Единственная

Глава 1: Возвращение в Хогвартс       Лето выдалось насыщенным, и многие ученики едва могли дождаться, когда снова встретятся на платформе 9¾. Гермиона прибыла вместе с родителями, и, оставив их позади, она уже с лёгким сердцем погрузилась в привычный мир волшебства. Стоило ей найти место в вагоне поезда, как туда же вошел Невилл — почти сразу она заметила, насколько он изменился.       Высокий, со спокойной уверенностью в осанке и легкой улыбкой на лице, Невилл уже не выглядел тем неуверенным юношей, которого все знали. Подтянутый и чуть более серьёзный, он нес собой удивительное спокойствие, как будто лето изменило его не только внешне, но и внутренне. Он приветствовал её с мягкой улыбкой и решительным взглядом. — Привет, Гермиона, — сказал он, остановившись на пороге купе. — Невилл! — улыбнулась она, слегка удивлённая его изменениями. — Ты... ты немного изменился, верно? Невилл лишь пожал плечами и опустился на сиденье напротив неё. — Знаешь, лето было очень полезным. Я понял, что настало время меняться, стать сильнее. Мы ведь готовимся к опасному времени, и кто знает, что нас ждёт впереди. А ты как провела каникулы?       Гермиона рассмеялась, хотя слегка озадаченно разглядывала его. За лето она тоже много читала и готовилась к грядущим вызовам, однако в Невилле была особенная твёрдость и решительность, которой она не замечала прежде. Так и прошла дорога в Хогвартс: в беседах и воспоминаниях, в новостях и шутках. Гермиона чувствовала, что Невилл не просто повзрослел — он стал ближе, понятнее. Она всё чаще ловила себя на том, что взгляды их встречались, и в этом взгляде Невилла было что-то новое, тихое, но смелое.       Когда они прибыли в замок, Гермиона удивилась ещё больше: другие ученики тоже замечали перемены в Невилле. И вот уже к вечеру первого учебного дня Гермиона почувствовала, что новый учебный год будет особенным, и ей даже стало интересно, как изменится их с Невиллом дружба.       На ужине в Большом зале, под мерцанием свечей и под звуки приветственных речей Дамблдора, Гермиона заметила, как взгляды учеников всё чаще задерживаются на Невилле. Он уверенно сидел рядом, смеялся с друзьями, общался с Гарри и Роном — как всегда, но в его манерах и в уверенности во взгляде чувствовалась новая зрелость, которая явно всех удивляла. Рон заметил это первым, шепнув Гермионе с усмешкой: — Это что, тот самый Невилл Лонгботтом? А то я уже начал сомневаться, не подменили ли его где-нибудь по дороге. Гарри лишь покачал головой, но в его взгляде тоже сквозило удивление.       Гермиона хотела было что-то ответить, но промолчала, только улыбнувшись про себя. Её словно радовало, что её знакомый стал тем, кем является сейчас. Они с Невиллом сидели достаточно близко, чтобы, даже не переговариваясь, ощущать какую-то его уверенность в себе и зрелость.       После ужина они возвращались в гостиную. Гарри и Рон куда-то отстали, остановившись поговорить с Дином и Шеймусом, а Невилл и Гермиона остались вдвоем. — Знаешь, Гермиона, — Невилл внезапно начал разговор. — Я всегда завидовал тому, как ты все схватываешь на лету. И не только в учёбе — ты всегда так уверенно ведешь себя, даже когда другие сомневаются. Я всегда думал, что мне это не под силу... Но, кажется, мне удалось измениться этим летом. Гермиона слегка покраснела от неожиданного комплимента. Она не привыкла к тому, чтобы кто-то вот так открыто восхищался её поступками, да ещё и Невилл. Но в его глазах светилась искренность, и она почувствовала, что это для него важные слова. — Я думаю, ты отлично справляешься, Невилл, — с теплотой ответила она. — Это заметно, знаешь ли.       Они поднялись по лестнице и вошли в Гриффиндорскую гостиную, где царила привычная суматоха первого вечера. Ученики переговаривались, делились новостями, кто-то в стороне громко смеялся.       Когда они расселись у камина, Гермиона достала книгу, намереваясь начать чтение, но взгляд её снова оказался на Невилле. Он сидел рядом, наблюдая за происходящим с легкой улыбкой. Была в нём спокойная уверенность, что так неожиданно выделяла его среди других, и Гермиона не могла не заметить, как по-новому он начинал смотреть на неё. — Ты уже выбрала темы для самостоятельных проектов? — вдруг спросил Невилл, прерывая её мысли. — Ещё нет, — ответила она, отрываясь от книги. — Хотя у меня есть несколько идей. А ты? Невилл кивнул. — Я хочу больше изучать защитные чары. Думаю, они нам всем пригодятся, особенно в свете последних событий. Гарри ведь прав — тьма надвигается, и нам нужно быть готовыми.       Гермиона удивленно взглянула на него. В его словах было что-то взрослое, что-то... решительное. Она почувствовала себя рядом с ним иначе, как будто перед ней был не просто её друг, а надёжный союзник, с которым она сможет идти дальше. Они посидели немного в тишине, и Гермиона вдруг поняла, что вечер прошёл необычно, даже для первого дня в Хогвартсе. Ей захотелось больше узнать о том, каким стал Невилл за лето, и она чувствовала, что это лишь начало.       Когда Гермиона вернулась к своей книге, в гостиной начали гаснуть огни — большинство учеников уже разошлись по спальням. Её немного удивляло, как быстро первый день оказался позади. Она снова погрузилась в привычное чтение, но, краем глаза замечая сидящего рядом Невилла, заметила, насколько уверенно он держится. За лето он явно окреп — как внутренне, так и внешне. Невилл посмотрел на неё и, словно решившись на что-то, сказал: — Знаешь, Гермиона, рад, что мы снова все вместе. Этот год чувствуется каким-то особенным, — в его голосе звучала искренность, и Гермиона лишь кивнула, соглашаясь. — Да, — ответила она, улыбнувшись, — думаю, нас ждёт немало интересного. Ну что ж, спокойной ночи, Невилл. — Спокойной ночи, Гермиона, — ответил он.       Она поднялась в свою комнату, думая о предстоящем учебном году, чувствуя, что в её знакомых происходят перемены. Ей предстояло немало испытаний, но как-то особенно приятно было знать, что рядом есть верные и решительные люди. Глава 2: Первая неделя в Хогвартсе       Новый учебный год начался с привычного шума и сутолоки, но в то же время Гермиона замечала, что вокруг нее и ее друзей всё как-то менялось. Занятия становились всё сложнее, особенно для шестикурсников, и ученики старательно вникали в свои предметы, зная, что грядущие экзамены повлияют на их будущее. С самого начала учебы профессора взяли довольно серьёзный тон, что особенно касалось ЗОТИ — курс защиты теперь читал Снейп, и он явно не собирался никому облегчать путь.       В перерывах между занятиями Гермиона, Гарри и Рон чаще всего проводили время вместе, иногда к ним присоединялись Невилл и Луна. Невилл становился более уверенным, и это проявлялось в мелочах: он, например, спокойно объяснял другим сложные заклинания, с которыми сам уже успел освоиться. Один раз на уроке ЗОТИ он блестяще выполнил сложное щитовой заклинание, чем заслужил похвалу Снейпа — редкость для учеников, особенно из Гриффиндора, особенно для Невилла. Гарри и Рон часто обменивались удивлёнными взглядами, заметив перемены в Невилле, и однажды за ужином Рон даже не удержался от комментария: — Невилл, ну ты прямо другой человек. Кто бы мог подумать, что ты сможешь заставить самого Снейпа похвалить тебя, да ещё и на первом же занятии. Невилл лишь усмехнулся, несколько застенчиво пожав плечами. — Я просто понял, что надо учиться лучше защищаться. У нас сейчас такие времена, что медлить нельзя, — ответил он, как бы невзначай, хотя Гермиона заметила, что он действительно вкладывал в эти слова серьёзный смысл.       В один из вечеров, когда Гермиона сидела в библиотеке за эссе по зельеварению, она заметила Невилла за соседним столом. Он был погружён в какую-то объёмную книгу по защитной магии и почти не обращал внимания на окружающих. Она мельком улыбнулась, подумав о том, как много он изменился, и почувствовала искреннюю радость за друга. Когда она собиралась уходить, Невилл вдруг обернулся к ней: — Ты сегодня очень сосредоточенно работаешь, — сказал он с лёгкой улыбкой. — Зельеварение? — Да, Слагхорн дал нам довольно сложное задание, и я хочу с ним разобраться, пока есть время, — ответила Гермиона, закрывая свои записи. — А ты, вижу, тоже взялся за защитные заклинания? Невилл кивнул, слегка прищурившись, словно думая о чём-то важном. — Да. Я просто... чувствую, что это может пригодиться в ближайшее время, — сказал он, снова уходя в свои мысли.       В следующие дни Невилл всё чаще появлялся рядом с ней за завтраками и в перерывах между занятиями, что стало казаться естественным. Их беседы оставались лёгкими и дружескими, но со временем Гермиона начинала ощущать, что в его словах звучит новая уверенность, с которой он подходил ко всем аспектам их жизни в Хогвартсе.       В конце первой недели в Хогвартсе ученики постепенно втягивались в учебный ритм. Каждый день был насыщен занятиями, и Гермиона не могла не заметить, что Невилл начал больше времени посвящать учёбе, особенно защитным чарам. Его уверенность на уроках по защите привлекала внимание, особенно когда он спокойно справлялся с новыми заданиями, не дожидаясь помощи от других.       