Часть 13

       Гермиона сидела в библиотеке, листая книгу, но особо не вникала в содержание. На страницах мелькали названия звёзд, схемы парада планет и прочая небесная чепуха. Она уже составила карту — нужно сказать спасибо Драко, который заставлял её делать домашнюю работу — и теперь она просто убивала время. Малфой был на тренировке по квиддичу и Гермиона морщилась каждый раз, когда смотрела в окно. Погода ожидаемо изменилась. На улице валил снег уже несколько дней подряд. А эти ненормальные на мётлах всё никак не оставляли тренировки. Потому, Грейнджер просто ждала в замке, надеясь, что Драко не схватит какое-нибудь воспаление лёгких. — Привет, Гермиона, — послышался знакомый голос и она подняла голову. Нотт стоял по другую сторону стола и смотрел на неё. Если раньше он казался приятным и милым, то теперь его сладкая улыбка выглядела жуткой. И взгляд, которым он прожигал её, не был добрым и мягким, как раньше. Или ей просто казалось, что Нотт милый? Но сейчас в нём было что-то такое, что настораживало. Гермиона посмотрела по сторонам и едва не поёжилась от того, что в библиотеке она совсем одна. — Привет, Тео, — она захлопнула книгу и отодвинула стул, намереваясь свалить от слизеринца подальше. — Уже уходишь? — Нотт ухмыльнулся и покачал головой. — Убегаешь от меня? — Просто закончила домашнюю работу и мне уже пора. Драко скоро придёт с тренировки, — она взяла со стула сумку и хотела пройти мимо, но он схватил её за локоть, вызывая боль. — Отпусти, — процедила она сквозь зубы, пылая от злости и...страха. Гермиона могла за себя постоять и встречала людей пострашнее Нотта, но он её действительно пугал прямо сейчас. Она понятия не имела, чего от него ждать. На его губах играла гаденькая улыбка. Это словно был другой человек, вовсе не тот приятный юноша, который приглашал её на прогулку в сентябре. — Как неправильно со стороны Малфоя оставлять свою игрушку без присмотра. Я думал он не отлипает от тебя вообще, — Тео дёрнул её ближе к себе, но Гермиона откинула голову, чтобы увеличить расстояние. — Он же как собачонка за тобой бегает. — Тебя не касается что и как мы с Малфоем делаем, Нотт, — она снова попыталась вырваться, но хватка стала лишь сильнее и Гермиона едва сдержала стон боли. — Такие милые влюблённые голубки, — промурлыкал Тео, приближаясь к её лицу. – Что такого есть в нём, чего нет во мне? Или мне тоже нужна Чёрная Метка, чтобы ты раздвинула передо мной ноги? Гермиона содрогнулась от отвращения. Впервые за последнее время она почувствовала себя не в безопасности в этом замке. Потому что не знала, что ждёт её, если за очередным поворотом встретится этот парень. В него словно кто-то вселился. Кто-то тёмный и пугающий. Там в глубине его красивых глаз плескалось нечто безумное. – Ты никогда не сможешь стать им, Тео. Что бы ты ни сделал, как бы ни старался – я буду выбирать его, – она говорила твёрдо и спокойно. Показывать свой страх не лучший вариант – он это почувствует. Нотт оскалился, явно не оценив такой ответ. Она хотела дёрнуться снова и дать ему по яйцам, но на плечо Нотта легла чья-то рука, и по телу Грейнджер прокатилась волна облегчения. Тео не ожидал гостей и тут же инстинктивно отпустил Гермиону, поворачиваясь к свидетелю всей этой сцены. Она даже не сообразила как это произошло, но Невилл ударил Тео кулаком куда-то в район живота и тот согнулся пополам. Гермиона выдохнула при виде своего друга, но всё же удивилась тому, что он может вот так просто бить кого-то. Лонгботтом подтолкнул Нотта и усадил на стул. — Будешь распускать руки и в следующий раз я разобью тебе нос, а может и не только его, — ровным голосом сказал Невилл, чуть склонившись к парню, и похлопал его по плечу. — Скажи спасибо, что это увидел я, а не Малфой. Невилл положил руку на спину Гермионы и подтолкнул её выходу. Оборачиваться и смотреть на Нотта не хотелось, потому Гермиона и не оборачивалась, позволяя Невиллу увести её. Они вышли из библиотеки, свернули в коридор и только тогда Грейнджер привалилась к стене, едва дыша. Гриффиндорец приобнял её, поглаживая по плечу и просто дал ей время прийти в себя. — Знаешь, с этим парнем что-то не так, — сказал он. — Определённо, — ответила Гермиона. — Спасибо, что помог, Нев. — Всегда пожалуйста, но хотелось бы чтобы мне больше не пришлось этого делать. — Мне тоже, поверь.

