Полено и то сообразительнее Поттера

На обратном пути после спасения Гермионы… Гарри: (в задумчивости) Как странно… Когда она была в беде, я будто знала об этом. Я чувствовал, как что-то тянет меня обратно, не давая потеряться. Наверное, это и есть якорь… и, кажется, Гермиона им стала. Дух: (с ухмылкой) О, смотри-ка, наконец-то до тебя дошло. Вопрос только в том, кто больше тупил — ты или улитка, которая уехала вперёд, пока ты это понял. Гарри: (подозрительно) Ты что, издеваешься надо мной? Дух: (с сарказмом) Издеваюсь? Конечно нет! Просто вот думаю — это, может, я стар стал или что-то не понимаю. Понимаешь, обычно такое осознают чуточку быстрее… тем более что это уже вторая ваша с ней встреча в твоей жизни, не забыл? Гарри: (вздыхает) Я думал, якорь может быть только один… Света ведь тоже якорь. Я не понимал, что может быть ещё кто-то. Дух: (протягивает) Да уж, "тугодумство Гарри Поттера". Звучит как название учебника. Сынок, да ты обременённый судьбой павелитель— одному якорю мало, второй тебе нужен. Так, для баланса. Гарри: (недовольно) Ха-ха, очень смешно. Дух: Да ладно, не сердись. Ты вообще, когда спасал её, мог и догадаться. Или хотя бы когда почувствовал, как она тебя держит. Но ты же… не торопишься с выводами, да? Гарри: Просто я не привык сразу во всём разбираться, ладно? У меня… немного другая жизнь была. Дух: (фыркает) Ох, какая трагедия! Парень с двумя якорями — прямо кино снимать можно. И всё равно: это ещё один знак, что тебе надо полагаться на них обоих. --- Позже, когда Гарри рассказывает Свете… Света: (внимательно слушает, а потом внезапно восклицает) Погоди… Ты только сейчас понял, что Гермиона — твой якорь? (смеётся) Гарри, ну ты и тугодум! Я сразу это поняла! Гарри: (смущённо) Ну, знаешь… не всё так просто. Я думал, якорь может быть только один. Света: (фыркает) Один? И ты решил, что тебе одного хватит? Ты же повелитель у тебя как минимум должно быть три или четыре якоря . Да я с самого начала знала, что Мионе суждено быть твоим якорем. Когда вы вместе, я это чувствую — ведь мы связаны, помнишь? Я видела, как она тебя держит, когда ты вытаскивал ее из опасности. Гарри: (удивлённо) То есть ты… ты могла видеть это через мои глаза? Света: (кивает) Конечно. Хоть иногда и смотреть страшно. (насмешливо) Особенно, когда твоя голова соображает как улитка на зимовке. Гарри: (застенчиво) Ладно тебе, Свет… просто я ещё привыкаю ко всему этому. Твои глаза, связь, магия якорей — не каждый день такое случается. Света: (вздыхает) Ну, у тебя есть оправдание. А у меня — долг терпеть твои «озарения». Будешь опять в беде — зови её и меня. Теперь, надеюсь, ты усвоил, что якорей должно быть несколько? Гарри попрощался с Гермионой и её отцом, пообещав, что навестит её в ближайшее время. Затем, повернувшись, он зашагал к автобусной остановке, пытаясь собрать мысли. Но едва он отошёл, как голос его саркастичного духа прозвучал прямо в голове. Дух: (с ухмылкой) Ну что, Ромео, как ощущения? Почувствовал себя рыцарем в сияющих доспехах? Гарри: (вздыхает, качая головой) Опять ты со своими подколками… Дух: А что? Мне-то всё понятно. Вот только тебе нужно было целую жизнь прожить, чтобы понять, что в тебе любовь зарождается. Да и то, не без моей помощи! Гарри: Я спасал её, потому что Гренджиры спасли меня в том переулке … просто долг. Дух: (с сарказмом) Ах, конечно, чистый долг. Как же, как же. И смущённый взгляд, и нерешительность — это всё от великого долга, не иначе. Гарри: (устало) Ты издеваешься? Я просто не привык к таким вещам… Дух: Привыкнешь, сынок. Ты уже втянулся в это по самые уши. А дальше — ещё веселее будет. Гарри усмехнулся, но ничего не ответил. Дух продолжал подшучивать, пока они не дошли до остановки. Гарри сел в автобус, и, всю дорогу до приюта, его спутник не переставал отпускать колкие замечания. Когда, наконец, Гарри добрался до нужной остановки, от которой до приюта оставалось всего пять минут пешком, он устало вздохнул и тихо пробормотал: Гарри: Надеюсь, хотя бы эту часть пути ты дашь мне пройти в тишине. Дух: (со смешком) Ладно-ладно, молчу. Пока что. Гарри покачал головой и двинулся в сторону приюта, размышляя о том, что сказал ему дух.