В субботу, перед ужином, Гермиона снова встретила Невилла в библиотеке. Она слегка удивилась, увидев его за книгой по защитной магии, и с интересом подошла к его столу. — Ты весь вечер здесь? — спросила она с улыбкой, присаживаясь рядом. — Да, — ответил он, откладывая книгу. — Хотел разобраться с парой заклинаний, которые могут пригодиться, — он говорил просто, но с заметной решимостью. Гермиона кивнула, мысленно отметив его серьёзное отношение к учёбе. — Звучит разумно. В этом году всем стоит быть готовыми ко всему, — добавила она, вспоминая уроки Снейпа, который не давал ученикам спуску.       Они немного поговорили о предстоящих занятиях и своих планах, и Гермиона почувствовала, что их общение стало более осознанным. Она была рада, что у неё есть такой товарищ, который искренне готов приложить усилия для своего обучения, не ожидая, что кто-то другой всё сделает за него. С окончанием недели она возвращалась в свою комнату с лёгким чувством удовлетворения — новая учеба началась на серьёзной ноте Глава 3: Прогулка в Хогсмид       Прошло несколько недель с начала учебного года, и наконец пришло время первой поездки в Хогсмид. Ученики Гриффиндора ждали этого дня, планируя, где остановиться — кто-то мечтал закупиться сладостями в лавке, кто-то хотел зайти в магазин шуток, а кому-то просто хотелось провести время вне стен замка.       Гермиона, Гарри, Рон и Невилл решили пойти вместе, хотя цели у каждого были свои. На подходе к деревне Невилл поравнялся с Гермионой, и они легко разговорились, отстав от остальных, пока Гарри и Рон обсуждали последние новости квиддича. — Думаешь, в книжной лавке будут новинки? — спросила Гермиона, немного ускоряя шаг. — Может быть. Я бы хотел найти книгу по защитным чарам для походов, — ответил Невилл, не отрывая взгляда от дороги. — На всякий случай, — добавил он, словно оправдываясь, хотя в его голосе прозвучала та самая решительность, которую Гермиона уже успела заметить.       Когда они дошли до книжного магазина, Гермиона сразу окунулась в полки с новинками, а Невилл подошёл к разделу с магическими справочниками и книгами по заклинаниям. Они провели там больше часа, порой обмениваясь комментариями о найденных книгах, пока каждый искал своё. Гермиона заметила, что Невилл выбрал книгу с полезными защитными заклинаниями, а также небольшой томик по ботанике. — Ты ведь неплохо разбираешься в травологии. Зачем тебе это? — спросила она, указывая на книгу. — Думаю, травология может помочь, если вдруг окажусь один в каком-нибудь непроходимом лесу, — ответил он с усмешкой. — Кто знает, что нас ждёт в будущем.       Гермиона оценивающе посмотрела на него и кивнула, соглашаясь с его доводом. Ей нравилось, что Невилл подходил к вещам так практично и внимательно, хотя раньше этого не замечала.       Когда они вышли из лавки, Гарри и Рон махнули им с другой стороны улицы, приглашая в кафе на горячий шоколад. В уютном зале, украшенном золотыми и красными осенними гирляндами, компания с удовольствием провела время, обсуждая последние слухи о Хогвартсе и, конечно, новые домашние задания.       После кафе они направились в лавку сладостей, где Рон, как всегда, набрал полный пакет шоколадных лягушек и взрывных хлопушек. Гарри не мог удержаться от шуток, подначивая Рона, что тот скоро лопнет от сладкого, и их смех разливался по всему магазину. Невилл же выбрал пару редких карамельных леденцов, которыми решил пополнить свои запасы, в то время как Гермиона долго изучала витрину с новинками. Когда они, наконец, вышли из лавки и снова оказались на свежем воздухе, небо над Хогсмидом уже стало темнеть. Сверху спустились лёгкие осенние сумерки, и деревня, словно, обрела ещё более уютный вид.       Гарри, не сдержавшись, предложил заглянуть в «Три метлы» на сливочное пиво, и вскоре они все сидели за столиком в углу шумного зала. Время пролетало быстро; Гермиона задумчиво пила своё пиво, когда заметила, как Невилл внимательно слушал их обсуждение последних событий в магическом мире, хотя сам редко вступал в разговоры. Казалось, что он усваивал каждое слово, пропуская через свои мысли и оценивая услышанное.       Рон, захваченный спором с Гарри о предстоящих матчах по квиддичу, не сразу заметил, что Гермиона и Невилл уже поднялись из-за стола и собирались выходить. — Эй, куда это вы? — окликнул он. — Мы пойдём вперед, а вы догоняйте, — ответила Гермиона, заметив, что Невилл уже устал от суеты. — Нам уже пора возвращаться в замок.       Выйдя на улицу, они двинулись обратно к Хогвартсу. Дорога была тёмной и пустой, но Гермиона почувствовала странное спокойствие рядом с Невиллом, который, казалось, был глубоко погружён в свои мысли. — Невилл, о чем ты думаешь? — спросила она, нарушая тишину. — Просто... о том, что нас ждёт в этом году, — ответил он, немного помолчав. — Время такое непростое. Не знаю, может, я зря тревожусь, но мне кажется, что надо быть начеку. Думаю, ты понимаешь, о чём я, Гермиона.       Её немного удивила серьёзность в его словах, но она кивнула, чувствуя, что они мыслят похожим образом. Оба знали, что год будет непростым, и для каждого это значило своё. — Думаю, это разумно. Мы все должны быть готовы к любым вызовам, — ответила она, понимая, что в Невилле растёт какая-то внутренняя сила, которая всегда была в нём, но проявлялась сейчас заметнее.       Когда они молча шли по дороге обратно к замку, после напряжённого дня и разговоров, Невилл вдруг, словно спохватившись, сменил тему на более лёгкую. — Знаешь, — начал он, отводя взгляд к звёздному небу, — я совсем забыл сказать: моя бабушка всё лето пыталась научить меня, как правильно ухаживать за редкими растениями. У неё целая коллекция волшебных роз, и теперь мне нужно поддерживать её... Не думал, что буду так много знать о цветах, — он усмехнулся, слегка пожимая плечами.       Гермиона, рассмеявшись, представила себе Невилла, склонившегося над цветочными клумбами, и это неожиданно расслабило её, разрядив напряжение. Они продолжили беседу о совершенно простых, не связанных с уроками или опасностями вещах, и, казалось, сам замок приближался к ним быстрее.       Когда дорога стала темнее, Невилл, не особо задумываясь, предложил Гермионе свой локоть. — Чтобы не споткнулась, — сказал он с легкой улыбкой, почти как шутку.       Гермиона взяла его локоть, немного смущённая и, стараясь это скрыть, перевела взгляд на дорогу впереди. Но по тому, как она держала его руку чуть осторожнее, чем ожидала, стало понятно, что это движение тронуло её. Невилл тоже почувствовал, что его щеки слегка порозовели, но быстро отвёл взгляд, чтобы скрыть своё смущение. Пока они шли так до самых ворот замка, атмосфера оставалась лёгкой и дружеской. Как только они достигли входа, до них донёсся смех Гарри и Рона, которые догнали их, продолжая веселиться и перебрасываться шутками.       Как только Рон и Гарри догнали их у ворот замка, они заметили, что Гермиона держится за Невилла под руку. Гарри, удивлённо приподняв брови, лишь коротко усмехнулся, едва заметно кивая Невиллу, как бы выражая поддержку. Рон же, слегка сбавив шаг, бросил на них быстрый, непонимающий взгляд, но промолчал, решив не придавать этому особого значения. — Ну что, теперь мы все в сборе, — весело сказал он, подмигнув Гарри. — Пойдёмте в гостиную! Глава 4: Начало осени       С приходом октября Хогвартс постепенно погружался в золотые краски осени. Кроны деревьев вокруг замка покрылись ярко-жёлтыми и багровыми листьями, а воздух стал свежим и прохладным. Учебный ритм постепенно наладился, и шестикурсники всё глубже уходили в подготовку к грядущим экзаменам и новым заданиям.       У Гермионы день был расписан по минутам: каждый день, помимо уроков, она проводила время в библиотеке, углубляясь в дополнительные материалы. Иногда рядом за соседним столом появлялся Невилл — теперь он тоже чаще оставался в библиотеке, изучая книги по защитной магии. Её удивляло, с каким упорством он взялся за учёбу, но этот факт она считала лишь положительным изменением.       Как-то вечером, закончив все домашние задания, они встретились за ужином. Гарри с Роном обсуждали квиддич, а Гермиона с Невиллом вели разговор о новинках на уроках травологии, которые неожиданно захватили их обоих. — Кстати, ты уже видел новую коллекцию мандрагор в теплице? — спросил Невилл, явно взволнованный. — Профессор Спраут сегодня мне показала их — говорит, они особенно эффективны для зелья защитного сна. — Не знала, что у нас такие появились! Надо будет взглянуть, — с интересом ответила Гермиона. — Может, профессор Спраут разрешит помочь ей с их пересадкой.       Невилл слегка покраснел от её одобрения и, стараясь скрыть это, принялся налегать на пирог, в то время как Гарри и Рон, заметив это, лишь обменялись взглядом, но не стали ничего говорить.       Позже, когда они вернулись в гостиную Гриффиндора, Невилл предложил идею совместного похода в теплицу после уроков, чтобы посмотреть на новую коллекцию растений. Гермиона с радостью согласилась, отметив про себя, как приятно находить общего в их интересах.       На следующий день, когда уроки закончились и коридоры начали пустеть, Гермиона и Невилл направились в сторону теплиц, где уже начинало темнеть. Тёплый свет, пробивающийся через окна, придавал старым каменным стенам особое осеннее очарование, и шаги по мягкой земле под ногами казались тише, чем обычно.       Когда они зашли в одну из теплиц, их встретил приятный аромат трав и влажной земли. Профессор Спраут уже подготовила для них место работы, указав на небольшой стол, где лежали инструменты и несколько цветочных горшков, ожидающих пересадки. — Мандрагоры требуют особого ухода, поэтому будьте осторожны, — напомнила профессор, улыбнувшись. — И постарайтесь не разговаривать слишком громко, они чувствительны к шуму.       