***

Драко почти бежал в сторону Большого зала, чтобы забрать Гермиону и позавтракать в тишине и без людей вокруг. Прошлым вечером Блейз буквально душу из команды вытряс на тренировке, потому что никто не мог сказать, когда будет следующая. Они с Гермионой просидели на Астрономической башне ещё пару часов после его возвращения в замок, окутанные согревающими чарами. Больше Драко вытерпеть не мог – он смертельно устал. Да и Гермиона была без настроения. В итоге, Малфой вырубился сразу, как вернулся в свою комнату. А сегодня почти проспал завтрак. С утра ему не давало покоя настроение Гермионы прошлым вечером. Она была задумчивой и настороженной. Какой-то тихой. Вчера он решил, что она устала, но сейчас понимал, что что-то было не так. Совсем. И он должен знать что. У него было какое-то странное предчувствие, будто надвигалось что-то плохое. Червячок беспокойства ворочался внутри грудной клетки, но Драко никак не мог объяснить, что не так. — Малфой, — его кто-то позвал, и Драко замер, крутя головой, пока не увидел Лонгботтома, прислонившегося плечом к стене недалеко от дверей в Большой зал. — На пару слов. Драко кивнул и двинулся к гриффиндорцу. — Только быстрее, я опаздываю. — Она пытается завтракать в Большом зале, — ответил Лонгботтом. — Гермиона? Но она не любит там завтракать, — Малфой нахмурился. — Не любит, но зато там между ней и Ноттом есть ещё сотня людей, — злость в голосе этого парня казалась чем-то инородным, но она была. И сильная. Драко похолодел при упоминании однокурсника. — Не понял, – нахмурившись, сказал Драко. Червячок заворочался с новой силой. Невилл вздохнул и почесал макушку, явно раздумывая говорить ли то, что хотел сказать. Затем, он поднял взгляд на Малфоя. — Гермиона не сказала тебе про библиотеку, да? — Он кивнул, увидев озадаченный взгляд Драко. — Конечно нет, знала, что ты с катушек слетишь. — Невилл, твою мать, какого хрена происходит? — прорычал Малфой. — Вчера в библиотеке её поймал Нотт. Схватил за руку и, я думаю, довольно сильно. Она не могла вырваться. Он нёс ей какую-то чушь о ваших отношениях, — в глазах этого доброго гриффиндорца плясали искры ярости, такие же как те, что выжигали внутренности Драко при каждом новом слове. — Короче, я ему разок врезал, но хрен знает, что у него в голове. Он выглядел каким-то диким, ненормальным. А Гермиона...она испугалась. А её не просто напугать, ты же знаешь. Вот и ответ на вопрос, почему она была сама не своя. Вот почему его терзало плохое предчувствие. Херов Нотт. Малфой закрыл глаза и пытался остановить бешеное биение сердца и жар ненависти, выжигающий всё внутри. Пытался притупить чувство вины, которое накатывало на него, как цунами. Его девочку обидели, а он не знал об этом. И сраный Нотт делал это не потому что она ему нравилась, а потому что она выбрала Драко. Это всё из-за него. Малфой изо всех сил старался угомонить тех демонов внутри, которые жаждали мести и крови. Не просто поставить на место или дать по морде — уничтожить. Такие чувства пугали до дрожи, но он не мог их унять. Зверь внутри него рычал и жаждал вонзить в этого кудрявого говнюка свои клыки и когти. Он не был жестоким человеком, и война это доказала. Драко мог быть язвительным, саркастичным. Мог говорить обидные вещи и даже угрожать. Но жестокость – это не про него. Его буквально тошнило при виде всего того, что творили Пожиратели. Но прямо сейчас в нём клокотала такая злость, что он вполне готов был убивать. — Что будем делать с Ноттом? — словно из под воды зазвучал голос Невилла. Драко не ответил. Он развернулся и двинулся к Большому залу. Старался выглядеть как обычно, но его буквально трясло изнутри. Он нашел взглядом Гермиону и направился к ней. Сел рядом, даже не взглянув на остальных за столом. — Привет, малышка, — он старался говорить мягко, потому что она не заслужила его ярости. — Привет, — она улыбнулась немного устало. — Потерял меня? Решила дождаться тебя здесь. — Я понял, ничего страшного, — Драко убрал за ухо одну из прядок её кудрявых волос. Её взгляд на секунду метнулся к столу Слизерина и в глазах появилась настороженность, а Малфой сжал зубы до скрежета. – Покажи мне руку. – Что? – она нахмурилась, не понимая просьбы, но потом поджала губы. – Это ерунда. – Гермиона, пожалуйста. Она вздохнула и закатала рукав, зная, что он не отстанет. На нежной коже были видны синяки, оставленные пальцами Нотта. С какой силой он её держал? Малфой смотрел на отметины, пытаясь взять себя в руки. — Ты в порядке, Драко? — спросила Гермиона, опуская рукав. В порядке ли он? Нет! Ни капли! Если в нём когда-то и было что-то тёмное, то оно никогда