довольно быстро дошло, что она никак не могла знать, что ему надо откладывать яйца именно сейчас. — Ты рассказал ей. — Потому что волнуюсь, — ответил парень. — Сандей, ты — часть команды экспресса. Мы все переживаем и помогаем друг другу. Позволь помочь тебе с этим.       Первопроходец не отрывал взгляд от галовианца, наблюдая как тот все продолжает хмуриться и как его дыхание начинает сбиваться. «Ну же, — думал Келус, — не будь таким упертым». — Я обещаю, что никто не узнает, — добавил он и медленно отпустил чужие конечности, присаживаясь на край кровати. — Я даже смотреть туда не буду.       Сандей хмыкнул, тяжело выдыхая: яйца внутри продолжали давить, из-за чего он с тихим охом сел в кровати. Если бы только с ним сейчас сидела Робин и снова помогала ему с этим… — Она все тебе объяснила? — недоверчиво уточнил он. — Да. Она сказала, что тебе нужна поддержка и что не стоит мешать. Так? — Так. — согласился Сандей и взялся за одеяло, поднимая на парня взгляд. — Сядь за мной.       Келус подполз ближе и устроился между спинкой кровати и мужчиной, тот прижался спиной к его груди, охая от потянувшей боли внизу живота. — Обними меня, — попросил он, слегка вздрагивая от обвившихся поперек груди рук.       Сандей вообще-то собирался отложить яйца сам — неожиданное вмешательство первопроходца, пусть и по просьбе сестры, раздражало. Но он прекрасно понимал, что тот согласился помочь из лучших побуждений. Наверное парень был прав: экспресс и в самом деле был небольшой дружной семьей, а в семье, как известно, помогают друг другу. Мужчина сделал глубокий вдох. Вот и все, пути назад нет — одеяло было отброшено в сторону, над ухом раздался удивленный вздох. — О, — выдохнул первопроходец, борясь с любопытством потрогать слегка округлый живот. — М. Тебе больно? — Прошу тебя, замолчи, — устало произнес прикрывший глаза Сандей. Он сосредоточился, пытаясь избавить голову от лишних мыслей и вытолкнуть застрявшее в родовом пути яйцо. — Нгх!       Не имея опыта в подобном процессе, Келус только и мог, что растерянно обнимать мужчину, пока тот пытался отложить яйцо. Сандея потрясывало, первое яйцо всегда давалось с трудом из-за еще не растянутого прохода. Он зажмурился, в качестве поддержки хватаясь за чужое запястье и тяжело дыша. В какой-то момент галовианец даже вскрикнул от боли, но спохватился и прикрыл себе рот ладонью. — Можешь кричать, я придумаю, что потом сказать остальным, — произнес первопроходец. — Ха… Думаешь, они поверят? Они же… — очередная вспышка боли от давящего на выход яйца превратила слова в жалобное хныканье.       С большим трудом, но первое яйцо наконец было вытолкнуто; Сандей подрагивал, хватая ртом воздух и смотря на покрытую прозрачной слизью скорлупу. Он тоже смотрит. Крылья с шеи прикрыли собой покрасневшее лицо: было неловко, что кто-то помимо Робин стал свидетелем столь личного процесса. От мысли, что первопроходец видел это почти во всех деталях, хотелось провалиться под землю. — Сколько их еще? — Келус вытер мокрый от выступившей испарины лоб галовианца краем простыни, не имея под рукой чего-то более подходящего. — Еще два, — ответил ему тот, чувствуя сухость в горле. — Там бутылка, — кивок в сторону письменного стола. — Принеси.       В любой другой момент парень бы возмутился такому обращению, но он лишь молча подошел к столу и взял бутылку с водой: Сандею и так тяжело, будет лучше пропустить его приказной тон мимо ушей. — Спасибо. — Мужчина почти залпом выпил половину бутылки, после чего с удовлетворенным вздохом вернул ее.       Келус поставил бутылку на тумбу рядом, а затем сел обратно за Сандеем, помогая ему принять более удобное положение. Тот чувствовал небольшую легкость в теле, а еще радость и облегчение от осознания, что дальше все пойдет гораздо легче. Может, последнее яйцо и вовсе выйдет из него всего за минуту. Снова обхватив запястье парня, он начал тужиться.       