*

— Давайте сыграем в «Киру», — неожиданно сказал Рюдзаки. Все, включая прикованного к нему Лайта, посмотрели на детектива в недоумении. — Сыграем? Рюдзаки, мы здесь не играем, мы ведём расследование. От того, насколько серьёзно мы к этому отнесёмся, зависят человеческие жизни! Я надеюсь, ты об этом не забыл? — сурово спросил его Соичиро Ягами, сводя брови. Моги, сидящий на стуле рядом с ним, согласно кивнул. Лайт наморщил лоб и произнёс: — Кажется, я понимаю, что хочет предложить Рюдзаки. Но я тоже не понимаю, зачем предлагать это сейчас, особенно когда уже три месяца у нас не было никакого прогресса. Лучше действительно сосредоточиться на работе. В комнату зашёл Ватари, несущий поднос с чайником, пакетиками сливок, коробкой сахара, упаковкой пирожных, тарелкой с чизкейком (кажется, апельсиновым), пачкой шоколадных конфет, которые Рюдзаки очень любил, коробкой свежеиспечённых пончи… В общем, на подносе было много сладостей, было удивительно, как они все там уместились. Но Лайт не сомневался, что детектив-сладкоежка съест всё это ещё до конца сегодняшнего дня. Рюдзаки, заметив Ватари, повернул к нему голову и немного обиженным тоном сказал: — Я же говорил тебе, что они не согласятся. Несмотря на то, что это с вероятностью в 21% поможет нам выйти на след Киры. — С этого места, пожалуйста, поподробней. — включился в разговор Айзава, до этого молча сидевший на крайнем стуле почти в самом углу комнаты. — Есть что-то, что поможет нам побыстрее с этим расправиться? Тогда я всеми руками за. А то я скоро забуду, как выглядит моя дочь. — Всё ясно, как день, Айзава-сан. Очевидно, что для того, чтобы поймать сверхъестественного преступника, мыслить нужно нестандартно, чего у этой команды, состоящей в основном из полицейских, никак не получается. И не горячитесь, это просто факт. — Но в процессе игры кому-то из нас в голову может прийти что-то стоящее. Давно доказано, что именно во время игры человек может придумать что-то необычное и творческое, гораздо лучше, чем при других видах деятельности. — дополнил его Лайт. Рюдзаки посмотрел на него с одобрением. — Рюдзаки, если я правильно понял, — осторожно сказал Ягами-старший, — ты хочешь сыграть в «Мафию»? Только вместо мафий у нас будут Киры? — Верно. А вместо мирных жителей — преступники. Но это в целом ничего не меняет. — Да нет, — возразил ему Лайт, — очень даже меняет. Преступники, в отличие от мирных жителей, убивают людей. А убивать людей — задача мафий… то есть Кир. И заменять одних другими будет некорректно. — Лайт-кун, говоря нечто подобное, ты же понимаешь, что я могу подумать? Осознаёшь, что ты всё ещё подозреваемый? Лайт вымученно улыбнулся и кивнул. Да, да. Рюдзаки напоминал ему об этом каждый день, поэтому забыть было сложно. — Итак, решено. Мы играем в «Мафию». Мацуда-сан, пожалуйста, сходите за Амане-сан. Ватари пока принесёт карты. Старик кивнул и вышел из комнаты, молодой полицейский за ним. У Лайта же появился вопрос. — Рюдзаки, а кто же будет ведущим? Нас и так довольно мало, а… — Об этом не беспокойся, Лайт-кун. Ведущим будет один мой знакомый — другой L. Разумеется, его не будет здесь вживую, он будет говорить с нами через компьютер. — А-а… — задумчиво протянул Лайт, пытаясь собрать свои мысли в кучку. Раньше «другим L» притворялся Ватари, но затем это прекратилось. Действительно ли этот его «знакомый» — другой L, или Рюдзаки снова его проверяет, снова хочет запутать, как он считает, Киру? «А Миса-то как будет удивлена, подумать только — L играет со своей командой в «Мафию!» Вскоре Мацуда с Ватари