Гермиона и Невилл кивнули, взявшись за работу. Они аккуратно пересаживали растения, соблюдая все инструкции, и делали это с таким сосредоточением, что на какое-то время разговоры прекратились. Вскоре Невилл нарушил тишину, задумчиво улыбнувшись: — Знаешь, никогда бы не подумал, что травология может стать для меня таким серьёзным занятием. Даже представить не мог, что будет так интересно. — Ты всегда любил растения, Невилл, — ответила Гермиона, присаживаясь рядом, чтобы лучше рассмотреть его работу. — Думаю, это твоя сильная сторона. Не каждому дано разбираться в таких тонкостях.       Он слегка покраснел, но, сосредоточившись на пересадке, быстро пришёл в себя. Её слова будто вдохновили его, и они продолжили в спокойном, ритмичном темпе, перебрасываясь короткими комментариями о растениях. Казалось, работа шла сама собой, и Гермиона невольно почувствовала, что время пролетает быстрее, чем обычно, когда рядом есть кто-то, с кем ей приятно работать. Когда мандрагоры были пересажены, Невилл наконец выпрямился и устало потянулся. — Спасибо, что пришла со мной, — сказал он, складывая инструменты на место. — С тобой работа проходит легче, чем я думал. Гермиона только улыбнулась, убирая волосы, на которых осели мелкие частички земли. — Думаю, нам повезло с профессором Спраут, — сказала она. — Она всегда готова поддержать и помочь тем, кто по-настоящему увлечён своим делом.       Они отправились обратно в замок, где их уже ждали Гарри и Рон с традиционными вечерними заданиями по домашней работе. В гостиной царила привычная суета: кто-то спорил о последних трансфигурациях, кто-то искал книги, и среди этого общего шума Гермиона и Невилл вернулись к своим местам, будто не замечая, как просто и естественно прошло их совместное время.       После их вечерних занятий с защитными заклинаниями Невилл всё чаще задумывался о том, как много он узнаёт от Гермионы. Её помощь становилась для него чем-то привычным и нужным, и, хотя ему хватало уверенности, чтобы продолжать заниматься самостоятельно, он ловил себя на том, что предвкушал их совместные вечера.       На следующий день после занятий Гермиона снова пригласила его присоединиться к её учебной группе в библиотеке. Он согласился, не раздумывая, и вскоре они уже сидели за большим дубовым столом, окружённые стопками книг и пергаментов. — Смотри, — сказала Гермиона, указывая на одно из сложных заклинаний в учебнике, — здесь важен угол палочки. Именно поэтому оно получается у многих с трудом.       Невилл кивнул, стараясь повторить движение точно так, как она показала. Её терпеливый, спокойный тон был для него необыкновенно ободряющим. Пока они занимались, Невилл несколько раз заметил, как Гермиона мельком улыбалась ему, когда он наконец справлялся с особенно трудными упражнениями. И хотя он чувствовал себя всё увереннее, такие моменты немного сбивали его с толку. Когда они закончили и начали собирать вещи, Гермиона предложила: — Может, в следующий раз попробуем теорию заклинаний? Думаю, это поможет тебе запомнить детали лучше. — С удовольствием, — ответил Невилл, слегка улыбнувшись, удивляясь тому, как естественно он чувствует себя рядом с ней.       Они направились к выходу, и Невилл поймал себя на том, что неосознанно подстроился под её шаги, идя в унисон с ней по коридору. Казалось, это было абсолютно естественно, и он задумался, как быстро привык к этому.       Когда они подошли к лестнице, ведущей в разные стороны замка, Гермиона остановилась, чтобы поправить учебники в своей сумке. Невилл, внезапно ощутив что-то тёплое и незнакомое, предложил: — Если хочешь, могу донести книги до твоей гостиной. Вряд ли они лёгкие. Гермиона удивлённо подняла брови, но затем благодарно улыбнулась. — Спасибо, Невилл. Думаю, если ты поможешь, это действительно облегчит мне жизнь.       По дороге к гостиной они продолжили обсуждать заклинания, не задумываясь о времени. Невилл старался скрыть лёгкое смущение, но всё же не мог избавиться от лёгкого волнения, которое неожиданно сопровождало его в её присутствии. И это было для него совершенно новым ощущением. Глава 6: Осенний бал       С приближением конца октября в Хогвартсе начали готовиться к традиционному осеннему балу. В воздухе витало ожидание праздника: коридоры замка украсили разноцветными гирляндами, а в Большом зале появились тыквы и разноцветные огоньки, создающие уютную атмосферу. Бал стал поводом для обсуждений, и ученики всех курсов волновались, с кем провести этот вечер.       Невилл, которому такие мероприятия не всегда были по душе, всё же задумывался, не пригласить ли Гермиону на бал. В то время как Рон шутливо подначивал Гарри по поводу его планов, Невилл держался в стороне, размышляя о том, как правильно подойти к Гермионе с этим предложением. Ему стало немного не по себе от мысли, что она может отказаться, но часть его всё же решилась попытаться. В один из вечеров, когда они остались в библиотеке до закрытия, Невилл собрался с мыслями и, прежде чем Гермиона успела уйти, спросил: — Гермиона, а ты уже решила, с кем пойдёшь на осенний бал? Гермиона подняла на него удивлённый взгляд, словно этот вопрос застал её врасплох. — Честно говоря, я об этом пока не думала, — ответила она, закрывая книгу. — Наверное, пойду с Гарри и Роном, как обычно. Невилл почувствовал лёгкое облегчение, но всё же решил рискнуть. — В таком случае... может, составишь мне компанию? — спросил он, стараясь не показать волнения. — Мы могли бы пойти вместе — так будет удобнее. Гермиона немного задумалась, прежде чем ответить. — Это хорошая идея, Невилл. Конечно, пойду с тобой, — сказала она с лёгкой улыбкой. Невилл почувствовал, как камень с души упал, и, пока они собирали вещи, ему не удалось скрыть своего довольного вида. Он едва осознавал, что приглашение на бал — это его способ проводить с Гермионой больше времени, чем обычно, и это ощущение тепла в её компании всё сильнее укреплялось в его мыслях. Когда они вернулись в гостиную Гриффиндора, Гарри и Рон удивлённо посмотрели на них. — Пойдёте вместе? Отличная идея, — сказал Гарри, подмигнув Невиллу.       Рон же лишь пожал плечами, с интересом разглядывая Невилла, но, к удивлению Гермионы, не сказал ни слова. Возможно, он ещё не осознавал, как скоро это предложение могло изменить их отношения, и потому не придал этому значения.       Подготовка к балу шла полным ходом. Гермиона и Невилл вместе отправились в Хогсмид, чтобы завершить все необходимые покупки перед мероприятием. Пока они проходили мимо витрин, украшенных тыквами и гирляндами, Гермиона заметила, что Невилл порой задерживает на ней взгляд, и при этом старается не показать смущения. Это слегка удивляло её: Невилл не делал ничего необычного, но его внимание стало для неё заметнее, чем раньше.       Когда наступил вечер бала, Гермиона, наконец, догадалась, почему эти мелочи привлекали её внимание. Увидев, как Невилл ждёт её у входа в Большой зал, она впервые подумала, что, возможно, он пригласил её не только из дружбы. Она почувствовала лёгкое смущение, разглядывая его серьёзное, но мягкое выражение лица. — Пойдём? — с лёгкой улыбкой предложил он, протягивая ей руку.       Гермиона, улыбнувшись в ответ, положила свою руку в его, стараясь не выдать внутреннего волнения. Пока они входили в зал, её мысли постоянно возвращались к тому, что все их совместные занятия, поход в Хогсмид, и даже приглашение на бал, возможно, значат для него больше, чем она предполагала. Её сердце начало биться немного быстрее, когда они обменялись коротким взглядом.       Когда заиграла музыка, Невилл, будто предугадывая её желание, сделал шаг вперёд и пригласил её на танец. Она приняла его руку, и они начали плавно кружиться в танце. Этот момент казался им обоим непривычно близким, но спокойным. Гермиона почти ощущала, как Невилл пытается скрыть лёгкое смущение, и это вызвало у неё тихую улыбку. — Ты отлично танцуешь, Невилл, — мягко сказала она, когда музыка на миг замедлилась. — Спасибо, — ответил он, стараясь скрыть удовольствие от её слов. — С тобой это как-то легче, чем я ожидал.       Эти слова прозвучали просто, но Гермиона снова почувствовала лёгкое смущение, догадавшись, что, возможно, для него это правда особенный момент. Она опустила взгляд, стараясь не выдать своей реакции, но ощущение лёгкой, растущей симпатии, её не покидало.       После танца они уселись за один из столиков в дальнем углу, наблюдая за другими парами. Весь вечер прошёл спокойно и приятно, но по мере того, как он подходил к концу, Гермиона всё чаще ловила себя на мыслях о том, что отношения с Невиллом приобретают какой-то новый оттенок, к которому она не была готова. Когда они вернулись в башню Гриффиндора, их встретили Гарри и Рон, которые тут же начали делиться впечатлениями от бала. Гермиона всё ещё чувствовала лёгкое волнение, когда Невилл, прощаясь, улыбнулся ей, прежде чем подняться по лестнице в свою спальню.       Теперь ей предстояло разобраться, что означали эти переживания, оставшиеся после их первого танца.       Когда Гермиона и Невилл вернулись в гостиную, Рон уже сидел у камина с Гарри, поедая оставшиеся после бала сладости. Он бросил на Гермиону и Невилла мимолётный взгляд, ожидая, что они просто присоединятся к ним, как всегда. Но, заметив, как они обменялись короткой улыбкой, прежде чем разойтись по своим комнатам, Рон ощутил лёгкий укол неприятного чувства.       