Сейчас мужчина ощущал немного боли вперемешку с обжигающим стыдом. Помощь как таковая ему была не нужна, но моральная поддержка и осознание, что он проходил через это не один немного расслабляли и дарили уверенность, что все пройдет хорошо. Стук в дверь прервал очередной судорожный вдох; Сандей тут же весь сжался от испуга, сильнее впиваясь пальцами в руку первопроходца. — Эй, Сандей, все нормально? Я слышала крики. — Не переживай, я запер дверь, — прошептал Келус. — Сандей? — Март подергала дверную ручку. — Я позабочусь о нем, все хорошо! — крикнул ей первопроходец. — Все в порядке! — А… Келус?! Что ты там…       Сандей снова застонал от боли и часто задышал; Келус положил ладонь ему на живот, успокаивающе поглаживая. Парень отчетливо ощущал небольшое движение под своей рукой, наверное, яйца переворачивались и опускались ниже. За дверью было тихо — Март все-таки ушла. Келус очень надеялся, что она не надумала себе чего-то странного насчет них. — Все хорошо, дыши. — М-мгх, оно почти… Хах-х…!       Еще через несколько минут яйцо с хлюпом осело на одеяло рядом с первым. Сандей с облегчением выдохнул, прикрывая глаза и позволяя себе короткую передышку. Следующее, последнее, яйцо было уже на подходе; Сандей не верил, что это мучение наконец-то закончится. Келус снова вытер с его лба пот, получив в ответ слабую улыбку. — Я тут подумал, может тебе помочь? — начал он. — Ну, как-то достать его. — Нет, в этот процесс нельзя… — с губ сорвался хрип, — вмешиваться…       Сандей всхлипнул, немного заваливаясь набок в попытке сильнее вжаться в чужие объятия. Келус крепче прижал его к себе, круговыми движениями поглаживая заметно уменьшившийся живот. Вдруг вспомнив, он достал из кармана свой телефон и открыл переписку с Робин. Сандей повернул голову на голос сестры, охая — та самая мелодия, которую она нежно напевала ему, когда однажды помогала отложить яйца. Келус увеличил громкость и положил телефон рядом на кровать. — Еще немного, ты сможешь, — пытался подбодрить он. — Тужься.       У Сандея невольно вырвался смешок, из-за чего в животе снова потянуло. Он глубоко вдохнул, сжимая подставленную руку. Попытка помочь, пусть и такая нелепая, была оценена, и Сандей мысленно поблагодарил первопроходца за это. Где-то еще через несколько минут, успокоенный пением сестры и поглаживаниями по животу, мужчина все же отложил последнее яйцо. Со стоном вытолкнув его, он тут же громко охнул и весь обмяк в чужих объятиях, часто дыша. Келус все повторял ему: «все закончилось» и «ты молодец, Сандей», пока тот наконец не повернул голову в его сторону. — Мне надо… — между ног неприятно хлюпнуло, и Сандей недовольно скривился от ощущения грязи на себе. — Надо помыться. — А ты дойдешь? — Келус быстро оглядел комнату, ища что-нибудь, чем можно было бы обтереть его. — У тебя есть салфетки? — Да, там, на столе.       Выпустив мужчину из объятий, парень отошел к столу, после чего взял упаковку салфеток и вернулся с ней к кровати. Он осторожно отвел чужое колено в сторону, на что Сандей испуганно дернулся. — Не… — он попытался отползти назад. — Эй, все хорошо. Я просто вытру тебя, — как можно мягче сказал ему Келус, показывая на салфетку. Он все же раздвинул ему ноги. — Расслабься, тебе надо отдохнуть.       