вернулись, первый вёл за руку Мису. Она выглядела воодушевлённой, на лице сияла счастливая улыбка. Впервые за несколько недель у неё намечалось что-то более интересное, чем сидение в четырёх стенах под постоянным наблюдением и бесчисленные съёмки и фотосессии. Ватари нёс в одной руке карты, а во второй — ноутбук с зарядкой и мышью, чудом не роняя всё это на пол. Из динамика ноутбука слышалась оживлённая немецкая речь. Старик слушал, благосклонно улыбаясь, изредка вставляя в непрерывный поток несколько слов — тоже на немецком. Внезапно голос исчез и появился второй — говорящий уже на японском, безо всяких эмоций и выразительности и с чёртовым искажением голоса. Уж точно, второй L. Перенимает раздражающие привычки первого. — Здравствуйте. Я сейчас говорю с командой расследования по делу Киры, верно? Рюдзаки кивнул, и Лайт понял, что говорящий их видит. Это не было открытием — как иначе у него получилось бы быть ведущим? — но было очень неприятно получить прямые доказательства. Теперь Лайт понимал, что ощущают полицейские по всему миру, когда с ними говорит L. — Пожалуйста, раздайте карты сами. Ввиду моего отсутствия в штаб-квартире я не могу этого сделать. Невероятный факт. Видимо, в крови у всех L, даже поддельных, было озвучивать общеизвестные вещи с умным видом. И иметь при этом совершенно не очевидные намерения. Зачастую. Ватари раздал карты. Лайт мельком посмотрел на свою, сразу же убрав, чтобы случайно не выдать выражением лица свою роль. — Ого, Рюдзаки! А карты прям тематические! — Мацуда восторженно разглядывал свою. Идиот. — Начинаем игру. — равнодушно произнёс машинный голос. — Город засыпает, просыпается мафия. Сегодня первая ночь, мафия просто знакомится друг с другом, как и я с ними и остальными ролями. Мафиози, спасибо. Ложитесь спать. Просыпается полицейский. Спасибо, полицейский. Просыпается… Ему секунды хватает, чтобы найти человека с открытыми глазами и запомнить его? Интересно, а он вообще знает их имена? Кто этот «L-2»? — Красотка засыпает. Просыпается го… Внезапно из динамика послышался грохот, щелчок, и потом уже знакомый голос начал энергично говорить, впрочем, уже не на немецком: — Эй-о, а красоточка-то у нас тут… хе-хе! Ниа, ты точно не ошибся? — Нет. — теперь искажения на голосе не было, но и без него казалось, будто говорит робот. Ни одной эмоции. А ещё… говорил ребёнок? — Рюдзаки… — осторожно начал Лайт. — А что происходит? Кто эти люди? Эти дети? — Ягами-кун, эта информация вам абсолютно не нужна. Держите свои вопросы при себе. М, я в вас разочарован. Это поведение — как раз та причина, по которой на роль ведущего был избран N. Важна бес-прист-раст-ность. — Ладно, ладно. — фыркнул второй говорящий. — Так тогда может Мэ… второго М позовём? Он уж точно беспристрастен. А этот твой N сто пудов будет тебе подыгрывать. — Ты ошибаешься, — ответил тот, которого назвали N. — А знаете что, это неплохая идея, — задумчиво произнёс L. — Вам будет полезно попрактиковаться работать в команде. Позови М, вы втроём будете ведущими. Из динамика некоторое время доносились звуки радости, через полминуты они исчезли, а ещё через две минуты появился третий голос: — Всем привет. — Ради избежания путаницы, третьего ведущего называть О, — заметил Рюдзаки и повернулся к остальным игрокам. — Так вот, город уже давно проснулся. Команда расследования, включая Лайта с Мисой, давно открыла глаза. Мацуда заинтересованно таращился на монитор, но разумно не задавал никаких вопросов. Ватари добродушно улыбался себе в усы и хитро смотрел на Рюдзаки. Возможно, у него уже были какие-то