***

Роз ломается. Просто в один прекрасный день не включается, не открывает синие окуляры глаз, застыв неподвижной грудой серебристого металла в углу их маленькой деревянной хижины. Финк понимает это, когда на его оклик "Роз! Роз, просыпайся!" раздаётся не привычный мягкий ответ "Да, Финк, уже встаю", а давящая на уши мёртвая тишина. Тишина..ни скрипа в механических суставах, ни тихого шума охладительных систем, ничего...абсолютно ничего...Сломалась.. Финк паникует. Он царапает когтями серебристую обшивку, тщетно пытаясь причинить механическому телу отрезвляющую боль, залезает внутрь округлого корпуса, путаясь в многочисленных проводах и схемах, даже сжимает в лапах молчащий реактор, заменявший Роз сердце, надеясь запустить мотор, заставив её ожить. Но даже через сотню попыток, тихих мольб и изодранных об металл ногтей, Роз не просыпается. И тогда, измучившись, и опустившись без сил на деревянный пол, Финк осознаёт, насколько "постарела" с момента их встречи Роз. От прежней сверкающей обшивки осталось лишь несколько серебристых пятен, а остальное–ржавый металл, потёртый камнями и палками, опаленный зноем и холодными ветрами. А всё это из-за него. Из-за всех них–животных, что так долго не могли её принять. И вот теперь... Финк утыкается носом в её щеку сглатывая горький комок в горле, в зажмуренных глазах щиплет, но он не плачет, зная, что это не сказка–реальная жизнь, где слезами не оживить погибшего друга. Финк жмётся сильнее, надеясь, что это всего лишь страшный сон, и вздрагивает, когда лапой нажимает на какую-то кнопку, заставившую глаза Роз вспыхнуть ярко-синим, а её механическое тело задрожать от статического напряжения. "Роз, Роз!"–Финк зовёт отчаянно, почти сталкиваясь своим лбом с лбом Роз, и вглядывается в её глаза-окуляры, надеясь увидеть в них осознанность и узнавание. "Ф-Финк?"–голос Роз сбоит и перескакивает с октавы на октаву, но это не мешает сердцу Финка радостно забиться, а так долго сдерживаемым слезам пролиться, оставив тёмные дорожки на его рыжей шерсти и солёные капельки на круглых щеках Роз. "Живая"–шепчет он. "Не оставляй так меня больше." Роз просто кивает, вместо слов, крепко обнимает, мягко гладит Финка по рыжей шерсти и не раскрывает объятья до самого вечера, до того момента, как Финк не засыпает на её руках, убаюканный знакомым урчанием её бьющегося механического сердца. А утром, после долгих уговоров, Роз улетает в город, и появляется уже новенькой, с чистыми серебристыми деталями и смазанными маслом суставами, смущённо улыбаясь застывшему в восхищении Финку. Финк улыбается ей в ответ, произнося тихое: "Больше не ломайся" и Роз смеётся, честно отвечая "Не сломаюсь, Финк, не сломаюсь".