Он уже давно привык видеть Невилла и Гермиону вместе на занятиях или в библиотеке, считая, что их частое общение — обычное товарищеское взаимодействие. Однако этот вечер показался ему каким-то другим: бал и танец между ними выглядели не совсем по-дружески. Это осознание заставило его нахмуриться.       Взглянув в сторону Гарри, который, похоже, был совершенно поглощён последней шуткой из журнала, Рон поймал себя на мысли, что ему неприятно видеть внимание Невилла к Гермионе. Невилл ведь всегда был их товарищем, но сейчас, когда Рон задумался, это больше походило на что-то другое, и он не знал, как на это реагировать. Ревность охватила его почти неожиданно, и он быстро отвёл взгляд, чтобы никто не заметил.       Глубоко вздохнув, Рон решил не придавать этому значения и, переборов своё беспокойство, бросил последнюю шоколадную лягушку в рот, сосредоточившись на разговоре с Гарри. Но это новое чувство — чувство собственнической ревности — впервые заставило его задуматься о том, что Невилл и Гермиона, возможно, уже не просто друзья. Глава 7: Новые знаки внимания       Невилл всё больше осознавал, что его симпатия к Гермионе была не просто дружеской. Он всё чаще ловил себя на том, что ищет её взгляд в толпе, радуется любому совместному занятию, и теперь был готов сделать свои намерения чуть более явными. Как более уверенный в себе, но всё же скромный человек, он решил проявлять внимание ненавязчиво, но так, чтобы Гермиона поняла, что его чувства к ней больше не просто дружеские. Однажды после занятия по ЗОТИ Невилл догнал её в коридоре, где было чуть меньше учеников, и, собравшись с мыслями, заговорил: — Гермиона, у меня есть кое-что для тебя, — сказал он, вытягивая из сумки небольшую книгу по сложным заклинаниям. — Ты ведь упоминала, что ищешь её для эссе. Я нашёл её в библиотеке и подумал, что тебе будет интересно. Гермиона взяла книгу, слегка смущённая таким вниманием. Её щеки слегка порозовели, но она искренне улыбнулась ему. — Спасибо, Невилл, — ответила она, стараясь держать голос спокойным. — Ты действительно внимательно слушаешь, — добавила она, смутившись от осознания, что он запомнил её слова.       Он лишь пожал плечами, стараясь выглядеть непринуждённо, хотя в глубине души был доволен её реакцией.              В следующие дни его внимание стало проявляться ещё чаще. Они то и дело оставались в библиотеке для совместной учёбы, где Невилл незаметно старался быть ближе к Гермионе, ненавязчиво подсказывал ей по зельеварению, помогал носить книги, а иногда и просто искал повод для лёгкой беседы. Однажды, когда они вернулись вместе в гостиную, он даже оставил для неё скромный цветок из теплицы профессора Спраут, аккуратно завернутый в пергамент.       Гермиона, заметив его знак внимания, снова почувствовала, как её щеки предательски вспыхнули, и, спрятав цветок между страницами книги, подошла к Невиллу, чтобы поблагодарить. Её сердце неожиданно забилось чуть быстрее, когда она заметила в его глазах тепло и лёгкую застенчивость. — Ты правда внимательный, Невилл, — сказала она, заметив, что её голос прозвучал чуть тише, чем обычно. — Я думаю, мне очень повезло с другом, который так заботится. Невилл посмотрел на неё, и его лицо немного покраснело, но он ответил с той уверенностью, которой уже научился: — Ну, я бы хотел, чтобы это было чуть больше, чем просто дружба, — сказал он с лёгкой усмешкой, стараясь звучать непринуждённо.       Гермиона снова смутилась, но не отвела взгляд. Она поняла, что эти знаки внимания стали для неё чем-то особенным, что ей нравилось это внимание. И хотя это было для неё новым, она не чувствовала себя некомфортно. Ей было приятно и легко рядом с Невиллом, который, несмотря на свои робкие начинания, демонстрировал уверенность и зрелость. Тихое согласие между ними стало для обоих своего рода началом. Теперь каждый из них понимал, что впереди могут быть новые чувства и моменты, которые они оба были готовы разделить.       После их разговора, напряжённость между Гермионой и Невиллом сменилась на тёплое, почти осознанное понимание. Они стали проводить время вместе ещё чаще, и каждый жест Невилла, будь то помощь с книгами или тихий комплимент, воспринимался Гермионой с лёгким трепетом. Ей нравилось, как естественно их дружба начала обретать новые оттенки. Однажды, когда они возвращались с урока травологии, Невилл неожиданно предложил: — Знаешь, Гермиона, в теплицах скоро зацветут лунные лилии. Это редкое зрелище, они расцветают только при лунном свете. Хочешь, покажу тебе?       Её сердце на мгновение застучало чуть быстрее. Она понимала, что это приглашение — не просто поход в теплицу. Невилл хотел провести с ней время, и она почувствовала искреннюю симпатию к нему за то, что он так естественно приглашает её. — Я бы с удовольствием, Невилл, — тихо ответила она, стараясь скрыть легкую улыбку.       И вот, в вечер, когда мягкий свет луны заливал теплицы, они вдвоём отправились к огороженной части сада, где на тонких стеблях, чуть покачиваясь на ветру, распускались серебристо-голубые лилии. Их лепестки мерцали в ночном свете, создавая вокруг удивительную атмосферу.       Они стояли рядом, наблюдая за цветами, и в этот момент Гермиона почувствовала спокойствие и уют, которых ей так не хватало в Хогвартсе. Невилл, молча наблюдая за её реакцией, улыбнулся, чувствуя, как её присутствие наполняет его уверенностью. — Спасибо, что показал мне это место, — прошептала Гермиона, чтобы не нарушить тишину. — Я рад, что тебе понравилось, — ответил он, чуть смущённо, но с улыбкой.       Невилл осторожно дотронулся до её руки, как бы проверяя её реакцию. Гермиона слегка вздрогнула от неожиданности, но не убрала руку. Её сердце снова забилось чуть быстрее, и она почувствовала, что ей не хочется, чтобы этот момент заканчивался. Лунный свет, аромат лилий и тепло его руки создавали почти магическую атмосферу, которой она наслаждалась.       Когда они вернулись в замок, Гермиона поймала себя на мысли, что Невилл стал для неё чем-то особенным, и что она хотела бы, чтобы таких моментов было больше. Пока она поднималась к себе, её не покидало тихое ощущение счастья — и ей было приятно, что это чувство стало частью их новой связи.Когда Гермиона и Невилл вернулись из теплицы, Рон, сидевший в дальнем углу гостиной, бросил на них быстрый взгляд. Он знал, что они вместе отправились на прогулку, но ожидал, что это будет ещё одно их «учебное мероприятие» или обсуждение очередного заклинания. Однако их светлые, слегка смущённые улыбки и теплота во взглядах заставили Рона задуматься. И, к своему удивлению, он почувствовал нарастающее раздражение.       Он знал, что Гермиона давно поддерживает Невилла в учёбе, и сначала это казалось ему обычной частью её характера, всегда готовой помочь. Но что-то в их поведении теперь казалось ему другим. Бал, танцы, теперь прогулки и цветы. Он чувствовал, что Невилл становится для неё кем-то большим, и от этой мысли у него всё внутри переворачивалось. Как Невилл, тот самый Невилл, мог так легко завоевать её внимание?       Каждый раз, видя их вместе, Рон ощущал, как это чувство нарастает, хотя и не мог с уверенностью сказать, что его беспокоит больше — внимание Гермионы к Невиллу или же то, что она теперь видит его в новом свете. Его мысли бурлили, но он оставлял их при себе, решив, что не позволит этим сомнениям выйти наружу. Но в глубине души копилось ощущение, что он теряет что-то важное, что-то, что до недавнего времени считал само собой разумеющимся.       Позже, когда Гермиона и Невилл разошлись по своим комнатам, он остался наедине с Гарри в гостиной. В какой-то момент Рон, не сдержавшись, выпалил: — Ты заметил, как Невилл в последнее время везде следует за Гермионой? Он что, считает, что может просто так завоевать её внимание? С какого это он вообще стал таким?       Гарри посмотрел на Рона с лёгким удивлением, но промолчал, избегая обсуждать это в глубине. Хотя он заметил перемены в их друзьях, он не видел в них ничего плохого и не собирался вмешиваться в то, что, возможно, развивалось само собой.       Понимая, что ревность Рона только нарастает, решил оставить свои мысли при себе, надеясь, что Рон со временем поймёт, что Невилл и Гермиона просто нашли друг друга — и что это не угрожает их дружбе. Но, как бы то ни было, он начал ощущать, что это напряжение будет только расти. Глава 8: Приглашение в клуб Слизнорта       С началом ноября жизнь в Хогвартсе заиграла новыми красками, и одной из неожиданных перемен стало появление Клуба Слизнорта. Гораций Слизнорт, новый преподаватель зельеварения, был известен своими связями с влиятельными семьями и любовью к талантливым студентам, которых он собирал вокруг себя. На каждом собрании его клуба ожидались угощения, интересные гости, и, как ходили слухи, полезные связи, которые могли помочь в будущем.       