🐱

На небе цвета индиго слабо мерцали звёзды, свет которых смог пробиться через уличные фонари. Прохладный воздух предвещал бодрящий морозец с утра. Несколько окон еще светились, но вскоре и они погасли одно за другим, словно в эти предрассветные часы даже те, кто всю ночь мучился бессонницей, решили притвориться спящими. Бен окинул взглядом улицу сквозь лобовое стекло и похлопал Хакса по плечу. — Пора. Думаю, сейчас уже можно попробовать. Хакс улыбнулся, хотя лицо его по-прежнему было покрыто красными пятнами, а глаза опухли от слёз. *** Незадолго до этого в их доме раздался телефонный звонок. Оказывается, у Хакса был брат — новый факт для Бена. И этот брат взял на себя заботу об их старой домашней любимице, когда Брендол и Маратель не смогли больше присматривать за ней. — В один прекрасный день он просто появился на пороге их дома с переноской, — объяснил Хакс. — Мне пришлось смириться. Я обожал её — мою маленькую девочку, но в квартире, которую я снимал, было запрещено держать животных. Бен обнимал Хакса, пока тот сотрясался от рыданий. — Милый, ну он же заботился о ней? Наверняка заботился. Он сказал, что ей было двадцать. Хакс кивнул, уткнувшись в плечо Бена. — Я тоже должен был заботиться о ней. — Слушай… — Бен вздохнул. — Думаю, мы могли бы завести кого-нибудь. Можем завтра же пойти в приют и… — Это не то, — перебил его Хакс. — Милли была особенной. Бен ласково побаюкал его и сказал: — Знаешь, когда мы были в доме Холдо, я прихватил ту книгу о современной магии. На всякий случай. Может, в ней найдётся что-нибудь? Бен имел в виду заклинание, чтобы притупить болезненную скорбь, терзавшую Хакса, или ритуал, облегчающий переход души любимого животного туда, куда отправлялись все счастливые питомцы. Но на странице, которую незамедлительно открыл Хакс, было написано кое-что другое. Бен вскинул брови: — Ты уверен? Хакс кивнул. — Он развеял её прах под её любимым кустом. Он сказал, что это самый крайний рододендрон у северо-восточной стены. Можно пойти туда сегодня ночью, когда все уснут. *** У Бена не хватило духа отказать ему. Поэтому они сидели здесь — в ожидании подходящего момента. Когда стало ясно, что они единственные бодрствующие люди в округе, Бен и Хакс выбрались из машины. Тихонько закрыв дверцу, они перебрались через заборчик и оказались на маленьком участке, который служил садом брату Хакса. Легко обнаружив нужное место, Бен приготовил травы и прочие необходимые для ритуала предметы. Заклинание было записано не латынью — оно было гораздо древнее Римской империи. Бен понятия не имел, правильно ли он произносит слова, старательно проговаривая непривычные звуки и водя пальцами вдоль строк. Хакс зажёг свечу, когда Бен мотнул головой и разбросал травы по голой земле, которую брат Хакса, судя по всему, днём очистил от пожухлой листвы. Бен взял свечу и воткнул её посередине площадки. Огонёк погас. Бен и Хакс ещё несколько минут стояли на коленях на стылой земле; где-то недалеко копошились лисы, в воздухе медленно кружили падающие листья. — Пойдём, дорогой, — наконец сказал Бен. — Шансов изначально было мало. Хакс шмыгнул носом. — Прощай, Милли. Прости, что меня не было рядом. *** Хакс молчал всю обратную дорогу — Бен не стал тревожить его. И, только когда он припарковался на подъездной дорожке у их дома, Хакс улыбнулся ему. — Спасибо. Ты знал, что это бессмысленно, но всё равно провёл ритуал ради меня. Я очень тебе благодарен. Бен пожал плечами. — Но это не бессмысленно. Ты смог её отпустить. — В любом случае, не знаю, что бы я делал со старой кошкой. Уильям сказал, что её время пришло. Она страдала несколько недель, ветеринар не мог предложить ничего, кроме обезболивающих. — Ладно, пойдём в дом. Закрыв машину, они прошли через высокие деревянные ворота и очутились на заднем дворе — забетонированной прямоугольной площадке, окружённой высокими стенами. Бен выудил из кармана ключи от дома, Хакс запер ворота. А потом Бен вдруг остановился и вперился взглядом в порог. — Хакс, дорогой, смотри! Хакс замер у него за спиной и несколько секунд вглядывался в полумрак. А потом протиснулся мимо Бена и подхватил крохотное существо, притаившееся в углу у ступенек. — Ой, ты замёрзла! Бен, откроешь нам? — Хакс засунул рыже-белый комок за пазуху. — Откуда ты взялась? Что ж, теперь ты наша. И у нас есть тунец. Бен покачал головой и распахнул двери. Достал из шкафчика блюдце и банку тунца, половину её содержимого выложил в блюдце и поставил на пол. Хакс опустил котёнка рядом, и тот с громким мурчанием принялся за еду. — Думаю, — произнёс Хакс тихо, — мы назовём её Миллисент Вторая.