не было таким сильным и привлекательным. До сегодняшнего дня. До этого момента. Он никогда не думал об убийстве как о чем-то приносящем удовольствие, до того мгновения, когда увидел синяки на руке Гермионы. Ему хотелось придушить Нотта и сделать это с улыбкой на лице. — Я не в порядке, — он взял её руку в свою и поцеловал ладошку и приложил её к своей щеке. Плевать, кто на них смотрит. — Потому что девушку, которую я люблю напугали и обидели, а она мне ничего не сказала. Я не в порядке, потому что не был рядом. И не в порядке, потому что Нотт всё ещё сидит там и ухмыляется. — Драко... — Он – труп. Я убью его нахрен. На этих словах он вскочил из-за стола Гриффиндора и рванул к Слизеринскому, не слушая окрик Гермионы. А Тео смотрел на него с усмешкой, и это только распаляло Драко. Хочешь войны, ублюдок? Ты её получишь! Нотт хотел что-то вякнуть, но не успел — Малфой схватил его за затылок и ударил лицом об стол. Придурок этого не ожидал. Он думал, что может просто так творить херню, и ничего ему за это не будет. Нет уж. Ученики закричали и стали вылезать из-за стола, но ему было плевать. Драко вцепился в кудрявые волосы Нотта, поднял тупую голову со стола и заглянул в его глаза. Из носа Тео текла кровь, губа была разбита, но на этом всё. Не совсем же Драко идиот, чтобы бить его со всей силы. Но хотелось. Было желание шарахнуть его мордой об стол ещё раз пять, желательно до потери сознания. — Мистер Малфой, — голос Макгонагалл прозвучал совсем рядом. — Не подходите, — рявкнул Драко. Он знал, что выглядит практически сумасшедшим. Все вокруг замерли. Действительно встали, как вкопанные. – Я больше не буду его бить. Малфой немного повернул голову Нотта и приблизился к нему, видя в глазах испуг. Наконец-то. — Если ты снова тронешь мою девушку хоть пальцем, если подойдёшь к ней и даже просто посмотришь в её сторону, я засуну кулак в твой поганый рот и вытащу твой хребет через глотку, — прорычал Драко. — Я обещаю, что Круцио и Авада покажутся себе лёгкой прогулкой, в отличае от того, что я с тобой сотворю. Вокруг будто даже пылинки в воздухе застыли. Он знал, как паршиво всё это выглядит. Знал, что будут последствия, но оно того стоило. — И поверь, Нотт, мне насрать, что со мной будет. Ты не спрячешься от меня. Я достану тебя даже из Азкабана, из другой страны, с другой планеты и даже с того света, если ты хоть приблизишься к ней. Ты понял меня? — Драко дождался пока Нотт пробубнил "да", оттолкнул его голову и повернулся к Макгонагалл, опуская руки вдоль тела. — В ваш кабинет, директор? — Да, мистер Малфой, — устало сказала она. — Мистер Забини, отведите мистера Нотта в лазарет. А всем остальным разойтись, спектакль окончен. Когда Драко уходил вслед за директором, он поймал обеспокоенный взгляд Гермионы. Меньше всего он хотел видеть в её глазах разочарование, потому лишь подмигнул ей и отвернулся.

***

— Младшекурсники, мистер Малфой! Преподаватели! Ученики, чьи родители состоят в попечительском совете! На глазах у стольких людей, — отчитывала его директор. — Это было глупо. — Простите, что вышло так публично. Я просто вспылил, — ответил Драко. Женщина всплеснула руками. — То есть вы считаете провинностью только публичность? — Да. Нотт заслужил. Это и даже больше, — Малфой высоко поднял голову, встречаясь со строгим взглядом. — Мне придётся сообщить в Министерство, — она вздохнула. — Вы это понимаете? — Действуйте так, как нужно. — Вы идиот, Драко, – вздохнула она. – Уж простите. — Влюблённый идиот, — он ухмыльнулся и пожал плечами. — Никто не смеет её трогать и делать ей больно. – Мисс Грейнджер не дама в беде, мистер Малфой. Она встречала людей гораздо страшнее мистера Нотта. – Да, я знаю. Встречи с некоторыми страшными людьми я видел своими глазами, – Драко повёл плечом, будто пытался скинуть с себя неприятное воспоминание. – Тогда я не смог противостоять опасности, а сейчас могу. Я осознаю риски, директор. Женщина одарила его долгим взглядом, затем, покачала головой и вышла из кабинета. Драко опустил плечи и выдохнул. Бежать он не собирался. Оправдываться — тем более. Кудрявому козлу повезло, что мозг у Малфоя всё же работал, несмотря на пелену ярости, застилающую глаза в тот момент. Он бы с радостью бил его мордой об стол до тех пор, пока зубы не полетят во все стороны. Но крупица здравого смысла в нём всё же была. Возможно спектакль и был лишним. Может, нужно было отвести его за пределы замка, но в тот момент он не думал о себе. Ни о своей свободе, ни о репутации, ни о чём, кроме синяков на руке Грейнджер. И даже теперь, когда схлынул адреналин, он не жалел, что припечатал Нотта об стол.

