О бесполезных вещах.

Карина очнулась в морге. Нет, это не начало анекдота. Хотя, когда вам рассказывают подобные истории, кажется именно так. Мне самой было крайне интересно, как такое вообще возможно. Дело в том, что один из моих бывших мужей когда-то трудился санитаром в морге судебно-медицинской экспертизы, и от него я всяческих историй наслушалась. Но, так получилось, что трупы у них пока ещё ни разу не оживали. Трудно сказать, к сожалению или к счастью. Чтобы работать в подобных местах, нужно иметь здоровую долю цинизма в собственном характере, это знает каждый, кто общался со служителями сего храма смерти. Но для того, чтобы очухаться в морге, а потом преподносить эту историю как весёлую — поверьте, для этого нужно обладать весьма жизнелюбивой натурой. Так вот, вернёмся к Карине. История эта произошла несколько лет назад, примерно году в десятом-одиннадцатом. Так что, уважаемые медики, если вы это читаете и вдруг встанете на позицию «такого не может быть!», то я здесь не при чём — за что купила, за то и продаю. Да и не вижу причины, по которым главной героине истории понадобилось бы врать. Когда ей установили аппарат в сердце — не могу точно сказать, какой именно, не то кардиостимулятор, не то кардиовертер-дефибриллятора — врач предупредила её о том, что, помимо документа, в коем будет указано, что она является пациентом с определённой установкой в сердечной мышце, ей бы желательно носить браслет. Имеется в виду, тот самый, специальный браслет, где сохранена вся информация о ней самой. Их ещё называют браслетами безопасности, ведь, что бы с тобой ни случилось, по указанным номерам телефонов с твоими близкими могут связаться и сообщить им о месте твоего нахождения. Будучи медсестрой по образованию, Карина решила, что это более чем разумно. И, естественно, подобным браслетом обзавелась. Выглядел он вполне обычно, листок бумаги, где было отпечатано самое необходимое, в том числе и то, что она носит сердечный аппарат, был спрятан внутри, под специальным замочком, просто открывающимся. Можно было спокойно передвигаться по городу, не переживая о собственной безопасности. Она не учла только, что малообразованные люди встречаются везде. То, что сердце и прибор перестали «дружить», девушка не поняла сразу. Только когда посреди улицы сознание сделало ручкой, тогда в угасающий мозг и явилась мысль, что надо бы вызвать «скорую»… А очнулась она, собственно, в морге. От холода. На улице стоит лето, а она мёрзнет. Резко сев, Карина уже в процессе открыла глаза. Зрелище, конечно, вокруг потрясало воображение… — Да вы охренели, что ли? — первое, что ей удалось произнести при разглядывании весьма мрачного подвального помещения, нескольких тел под простынями и самой себя в дезабилье. Потерей памяти она не страдала, поэтому быстро сообразила, куда её угораздило попасть. Если учитывать тусклый свет ламп, всё целиком и полностью соответствовало известному антуражу для фильмов ужасов, но не вызывало ни страха, ни паники. Только раздражение. — Здесь что, никто читать не умеет?! — Карина с трудом спрыгнула с каталки. — Чёрт, что ж так холодно?.. Ладно, тёплый морг выглядел бы, по меньшей мере, странно. Трупная вонь — да в придачу к формалину… нет, хорошо, что тут холодно. Рассуждая так сама с собой, «воскресшая дама» завернулась в простыню, которой была накрыта, как и все остальные обитатели морга. Это помогло несильно, но выбора-то не было. Идти и разбираться с работниками обители мёртвых в голом виде — так себе идея, согласитесь. Пытаясь найти выход, девушка усердно думала, что пошло не так с её аппаратом, если уж её загодя на тот свет отправили. — Что там в инструкции было сказано? — шипела Карина, передвигаясь по помещению, — а, точно. «Если у вас тревожные симптомы, типа головокружения, одышки, обмороков и т. д., срочно обратитесь к врачу». Только я не припомню, что бы там было сказано, что за время отключки тебя могут принять за труп! Поминая нецензурно врачей всех мастей Карина добралась