Часть 1

Одри в очередной раз не могла уснуть. Она беспокойно ворочалась с стороны в сторону, а как только удавалось погрузиться в неглубокий сон, её тут же охватывали кошмары. Ей то снилось тяжёлые события из её детства, то мелькали лица её коллег в их зловещих образах. Каждый раз она просыпалась в холодном поту, чувствуя, как бешено колотится сердце. Оценщица уже не помнила, когда в последний раз она спала спокойно. Даже до прибытия в "Астрею" её сны не были особо приятными, но с тех пор, как она поселилась в агентстве, они стали тревожить её все чаще. Последний сон был особенно странным и оставил после себя много вопросов. Её отец хотел познакомить маленькую Одри со Зверем. Вдвоём они подошли к той страной двери которой раньше не было, и как только он собрался её открыть, Одри испуганно проснулась. Этот сон не выходил у неё из головы. Неужели её отец знал о существовании Зверя? Возможно, он даже заключил с ним какое-то соглашение, пожертвовав дочерью ради собственной выгоды? Это объяснило бы её нынешнюю ситуацию. Такую ситуацию, что стоит ей выходить за пределы стен "Астреи" без сопровождения, то велика вероятность, что тут же из кустов на неё выпрыгнет какой-то фанатик, чтобы принести в жертву своему обожаему богу. Она была один раз на волоске от своей гибели, больше так рисковать ей не хочется. Одри тяжело вздохнула, вглядываясь в потолок. Она закрыла веки, мысленно посчитала до двацати, чтобы выровнять свое дыхание. Потянулась за телефоном, чтобы проверить время. 02:37. Может, стоит всё-таки принять те успокоительные, что ей дал Синнер? Возможно, они действительно помогут наконец-то заснуть и проснуться утром, а не среди ночи, снова охваченной страхом и в холодном поту... Слегка вздрогнув от этой мысли, Одри резко встала с кровати. Надев свой шелковый халат она решила пойти в кухню за новым стаканом холодной воды. Тот что ей принёс Кассиэль уже давно был выпит перед тем как она ложилась спать. Осторожно приоткрыв дверь, она вышла в коридор. Старалась ходить как можно тише, чтобы не потревожить сон необычных обитателей этого дома. Вдруг у ангелов и демонов чуткий слух? Но путь к лестнице внезапно прервал приглушённый голос в одной из комнат. Одри замерла, прислушиваясь, затаив дыхание. Слов было не разобрать, но по тону было ясно, что разговор был явно не дружелюбным. Любопытство взяло верх, и она осторожно, ступая на цыпочках, направилась к источнику звука. С каждым шагом голос становился всё громче и чётче. Приблизившись к двери, она поняла кому он принадлежал. Это был Давид. Она замерла, прислушиваясь к его раздражённому разговору. — Не вам решать как мне поступить!... Да что ты говоришь?!... "С кем он ссориться?" — мысленно спросила себя Одри. — Что я делаю вас не касается! Я не позволю вам так про неё говорить... Последняя фраза, произнесённая зловещим, почти что чужим голосом, вызвало у Одри мурашки по всему телу. О ком он говорит? Неужели... это про неё? Но что важнее – с кем он ссориться так поздно? И вдруг её осенило: "В его голове голосов больше, чем у всех твоих пациентов вместе взятых. 72, если не ошибаюсь." — вспомнились слова того голоса в её сне. Так Давид ссорится... со своими голосами? — Кто там?! — внезапно раздался грубый голос Давида. Испугавшись, Одри отпрянула от двери. Осознала, в какой она нелепой ситуации — пришла к чужой комнате в три ночи, стоит под дверью и подслушивает... Как он понял, что кто-то за дверью она даже не задумывалась — ей было известно, кем на самом деле является её коллега. Жаль, что она не вспомнила этого чуть раньше. Тот факт, что Давид — демон, должен был бы её испугать. В детстве Одри учили, что демоны — это зло, от которого людям следует держаться как можно дальше. Но... подумав о Давиде, она не чувствовала никакого страха. Подумав о нём, в памяти сразу всплыл их поцелуй в коридоре, так несправедливо прерванный… Она до сих пор помнит его мятное дыхание с примесью виски на своих губах. Мысли о нём распространяли приятное тепло в груди, глупую улыбку на лице, а в животе будто порхали сотни бабочек. И среди всего этого букета чувств не было ни капли страха. Ведь Одри знала — Давид никогда