Гарри, конечно же, получил приглашение, и о его участии в этих собраниях никто особо не удивился — сам Слизнорт не раз подчёркивал свою привязанность к «избранному». Однако на очередное собрание Гораций пригласил и Невилла, чем тот был по-настоящему удивлён. Слизнорт считал его перспективным учеником, замечая успехи Невилла в травологии и защитной магии. А его знания о редких растениях, а также уважаемая и влиятельная бабушка, давали Невиллу шанс стать одним из избранных участников клуба. — Это неожиданно, — признался Невилл Гермионе, когда они получили приглашения на вечеринку. — Мне и в голову не приходило, что Слизнорт пригласит меня в свой клуб. Гермиона лишь улыбнулась, поправляя пергаменты, которые держала в руках. — Ты заслужил это, Невилл. Ты действительно вырос за последний год, и Слизнорт видит в тебе потенциал, — мягко ответила она. — К тому же ты прекрасно разбираешься в магических растениях, он явно заинтересован в твоих знаниях. Пока они обсуждали приглашение, Невилл внезапно осмелился на предложение, которое раньше, возможно, и не решился бы сделать: — Может... пойдём вместе? — он постарался произнести это спокойно, но лёгкая тень смущения всё же отразилась на его лице. Гермиона, слегка удивлённая таким прямым предложением, замерла на мгновение, но затем улыбнулась. — Я была бы рада, Невилл, — ответила она, слегка порозовев, но не отводя взгляда. Ей действительно нравилось проводить с ним время, и теперь, когда она заметила его внимание, это стало для неё почти естественным.       Когда Невилл и Гермиона подошли к столу с угощениями, вокруг уже собрались гости из самых разных уголков магического сообщества. Слизнорт, искренне довольный, увлечённо рассказывал группе студентов и профессоров о недавних событиях в магическом мире, стараясь привлекать внимание своих подопечных. Обстановка становилась всё более оживлённой, и Гермиона с Невиллом с интересом прислушивались к разговорам.       Вскоре один из гостей, известный маг из Министерства, заговорил с другими студентами о том, что в последнее время участились происшествия с магглами, и из его слов Невилл понял, что ситуация становится всё более напряжённой. — Пропали ещё несколько магов, — тихо, но тревожно произнёс этот человек, наклоняясь к Слизнорту и понижая голос. — Говорят, это всё Пожиратели Смерти. Но никто не может точно сказать, что происходит. Все боятся, что Тот-Кого-Нельзя-Называть вернулся.       Гермиона посмотрела на Невилла, и её лицо отразило беспокойство. Эти слухи давно витали в воздухе, но теперь, слыша это от работников Министерства, они осознали, что угроза действительно реальна. Невилл поймал её взгляд, пытаясь выразить молчаливую поддержку.       Позже, уже когда обсуждение сменилось другой темой, Невилл задумался. Всё чаще он ощущал, что мир вокруг становится всё более опасным, и хотя никто не говорил об этом открыто, каждый понимал, что тёмные времена возвращаются. Вернувшись к их столу, он быстро прикинул, что ему нужно будет сделать, чтобы быть готовым к возможным трудностям. — Гермиона, — сказал он, обращаясь к ней, — может, это звучит странно, но я думаю, нам всем стоит быть готовыми к чему-то... на всякий случай. — Я тоже об этом думала, Невилл, — призналась она, мягко кивнув. — Я сама стала изучать заклинания, которые могли бы помочь защитить себя и близких. Это сейчас действительно важно.       После их разговора Невилл решил для себя, что на каникулах постарается приобрести всё необходимое: зелья, книги и материалы для тревожного чемоданчика. Возможно, это было слишком, но он предпочитал перестраховаться. Составив в голове список, он почувствовал, что немного спокойнее встретит грядущие испытания, зная, что подготовлен ко всему. Глава 9: Мысли Гарри       Вечеринка в клубе Слизнорта была в самом разгаре, и Гарри, наблюдая за всеми собравшимися, осознал, как сильно изменился Невилл за последний год. Раньше он был тем, кто всегда оставался в тени — скромным, немного неуклюжим, но добрым и верным другом. Но теперь Невилл, похоже, обрел ту самую уверенность, которая сделала его более зрелым и надёжным.       Гарри поймал себя на мысли, что даже он, несмотря на близкую дружбу с Роном и Гермионой, теперь воспринимал Невилла всерьёз. В нём появилась твёрдость и решимость, которых раньше, казалось, не было. Взросление Невилла стало заметным не только в его действиях, но и в отношении к учёбе, к защите — он был готов работать на результат. Гарри искренне гордился им.       Но, конечно, не только он один замечал эти перемены. Гарри краем глаза следил за тем, как Невилл и Гермиона проводят время вместе. Он видел их взгляды, заметную, но лёгкую смущённость и, как ни странно, растущую близость между ними. Гарри знал Гермиону уже столько лет, что привык к её дружбе и к её привычке давать советы, но её нынешние отношения с Невиллом определённо выходили за рамки привычного. Их связь становилась чем-то большим, и, по правде говоря, Гарри радовался этому — это было заслуженное счастье для обоих.       Тем не менее, было ясно, что не всем это приятно. Гарри не мог не заметить нарастающее недовольство Рона, который, хотя и пытался скрывать это, начинал ревновать Гермиону. Он видел знакомые нотки ревности, которые однажды уже проявились, когда Рон приревновал его самого, Гарри, после бала в Турнире Трёх Волшебников. В этот раз повод был другим, но реакция Рона оставалась прежней — он явно злился на Невилла за то, что тот вдруг оказался ближе к Гермионе, чем ему бы хотелось.       Гарри понимал, что Рон просто не готов признать, что его чувство к Гермионе — это нечто большее, чем дружеская симпатия. Но он также осознавал, что вскоре терпение Рона может иссякнуть, и это приведёт к неприятному разговору, если не к ссоре. Гарри уже представлял себе, как однажды Рон может «взорваться», не выдержав нарастающего напряжения.       В середине вечера Гарри, прислушиваясь к разговорам, услышал, как кто-то из приглашённых гостей — сотрудник Министерства магии — тихо обсуждал тревожные события, которые в последнее время сотрясали мир волшебников. Взгляд Гарри насторожился, когда он уловил обрывки фраз о таинственных исчезновениях магов и жестоких нападениях на магглов. — Пропало уже несколько человек, — говорил мужчина в деловом костюме, оглядываясь, словно опасаясь посторонних ушей. — Министерство старается держать всё в тайне, но всем ясно, что это как-то связано с Пожирателями Смерти.       Сердце Гарри сжалось. Он подозревал, что слухи о возвращении Волдеморта могут быть правдой, но сейчас, слыша это от сотрудника Министерства, его тревога усилилась. Казалось, эти страшные слухи начали обретать реальную форму. Гарри почувствовал волнение и скрытую тревогу — если даже на таких мероприятиях люди не скрывают своего беспокойства, то ситуация, вероятно, куда более серьёзна, чем он мог представить.       Он незаметно оглядел зал и заметил, что Невилл и Гермиона, стоявшие неподалёку, тоже прислушивались к разговору. В глазах Невилла была та же решимость, что Гарри уже начал замечать в последнее время. Он явно воспринимал новости серьёзно и, похоже, всерьёз задумывался о том, как защитить себя и близких.       Гарри снова погрузился в свои мысли, вспоминая о всех испытаниях, с которыми он сталкивался за последние годы, и осознавая, что это может быть только началом нового, более опасного этапа. И хотя у него было ощущение, что он готов, мысль о том, что его друзья могут оказаться в опасности, не давала ему покоя.       Ему становилось всё труднее находиться среди гостей, вести обычные разговоры и притворяться, будто всё нормально. Гарри чувствовал, что с каждым днём мир вокруг становится более мрачным и опасным, и понимал, что теперь ему, Невиллу, Гермионе и всем остальным придётся быть готовыми ко всему.       По дороге в башню Гриффиндора после вечеринки Гарри думал о том, что с наступлением зимних каникул ему предстоит поговорить с друзьями о возможных мерах защиты. Он был полон решимости сделать всё, чтобы быть готовым к борьбе, даже если никто вокруг не был готов признать серьёзность ситуации. Глава 10: Предрождественские чувства       После окончания вечеринки в Клубе Слизнорта, Невилл предложил проводить Гермиону до башни Гриффиндора. Они шли рядом, обсуждая впечатления от вечера, и чем ближе подходили к гостиной, тем больше между ними чувствовалось невысказанное. Казалось, что за эти несколько недель их отношения приобрели новое, едва уловимое тепло, и каждый из них начал понимать, что дружба уже не ограничивает их взаимодействие.       Когда они вошли в гостиную, она уже почти опустела. Некоторые ученики ещё тихо обсуждали прошедший вечер, а несколько первокурсников зевали, сидя у камина. Невилл проводил Гермиону до лестницы, ведущей в спальни девочек. Они оба замерли, немного неловко переминаясь с ноги на ногу, как будто не зная, что сказать. Но, прежде чем попрощаться, Гермиона сделала шаг вперёд и легко обняла Невилла, задержавшись в объятии на мгновение дольше, чем ожидала.       Они оба смущённо улыбнулись, слегка отступив назад, и на лицах отразился лёгкий румянец. Невилл попытался сохранить спокойствие, но его взгляд не мог скрыть радости. Гермиона, тоже смущённая, на мгновение отвела взгляд, но затем снова посмотрела на него, благодарно кивнув.       Некоторые старшекурсники, оставшиеся в гостиной, обменялись понимающими взглядами, следя за этой сценой с лёгкой улыбкой. Впрочем, никто из присутствующих не проявил этого открыто, и Невилл с Гермионой ничего не заметили. Первокурсники, занятые своими разговорами, не обратили на них особого внимания. Но в одном из дальних углов гостиной Рон, наблюдавший за происходящим, с трудом сдержался. Он скривился, видимо, едва подавляя раздражение, и густо покраснел, когда его негодование начало закипать внутри.       