таки до двери. Которая оказалась заперта. Стучать осторожно смысла не было (кого она потревожит в морге?!), и героиня нашей истории изо всех сил принялась пинать тяжёлую железную дверь необутыми ногами. Периодически матерясь, потому что ногам было больно, а никто не торопился выпускать из мертвецкой человека, Карина уже честно принялась звать хоть кого-нибудь — по возможности громко. Когда дверь открылась, Карина, уже не ощущая сил набрасываться с руганью хоть на кого-то, увидела перед собой… бабушку. Не обеспокоенного врача, ни санитара с охреневшими глазами, а пожилую женщину неслабого телосложения с абсолютно флегматичным лицом. Окинув взглядом предполагаемый труп, она кивнула и без слов показала следовать за ней. Дверь, правда, закрыть не забыла. — Ну, чего расшумелась-то, заполошная? — ворчливо поинтересовалась она, вытаскивая одежду, снятую с доставленных «клиентов», и безошибочно находя среди них вещи Карины. — Чай, в морге очнулась, а не в бандитском притоне. Чего орать-то? — Холодно очень, — в тон бабке, спокойно отозвалась Карина, натягивая на себя штаны и рубашку. Браслет оказался здесь же. Мысленно покачав головой, она надела его на руку. Старуха в ответ изменилась в лице, появилось в нём даже нечто сочувствующее. — Замёрзла, что ль? Ну, тогда пойдём ко мне в кондейку, чаем тебя напою. Зинаида Аристарховна оказалась сторожихой этого безобразия. Она не только напоила окоченевшую девушку очень горячим чаем с мёдом, но и объяснила, по какому адресу сие заведение располагается. Оказывается, Карина была без сознания несколько часов. Как уж она выжила, с учётом того, что аппарат в её сердце засбоил, это ей объяснял её кардиолог через пару дней. А на тот момент, когда он всё же соизволил заработать, девушка пробыла в морге аж до ночи, и, естественно, патологоанатомы покинули своё рабочее место. Сторожиху было нелегко удивить и практически невозможно испугать. С улыбкой она сказала своей нежданной гостье, когда та обратила внимание на эту деталь: — Ты пробудь педагогом пятьдесят лет, тебе и морг курортом покажется. — Так вы преподаватель? — А то. Я и с детьми работала, и со студентами, и в детдоме с сиротами, и в колонии — пока муж был жив, мальчишек обучала, что школу не закончили. Конечно, что ей какой-то восставший из мёртвых труп! Узнав о браслете, Зинаида Аристарховна сурово нахмурила брови и сказала: — Ладно, поговорю я завтра со старшим, кто тебя принимал. Посмотрим, как отпираться будет. Попрощались Карина с женщиной практически друзьями. Во второй раз Карина проснулась в морге через три месяца. И на этот раз не от холода — от подозрительного жужжания над головой. Свет ярко светил в лицо, когда она открыла глаза. Не обнаружив над головой простыни, Карина прикрыла лицо рукой и приподнялась на каталке. Сзади раздался подозрительный грохот, а жужжание прекратилось. Уже знакомая обстановка почти успокоила. И снова здравствуйте, как говорится. Стало даже смешно, когда она поняла, что морг — тот же самый! На полу в глубоком обмороке лежал молоденький врач — практикант, видимо, раз не привык он к просыпающимся трупам. Рядом с ним валялся инструмент — пила, предназначенная для вскрытия. Вот тут страшно всё же стало. Её ведь реально чуть не расчленили! — Что же вы нервные такие в морг работать идёте, — обратилась девушка к парнишке, привычно уже запахиваясь в простынь. Дверь на этот раз закрыта не была, наступал осенний вечер и люди ещё работали. Заметив вышедшую из «холодильника» девушку в простыни, работники замерли. Возникла прекрасная рабочая тишина — как в том месте, откуда она только что выбралась. Окинув остаток медперсонала недовольным взглядом, Карина спросила: — Зинаида Аристарховна сегодня работает? Короче, с тех пор она плюнула на этот браслет с необходимой информацией. Какая разница, если его всё равно никто не пытается открыть и прочитать полезные данные. Но самое любопытное заключалось в том, что с тех пор она ни разу не теряла сознания на улице. Как-то так.