не причинит ей вреда. В этом она была уверена точно. — Это я. — тихо ответила она. — Одри? — раздался уже знакомый, бархатистый голос Давида, полный удивления. — Что... Что ты здесь делаешь? — Я… — Одри стыдливо закусила губу, подбирая подходящие слова. — Я направлялась на кухню за стаканом воды и вдруг услышала, как кто-то ссориться и я… Прости. Я поступила не подумав. — Какая же ты любопытная, ведьмочка, — в его голосе послышалась усмешка. Искреннее беспокойство за Давида не отпускало Одри, терзая её сердце. В этот момент ей как никогда хотелось быть рядом с ним. Лично удостовериться в том, что с ним всё в порядке. Увидеть его лицо, утонуть в теплоте его бездонных, и таких родных голубых глаз. Она немного помедлила, но всё же решилась спросить: — Разрешишь увидеть тебя? — Значит, ты не только любопытная ведьмочка, но и весьма смелая, — в ответе Давида сквозила не то насмешка, не то уважение. — Неужели не боишься зайти в логово демона так поздно? — Не боюсь, — твёрдо произнесла она, глядя прямо на дверь, будто знала, что он на другой стороне наблюдает за ней. — Ведь я знаю, что это ты. После её слов наступила тишина. Молчание длилось добрых пять минут, наполненных невыносимым ожиданием. В голове Одри начали мелькать сомнения: Может, он всё же не захочет, чтобы она вошла? Может она ошиблась, заговорив с ним так смело? Скрипнувшая перед ней дверь вырвала из её раздумий. Чуть приоткрывшись, в проёме показался мягкий полумрак комнаты. С замирающим сердцем Одри приняла это как приглашение и тихо вошла. Лунный свет проникал через щели закрытых занавесок, создавая серебристые лучи, играющие на тёмной мебели. Она уловила очертания кровати с чёрными шёлковыми простынями, письменного стола заваленного бумагами, и тёмного лакового шкафа. Но Давида нигде не было видно. — Давид..? — обеспокоенно позвала она. Одри хотела обернуться, но крепкие руки демона обняли её сзади за талию, мягко прижав спиной к мужской груди. От неожиданности она чуть вздрогнула, но сразу же расслабилась, когда осознала кто это. — Я здесь ведьмочка. — тихо шепнул он ей на ухо. Его прикосновения были нежными, но надёжными. От его горячей кожи девушке стало очень тепло и уютно. Закрыла глаза, погружаясь тепле его рук, и на мгновение забыла обо всем мире за пределами этой комнаты. Забыла, что демонов нужно бояться и убегать от них, а не прижаться к их груди и таять в обьятиях, как воск под огнем свечи. Подняв чуть голову, он прижался губами к её волосам оставив невесомый поцелуй. Блаженно вдохнул запах её волос, которые благоухали ванилью — аромат, не так давно ставший для него любимым. Его действия вызывали у неё мелкие мурашки по всему телу и учащённое сердцебиение. Как она упоминала раньше, стоит ему прикоснуться к ней, как она тут же забывает обо всём. Уставший вздох парня и то, как он опустил голову на её плечо, не скрылось от неё. Положив свои холодные ладони поверх его рук, она осторожно поинтересовалась: — Все хорошо? — Конечно. Разве может быть иначе, когда ты тут? — старался он приободрить девушку и не выдавать своего состояния, но ему это не удалось. Ведь она давно догадывается, что под его улыбкой скрывается нечто тяжёлое. — Давид, тебе не обязательно держать всё в себе. Я ведь знаю кто ты, и это меня не пугает, правда. Я вижу, что с тобой что-то не так. — тихо говорила Одри, гладя его руку которая обнимала её за талию. — Тебе не дают покоя голоса в твоей голове? Давид еле заметно вздрогнул. Её вопрос застал его врасплох, как удар молнии среди ясного неба. — Микаэль рассказал? — спросил он немного раздражённо. — Нет... Микаэль упоминал только что ты, Кассиель и Фелония — демоны. А вот про голоса... Мне снился сон, и там неизвестный голос рассказывал, что у тебя 72 голоса в голове... Это ведь так? — осторожно спросила Одри, сердце колотилось от волнения. Она не знала, чего ожидать от его реакции: вдруг он разозлится? Не ответит на её вопрос и выставит за дверь? Минуту помолчав он выдохнул краткое: — Да. — Могу представить, как тебе тяжело... — Все хорошо. Я к этому привык. — устало вздохул он, — Днём они не такие шумные, а вот ночью... — Может, я могу тебе... как-то