Часть 2. Демоны телеканала (метка "Демоны")

      Ночь спускалась на город, как густой туман, а огни телеканала «Открытый экран» мерцали на фоне темнеющего неба. Сергей, старый завхоз, шёл по пустым коридорам здания, прислушиваясь к гудению техники и попутно осматривая оборудование. Как заведено, он приходил вечером, когда офис уже пустел. В это время Сергей чувствовал себя свободно, ведь никто не мешал ему заниматься делом.       Сергей казался простым человеком: высокий, худощавый, с тёмными волосами, аккуратно зачёсанными назад. Седые пряди, пробивающиеся на висках, придавали ему вид опытного мастера, который знает каждый уголок этого здания. Днём он почти всегда был незаметен: сдержанный, молчаливый, в серой униформе. Редко позволял себе шутить над кем-то из сотрудников. Для постороннего эти шутки показались бы очень жёсткими и издевательскими. Но, жертвы шуток были с Сергеем на одной волне юмора и не обижались на него, а часто и подыгрывали в ответ. Однажды литредактор сайта канала, Соломон, проболтался, что когда-то работал с Сергеем в фирме Райнборд и там он своими шутками доводил до слёз молодых секретарш. Но потом что-то случилось, и Сергей стал молчалив и сдержан...       Одним из объектов шуток был дежурный инженер Артём. Он учил иврит и Сергей был уверен, что тот еврей и часто шутил на эту тему, в то время, как Артём не имел никакого отношения к иудаизму. Шутки Сергея его очень забавляли и умиляли. В то время как твёрдой уверенности шутника позавидовала бы Великая Китайская Стена. Но такое настроение было крайне редко.Теперь он терпеливо выслушивал жалобы на сломанные компьютеры и обогреватели, записывал всё в блокнот, а потом, к вечеру, приходил решать накопившиеся проблемы.       Однако у Сергея была одна страсть – кофе. На телеканале недавно поставили новую кофемашину в комнате отдыха, и её горячий ароматный напиток стал для него настоящим подарком. За шесть лет работы на канале у Сергея не появилась своя чашка и он каждый раз пил кофе из одноразового бумажного стаканчика. За всё время работы никто не видел, чтобы он обедал и ел что-то больше сладости с кофе. Он очень любил лимонно-кокосовые булочки из супермаркета за углом и даже подсадил на них Артёма. Для обоих стало трагедией, когда их перестали выпекать.Сергей налил себе стаканчик кофе, наслаждаясь его вкусом, и задумался о сломанном микрофоне, который нужно было починить.       Он был единственным, кто разбирался в тонкостях работы с техникой телеканала. Сложные микрофоны, камеры, мониторы – всё было под его контролем, и он умело справлялся с любыми поломками. Иногда, правда, ему казалось, что техника начинала «жить своей жизнью», и только он один мог её усмирить. Коллеги часто шутили, что Сергей – колдун, приручивший непокорные машины, но он лишь молча улыбался и уходил дальше, будто не замечал их.       Сегодня было особенно тихо. Сергей допил кофе и направился к студии новостей, где с утра сломалась камера. Он ловко разобрал устройство, ловя взглядом мельчайшие детали, будто видел их с необычной ясностью. Работая, он порой шептал себе под нос странные слова – почти как заклинания. И стоило ему коснуться деталей, как камеры, экраны, микрофоны начинали работать с ещё большей чёткостью, словно были послушны только ему.       Внезапно его внимание привлекли тени, мелькнувшие за стеклянной дверью студии. Сергей прищурился, но не пошевелился. Он знал, что это «посетители», как он их называл, обитающие в этом здании. Никто из коллег не догадывался, что некоторые обитатели телеканала остались здесь не по своей воле.       Сергей вспомнил, как его впервые позвали на работу сюда. Тогда канал только начинал свою работу, а директор знал его, как человека, который может «починить всё». Время шло, телеканал развивался, оборудование обновлялось, но Сергей оставался. А ведь он знал, почему. Для него «Открытый экран» был не просто рабочим местом. Это было место, где он мог «собирать» – так он называл свою вечную работу.       