Сандей покрылся мурашками от прикосновения влажной салфетки к своему бедру, чувствуя себя неуютно под чужой заботой: он всегда сам убирал за собой весь беспорядок, находил силы на душ и смену одежды на чистую. Было непривычно. Он снова вздрогнул и инстинктивно дернул ногами в попытке свести их. — Сандей, все хорошо, — Келус быстро пробежался взглядом по влажной промежности и мокрому пятну на простыне. — Тебе необязательно ухаживать за мной, — все же сказал мужчина, вздрогнув от мазнувшей между ног салфетки. — Но ты не можешь сам. Считай, что я просто выполняю просьбу твоей сестры, — ответил ему первопроходец, выбрасывая грязную салфетку в ведро и беря следующую. — Принести тебе потом поесть?       Мужчина помотал головой — есть он не хотел, но хотел лечь в теплую ванну и смыть с себя пот, а потом залезть в кровать и проспать несколько часов подряд. Через несколько минут Келус закончил вытирать вытекшую от яиц слизь и кинул последнюю грязную салфетку к остальным в мусорку. Он долго смотрел на мокрое пятно под Сандеем, прежде чем взяться за край простыни. — У тебя же есть запасное постельное белье? — кивок. — Встань ненадолго, я поменяю.       Сандей поднялся буквально на пару мгновений, за которые Келус успел стянуть с кровати мокрую простыню, и сел обратно на теперь уже голый матрас. Он показал на нижний ящик комода, откуда парень достал чистую простынь. Снова попросив встать, тот быстро, но немного неряшливо постелил ее на кровать, после чего помог мужчине лечь. Сандей указал уже на шкаф. — Слева, на третьей полке сверху, — сказал он. — Достань оттуда белье.       Конечно было странно пытаться прикрыться, учитывая, что Келус все же заглянул между ног, но Сандею так будет спокойнее. Комфортнее. Он надел протянутые трусы и накрылся одеялом, наконец имея возможность расслабиться. — А что с… — первопроходец опустил взгляд на отодвинутые яйца. — Куда их? — Перенеси их туда, — Сандей кивнул в сторону стены. — Я займусь ими позже.       Парень угукнул и аккуратно одно за одним перенес яйца на простыню ближе к стене; он опустился в кресло, вздыхая и прокручивая в голове случившееся. Было странно. Очень странно. Робин ведь писала, что подобное периодически происходит с галовианцами — то есть Келус теперь что, стал кем-то вроде личного акушера? От подобных мыслей с его губ слетел нервный смешок. Тем временем сам Сандей потихоньку провалился в сон, ощущая как тело постепенно отпускает после пережитого. Его радовало, что откладывание яиц случалось крайне редко. Он сунул руку под подушку и закрыл глаза, окончательно расслабляясь и надеясь, что следующие яйца сформируются минимум лет через пять. — Я все хотел спросить… — начал Келус, но заметил, что Сандей уже закрыл глаза.       Смотря на него засыпающего, парень и сам вдруг ощутил усталость, хотя она была скорее эмоциональной, чем физической. Он вытащил телефон и поставил его на беззвучный режим, прежде чем написать Робин. «Все закончилось, Сандей уснул».       Девушка почти тут же прислала ответ. «Я так рада, что все хорошо! Я бы хотела еще попросить тебя: присмотри за ним пару дней. Ему нужно некоторое время, чтобы восстановиться. И, пожалуйста, проследи, чтобы он ел». «Конечно, сделаю все, что в моих силах».

«Я напишу ему через пару дней. Спасибо, что согласился помочь».       Келус убрал телефон в карман и посмотрел на спящего мужчину; сейчас можно было наконец оставить его одного. Телефон коротко завибрировал новым сообщением — это Робин прислала список необходимых продуктов, добавив, что особое внимание стоит уделить кальцию. Поблагодарив ее, парень поднялся с кресла и аккуратно сфотографировал Сандея. Фото он сразу же отправил его сестре. «Смотри, отложил яйца и спит».

«Он выглядит умиротворенным (⁠*⁠˘⁠︶⁠˘⁠*⁠)⁠.⁠｡ Не беспокой его какое-то время, пусть отдохнет».       Прислав смайлик с большим пальцем вверх, Келус тихо вышел из комнаты и направился к Пом-Пом; стоило заранее что-нибудь приготовить, чтобы Сандей начал восстанавливаться как можно скорее. А еще заглянуть к Дань Хэну в его архив и узнать больше про галовианцев.