***

Пустота скреблась из места, что глубже души. Откуда-то совсем глубоко, где раньше Оби-Вану было больно, но теперь только странно. Он будто наблюдал за своей жизнью из-за бронебойного стекла, а контролировать ничего не мог. Но, справедливости ради, Оби-Ван и не пытался: со времен Мелида-Даан он оставил эту идею. Ведь чем больше он старался, тем худший оборот принимали последствия. Та война разрушила его отношения с Квай-Гоном полностью и, даже когда Оби-Ван понял, что на Мелида-Даан ему не место, то вернуться в Орден не смог. Было и стыдно и противно одновременно. Разумные существа убивают и убивают друг друга из-за поводов один другого глупее, а джедаи только смотрят и изредка бросают кость помощи, но чаще не вмешиваются, лелея благочестие. Оби-Ван так и не понял, путь Ордена ложный или нет, и оставил его хоть и с сожалением, но больше облегчением — жизнь стала попроще. Свобода была пахла душными кабинами звездолетов и звучала писком дроидов, а Оби-Вану она и такая нравилась. Мелида-Даан случилась почти с десяток лет назад, и за это время Оби-Ван совершенно не преуспел в том, чтобы и разобраться в том, что он делает по жизни. Он мотался по галактике, избегая Центрального Кольца и джедаев, зарабатывал то починкой дроидов, то доставкой грузов, то наемником. Около года назад, когда всё окончательно ему опостылело, он подался в банду пиратов, которые грабили республиканские суда. Работа оказалось непыльной, поэтому Оби-Ван остался и был честным пиратом ровно до того, как их судно взяли на абордаж, а всей команде раздали тюремные сроки. Он имел пару возможностей сбежать, но почему-то не стал. Просто с интересом наблюдал, куда ещё может привести его бездействие. Наблюдал и сейчас в трюме битком забитом преступниками всех рас и мастей. Было душно, им не выдавали даже воду, но Оби-Вану всё это было знакомо — сколько раз он проходил такое? Со счета уже сбился. Из разговоров охранников он знал, что баржа идет в “Улей-7”, и это само по себе не могло обрадовать. Слухи про гладиаторские поединки могли быть не только слухами. Но за десятилетие Оби-Ван выучил достаточно трюков и уловок, что смочь выжить и там. “Видел бы меня учитель”, — со смешком подумал он, поплотнее накидывая капюшон. Хотя вряд ли кто мог его узнать — за года лицо Оби-Ван изменилось достаточно, да и джедаи не раскрывали списков бывших в ученичестве. Даже если искали. На самом деле, Оби-Ван крайне редко встречал форс-чувствительных существ, а ещё реже — ещё и обученных. Но привычка скрываться в Силе вросла в его плоть и кровь. Дважды это спасало ему жизнью, и оба эти раза отпечатались как в памяти, так и шрамами на теле. Поэтому он привычно приглядывался к каждому из существ вокруг, прощупывая почву. Не то, чтобы Оби-Ван так уж дорожил своей жизнью, но умирать по случайности ему не хотелось. И в этот раз Оби-Ван вытянул то ли джек-пот то ли крапленую карту — прислонившись к противоположной от него стене сидел гуманоид, от которого тянуло Силой. Неявно, словно бы он скрывался и одновременно ограничивал себя в её использовании, но сокрытие было такое паршивенькое, потому Оби-Вану не составило труда почувствовать. То, что от Силы пахло Темной Стороной не удивляло — в Галактике за пределами Ордена форсюзеры предпочитали эффективность, а не благочестие; да и сам Оби-Ван давно был не без греха. Не долго думая, он послал в сторону гуманоида легкий всплеск Силы, который легко коснулся чужих щитов и отхлынул. Край черной хламиды соскользнул с головы форсюзера, обнажив красно-черную татуированную кожу и рога. “Забрак”, — с интересом пригляделся Оби-Ван. Забрак не дернулся и в Силе тоже никак себя не проявил, но воздействие не мог не почувствовать. За себя Оби-Ван не беспокоился: он был плотно скрыт щитами, и сомневался, что его можно обнаружить. Впрочем, забрак и не попытался: лишь старательнее ограничил себя, не пытаясь искать источник возмущений. Это было по-своему умно — всё ещё можно было сойти за форс-нуля или аномалию. Любопытство стало сильнее разума: Оби-Вану захотелось поговорить с этим индивидом. Это было чистое безумие — лезть к форсюзеру без плана и не имея с собой даже светового меча. И это безумие искрами уже бежало по нервам Оби-Вана. Да, раскрывать себя было глупо и неправильно, но решение уже было принято. Может ли он сделать своё положение ещё хуже? Чисто теоретически хотелось попробовать. Оби-Ван поднялся и размял ноги. И легкими шагами двинулся через весь трюм. — Я хочу сесть здесь, — попросил он у сидящего вплотную к забраку тойдарианца. Тот уставился в ответ со смесью брезгливости и любопытства. Оби-Ван знал, какое впечатление производит — худощавый человек без