тебе не нужны такие отношения

1999 Малфой смотрел, как руки обвивают талию Уизли. Заскрипел зубами, подарив бывшему другу тысячу мысленных Авад. Слизеринца не отпускало чувство, что одна ошибка перечеркнула всё, и теперь взгляд Джин никогда не будет обращён на него. Уизли улыбалась свой непохожей на других, улыбкой. Обнажал ровный ряд зубов, а глаза рыжеволосой отражали радость. Она будто светилась изнутри, и это убивало. Была в хорошем расположении духа, расслабленная. Рядом с ним. Малфой отвернулся, ответил невпопад на какой-то вопрос от Пэнси. Попытался прожевать мало съедобный кусок теста, именуемого пирогом. «Ты сам всё просрал, очнись». Создание плётки, которая бы хлестко била слизеринца по щекам за каждую провинность, брало на себя самосознание. Он не сопротивлялся, пытаясь поглубже затянуться в него, рассматривая что-то старое и до боли приятное глазу. В глубине души он верил, что Обливэйт — не конечная точка. Верил, глупо потворствуя последнему желанию, которое у него оставалось. *** — Нас увидят! — Да и плевать. И он вновь возвращается к её губам. Проводит глазами линию на них, восхищённо отмечает, что они — само совершенство. Как и их хозяйка. Носительница гордого титула самой красивой девушки факультета, и других сомнений у Малфоя быть не может. Он слишком пьян, чтобы остановиться, и слишком долго ждал момента, когда вновь сможет прикоснуться к ней. — Зависимость от других — это слабость, — Уизли произнесла это с серьёзным видом, слегка прищурившись. Иногда Драко казалось, что она — это сочетание двух разных людей. Одна лишь Джин могла спокойно ударить его, оскорбить или щедро наградить заклятьем. Но вторая... Он был готов отправиться на край света, лишь бы видеть эту вторую стороную. Вторую Джинни, с её колким юмором, блестящими, от удовольствия глазами, инициативой, которая не могла не кружить голову. Тогда он не испортил своё, ещё не вернулся к состоянию апатии, примерно такому, какое ему удавалось испытывать несколько месяцев назад. Любопытные карие глаза смотрели в серые, затем расстояние сократилось и она поцеловала его. Первая, пьяная, сбегающая от проблем в неизвестность. К Драко Малфою, которого она плохо знала. Может быть, чересчур плохо. — Мы не зависимы, — нарочито строго произнёс Драко, отрываясь от рыжеволосой, — мы здесь по своей воли и мы.. — Заткнись, — она не стала дослушивать. Ей было это не нужно. Ей был нужен Малфой. Тогда. Не сейчас. Ведь тогда она получала, что хотела — защиту, информацию. Поддержку. Его. Малфой мог быть дураком, но он чувствовал, что она бы никогда его не полюбила. Определённые вещи он не смог изменить, а теперь они рассыпались, как песчинки, исчезая бесследно навсегда. *** Нотт был отвратительным другом, в этом Драко не сомневался. Теодор знал, что когда-то у блондина и Уизли была связь, видел, как Малфой помогает Джинни, Невиллу и другим малочисленным студентам прятаться от ублюдков Кэрроу. Нотта не волновало мнение Драко, ему было абсолютно похер на осуждения со стороны или косые взгляды. Он добился, чего хотел — самый незаметный участник войны со стороны Слизерина, поддержка для Гарри Поттера после её окончания. Она лицемер, а маска практически вросла в его лицо, оставляя шрамы на душах тех людей, которые пытались её сорвать. Джинни пыталась ни один раз, но Тео усмирял её. Нотт не позволял своей девушке больше, чем она должна была. У него был определённый кодекс. Кодекс того, во что любопытные люди лезть не могли. Лучше всего им было закрыть рот, чем нарваться на гнев Нотта. Тео растерял все остатки жизнелюбия, врал, пользовался Уизли и её пеленой перед глазами, которую сознал Драко. И Нотт был чертовски благодарен бывшему другу за такую находку. *** Он нашёл её возле кабинета Макгонагалл. Не знал, зачем Джин пришла сюда, и был удивлён, что рядом с ней не оказалось Нотта. — У нас совместная пара? — она не говорила с ним один на один, кажется, с момента их последней встречи наедине. — Верно, — тон голоса Драко сделал прохладным. Джинни кивнула, затем наступила тишина, нарушаемая, от чего-то, её сбивчивым дыханием. Малфой рискнул, перевёл взгляд на её опущенные глаза, замечая, что она теребила кусок ткани от юбки. Ему бросились в глаза длинные ноги Уизли, соблазнительные и прекрасные. Он помнил всё, от