***

— Директор, — Гермиона подбежала к Макгонагалл с мольбой в глазах. — Нет, мисс Грейнджер. Я иду встречать Авроров и вас сейчас к мистеру Малфою не пущу, — строго ответила женщина. — Тогда я подожду, — она села на пол возле входа с гаргульей и сложила руки на груди. Она будет тут сидеть хоть до выпуска. Невилл пожал плечами и сел рядом. Директор проигнорировала их и пошла дальше, но остановилась через пять шагов. Она никогда не умела отказывать Гермионе, если ей было нужно что-то действительно важное. — Лакричные палочки, – сказала Макгонагал, издав тяжёлый вздох. – Спасибо, – Гермиона подскочила на ноги, назвала пароль и рванула вверх по лестнице, как только проход был свободен. Гермиона осторожно открыла дверь кабинета и увидела Драко, сидящего в кресле напротив стола директора. Он не выглядел виноватым – просто крутил головой, рассматривая детали интерьера с любопытством. — Привет, хулиган, — тихо сказала она, заставляя Малфоя обернуться. – Прохлаждаешься тут? — Нашёл способ прогулять занятия, — на его лице появилась та самая дразнящая ухмылка, которая сводила её с ума каждый раз. Грейнджер подошла ближе и встала перед ним, запуская пальцы в его волосы и убирая длинную платиновую чёлку со лба. — Это было глупо. Он пожал плечами, внимательно изучая Гермиону своими серыми глазами. — Прости. Я тебя напугал? — спросил он. — Вовсе нет, мистер крутой, это было даже горячо. — Ты не умеешь врать мне, Гермиона. Она фыркнула и придвинулась ближе, не переставая перебирать пальцами его светлые пряди. Она вглядывалась в серые глаза, ища какие-то изменения, но ничего не было. Он смотрел на неё с той же теплотой. Сейчас там плескалась ещё и тревога, и она знала, что переживает он вовсе не за себя. – Я не хотела, чтобы ты сходил с ума и творил какие-то глупости. Потому и не сказала. Мы оба знаем, что Министерство следит за твоим поведением. – Плевать, я не позволю,чтобы этот идиот думал, что может безнаказанно творить какое-то дерьмо. Гермиона поджала губы, понимая, что не убедит его быть осторожнее и не подставлять себя ради неё. Да уже было слишком поздно для этого. – Поговори со мной, малышка, – тихо сказал Драко. – Что ещё ты мне не говорила? Гермиона вздохнула и покачала головой. — Да ничего больше и не было. Просто... Нотт пугает меня, Драко. Он так на меня смотрел, будто я его добыча, — тихо сказала Гермиона, решаясь поведать то, что тревожило её. Стоило сделать это раньше. Может, тогда всё сложилось бы иначе. Драко прикрыл глаза и сделал глубокий вдох. Его злость буквально чувствовалась в воздухе. Вибрировала вокруг них. — Иногда его интерес к чему-то больше похож на одержимость. Нотт с детства был таким. Обычно он безобидный, просто окунается в свои увлечения с головой. Сейчас его увлечение – ты. И это... — Малфой чуть нахмурился, подбирая нужное слово. — Это ненормально. Я видел его взгляды и потому просил тебя быть с ним осторожнее. Я понятия не имею, на что он способен. Не знаю, что за мысли и идеи роятся в его голове. — Забавно осознавать, что в начале года ты пытался защитить его от меня, — хмыкнула Гермиона, вспомнив давний ночной разговор. — Это когда такое было? — совершенно серьёзно спросил Драко. — Тогда на башне. Мы с тобой не такие как он, поэтому не общайся с ним, — она произнесла последнюю фразу издевательским низким голосом, передразнивая Драко. Он пару раз моргнул и расплылся в улыбке. — Отчасти это правда — он действительно другой. Но я не защищал его. Я говорил всё это, потому что меня до дрожи в коленях бесило, что ты общаешься с ним. Блейз думал, что мне не нравится увлечённость Нотта тобой из-за моих старых убеждений, — он скривился, — думал, я всё ещё поддерживаю эту чушь с чистотой крови. Но на самом деле... — Ты ревновал? — догадалась Гермиона. — Насколько глупо ревновать ту, с кем у тебя ничего нет? Ужасно глупо. И не имеет смысла. Но я ревновал. Бесился. С ума сходил буквально. Меня тянуло к тебе, как магнитом, — он перехватил руку Гермионы и поцеловал ладошку. — Это было взаимно, — сказала Гермиона, проводя пальчиками по лицу Драко. — Помнишь, ты прижал меня к стене и подумал, что я испугалась? Он кивнул, в серых радужках загорелся интерес. — Я хотела тебя. Ужасно. Я буквально была готова наброситься на тебя. Вот это меня пугало, а не ты. — Приятно слышать, вообще-то, — прошептал Драко. — А сейчас я тебя пугаю? А его взгляде мелькнула уязвимость и боль. Он явно понимал, что вспылил в Большом зале и ему была невыносима мысль увидеть в глазах Гермионы страх. — Нет. Но я боюсь за тебя. — В Азкабане уютненько, — попытался пошутить Драко, по получил лёгкий подзатыльник. — Я даже не об этом...Не хочу, чтобы ты делал больно другим людям ради меня. Не хочу, чтобы ты...изменился. Я боюсь однажды заглянуть в твои глаза и не узнать тебя, – Гермиона тяжело вздохнула. – И я боюсь этого не из-за метки или того, что ты был пожирателем. Не думай, что я считаю тебя таким. Просто жестокость всегда меняет людей, меняет душу. — Эй, — Драко взял обе её руки, положил их на свои щёки и посмотрел прямо в карие глаза. — Взгляни на меня, малышка. Это всё ещё я. Но и тот парень часть меня. Я был в бешенстве. Я не желал раньше причинять боль людям. Но, когда Невилл рассказал мне про библиотеку, во мне что-то щёлкнуло. Получил ли я удовольствие, когда ударил Нотта мордой об стол? Да! Хотелось ли мне придушить его прямо там? Да! А ещё, я осознавал кто я, что делаю и какие последствия меня ждут. Потому удар был не сильный и всего один. Я всё ещё я. Твой Драко, который приносит тебе еду и ворчит, когда ты не надеваешь теплую мантию. Но я не обещаю, что буду спокойным парнем всегда. Потому что никто, слышишь меня, никто не смеет делать тебе больно. Не в мою смену. Гермиона сжала губы в тонкую линию, но не переставала смотреть в глаза Драко. Ясные, теплые, родные. В них не было ни зла, ни ярости. Только любовь и искренность. – У меня нет постоянного желания убивать людей или делать им больно. Но это не значит, что я не захочу убить каждого, кто причинит боль тебе. — Злобный, как самый настоящий дракон, – фыркнула Гермиона, проводя кончиками пальцев по его щекам. — Именно, а ты моё сокровище, — он целовал тыльную сторону её ладони, а Гермиона не могла не улыбаться. — Не беспокойся за меня, ладно? Всё будет хорошо. Гермиона наклонилась и чмокнула его в лоб, затем в щёку и во вторую, вызывая у Драко тихие смешки. Поцелуй в губы был нежным и не долгим, но говорящим очень многое. — Мой дракон. Хочу, чтобы ты знал, что я бы сделала тоже самое. Я бы убила любого, кто причинит тебе боль. — Моя львица, — улыбнулся Драко. — Я тебя люблю. Очень. А теперь уходи. Придут Авроры или кто-то ещё важный из Министерства, и я не хочу, чтобы ты это видела. Возвращайся на занятия. – Драко... – Пожалуйста, Гермиона. Она смерила его печальным взглядом и кивнула. Затем отошла и направилась к двери. И каждый шаг от него ощущался, как что-то неправильное. Они должны быть рядом. Всегда. Но она оставляла его тут совсем одного.