Но никто из сотрудников и не подозревал, что «сбор» Сергея не касался техники напрямую. Нет, его интересовали люди, те, кто по тем или иным причинам оказывался под его влиянием. Днём он обхаживал их, как невидимый призрак, пока никто не догадывался, что он тайно отнимает у них частички жизни. Но не ради их жизни, а ради её «сущности». И вот эти «сущности» он заключал в технику телеканала, делая её послушной, уникальной. Каждая камера, каждый микрофон, каждый монитор в этом здании хранили в себе кусочки людских душ.       Сергей по привычке проверил работу камеры, убедился, что микрофон вновь работает идеально, и направился к коридору. Его окружала звенящая тишина, словно всё здание замерло, прислушиваясь к его шагам. Он прошёл мимо комнаты охраны, где пара экранов транслировали пустые коридоры. Сергей подошёл к мониторам и, усмехнувшись, коснулся одного пальцем, словно что-то разглядывая. На экране появилось лицо одного из сотрудников, который внезапно перевёл взгляд в сторону, словно почувствовав чей-то взгляд.       На следующее утро, как оказалось, этот сотрудник почувствовал недомогание и не смог прийти на работу. В больнице ему диагностировали серьёзное заболевание, но никто не мог понять, что послужило причиной.       Сергей спокойно потягивал кофе, наблюдая за мониторами. Он знал, что изысканный вкус напитка подчеркивает его обострённые чувства, помогая ему видеть детали, которые другим были недоступны. Он ощущал, как камеры, микрофоны, мониторы отзывались на его мысли, словно были живыми. Каждый взгляд на технику, которую он собрал, приумножал его силы, насыщая энергией и создавая мощный резерв его темной сущности.       Каждый, кто хоть раз сталкивался с Сергеем, ощущал что-то неуловимое, что исходило от него. Коллеги шутили, что в нём есть что-то «демоническое», но никто не догадывался, насколько их шутка была близка к правде.       Здание телеканала как будто сжималось, когда Сергей проходил по коридорам, проверяя каждую мелочь, ища очередную «сущность», которую можно было бы заключить в камеру или монитор. Он ощущал, как его внутренняя сила росла, и чувствовал близость момента, когда станет особенно сильно насыщен чужой энергией.       Этой ночью Сергей зашёл в серверную, где стояли ряды мигающих серверов. Здесь он проверял не только технику, но и тех, кто находился под его «присмотром». Когда он прикоснулся к одному из серверов, из глубины зала послышался странный гул. На мгновение ему показалось, что он услышал шёпот, но он лишь усмехнулся, чувствуя, как страх наполняет стены помещения, становясь частью его могущества.       Последние несколько месяцев коллектив стал замечать, что оборудование будто «живёт своей жизнью»: кто-то видел, как свет в студии мерцает сам по себе, кто-то слышал странные звуки. По офису ходили слухи о призраках, о странных появлениях теней на экранах. Но никто и подумать не мог, что за всем этим стоял их завхоз, человек, который на первый взгляд казался самым обычным.       Когда Сергей вышел из серверной, он почувствовал лёгкое напряжение, словно что-то пыталось сопротивляться ему. Пару раз он замечал, что сотрудники стали больше болеть, кто-то жаловался на головные боли. Но Сергей лишь безмолвно наблюдал за этим, зная, что всё идёт по плану. Ведь каждое их прикосновение к технике, каждый взгляд на экран или монитор приближали их души к его тёмной сущности.       Внезапно Сергей услышал за собой шаги и обернулся. В тёмном коридоре он увидел одного из охранников, который, как оказалось, решил проверить, что происходит. Охранник смотрел на него с подозрением, и Сергей знал, что ещё немного, и ему придётся раскрыть свои способности. Он спокойно подошёл к нему, взял за плечо и прошептал: «Иди домой, всё под контролем». В глазах охранника мгновенно помутнело, он кивнул и медленно развернулся, уходя в тишине, оставляя свою сущность в руках Сергея.       На следующее утро на телеканале снова говорили о странном событии: техника работала без сбоев, но сотрудники начали замечать, что кто-то или что-то как будто наблюдает за ними. Тогда один из работников, проверяя камеры, увидел запись, на которой Сергей сидел в комнате отдыха. Его лицо казалось необычно тёмным, глаза светились ледяным блеском. Запись резко оборвалась, но этого хватило, чтобы коллектив догадался: их завхоз был не тем, за кого себя выдавал.       С этого дня в коридорах «Открытого экрана» начали замечать не только странные тени, но и ощущение, что чьи-то души заключены в механизмы этого здания.