Шаг за шагом

— Чай остыл. — Ммм, я вижу. Сейчас. — Увлечённая, книга понравилась? — с тёплой усмешкой произнёс Кадзу. Перед Мэй стоял чай, налитый ещё давно, но всё ещё нетронутый. Взгляд кицунэ весь день был упорно устремлён в книгу. — Тут столько всего, о чём я и не догадывалась, — Мэй, не поднимая головы, прошептала с восхищением, словно боялась разрушить магию написанного. Книга о разных видах танцев на полке Такао так её манила на протяжении недели, что не заметить её хитрый взгляд было невозможно. Между ними в тот день был небольшой диалог по этому поводу: — Такао, позволь спросить. — Да? — Зачем тебе книга о танцах? — Заметила всё же, — он развернулся, протянув холодную руку к книге, и положил тяжёлое бордовое издание на деревянную поверхность, — Можешь брать, если находишь интересным. Правда, сомневаюсь что там есть что-то тебе незнакомое, — сказал с усмешкой он. Кадзу убрал чашку со стола. Мэй на удивление отказалась от чая. Вместо неё он поставил тарелку с рисом, но девушка так же не проявила интереса. Ниндзя решил поинтересоваться. — О чём она? — наконец-то спросил Кадзу. Девушка была так увлечена книгой, что пропустила и завтрак, и обед, это вызвало интерес у Кадзу. Интерес, смешанный с недовольством. Не дело вот так пропускать приёмы еды. Мэй оставила вопрос висеть в воздухе, не дав на него никакого ответа, что заставило Кадзу окликнуть её, громче.. — Мэй, кисло так. Интересно, да, но нужно отвлекаться, — впервые за всё время кицунэ подняла на него взгляд. Прав, и звуки живота подтвердили это. Немного смутившись реакции организма, она наконец отложила рукопись с восхитительными иероглифами, и приступила к трапезе. Кадзу смотрел ей в глаза, до сих пор ожидая ответ. Мэй сообразила, отозвалась. — Извини. О танцах. Скорее о разновидностях. В окия нас обучали всему. Точнее... Я думала что всему. Есть ещё много вариантов движений, о которых нам не говорили, — Кадзу уловил её мимолётный взгляд, и сразу догадался, грустит. Травма лишила её, можно сказать, смысла жизни. То, чем она была одержима. Внезапная мысль в его голове ускользнула от взора Мэй. Она была слишком занята едой. Ещё немного поболтав, они принялись ложится спать. На утро девушка проснулась одна. Она не нашла это чем-то странным, обычная рутина. Мужчина всегда просыпался ранее. Блики солнца без стеснения провоцировали глаза Мэй, оставляя у неё на лице жёлтый проминь лучика. Это то, что и заставило кицунэ подняться с постели. И далее, всё как всегда. Ежедневная рутина, завтрак, упражнение в магии, помощь Чонгану, тренировка с Такао, обед... Уже почти вечер, но Кадзу ещё не вернулся. Девушка постепенно стала свыкаться с этим. Как бы ему не нравилось проводить с ней время, одиночество всё же он любил больше. Изредка оставаться одной нравилось и Мэй. Это приятное чувство тишины, полного смирения с прохладным ветром на ниточках кимоно, успокоением, умеренными вдохами и выдохами. Чем-то напоминало медитацию, которая так нравилась Кадзу. Только со временем Мэй осознала, почему ему так нравилось проводить время со своими мыслями, наедине с собой. Она сидела за пустым столом, всё больше погружаясь в себя. Гармония приносила ей удовольствие. Но она продлилась не долго. Послышались шаги в дом, значит Кадзу уже вернулся, но выждав некоторое время, Мэй отметила: в дом не заходит. Кричать показалось ей непристойным, поэтому она поднявшись последовала к дверям. Как только в поле зрения мужчины показалась Мэй, он сказал... — Идём, — это удивило её, но она ничего не ответила. Привыкла уже, знала что если не сказал куда — значит не сильно и нужно знать. Они вышли с деревни. Чем дальше продвигались, тем непонятнее для Мэй становился курс Кадзу. Идут в город, это ясно, ведь выученные взглядом Мэй тропинки никогда не обманывали её. Путь, который она выучила от и до, был ей как верный спутник, без тайн, без вопросов... Лишь протоптанная постоянными шагами тропа. Солнце зависло в центре голубого неба, что говорило о середине дня. Мэй завела разговор о легендах, который Кадзу коротко и изредка поддерживал. Улицы города были оживлённые. Люди