помочь? — спросила Одри, хотя знала, что в такой ситуации простой человек бессилен. Ей просто было важно дать знать Давиду, что если есть возможность хоть как-то помочь ему, она несомненно сделает это. — Ведьмочка, ты уже помогаешь. Со дня твоего прихода в агентство, ты своим присутствием в этом унылом месте помогаешь мне вовсе не сойти с ума от скуки. Ты принесла с собой свет, которого тут очень не хватало. Его слова задели самые глубокие струны её души. Она хотела обернуться к нему, чтобы подарить самый нежный поцелуй, на который она только способна. Тот, на который он заслуживал. Но Давид не позволил ей повернуться, его крепкие руки удерживали её на месте. — Не смотри на меня сейчас. Боюсь тебя спугнуть, – тихо произнёс он. — Давид ты не... — Давай постоим так ещё немного. Расскажи что-нибудь ещё, мне нравится слышать твой голос. Он меня успокаивает. Одри на мгновение задумалась, что же ему рассказывать. Через минуту размышлений она начинает говорить: — В ту ночь в той деревне, когда я думала, что вот-вот умру... — она облизнула внезапно пересохшие губы — последнее, о чём я подумала, как мне тогда казалось, в свои последние минуты, это было... о тебе. — Одри... Он прижал её к себе сильнее, словно хотел защитить от её страшных воспоминаний. Взять всю её пережитую боль себе. Он не ожидал, что в таком моменте она подумает... именно о нём. Это значило в сотни раз больше простого признания в любви. Одри продолжила свой рассказ, еле сдерживая слёзы. Слова давались с трудом, но она говорила их, несмотря на свой ком в горле. — В тот момент, всё что я хотела... Это оказаться в каминной, с тобой у барной стойки... где ты делаешь свой фирменный коктейль... — её голос дрогнул, и она тихо всхлипнула. Горячие слёзы начали катиться по её щекам, падая на руки Давида, оставляя мокрые следы. — Одри, милая моя... Он медленно повернул к себе плачущую девушку. Взяв её лицо в свои руки, он нежно стер дорожки слёз большими пальцами, поглаживая раскрасневшееся щёки. Погружённая в свои тяжелые воспоминания, Одри не переставала плакать, и слёзы всё дальше катились по её щекам. Тогда Давид начал ловить слёзы своими губами. Нежно целуя её щеки и ловя каждую солёную слезинку, он произносил ей слова утешения: – Все позади, ведьмочка. Больше тебя никто и пальцем не тронет, не сомневайся. Все те мерзкие твари с той проклятой деревни получили по заслугам. Я позаботился о том, чтобы они вечно горели в аду за то, что покусились на жизнь дорогого мне человека. Его голос снова стал чужим и грубым, как когда-то прежде. От внезапных изменений, Одри открыла глаза и вздрогнула от увиденного. Её взгляд был прикован к его огненно-красным глазам, которые внушали одновременно страх и волнение. Лицо Давида исказилось в гримасе злости, смешанной с глубоким сожалением, словно он чувствовал вину за то, что с ней произошло. Что не смог предугадать что с ней будет, предотвратить всю её боль и страдания, которые она пережила. — Твои глаза... — прошептала она, не сводя от них своего удивлённого взгляда. Давид резко отпустил её из своих рук и повернулся к ней спиной. Без его теплых прикосновений ей сразу же стало холодно. — Прости, когда думаю от том, что мог тебя потерять... Мне становится тяжело контролировать себя, — тяжело вздохнул он потерев глаза. — Всё хорошо, Давид. Я не испугалась тебя, если ты об этом подумал. Я просто... удивилась. – старалась звучать она как можно убедительнее. Но её волнение скрыть было довольно трудно, как и успокоить бешенно колотящееся сердце. — Я слышу как громко бьётся твоё сердце, Одри. Ты меня боишься, но не стоит. Я никогда не причиню тебе вреда. – Я знаю. – ответила она, стараясь успокоиться. Юрист нервно провёл рукой по своим кудрям, взъерошив их. Одри, почувствовав его растерянность, шагнула ближе, стремясь сократить расстояние которое возникло между ними. Поравнявшись с ним, она осторожно взяла его свободную руку в свою, преплетая пальцы. Он никак не сопротивлялся, разрешал ей делать с ним всё, что только она пожелает. — Пожалуйста, посмотри на меня. – тихо попросила девушка. Давид медленно повернул голову к ней, их взгляды встретились. В его глаза всё