чего у него срывало крышу. Их первый раз в грёбаной Тайной комнате, практически на полу. Его спина была расцарапана от длинных ногтей Джин, а мозг сладко внимал каждому стону Уизли, когда Драко и не думал отпускать её. — Но отпустил. Тихий голос вонзился в сознание Малфоя. Он изумлённо посмотрел перед собой, а Джинни подошла ближе. — Ты рылась в моей голове? — Уже не в первый раз, — горько усмехнулась Уизли. Она засунула руку в карман юбки и ловко вытащила палочку. — Экспеллиармус! — Ступефай! — равнодушно бросила, предрекая попытки Драко. — Ты врал мне. Мы не просто старые враги, Малфой. Когда-то я любила тебя. Любила тебя. Любила тебя. Любила ТЕБЯ. Он отказывался в это верить. Замер, не сопротивлялся. Джинни обошла его и вдруг коснулась руками его лица. Зачем? — Зачем? Его глупый вопрос улетел в пустоту. Уизли провела пальцами от скулы до губ, остановилась на них, хмыкнула и убрала руку. — Я бы тоже очень хотела знать. Или тебе приятно видеть меня с ним? Малфой моргнул. Ему казалось, что он впал в состояние коматоза. Его мысли оторвались от земли и парили в воздухе, осторожно перехватывая старые воспоминания. — Как ты сказал? «Тебе не нужны такие отношения?». Его Обливэйт был недостаточным. Он не вложил необходимое количество чувств, чтобы лишить памяти Джинни о них навсегда. — Прости. Одна фраза. Одна фраза и её усмешка. Она ждала чего-то подобного, поэтому вернулась к окну, поворачиваясь спиной к Драко. *** Малфоя отпустило. Он шевельнулся, затем сглотнул и медленно подошёл к Джин. Он коснулся её волос, плеч и развернул к себе. Они смотрели друг на друга как тогда — в первые разы вынужденного сотрудничества, когда Драко грубо заставил её принять его помощь. Он не спрашивал, не приказывал, ни заставлял. Просто брал и делал, пытаясь защитить Джин. Он что-то чувствовал, что-то очень сильное и непривычное для него, привязавшись к ней. Израненное сердце нуждалось в заботе и присутствии другого человека. — И я стала им. Она была у него в голове, определено. Копалась, бродила по воспоминаниям, а в жизни хлопала глазами, скрестив руки на груди. Ему надоело бездействие, он коротко поцеловал её в висок и собирался уйти. Не был готов к разговору, всё ещё был уверен, что испортит ей жизнь, если будет рядом. — Нотт порвал со мной, если тебе интересно, — она останавливает его. Малфой вцепливается руками в свои давно не идеально-прилизанные волосы, задевая серьгу. Образ, который был у него, немного не вязался со «старым Драко». Был тем, кем он всегда хотел быть: свободным и спокойным. Неравнодушным, но не выражающим это прямо. И у него была своя маска, которую она примерял уже от скуки. Обливэйт слизеринец применил не только на Джин, но заклинание сработало на нём ещё хуже, чем на рыжей. Сейчас Драко расплачивался за ошибки выбора. — Я не хочу, чтобы мне врали, — она говорила мало, но не сводила с Малфоя глаз. Ему захотелось растворится в них, сбежать подальше от стен этой школы, где не так давно погибло слишком много людей. Где он успел потерять себя, её, своё право на другую жизнь. — Пообещай, мне, Малфой. — Я не буду лгать, — он растягивал слова, вернувшись к забытой манере. Уголки губ Уизли дёрнулись, поднимаясь вверх. Драко сократил расстояние между ними и обнял её. Скорее по-дружески, но отпускать не хотел. Джинни ответила на объятья, прижимаясь к парню. Заключая, что малейший шанс на ещё одну попытку быть с ним — у него получен. Это была победа. Победа для Драко, который должен ещё немало ей, и должен себе. Победа для Джинни, которая не хотела забывать. Отказывалась мириться, что в сознании отсутствовала какая важная часть, и её нетерпимо хотелось вернуть себе. Их объятья через стекло видел Нотт, закуривающий и водящий взглядом по обоим. Его нехорошая усмешка могла означать только одно: он будет мстить. Он хотел проиграть новый этап со своей любимой игрушкой, ни черта не вышло, и ему не понравилось. Джинни уплыла из его рук, и теперь Теодор знал причину. Он сжал небольшой окурок от маггловской сигареты, сверкнул глазами и скрылся. В голове тёмноволосого обязательно появится план, который Нотт воплотит в жизнь. И лучше Драко беречь Джинни, а обоим работать над отношениями. Зло редко дремлет, зарождаясь вновь и вновь в людях, готовых ради достижения своих целей на всё.