***

— Ты же понимаешь, что не можешь делать такое? Особенно в стенах школы. Чудо, что тебя не упекли в Азкабан после войны. Всё, что от тебя требовалось – вести себя адекватно и не давать поводов надеть на тебя кандалы, — деловито говорил Поттер. Конечно, они прислали его. С одной стороны это раздражало, а с другой — давало понять, что если бы всё было очень плохо, Аврорат бы не прислал стажёра. Точнее, двух стажёров. — Да насрать ему на то, что можно, а что нельзя, — рявкнул Уизли. Драко в ответ лишь закатил глаза. — Я же его не убил, — скучающе ответил Малфой, — а может и стоило. Поттер поджал губы, явно недовольный его ответом. Уизли был красным, как рак, что веселило Драко, не смотря на ситуацию. — Малфой, мы вытаскивали тебя из Азкабана, давали показания... — И я благодарен вам, Поттер. Правда. Спасибо, — он даже приложил руку к груди и говорил совершенно искренне. — Но я должен был набить Нотту морду. — Ты мог хотя бы из замка его вытащить, Мерлин, — застонал Поттер. — Обязательно было делать это посреди Большого зала. — Мистер Поттер, — директор, всё это время молчавшая, прочистила горло и строго посмотрела на Избранного. Тот лишь вздохнул и запустил пальцы в волосы. Драко решил продолжить говорить. — Этот урод обидел мою девушку. Он сделал ей больно. Если бы я узнал об этом вчера, когда всё произошло, то тихонько придушил бы его в постели и спрятал труп. И вы бы сейчас не тратили своё время, но вышло вот так. Я немного вспылил, — Малфой мило улыбнулся ошарашенному Поттеру. — Ты говоришь об убийстве, Малфой, — зелёные глаза буравили его. — Я в курсе, – ответил он и снова закатил глаза, когда все трое присутствующих уставились на него. Были все шансы, что к концу этой беседы его зрачки так и останутся смотрящими куда-то внутрь черепа. – Мерлин, да не убил бы я его. Но точно сделал бы так, чтобы он не смог ходить пару-тройку дней. Или недель. — И эта девчонка стоит твоей свободы? – устало спросил Поттер, понимая, что Драко не собирается раскаиваться в содеянном. Стоит ли? Малфой пытался вспомнить свои чувства в зале суда после окончания войны. Тогда его трясло, и внутри всё сжималось. Его ужасно пугала мысль попасть в Азкабан на годы. Его едва не выворачивало наизнанку от мыслей об этом. Потому что он никогда не хотел участвовать в этой войне. Его в неё втянули, точнее, даже впихнули туда. Грубо, и не спрашивая его мнения. Потому, тюрьма казалась тогда особенно ужасным исходом – последствия чужих решений, которые обрушиваются на тебя, как камнепад, который непременно погребёт под собой. Сейчас же ему было плевать. Его не пугало никакое наказание. Единственное, что пугало – расставание с Гермионой, если его всё же упекут в Азкабан. — Стоит, Поттер, — ответил он, прерывая свои раздумия. — Она стоит всего. Она лучший человек в мире. Я люблю её. Больше, чем свою свободу. Если для того, чтобы она чувствовала себя в безопасности мне придётся придушить Нотта и сесть в Азкабан — так тому и быть. Я не против. Все присутствующие смотрели так, словно у него вдруг крылья выросли. Да, подобные речи для него были странными. От Малфоя ожидали скорее изворотливости и всяческого желания избежать наказания, а не смирения. Насмешек, а не серьезного заявления о своих чувствах. Но так было до Гермионы. Сейчас он вполне понимал тех, кто из-за женщины мог начать войну или перевернуть мир с ног на голову. Понимал всех этих поэтов и музыкантов, посвещавших любимым стихи. Понимал мужчин готовых приклоняться перед женщинами. Гермиона стала его спасением, его миром, любовью его жизни. Пусть это и звучало глупо из уст восемнадцатилетнего парня, но он чувствовал это, и никто бы не убедил его, что всё не так серьезно. — Даже интересно, кто она, — фыркнул Уизли. — Паркинсон? Гринграсс? Булстроуд? Кто та самая, ради кого Малфой готов пожертвовать своей свободой? Ох, какой же сюрприз тебя ждёт, Вислый. Макгонагалл кашлянула и многозначительно посмотрела на Малфоя. Её взгляд кричал: будь осторожнее со словами. Но ему было плевать. — Немного мимо, Уизли. Это Грейнджер, — наконец ответил Драко без тени улыбки на лице. — Ах, ты скользкий... — рыжий кинулся к нему, но Поттер остановил его, схватив за локоть. — Не смей использовать её в своих играх. — Малфой, он прав. Давай без этих мерзких шуточек. Драко сложил руки на груди и вопросительно поднял бровь: — А похоже, что я шучу? Поттер и Уизли замерли, словно ожидали, что он вот-вот рассмеётся и начнёт издеваться. Но он был предельно серьёзен. Парни настороженно посмотрели на директора, будто она вот-вот должна была хлопнуть в ладоши и сказать, что это просто очередная издёвка в стиле Малфоя. – Он не врёт, – ответила Макгонагалл, вздохнув. – Я, конечно, не слежу за школьными сплетнями, но эту парочку