На следующий день началась последняя неделя перед зимними каникулами, и все студенты были заняты подготовкой к празднику. Невилл часто проводил время с Гермионой, они обсуждали планы на отдых, делились мыслями о прошедшем полугодии и о книгах, которые планировали взять с собой на каникулы. В перерывах между уроками они часто встречались в библиотеке, обмениваясь новыми идеями по защите и полезным заклинаниям. Им обоим это было приятно, и за каждым новым разговором их отношения продолжали укрепляться.       Гарри наблюдал за этим, чувствуя, как постепенно формируется новая связь между его друзьями. Он был рад за них, но одновременно беспокоился из-за Рона, который с каждым днём становился всё более отчуждённым. Гарри знал, что Рон не может долго скрывать свои чувства, и боялся, что в любой момент тот может не выдержать и сказать что-то, о чём потом пожалеет.       За неделю до каникул Слизнорт устроил небольшое прощальное собрание, чтобы пожелать своим «любимцам» счастливого Рождества. Когда все разошлись, Гарри, Невилл, Гермиона и Рон снова оказались в гостиной Гриффиндора. Атмосфера была натянута: Рон молчал, погружённый в свои мысли, а Гарри, глядя на него, догадывался, что, возможно, скоро наступит момент, когда его терпение лопнет.       Гермиона, пытаясь разрядить обстановку, предложила обсудить идеи для зимнего отдыха, но Рон едва кивнул и тут же сослался на усталость. Он ушёл к себе, оставив остальных в тишине, а Гарри, глядя ему вслед, снова почувствовал, что каникулы могут принести ещё больше перемен.       За день до Рождества в Хогвартсе объявили, что для оставшихся студентов откроется доступ в Хогсмид. Это стало приятным сюрпризом: многие ученики обрадовались возможности отвлечься от замка и насладиться предрождественской атмосферой деревни, прогуляться по украшенным витринам и выпить горячего сливочного пива.       В тот вечер в гостиной Гриффиндора собрались ученики, обсуждая планы на выходные и будущие каникулы. Невилл и Гермиона сидели неподалёку, тихо разговаривая. В какой-то момент Невилл, собравшись с духом, понял, что настало время сделать следующий шаг. Он слегка наклонился к Гермионе и с серьёзным, но немного смущённым выражением лица сказал: — Гермиона, завтра открывают Хогсмид. Хочешь… сходить со мной? В смысле, на свидание?       Его слова прозвучали чётко и уверенно, хотя Гарри, сидящий поодаль, заметил лёгкий румянец на щеках Невилла. Приглашение было настолько прямым, что оно прозвучало как своего рода признание, и это не могло остаться незамеченным. Гермиона, поначалу удивившись, вдруг ощутила, как её щеки мгновенно вспыхнули. Она посмотрела на Невилла, пытаясь собрать мысли и не выдать чрезмерного волнения, но её сердце забилось чуть быстрее от его прямоты. В итоге, чуть заикаясь, она быстро ответила: — Да, я… с удовольствием! Спасибо, Невилл.       Понимая, что остаться в гостиной будет слишком смущающе, Гермиона встала и с едва заметной улыбкой на губах направилась в спальню, стараясь скрыть волнение. Невилл, который тоже почувствовал, как смущение накрывает его с головой, вскоре последовал её примеру и отправился в свою спальню.       Между ними произошло что-то важное, и теперь ожидание завтрашнего дня превратилось в предвкушение, наполненное новыми чувствами и лёгким волнением. Глава 11: Девичьи разговоры       Гермиона взлетела по лестнице к спальне девочек, чувствуя, как щеки горят от смущения. Она едва осознавала, что произошло только что: Невилл пригласил её на свидание, и сделал это настолько прямо, что она всё ещё не могла поверить своим ушам.       Её ответ был практически рефлексивным, но ей нравилась эта неожиданность. Она быстро прошмыгнула в спальню, надеясь немного успокоиться и собраться с мыслями.       Но через несколько минут дверь спальни распахнулась, и внутрь влетели её соседки по комнате — Лаванда и Парвати, обе взволнованные и полные любопытства. — Гермиона! — воскликнула Лаванда, бросаясь к её кровати. — Ты серьёзно? Невилл пригласил тебя на свидание? Прямо на глазах у всех? — Мы всё слышали! — подхватила Парвати, с трудом сдерживая улыбку. — Это же было так... романтично! Гермиона, едва удерживая себя от смущённого вздоха, покачала головой и попыталась спокойно ответить: — Девочки, это ничего не значит... Просто прогулка. Мы давно друзья, вот и всё. Но Лаванда и Парвати не собирались так легко сдаваться. — Ой, да брось, — Лаванда улыбнулась, пересекая руки на груди. — Ты, может, и не замечаешь, но почти весь факультет давно видит, что между вами что-то происходит. Вы ведь постоянно вместе! Гермиона только сильнее покраснела и сделала вид, что что-то ищет в своей сумке, чтобы не встречаться с ними взглядом. — Невилл изменился за последнее время, — вмешалась Парвати, присаживаясь на край кровати. — Он стал таким… ну, более уверенным и, как бы это сказать, надёжным. Все это видят, и, кажется, тебе это тоже нравится. — Конечно, нравится, — не выдержала Гермиона, пытаясь звучать спокойно, хотя голос её слегка дрожал от волнения. — Просто… он мой друг, и он действительно изменился. Это всё. Но девочки не собирались так просто её отпускать. Они переглянулись и, решив, что настал момент немного пообсуждать личную жизнь подруги, продолжили. — Давай честно, Гермиона, — Лаванда хитро прищурилась. — Если бы это было просто дружеское приглашение, ты бы не убежала сюда так быстро. Да и Невилл тоже выглядел… ну, довольно смущённым, когда ты согласилась. — Мы даже поспорили, когда вы начали так часто оставаться вдвоём в библиотеке! — подмигнула Парвати. — И, кстати, я выиграла — уже тогда сказала Лаванде, что это не просто дружба. Гермиона возмущённо посмотрела на них, не зная, как отвечать на такие заявления. Она вздохнула и отвернулась, пытаясь скрыть смущение. — Да перестаньте вы, — тихо пробормотала она, едва сдерживая улыбку. — Это не ваше дело, в конце концов. Но Лаванда и Парвати, довольные её реакцией, только хихикнули. — Да ладно тебе, Гермиона, — сказала Лаванда с улыбкой. — Он тебе действительно нравится, и это же здорово, что он сделал первый шаг.       Гермиона, понимая, что споры не помогут, просто замолчала, стараясь выглядеть невозмутимой. Она всё ещё пыталась осознать свои собственные чувства к Невиллу, и это обсуждение, хоть и немного раздражало её, заставило её улыбнуться про себя. Несмотря на все отговорки, она знала, что ей было приятно услышать его приглашение, пусть это было и неожиданно.       Когда девочки, наконец, начали утихомириваться, Лаванда и Парвати, всё ещё перешёптываясь, пожелали ей удачи на свидании и направились к своим кроватям. Остальная часть вечера прошла тише, но Гермиона ещё долго не могла уснуть, размышляя о том, что ожидало её на завтрашней прогулке. Глава 12: Свидание в Хогсмиде       На следующий день Хогсмид, словно специально для их прогулки, встречал Невилла и Гермиону ясной, холодной погодой. В воздухе витал запах горячего шоколада и специй, а деревня была украшена гирляндами и волшебными огоньками, наполняя улицы праздничным уютом. Они встретились в холле Хогвартса, и Невилл, взволнованно поправляя шарф, не мог скрыть лёгкой улыбки, увидев, как Гермиона, тоже немного смущённая, выглядела особенно мило в теплом пальто и шапке. — Готова? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, хотя волнение не давало покоя.       Гермиона кивнула, улыбаясь, и они отправились по дороге к Хогсмиду, разговаривая о прошедшей учебной неделе, как будто это был обычный поход, но каждый из них ощущал, что в этот день что-то изменилось. Их лёгкий разговор шёл своим чередом, пока они не вошли в центр деревни.       Первой остановкой стал книжный магазин. Невилл, зная, что Гермиона любит книги и с удовольствием проводит время среди полок с новыми и старыми изданиями, предложил заглянуть туда. Они медленно прошлись по залу, обсуждая книги по заклинаниям, истории и травологии, и Невилл поймал себя на мысли, что с Гермионой ему было удивительно легко обсуждать свои увлечения. Она внимательно слушала его рассказы о магических растениях, задавая вопросы и искренне интересуясь. В какой-то момент Невилл заметил на полке книгу с зелёным переплётом — справочник по редким растениям, изданный всего в нескольких экземплярах. — Вот, смотри, — сказал он, беря книгу и протягивая её Гермионе. — Я читал об этом издании, здесь описаны редкие чары для усиления полезных свойств растений. Гермиона взяла книгу, удивлённо улыбаясь, и немного задержала взгляд на Невилле. — Ты всё так же любишь травологию, как и в первый год, да? — сказала она, возвращая книгу на полку. — Мне нравится, что ты в этом нашёл себя.       Невилл, слегка смутившись, но довольный её словами, кивнул. Они продолжили прогулку и вскоре остановились у лавки сладостей, где Невилл, вспомнив о её любви к шоколаду, предложил угостить её чем-то вкусным. Они выбрали горячий шоколад и несколько пирожных с начинкой, и сели за небольшой столик у окна, глядя на улицу, оживлённо обсуждая разные мелочи. Гермиона поймала себя на мысли, что их свидание проходит даже легче, чем она ожидала — рядом с Невиллом она могла быть собой, и это было приятно.       После сладкого они направились к небольшому кафе, известному уютной атмосферой и праздничным убранством. Заказав сливочное пиво, они устроились за столиком у камина, и, обняв кружку, Гермиона неожиданно сказала: — Спасибо, что пригласил меня, Невилл. Я не знала, что нам будет так... интересно вместе, — она улыбнулась, немного смутившись, но добавила: — Тебе удалось меня удивить. Невилл тоже смутился, но быстро справился с волнением. — Я давно хотел тебя пригласить, но всё не решался, — признался он с лёгкой улыбкой. — Ты всегда была рядом, поддерживала меня в учёбе и во всём. Но сейчас… мне кажется, что я хочу быть рядом с тобой не только как друг.       