оружия. Ни клыков, ни мышц, чего бояться? — Ты рамсы попутал, мальчик? Оби-Ван притворно вздохнул. Он сначала жалел, что придется демонстрировать себя на таком противнике, но теперь был даже немного рад. Драться руками и ногами в душном помещении было лень. Забрак же приоткрыл глаза, и на Оби-Вана дохнуло Темной Стороной. Край золотой радужки почти светился в полутемном трюме. — Ты хочешь уступить мне место, — опять обратился Оби-Ван к тойдарианцу. Тот уставился на него со смешком, крутя нож в трехпалых ладонях. Эта раса славилась сварливостью, умением находить выгоду везде и… почти полной нечувствительностью к внушению Силой. — А если не хочу, то что? — Хочешь. Хочешь встать и уйти отсюда подальше, — с нажимом повторил Оби-Ван Тойдарианец растянул губы в чем-то похоже на улыбку, если бы не клыки. Веки его коротко дрогнули, но полноценного внушения так и не случилось. Оби-Ван потерял терпение. В Силе вспыхнула злость, которую он и не пытался скрывать — какой смысл? Да и его гордость была уязвлена — Оби-Ван был очень хорош во внушении, настолько, что не собирался принимать поражение. Он наклонился к ушной раковине тойдарианца и ласковым шепотом произнес: — Пошел прочь отсюда. Голова гуманоида дернулась, а из носа потекла струйка крови и глаза закатились. Как сомнамбула он встал и освободил место подле забрака. Баланс Силы внутри Оби-Вана сместился, и кончики пальцев похолодели, а затылок кольнуло тупой болью. Но этот трюк того стоил — Оби-Ван тренировал много-много раз прежде, чем стало хоть что-то получаться. Он опустился рядом с забраком, ощущая напряжение в спёртом воздухе так, как будто оно было в самом деле осязаемым. “Если он сейчас свернет мне шею, то это будет уморительно”, — подумал Оби-Ван, растирая виски. Забрак бы мог. Но страха не было, как не было уже давно, только полузабытое любопытство бежало адреналином по венам. — У нас есть кое-что общее, — обратился он к забраку, краем глаза разглядывая узор татуировок. От того в Силе пахло легким замешательством — он не мог понять то ли ему драться, то ли бежать, но в скрывать форс-чувствительность больше не пытался. Оби-Ван тоже чуть отпустил щиты, разрешая увидеть себя в Силе. Забрак лишь мельком коснулся его и сразу же отпрянул. — Ты кто, нахрен, такой? — рокочуще спросил он, наконец взглянув глаза в глаза. — Оби-Ван Кеноби. Будем считать, что я не враг. Плечо забрака напряглось так, словно бы это имя ему о чем-то сказало. Но Оби-Ван-то знал, что это только от большей растерянности. Умение читать одновременно по лицу и разуму через Силу всегда было полезным. Он расслабленно откинулся на стену и потянулся так, словно бы он лежал в мягкой постели, а не путешествовал по этапу. — Попробуешь использовать внушение на мне — убью, — предупредил забрак. Угроза не была пугающей, но он явно не пытался напугать. Просто обозначил границу допустимого. Правда, говорить об этом было бессмысленно: Оби-Ван не мог так два раза подряд без риска поджарить себе мозги. Помимо того, что лезть в голову к обученному форсюзеру… Оби-Вану такое не нравилось. Мало ли, что там можно найти. Риски превышали потенциальную выгоду. — Не стану, если ты сейчас же перестанешь прятать кусок дюрастали в левой руке, — отозвался он, устраиваясь поудобнее, — Он меня нервирует. Забрак посмотрел на него с каким-то новым выражением лица. Но руку послушно разжал, и закинул обе ладони за голову, разглядывая Оби-вана во все свои янтарные глаза. Пару секунд они так и сидели рядом, Оби-Ван даже сквозь две робы чувствовал горячее плечо забрака и надеялся, что реальной драки не случится. Потом поколебавшись пару секунд, забрак обернулся всем корпусом: — Джаганнат. — Ты врешь, — скучающим голосом произнес Оби-Ван, — Но могу звать тебя и так. — А ты не врал? — хохотнул “Джаганнат”, скрывая за смешком вспышку раздражения, что ложь была так легко разгадана. Оби-Ван не стал говорить, что он и раздражение уловил. Легкий акцент забрака звучал так, словно бы он с детства знал общегал, но говорил на нем очень редко. Оби-Ван пожал плечами. — Мне лгать незачем. Он не пытался втереться в доверие, а полез к забраку вовсе из чистого любопытства. Но Оби-Ван так давно не видел обученных форсюзеров, что стремился к ним даже если рядом постоять. “Я скучаю по Ордену”, — мысль эту он спрятал подальше, но больше от себя самого. Вместо пустоты в душе цвела печаль, но настроение Оби-Вану испортить уже было сложно. “Джаганнат”, кажется, испытал что-то подобное доверию, потому что на второй раз не стал врать: — Мол. — Так-то лучше. Оби-Ван улыбнулся и протянул Молу руку. Если тот сломает Оби-Вану пальцы, то эта встреча всё равно окупится. Потому что уже окупилась.