даже учителя обсуждают. На лице директора мелькнула тень улыбки, и Драко ей благодарно кивнул. – Ты и Гермиона? – казалось, что Уизли вот-вот грохнется в обморок. Или лопнет от злости. – Да, Уизли. Я и Гермиона. Поттер ущипнул переносицу и посмотрел на директора. Кажется, что он был уже не рад, что вообще явился в школу. – Мы можем позвать её? – спросил золотой мальчик. – Конечно, – она взмахнула палочкой и дверь её кабинета открылась, но по ту сторону стоял только Невилл, привалившись плечом к стене. – Мистер Лонгботтом, а где мисс Грейнджер? Я думала она будет караулить под дверью. – Малфой просил её уйти, и она так и сделала. Но меня попросила подслушать, – без увиливаний ответил парень. – Гарри, Рон, привет. Малфой, я не успел сказать, но удар был крутой. – Спасибо, Лонгботтом, – ухмыльнулся Драко. – А вот мистерам Аврорам не понравилось. – Прекрати паясничать, Малфой, – рявкнул Поттер. – Невилл, можешь найти и привести Гермиону сюда? Мы хотим с ней поговорить. – Без проблем. Она должна быть на нумерологии. Думаю она будет рада прогулять урок. Повисла небольшая пауза, в течение которой Драко наблюдал за Поттером и Уизли. Они явно не поняли последнюю фразу Лонгботтома. Избранный лишь рассеянно кивнул Невиллу, и парень уже собирался уходить. – Если она вдруг не на занятии, – сказал Драко, тяжело вздыхая, – и , скорее всего, так и есть. То поищи её на Астрономической башне. – Понял, я мигом, – ответил гриффиндорец и умчался вниз по лестнице. – Что она делает на башне? – нахмурился Поттер. Пару мгновений Малфой обдумывал не сказать ли им, что Гермиона там скорее всего курит, хоть в последнее время они редко это делали. Но передумал, решив сообщить лишь половину правды, дабы не называться на гнев Макгонагалл. Их ночных прогулок и так достаточно для наказания. – Проветривает голову и просто думает, – ответил он. – А другого места не нашлось? – пробубнил Уизли. – Это наше место, – Драко пожал плечами. – Там хорошо думается. Поттер смерил его изучающим взглядом, будто пытался понять, что за человек сидит перед ним. Да, Избранный его не знал. Не знал раньше и уж точно не знал теперь. Гермиона, её отношение к нему, их чувства – это сильно его изменило. Не говоря уже про войну, суды, Азкабан и всё остальное дерьмо, обрушившееся на него в последние годы. – Как это случилось? – поинтересовался Поттер. – Мы собрались тут обсудить мою девушку? – Не называй её так, – прорычал Уизли, что заставило Малфоя снова закатить глаза. Демонстративно. – Она моя девушка. Моя любимая. Моя пара. Вторая половинка, – перечислял Драко, глядя прямо на рыжего друга Избранного. – Можешь выбрать любое, Уизли. И твоя злость не изменит простой правды – мы с Гермионой вместе. Точка. Казалось, что Макгонагалл смотрит на него с гордостью. Это странным образом успокаивало. Поттер внимательно изучал каждую эмоцию на лице Драко, каждое движение. Словно перед ним было какое-то дикое животное, которого не он встречал раньше, и не знал, как себя с ним вести. – Угомонись, Рон, – наконец, сказал Поттер и повернулся к Малфою. – Что там с Ноттом? Что он сделал? – Напугал её. Она была одна в библиотеке и он воспользовался этим. Если бы не Лонгботтом, Салазар знает, что бы он сделал. Он иногда...слишком увлекается. И в этом году он увлёкся Гермионой, – ответил Малфой. – Они же общались в начале года. И всё вроде бы было хорошо, – Макгонагалл сложила руки в замок на столе и немного подалась вперёд. – Как это переросло в то, что мы все сейчас тут? Драко вздохнул и поднялся на ноги. – Угомонитесь, у меня просто уже все конечности онемели от сидения в этом кресле. И если бы я хотел сбежать, то сделал бы это давным давно, – сказал он Поттеру и Уизли, которые дёрнулись, когда Малфой встал. Он сделал несколько шагов по кабинету, раздумывая, как объяснить всё, что происходит. – Они общались, да, ещё до того, как мы начали встречаться с Гермионой. Нотт обратил на неё внимание и позвал погулять. Они разговаривали, вместе ходили в библиотеку, но Гермиона не хотела отношений, о чём ему и сказала. Предложила просто дружить, – Драко сжал переносицу пальцами и вздохнул. – Возможно, всё было бы нормально, если бы не наши отношения с Гермионой. Но его задело, что она отшила его, но встречалась со мной. Я и сам в шоке от того, что она хотя бы посмотрела на меня после всего, что я вытворял. Но так уж вышло, что нам с Гермионой комфортно друг с другом. – Мерлин, я никогда не привыкну, что ты называешь её по имени, – пробормотал Поттер. – Прости, продолжай. – Нотт злился, что мы постоянно были с ней вместе. Хотя изначально мы просто виделись и говорили, иногда летали... – На метле? – уточнил Уизли – Нет, на драконе, – раздражённо ответил Драко. – Конечно, на метле. И я знаю, что она