ходили, с кем-то общались, что-то выбирали. Кто-то затеял перепалку из-за неподобающей цены на кимоно. Мэй мысленно согласилась со словами Сино-одори… Бывать тут хорошо, но не жить. Кадзу всё вёл и вёл её между то короткими, то длинными улицами. Постепенно начала слышаться музыка. Грациозная и нежная, кто-то играл будто из самого сердца. Показались уличные музыканты. Мужчина наконец-то остановился, демонстрируя целую группу сидящих в кругу исполнителей. Вокруг были столы на которых раньше стоял товар, а сейчас его там нет. Заброшенный уголок, где раньше был рынок. Солнце падало на крыши над их головами. Мэй приятно удивилась, повернувшись к ниндзя, она улыбнулась смотря ему в глаза. Ей было приятно его внимание, то, что он вывел её в город, на свежий воздух. То, чего она желала. Ранее кицунэ часто приходилось слушать музыку, и ей нравилось это. После битвы с привратницей жизнь изменилась, много чего ушло, но и много прибавилось. У Мэй появилось несколько новых интересов, немного изменились вкусы в еде. Она будто бы стала другим человеком, но в душе всё та же оставалась майко-Мэй. Или гейшей. Кадзу повернулся к девушке, лишь взглядом он позвал её с собой. Он ступил прямиком в центр круга, между мужчин и женщин державших музыкальные инструменты. Кицунэ застыла, ошеломлённая поступком Кадзу. Она всё ещё не понимала, чего тот хочет, что задумал, но доверяла ему. В любом случае. Что бы синоби не сказал, куда бы не повёл, верила ему, доверяла себя, свою жизнь. Поэтому она сделала шаг... и ещё. Мэй подошла к стоящему мужчине. Она смутилась, оглянувшись по сторонам. Девушка думала что на них будут устремлены взгляды, но тут ни одной души... Лишь музыканты, смотрящие на свои руки и инструменты, и Кадзу. Он подошёл поближе к девушке, оперевшись своим боком об её, и приподнял за талию. — Держись одной рукой, — девушка начала догадываться о том, чего он хотел, но предполагала, что неправильно поняла. Она левой рукой обняла мужчину за грудь, вторую оставив свободной. Кадзу продолжал направлять… — Поставь ногу на мою, — догадки подтвердились. Она поставила ногу на его. Ту, которая лишила её много чему, в том числе и танцев. Но сейчас Кадзу делал то, о чём нельзя было подумать. Даже мысль такую пропустить. Он второй рукой обвил её за талию, повернувшись к одному из музыканту кивнул. Мэй была слегка растеряна. — Кадзу, что мне делать? — Танцуй, — прямо ответил тот, с тронувшей улыбкой на губах. От удивления Мэй не сразу начала двигаться. Но спустя мгновение заиграла знакомая мелодия, которая словно пробудила в девушке что-то давно забытое, замороженное… Её рука стала медленно и неуверенно двигаться в ритм музыке. Потом ещё ритмичнее и плавнее. Она хотела сделать шаг назад, согласно танцу, но это сделал Кадзу. Она лишь двигала своею рукою, а Кадзу ногами. Он помогал ей танцевать. Держал её, и делал шаги вместо неё прям под уже знакомую мелодию для него. Его шаги были точными, вовремя и туда куда надо. Будто он учил этот танец… Мэй не хотела задумываться об этом сейчас. Сейчас, она отдавала всю себя через движение руки. В её мыслях было счастье, радость. Благодарность любимому мужчине, за возможность вернутся к тому, по чему она так неистово тосковала. Аккуратно убрав свою руку из его груди, она подключила её в танец. Вот она уже двигала двумя руками, а ниндзя лишь крепче прижал её к себе, смотря на их ноги. Музыка лилась как вода, а пара двигалась словно мираж. Один танец сменялся другим, на улице стало темнеть, когда Мэй уже начала тяжело дышать от усталости. Мужчина остановился в момент с музыкой. Он коротко поклонился уходящим музыкантам, и повернулся к Мэй. Чувства были необъяснимы… Она подняла взгляд с пола, на глазах показалась мокрая дорожка слёз. В миг она налетела на Кадзу, крепко его обнимая. Он ответил лёгким объятием. — Кадзу… Я… — Не нужно, старательная. Понял всё. — Спасибо тебе. Большое, — она глубоко поклонилась мужчине. Единственному, кто понял её желания по одному взгляду. По возвращению домой, Мэй сдерживала слёзы. Слёзы счастья. Этот день останется у неё в памяти навсегда.