После уютного кафе с горячим шоколадом и пирожными Невилл предложил Гермионе прогуляться к магазинчику волшебных сладостей «Сладкое королевство». Улицы Хогсмида сияли от праздничных огоньков, и морозный воздух был наполнен запахами зимних специй и мёда. Они шли рядом, немного смущённые, но довольные, чувствуя, что с каждым шагом становится всё проще и естественнее находиться рядом. Когда они вошли в лавку, Гермиона обратила внимание на прилавок с яркими леденцами, и Невилл, подметив её интерес, предложил: — Может, купим что-нибудь? Что ты любишь? Гермиона немного задумалась, а потом, слегка улыбнувшись, указала на шоколадные лягушки. — Наверное, лучше шоколадных лягушек ничего нет, — сказала она с лёгким смехом. Невилл, улыбнувшись в ответ, тут же купил несколько лягушек, а затем протянул ей одну.       Они решили не спешить и прямо там, в лавке, открыть свои шоколадные угощения и посмотреть, какие карточки им попадутся. Гермиона, разворачивая свою лягушку, с удовольствием заметила на карточке изображение Мерлина, и показала Невиллу. — Повезло тебе, — сказал он, раскрывая свою лягушку. — А у меня… Моргана. Ещё одна в коллекцию.       На этот раз они долго смеялись, шутя друг над другом и обмениваясь карточками, пока не решили отправиться дальше. Они шли вдоль празднично украшенных витрин, и Невилл всё чаще и сдержанно бросал на неё тёплый взгляд, словно всё ещё не веря, что проводит этот день с Гермионой.       После долгой прогулки они подошли к смотровой площадке, откуда открывался вид на замёрзшее озеро и замок вдали. Солнце уже начинало садиться, и последние лучи окрашивали всё вокруг в мягкие, золотисто-розовые оттенки. Они стояли рядом, наслаждаясь тишиной, пока Гермиона не заметила, как Невилл нерешительно отводит взгляд, словно собираясь сказать что-то важное. — Гермиона, — начал он, снова набравшись смелости, — мне кажется, я не поблагодарил тебя за всё, что ты для меня делала. За то, что ты всегда верила в меня. Это значило для меня больше, чем ты думаешь. Гермиона почувствовала, как в груди поднимается тёплое чувство. Она ответила, глядя ему в глаза: — Ты не нуждаешься в моей вере, Невилл. Ты сам стал сильным и уверенным. И мне нравится видеть тебя таким.       Они стояли рядом на смотровой площадке, наблюдая, как последние лучи солнца окрашивают Хогвартс и заснеженные окрестности в золотистый свет. Лёгкий морозный воздух обжигал щёки, но это было неважно — вокруг царила тишина, наполненная каким-то особым смыслом. Весь день прошёл так тепло и легко, что казался настоящим волшебством.       Невилл, вздохнув, собрался с мыслями. Он повернулся к Гермионе, и его взгляд задержался на ней, словно стараясь запомнить каждую деталь этого момента. В её глазах отражался тёплый свет, и сердце Невилла учащённо забилось. — Гермиона… — тихо начал он, словно не зная, как выразить всё, что чувствовал. — Ты… я… наверное, звучит глупо, но я чувствую, что давно должен был сказать тебе… как много ты для меня значишь. Она посмотрела на него, и на мгновение тишина между ними стала почти осязаемой. Невилл продолжил, чувствуя, как каждая его фраза наполняется смелостью, которую он обрёл только рядом с ней. — Я думал, что это просто дружба, что это пройдёт. Но чем больше времени я провожу с тобой, тем яснее понимаю, что… я действительно влюбился в тебя, Гермиона.       Его слова прозвучали тихо, но уверенно. Гермиона замерла, её сердце внезапно затрепетало от радости и неожиданного волнения. Она поймала его взгляд, и в её глазах сверкнули тёплые искры, отражающие свет уходящего дня. Вздохнув, она тихо прошептала: — Я… тоже чувствую то же самое, Невилл.       Её слова, как тихий шёпот, разлетелись в морозном воздухе. Невилл, вдохновлённый её ответом, чуть приблизился и, осторожно, словно боясь разрушить волшебство момента, обнял её. Их лица оказались совсем рядом, и Гермиона, закрыв глаза, почувствовала, как его рука мягко легла на её щёку. Он наклонился ближе, и их губы встретились в лёгком, трепетном поцелуе — наполненном нежностью и теплом, которые они долгое время скрывали друг от друга.       Поцелуй был коротким, но в нём читалась вся сила их чувств. Когда они отстранились, Невилл всё ещё держал её за руку, глядя на неё с лёгкой улыбкой, а Гермиона, смущённая и счастливая, не отводила взгляда.        ***      Когда Невилл и Гермиона вернулись в замок после дня, проведённого вместе, в гостиной Гриффиндора царила спокойная, привычная суета. С наступлением вечера студенты разбрелись по своим делам: кто-то играл в шахматы, кто-то пересматривал учебные записи, а некоторые просто болтали у камина. Гермиона и Невилл, шепча друг другу что-то с улыбкой, шагнули внутрь, держась за руки. Их весёлый смех немного оживил обстановку, и пара студентов обернулась, посмотрев на них с улыбкой и тихим интересом.       В дальнем углу гостиной, в своём излюбленном месте, сидел Рон. Он весь вечер сидел там, мрачно ожидая их возвращения. Сначала он не знал, что Невилл пригласил Гермиону на свидание. Всё изменилось, когда позже, ближе к вечеру, он услышал, как его однокурсники оживлённо обсуждали прогулку пары и строили догадки, вернётся ли Невилл с Гермионой, решится ли признаться ей в чувствах. Разговоры о том, что, возможно, они станут встречаться, ударили Рона сильнее, чем он ожидал. Ярость и ревность закипали внутри, едва сдерживаемые — он уже чувствовал, как его терпение на исходе.       И теперь, увидев Гермиону и Невилла, держащихся за руки и весело переговаривающихся, что-то внутри Рона оборвалось. Он не смог больше сдерживаться. Вскочив с места, он стремительно подошёл к ним, его лицо пылало от гнева и обиды. — Что тут происходит?! — раздался его голос, громкий и резкий, привлекая внимание почти всех в гостиной. — Вы что, теперь вместе?       Гермиона и Невилл замерли, ошеломлённые его тоном, и вся комната затихла, наблюдая за происходящим. Невилл крепче сжал руку Гермионы и, не отпуская её, посмотрел на Рона спокойно, сдержанно. — Да, Рон, — твёрдо ответил он, стараясь сохранять спокойствие, хотя чувствовал внутреннее напряжение. — Мы с Гермионой провели день вместе. Что-то не так? Рон фыркнул, и его лицо исказилось от ярости. — Не так? Да ты вообще понимаешь, что творишь?! — в его голосе звучала едва скрываемая обида. — Ты что, решил вот так просто… взять её внимание? Думаешь, это так просто? Гермиона, ошеломлённая и растерянная, не могла поверить своим ушам. Она наконец нашла в себе силы ответить, её голос звучал резко, но решительно. — Рон, это вообще не твоё дело, — сказала она, глядя на него с твёрдостью, которую он явно не ожидал. — Это мой выбор, с кем и куда я иду. Ты мой друг, и я рассчитывала, что ты это поймёшь. Рон, не в силах скрыть своё негодование, перевёл взгляд на Невилла и с вызовом произнёс: — А тебе, значит, нормально вот так просто взять и увлечь её за собой, да? Какого вообще... почему ты вдруг решил, что имеешь на это право? Невилл, сдерживая собственные эмоции, твёрдо встретил его взгляд. — Я знаю, что чувствую, и знаю, что это взаимно. Я давно хотел быть с ней, Рон, и сейчас я уверен в своём решении. Что бы ты ни сказал, это не изменит моего отношения к Гермионе.       Рон стиснул зубы, его лицо ещё больше покраснело. Гнев кипел в нём, и он казался готовым накинуться на обоих. В этот момент вмешалась Джинни, стоявшая неподалёку. Она, бросив взгляд на Гарри, твёрдо произнесла: — Рон, хватит. Ты ведёшь себя как ребёнок. Это выбор Гермионы и Невилла, и это их дело, а не твоё.       Рон бросил яростный взгляд на сестру, но Джинни лишь выдержала его с твёрдостью, а остальные студенты наблюдали за происходящим с интересом, не вмешиваясь. Гермиона, собравшись с духом, добавила: — Да, Рон, мы с Невиллом — пара. Это мой выбор. И прошу тебя принять его.       Эти слова эхом пронеслись по комнате, и Гермиона вдруг осознала, что сказала это вслух перед всеми. Щёки её вспыхнули ярким румянцем, но Невилл, глядя на неё с тёплой улыбкой, мягко сжал её руку, давая понять, что он рядом.       Рон на мгновение замер, и его лицо стало пепельно-бледным. Он ничего не ответил, но, скрипнув зубами, схватил свою сумку и, не оглядываясь, вышел из гостиной, громко хлопнув дверью.       В гостиной воцарилась тишина, и несколько студентов с понимающими улыбками переглянулись.       После того как дверь за Роном с грохотом закрылась, в гостиной повисла тишина. Несколько студентов бросили сочувственные взгляды на Гермиону и Невилла, но тут же отвернулись, поняв, что вмешиваться не стоит. Гермиона всё ещё стояла на месте, чувствуя, как её щеки горят после собственных слов. Сказать при всех, что они с Невиллом теперь пара, было для неё неожиданно, но, оглянувшись на Невилла, она почувствовала поддержку в его тёплом взгляде.       Невилл, не выпуская её руки, слегка улыбнулся, словно говоря, что всё в порядке. Он мягко повернулся к ней, и, не обращая внимания на окружающих, произнёс: — Всё нормально, Гермиона. Я рад, что ты сказала это.       