не любит полёты, но со мной она вполне готова летать. Не часто, конечно. И вот, она почти не видится с Тео, но всё свободное время проводит со мной. А Нотт с детства не любит, когда у него забирают игрушки. А особенно те, которые ему очень нравятся. Особенно, если их забираю я. – Она не игрушка, чтобы... – Естественно, она не игрушка, Уизли, – Малфой раздосадованно всплеснул руками. – Мерлин, ты можешь не встревать? Я уже сто раз повторил: я её люблю. Люблю, понимаешь? Если бы мне нужно было закрыть её собой от чего угодно – я бы это сделал. Вот настолько она мне дорога. И я, сука, устал стоять тут и выслушивать твоё дерьмо, Уизли. Ты же Аврор. Вот и веди себя как Аврор, а не как обиженный мальчик. Достал, честное слово. – Я говорю всё это, потому что знаю тебя... – начал Уизли, чем окончательно вывел Драко из себя. – Знаешь меня? Ты нихера обо мне не знаешь, Уизли. И понятия не имеешь, какой я человек. Гермиона, Забини и моя мама – вот эти люди меня знают. Но явно не ты. Рон, пунцовый от злости, открыл рот, чтобы что-то ответить, но резко замолчал. Драко понял почему, когда его руки коснулись тёплые пальчики. Гермиона встала перед ним, спиной к своим друзьям, и положила одну руку ему на щёку. Всё внимание Малфоя тут же сосредоточилось на карих глазах. – Тебе никому ничего не нужно доказывать или объяснять, слышишь? – тихо сказала Грейнджер. Драко медленно кивнул, и оставил на её лбу лёгкий поцелуй. – Прекрати это, – теперь она развернулась и обращалась Уизли. – У нас отношения, я люблю Драко. Мне наплевать, если кому-то из это не нравится. Я говорю это только раз и хочу, чтобы вы оба уяснили это сразу. Вы тут не для того, чтобы обсуждать нашу личную жизнь, насколько я понимаю. Давайте и не будем затрагивать эту тему. В кабинете повисла тишина. Невилл привалился плечом к стене возле двери и наблюдал за происходящим. Макгонагалл потирала виски указательными пальцами. Уизли и Поттер смотрели на Гермиону так, будто видели впервые. Драко сделал шаг вперёд, обвил талию Гермионы рукой и прижал её спиной к свое груди. Она была слишком напряжена. – Тихо, львица, всё хорошо, – Драко прижался губами к её волосам, вдыхая знакомый и уже такой родной запах. – Успокойся. Нам всем нужно успокоиться. Выдыхай, малышка. Всё в той же тишине Драко продолжал обнимать Гермиону и ждать, пока она перестанет дрожать от злости и, наверное, волнения. Он всё же мог понять её друзей и их недоверие. Они годами были врагами. Насколько это странно, видеть, что твоя подруга встречается с твоим врагом? – Ладно, давайте вернёмся к главной теме этой беседы, – сказал, наконец, Драко, отпуская талию Гермионы и делая шаг в сторону, чтобы их близость не смущала всех остальных. – Да, – кивнул Поттер, будто выходя из оцепенения. Следующие минут десять они с Гермионой объясняли ситуацию. Гермиона показала синяки, оставленные рукой Нотта. В груди Драко снова заворочался зверь, увидев это, но он всячески старался его успокоить. – Я его предупреждал. Дважды, – сказал Драко. – Если честно, мне кажется, что ему даже нравились мои вспышки злости. – Лучше бы тебе было вспыхивать не на глазах у всех, – буркнул Поттер. – Я тоже ударил Нотта посреди библиотеки. Мне полагается допрос от Авроров и наказание? – подал голос Невилл. Все перевели взгляд на парня, тихонько стоящего у двери. Он выглядел спокойным и даже невозмутимым – поразительный контраст с тем пугливым мальчиком, каким он был ещё несколько лет назад. – Ты – другое дело, – ответил Уизли. – Почему? Малфоя отпустили в мир, разрешили учиться и жить рядом с остальными людьми, если его считают преступником, то стоило оставить его в Азкабане, – он улыбнулся Драко, – без обид. Я просто хочу сказать о том, что любой бы разозлился. Я едва сдержался, чтоб его не отметелить в тот момент, когда увидел их с Гермионой в библиотеке. Представьте себя на месте Малфоя? Дорого вам человека обидели, что вы сделаете? Будете благоразумно помалкивать и рассуждать о том, что правильно, а что нет? Сомневаюсь. Поттер и Уизли переглянулись. Они не ожидали такой речи от Невилла. – Он его предупреждал – Нотт не понял. Конечно, Малфою хочется защитить Гермиону. Но это не делает его монстром, – Невилл оттолкнулся от стены и подошёл ближе к остальным. – И я не понимаю, почему мы тут осуждает Малфоя, когда должны подумать над поведением Нотта. Если честно, я думаю, что он специально провоцирует Малфоя. – О чём ты? – насторожился Гарри. – Он знает о том, что Министерство следит за твоим поведением? – спросил Невилл, обращаясь к Драко и тот медленно кивнул. – Ну вот. Отличный способ убрать конкурента с дороги. Если в школе не будет Малфоя, то путь к Гермионе свободен. Поверьте, я видел его взгляд, он достаточно не в себе, чтобы придумать что-то подобное. – Невилл прав, – ответил Драко. – Тео не дурак. И у него всегда на всё есть план. – Такое первый раз с ним? Такая вот одержимость кем-то? – спросил Поттер у Малфоя. – Без понятия. Я же говорил, он часто излишне увлекался чем-то, но человеком...