предположения по его поводу. Соичиро Ягами казался совершенно сбитым с толку странными событиями. Аизава казался чрезвычайно разозлённым странными событиями, поскольку они лишь затянули игру, в которой ему с самого начала не очень хотелось участвовать. Моги просто сидел. Миса с подозрением смотрела в сторону Рюдзаки, изредка поднимая восхищённые глаза на Лайта. Сам Лайт выглядел никак. Словно его не касалась ни сама игра, ни странные детские голоса по другую сторону монитора. Один из которых — вроде, N — начал говорить: — У игроков есть право… Но мгновенно оказался перебитым М: — А давайте ролеплеить! Так же намного интереснее! Тем более вашей целью является поиск Киры, так вот и посмотрите на то, как различные типы людей реагируют на всё вот это вот. — Я поддерживаю идею. Да и наблюдать будет интереснее. — согласился О. Это, очевидно, было единственной причиной. Рюдзаки медленно кивнул. — Давайте. Ватари, я предлагаю вам начать представлять другим игрокам своего персонажа. Тот усмехнулся: — Хорошо. Меня зовут Роджер Рувье, мне… ну, пусть будет 25 лет, я работаю учителем, денег еле-еле хватает на проживание. Увлекаюсь… предположим, коллекционированием насекомых. Сдавленный смех голосов за монитором перерос в хохот. Кажется, М и О. — Можно теперь я? — воодушевлённо спросила Миса. — Можно! Я буду тогда Нори Ишигами, м-м, пусть 19 лет и будет… Я буду актрисой, но только не телевидения, а театра! Лайт закатил глаза. Она даже не постаралась. Нори Ишигами была одной из её подруг, а её «биография» почти полностью повторяла биографию Мисы. Следующим был Моги. — Ну… Рей Ивамацу. Живу один. С собакой. Айзава фыркнул, очевидно, не сильно впечатлившись представлением своего коллеги. — Меня зовут Джордж Джорджсон, я приехал в Японию из Америки, чтобы читать лекции в университете. «Оба выдают очень мало деталей как о себе, так и о своей профессии, — размышлял Лайт. — Боятся случайно выдать свою роль? Вряд ли преступники». Ягами-старший прочистил горло, недовольно шевеля усами. Кажется, представление давалось ему сложно. — Я… гхм… Когоро Акечи, живу вместе со своей семьёй в пригороде Токио… а если мы играем с какими-то вот ролями, то в каком месте мы вообще собрались? — Отель, — ответил N. — Хорошо. Тогда я приехал в Токио по работе… предположим, я работаю, хм, садоводом… и остановился в отеле. «Чудно, — мысленно закатил глаза Лайт. — И в кого же я такой умный?» — А я! — очнулся Мацуда, до этого внимательно слушавший остальных. — Я ж ещё не представился! Я буду Кобаяши Ёшио, и я помогаю Акечи в его саду! «Здорово. Мне интересно, насколько хорошо Мацуда попал своей глупостью в этот раз?» — Лайт-кун, мне кажется, сейчас твоя очередь, — L похлопал его по плечу, и Лайт с досадой оглянулся на него. Он помнил, просто хотел сначала послушать, как это будет делать сам L. — Я буду играть за себя. Лайт Ягами, лучший студент Токийского университета, — Лайт сказал с ухмылкой. — Ну каково эго! — возмутился М из динамика. — L, ты последний. — Рю Рюдзаки. Частный детектив. — Замечательно, — прокомментировал О. — Тогда сейчас будет вторая ночь, я так понимаю, сейчас никого не выкидываем. Ночь прошла довольно быстро и, как показалось Лайту, успешно. — Сегодня ночью умер Рей Ивамацу. Алиби есть у Лайта, — N, всё так же бесстрастно. Лайт хитро прищурился на Мису, и та покраснела, отвернувшись. Как предсказуемо. — Кому было выгодно убить Ивамацу, как вы считаете? — L оглядел комнату и остановился на Лайте. — Я хочу услышать твои предположения, так как тебя сегодня всё равно не выкинуть. — Я