Она ответила ему благодарной улыбкой, ощущая, как волнения уступают место тихой радости. Он был рядом — надёжный и спокойный, готовый поддерживать её даже в таких непростых ситуациях. Джинни, подойдя к ним, положила руку на плечо Гермионы и тихо сказала: — Не переживай за Рона, он отойдёт. Ему просто нужно время, — она бросила короткий взгляд на Гарри, который слегка кивнул, давая понять, что тоже поддерживает их.       Они обменялись улыбками, чувствуя, что теперь их отношения обрели новое, более определённое измерение. Остальные студенты понемногу вернулись к своим делам, и шум в гостиной возобновился. Для всех очевидно, что сегодня произошло что-то важное, и все приняли это по-своему, но в основном с пониманием и даже с небольшой радостью за Невилла и Гермиону. Глава 13: Рождество и письма на расстоянии       Рождество в Хогвартсе принесло в замок привычное волшебное настроение: Большой зал сиял праздничными огнями, вокруг ели кружили сверкающие гирлянды, а на столах стояли горы вкуснейших блюд. Гермиона и Невилл, воспользовавшись тихими минутами утром, обменялись подарками. Их прогулка по украшенному замку была наполнена тёплыми разговорами и лёгкими, едва сдерживаемыми улыбками. Время от времени они обменивались нежными, застенчивыми поцелуями, скрытыми от посторонних глаз, что делало эти моменты ещё более волшебными.       Всё это придавало их празднику особое значение, и они старались запомнить каждую минуту, зная, что скоро им придётся разъехаться по домам. Гермиона, как и Невилл, чувствовала, что их отношения теперь стали чем-то важным и драгоценным, и день пролетел для них незаметно.       Когда пришло время покидать Хогвартс, Гермиона, Невилл, Гарри, Джинни и Луна заняли купе в поезде, направляющемся к Лондону. За окном мелькали зимние пейзажи, покрытые инеем, и дружеская атмосфера постепенно унесла всех от повседневных забот и тревожных мыслей. Невилл и Гермиона сидели рядом, иногда переглядываясь и обмениваясь короткими, но теплыми поцелуями, отчего Джинни с Луной то и дело обменивались понимающими улыбками, а Гарри сдержанно усмехался, хотя всем было видно, что он рад за них.       Когда поезд прибыл на Кингс-Кросс, платформа была наполнена обычной суетой: ученики прощались с друзьями, родители с улыбками и нетерпением встречали детей. Невилл помог Гермионе спустить багаж, и они вышли на платформу вместе с остальными.       В толпе уже виднелись родители Гермионы и бабушка Невилла, Августа Лонгботтом. Оба немного задержались у выхода, чтобы обменяться последними словами на прощание. Невилл осторожно обнял Гермиону, чувствуя тепло её рук, и, не скрывая чувств, наклонился, чтобы поцеловать её на прощание. Это был мягкий, нежный поцелуй, в котором чувствовалось обещание на будущее. Их родные, стоявшие неподалёку, заметили это. Бабушка Невилла, увидев внука с Гермионой, сдержанно улыбнулась, довольная, что Невилл обрёл счастье и уверенность. Родители Гермионы, слегка удивившись, переглянулись, но в их взглядах читалось тёплое понимание. После того как они попрощались, Невилл направился к бабушке. Августа, поприветствовав его, одобрительно кивнула в сторону Гермионы: — Счастливый ты, Невилл. Девушка с сильным характером — тебе повезло. Невилл, слегка покраснев, кивнул и с улыбкой ответил: — Знаю, бабушка. Я действительно счастлив.       Вернувшись домой, он сразу обсудил с ней планы на каникулы, включая необходимость собрать тревожную сумку. Августа, хоть и была немного удивлена такой предусмотрительностью, поддержала его. Они вместе отправились на Диагон-аллею, и       Невилл скрупулёзно собирал всё необходимое: магическое расширение для сумки, зелья, тёплые одеяла, запасную одежду, провизию и несколько книг по защитным чарам. Он чувствовал, что эта подготовка придаёт ему уверенность в условиях нарастающей угрозы.       Тем временем дома Гермиона тоже ощущала тревогу. В последние дни в маггловских и магических новостях участились сообщения о пропаже людей, таинственных происшествиях и тревожных сигналах. Гермиона обсуждала это с родителями, и, хоть они не знали всех подробностей, разделяли её беспокойство.       Невилл и Гермиона начали переписываться сразу же после расставания. Письма были наполнены тёплыми словами и воспоминаниями о прошедших днях, и оба старались поддержать друг друга. Их письма начинались с лёгких воспоминаний, а заканчивались обсуждениями насущных опасений. Гермиона писала: «Здесь в Лондоне стало беспокойно. Ходят слухи, что в Министерстве скрывают информацию, и я всё больше начинаю верить, что опасность реальна», — делилась она, добавляя, что её семья тоже ощущает эту тревогу. Невилл отвечал, что сам чувствует приближение перемен: «У меня почти всё готово. Сумка собрана — странное ощущение, будто это действительно понадобится. Надеюсь, что я зря перестраховываюсь, но сейчас хоть чувствую себя спокойнее».       Письма становились для них настоящей поддержкой. Несмотря на растущее напряжение, они знали, что связаны не только привязанностью, но и общими целями. Иногда Невилл переписывался с Гарри, обсуждая последние новости, и они делились мыслями о том, что возможно, грядёт что-то действительно серьёзное.       Даже на расстоянии Невилл и Гермиона ощущали, что их чувства придают им сил и помогают справляться с тревогой перед неизвестным. Глава 14: Трещины в дружбе       По возвращении с каникул в Хогвартс, в отношениях между Роном, Гермионой и Невиллом начала нарастать скрытая напряжённость. Ревность Рона к Невиллу, которая когда-то казалась временным всплеском, теперь пустила глубокие корни. Он старался скрывать свои эмоции, но всё чаще они прорывались наружу, особенно когда он видел Гермиону и Невилла вместе. Даже Гарри, старавшийся сгладить острые углы, заметил, как постепенно Рон отдаляется и больше времени проводит в одиночестве.       Гарри тоже понимал, что разногласия идут глубже, чем обычная ревность. Они всё чаще не могли договориться и расходились во мнениях. В то время как Гермиона и Невилл старались сосредоточиться на подготовке к грядущим трудностям, Рон всё больше чувствовал себя отстранённым и недооценённым. Постепенно стало очевидно, что дружба меняется, и Невилл, вопреки всем ожиданиям, всё чаще занимал место рядом с Гермионой и Гарри.       Когда настало время покинуть Хогвартс, чтобы отправиться на поиски крестражей, Гарри понял, что с ними поедет именно Невилл. У Рона были свои причины остаться: частично обида, частично нежелание видеть рядом с Гермионой другого. Гарри, хоть и чувствовал сожаление, понимал, что с Невиллом их шансы найти и уничтожить крестражи возрастут. Глава 15: Путешествие и подготовка       Путешествие за крестражами началось, и Невилл оказался более чем полезен. В своей сумке с расширением он предусмотрительно собрал всё необходимое для выживания: палатка с магическим расширением внутри, тёплые одеяла, кухонные принадлежности и даже небольшой камин, создающий уютное тепло. Гарри и Гермиона были поражены его внимательностью к деталям, и это добавило уверенности в их способности справиться с трудностями.       Каждый вечер, после напряжённых поисков и раздумий над следующими шагами, они собирались в палатке, беседуя и обсуждая планы. Спокойствие и уравновешенность Невилла помогали Гарри сосредоточиться на главном, а его забота о Гермионе наполняла их путь теплом. Невилл, заранее подготовившийся ко всем мелочам, оказался тем надёжным человеком, который был нужен в эти тяжёлые времена.       Время от времени они получали вести о том, что происходит в Хогвартсе. Рон, хоть и держался особняком, активно помогал в организации Сопротивления вместе с остальными, включая Луну. Как рассказывали, Рон и Луна, казалось, нашли общий язык, и в их общении зажглось что-то новое. Глава 16: Возвращение в Хогвартс       После долгих месяцев поисков Гарри, Гермиона и Невилл, пройдя через опасности и испытания, приблизились к своей последней цели. Они уничтожили все крестражи, которые держали душу Волдеморта, и теперь направлялись в Хогсмид. Когда они аппарировали на знакомую, заснеженную улицу деревни, перед ними, словно маяк надежды, высился Хогвартс, освещённый лучами вечернего солнца.       Глядя на замок, все трое ощущали, что каждый прожитый ими день сделал их сильнее и ближе друг к другу. Впереди их ждали заключительные битвы, но сейчас, на пороге своей альма-матер, они чувствовали глубокую уверенность. — Дом, — с тихой улыбкой прошептала Гермиона, сжимая руку Невилла, который ответил ей таким же тёплым взглядом.       Гарри, стоя рядом, ощутил, как внутри него разливается чувство силы и решимости. И в этот момент на пороге Хогвартса показалась фигура, чей силуэт они узнали мгновенно — к ним навстречу шёл Альбус Дамблдор, величественный и спокойный, с той самой доброй улыбкой, которую они боялись больше не увидеть. — Профессор Дамблдор! — воскликнул Гарри, и в его голосе смешались удивление и радость. Они знали, что Дамблдор долгое время был в коме после проклятия, но теперь он стоял перед ними, казавшийся ещё мудрее и сильнее. Дамблдор приблизился к ним, и его взгляд смягчился, когда он увидел, как повзрослели его ученики. — Гарри, Гермиона, Невилл, — произнёс он, его голос был спокоен, но наполнен благодарностью. — Вы справились с тем, что казалось невозможным. Он положил руку на плечо Гарри, и тот почувствовал, как его охватывает чувство глубокого покоя. — Я верю в то, что вы теперь понимаете: дружба, которую вы пронесли через всё это, — это сила, которая поведёт нас в новом мире. Гарри, Гермиона и Невилл обменялись взглядами, понимая, что их путь — и их дружба — связаны навсегда.