такого я не помню. Может, просто не знаю. Гарри несколько раз прошёл туда-сюда по кабинету, о чем-то размышляя. Все остальные покорно молчали, ожидая следующих слов Аврора. – Ладно, Малфой, это первое и последнее предупреждение – будь умнее и сдержаннее. Я отпишусь в отчёте, что тебя спровоцировали или типа того, – он сказал это и повернулся к Макгонагалл. – Мне нужны на него какие-то документы, которые подтвердят, что у него нормальное поведение. Рекомендации преподавателей, лист успеваемости. Вам виднее. Нужно прислать это всё мне в течение пяти рабочих дней. – Хорошо, Гарри, – ответила директор. – Это не составит труда – мистер Малфой прилежный ученик. С поведением тоже всё хорошо...за исключением сегодняшнего дня. – А что с Ноттом? – спросил Драко. Гарри поморщился и взъерошил рукой свои и без того лохматые волосы. – Мы мало что можем, Малфой. Поговорить с ним и предупредить, да. Но в остальном... Он не сделал ничего такого уж страшного... – Ничего страшного? – рявкнул Драко. – Малфой, я правда всё понимаю, но мало что могу сделать в этой ситуации, – Гарри повернулся к Гермионе. – Он угрожал тебе? Говорил, что что-то тебе сделает? – Нет. – Ну вот, – Поттер с сочуствием посмотрел на Драко. – Да, он применил излишнюю силу, но это можно назвать неосторожностью. Никаких прямых угроз тоже не поступало. Я отказываюсь наказывать тебя, так за что мне наказывать его? – То есть, мы подождём пока он что-то сделает? – фыркнул Малфой. – Как бы мерзко это не звучало, но да. В противном случае наши руки связаны. В кабинете воцарилась тишина. Драко покачал головой и снова начал наворачивать круги по пространству между столом директора и дверью. Невилл хмуро наблюдал за ним, явно недовольный словами Гарри. Гермиона и Макгонагал смотрели друг на друга с молчаливым принятием. – Но мы же можем провести с ним беседу, – подал голос Уизли, обращаясь к Поттеру. – Поговорим, пригрозим наказанием, чтобы не лез к Гермионе. – Да, и он послушает, потому что ты большой грозный Аврор, – огрызнулся Драко. – Малфой, – рявкнул Гарри, – я уже сказал, что больше мы сделать просто не можем. – Я понял, – Драко замолчал, а Гермиона в этот момент взяла его за руку, сплетая их пальцы. От этого действия он немного расслабился. – Я могу постоять за себя. Обычно. Просто вчера я подобного не ожидала. В следующий раз я с ним справлюсь, – заверила всех Гермиона, хоть и не была так уверена в своих словах. – Мерлин, ты в школе, война закончилась, ты не должна ни с кем справляться, – с тяжёлым вдохом заговорил Малфой. – Ты должна спокойно доучиться и не оглядываться постоянно по сторонам, ожидая, что Нотт выкинет какое-то очередное дерьмо. Ты должна хотя бы последний год тут провести в безопасности. Он закончил, и в кабинете повисло тягостное молчание. Все понимали, что он прав. Гермиона с первого года в Хогвартсе не была в безопасности в этих стенах. Год после завершения войны должен был быть тихим и спокойным, но в итоге, они все оказались там, где оказались. – Ну, довольствуемся тем, что есть, – Гермиона пожала плечами. – Будем надеяться, что угрозы Драко как-то помогут держать Нотта подальше от меня. – Хорошо бы, – пробубнил Малфой. – Так, вы трое, возвращайтесь к учёбе, – Гарри расправил плечи и посмотрел на Драко, Гермиону и Невилла. – Мы с директором найдём Нотта и поговорим с ним. Надеюсь, что это как-то поможет. И, Малфой, пожалуйста, веди себя осторожнее. Я совсем не хочу смотреть как моя подруга носит передачки в Азкабан. – Постараюсь, – безразлично ответил Драко. – И спасибо, что не упрятал в тюрьму прямо сегодня. – Первое и последнее предупреждение. – Да, я помню. Гермиона чуть улыбнулась их спокойному диалогу и шагнула к Гарри. Его объятия были тёплыми и родными. Она не признавала этого, но скучала по другу и их близкому общению. Грейнджер перевела взгляд на Рона, но поняла, что теперь между ними пропасть размером с Малфоя. Уизли молча буравил взглядом её парня, словно собирался вот-вот достать палочку и поразить его Авадой. – Рон, пожалуйста, не сходи с ума, – серьезно сказала она, а затем развернулась и пошла к Драко и Невиллу, которые ждали её у двери. Они втроём шли по коридору, переваривая всё, что случилось за последние сутки. Драко был хмурым и задумчивым. Невилл выглядел примерно так же. Что-то подсказывало Гермионе, что теперь эти двое разработают какой-нибудь план охраны и будут всюду ходить за ней по пятам. А Гермиона просто надеялась, что этот год не закончится какой-нибудь катастрофой.