думаю, что это были Когоро Акечи со своим помощником, — Лайт уставился на Мацуду. Лучше будет избавиться от них прямо сейчас, чтобы потом не было лишних проблем. — Выбирать себе связанные предыстории — это довольно подозрительно, не находите? — Помимо этого, никто, кроме них, в целом, не может быть Кирой, — подключился L. — Нори-сан — красотка. Мистер Джорджсон — врач. Я — полицейский, я знаю, что господин Рувье невиновен. — Э, погодите! — всполошился Мацуда. — Я же не мафия, я мирный! Ну, преступник, но вы меня поняли! — Это беспредел какой-то, у вас нет никаких доказательств! — добавил Ягами-старший. «Дело Киры и в реальности точно такое же, — подумал Лайт с ухмылкой. — Какая всё-таки показательная игра. Хоть сочувствия себе заработаю». — Я согласен с Рюдзаки, — сдержанно кивнул Ватари. — Предлагаю сегодня избавить наш отель от Когоро Акечи. Прошло быстрое голосование, во время которого Лайту было очень трудно удержаться от победного смеха. Если ничего странного и непредвиденного не произойдёт, их победа обеспечена. — Итоги голосования, — важным голосом объявил М. — Три голоса за Когоро Акечи, два голоса за Рю Рюдзаки. Соичиро Ягами запыхтел, глядя на остальных игроков с видом оскорблённого достоинства. Лайт примирительно улыбнулся ему, стараясь заглушить чувство вины внутри себя. Когоро Акечи был преступником. У него было полное право его устранить. Да и это просто игра, что уж. — Третья ночь, — бесстрастно сказал N, не обращая внимание на Соичиро. — Город засыпает, просыпаются Киры. Полицейский. Доктор. Красотка. Город просыпается. — Я вас так люблю, ребят! — завопил М. — За вами так прикольно наблюдать! — М, не кричи, пожалуйста, — попросил Ватари. — Так, ну что ж, — нетерпеливо сказал О. — Этой ночью убита Норо Ишигами. Кр-р-расотка сходила к Рюдзаки. — Я впечатлён, Кобаяши-сан, — протянул L. — Ты был достаточно умён, чтобы не убить полицейского, так как мистер Джорджсон точно вылечил этой ночью меня. — Да я не убивал никого! — выкрикнул Мацуда. — Правда! — Ври дальше, — проворчал Айзава. — У тебя такое лицо честное, всем понятно, что врёшь. — Я уверен, что Кира — Рюдзаки! — не сдавался полицейский. — Посмотри-ка на него! Он пытается меня выкинуть! Если вы меня сейчас убьёте, а ты следующей ночью не угадаешь, он победит! — У меня алиби в любом случае, Кобаяши-сан. — Ещё и злорадствует! — Голосование, — повысил голос Ватари. — Мы тут ведущие, Ватари, — недовольно проворчал М. — Голосование! Мацуда ткнул пальцем в Ватари, стараясь сдержать слёзы. Лайт пожалел бы его, но пока нужно было играть. — Три голоса за Кобаяши. Один голос за Рувье, — подсчитал N. Ватари кивнул, как-то странно хихикнул и вышел из комнаты, сказав что-то про «кучу работы». Лайт рассмеялся, откинув голову назад. — Ох, это было так просто! — И так быстро, к сожалению, — поддержал его L, правда, более спокойно. Айзава в недоумении посмотрел на них, а потом до него дошло. — Так, так, так, погодите, — заговорил он, — вы же не хотите сказать… — Да, Айзава! — оборвал его Лайт. — Я… Мы — Кира! — прокричал он, обняв L за плечи. — Да как так-то, — огорчился L. — Обязательно тебе надо было вот это «мы» добавлять? — Ты это специально сделал? — Да. — Запланировал? — Да. — Не говори, что Ватари мне эту карту специально подложил? — Да. — Рюдзаки! *** Ватари чокнулся стаканом яблочного сока с Рюуком и прикрепил на монитор компьютера карту с девушкой в полупрозрачной одежде. — Чё как думаешь, когда они уже закончат? — прокаркал Рюук, наблюдая через камеры за дракой. — Да ладно. Пусть продолжают. Интересно ведь.