ещё светились красные искры, но за ними ещё была растерянность, борьба с самим собой, словно он не знал как быть с тем, что происходит между ними. И всё-таки, несмотря на свою внутреннюю борьбу, выполнил её просьбу. — Я не хочу тебя пугать, — произнёс он с глубоким вздохом, его голос снова обрёл прежние черты. — Ты не пугаешь меня, Давид, — ответила она, качая головой, — просто всё это для меня нечто... что мне сложно принять. Но я стараюсь. Правда стараюсь. Чтобы показать всю серьёзность её слов, она встала перед ним. Аккуратно взяла его лицо в свои руки, заставив его обратить на неё внимание. Застыв, Давид посмотрел на неё, удивлённый её решимостью. — Повторю ещё раз, — сказала она твердым голосом, — Я тебя не боюсь. Неважно что ты демон, что у тебя глаза светятся красным, или что у тебя могут быть рога или хвост. Упоминание последних двух деталей вызвал у парня тихий смешок, но перебить девушку и отрицать что такого у него нет, не стал. Он терпеливо ждал пока оценщица закончит свою тираду. Заметно успокоился, глаза стали прежним голубым цветом. Чёртовы голоса молчат, прислушиваються к словам девушки. Им любопытно и хотят узнать поближе ту, которая так сильно заинтересовал их сосуд. — Среди чувств которые ты у меня вызываешь... точно нет страха. — тихо прошептала она, смутившись. После высказанных её слов демон усмехнулся своей фирменной улыбкой. Обняв девушку за талию, он притянул её ближе к себе. Она ощутила его рельефный торс который скрылся под облегающей футболкой. Наклонился к её уху, его горячее дыхание опаляло кожу. — А какие чувства я у тебя вызываю? — соблазнительно шёпнул он. Наклонившись ещё ниже, его губы куснулись чувствительного места на шее, вызывая у неё мурашки по всему телу. Его руки скользили по пояснице и спине, а она, поддаваясь его прикосновения, держалась за его плечи, будто боялась упасть. Но это ей не грозит, ведь она находилась в надежных руках. — Я... Я не могу объяснить... — задыхалась она, не в силах собраться с мыслями от переполнивших её чувств. — Ну же, ведьмочка, постарайся, мне очень хочется узнать — снова шепнул он. Проведя носом по гладкой коже, Давид медленно спустился к её ключицам, оставляя то укусы, то нежные поцелуи. Одри запрокинула голову назад поддавшись всем его ласкам. Порой он сильно увлекался, вызывая у неё тихие стоны, которые так и сводили его с ума. — Мне кажется, я тебя... — не успела она закончить фразу, как из её губ снова вырвался тихий стон. — Ты меня, что? — спросил он с усмешкой, продолжая целовать её шею медленно поднимаясь к её лицу. — Я... я люблю тебя... — тихо вздохнула она. После услышаных слов, Давид отстранился с любопытством посмотрел в её раскрасневшееся от смущения лицо. Та посмотрела на него, ждала хоть какой-то ответ её признанию. Но Давид не спешил, он смаковал этот момент как самый настоящий гурман, утонув в самые красивые по его мнению, зелёные глаза. Медленно подняв руку, большим пальцем он нежно провёл по её нижней губе, немного оттянув вниз. Приблизившись к её лицу, его шёпот опалял её губы: — Влюбилась в демона, м? Какая плохая девочка... — Да, я такая — шепнула она в ответ. Мысленно ещё добавив: "Прям гордость семьи". От её дерзости Давид больше не выдержал. Он взял её лицо обеими руками, притянул к себе и поцеловал. Медленно и уверенно он овладевал её губами нежно сминая их своими. Одри тут же ответила на поцелуй, зарывшись рукой в его кудри, которые так приятно щекотали пальцы. Его рука спустилась вниз и скользнула под её шёлковый халат, поглаживая тонкую талию. Он немного отстранился и спросил её чуть охрипшим голосом: — Продолжим то, на чём остановились? Она выровняла дыхание, и с блеском в глазах ответила: — У меня есть идея получше. — ободряюще подмигнула она. Быстро чмокнув его в губы, она потянула его за руку в сторону кровати. Давид послушно последовал за ней, но его мысли были полны догадок, что же эта хитрая ведьмочка задумала. Отпустив его руку, Одри села на кровать. Вытянув ноги вперед она спиной прижалась к мягкой подушке. Хлопнув ладошкой по пустому месту рядом с собой, она усмехнулась и прокомандовала: — Ложись. Заметив, как парень был озадачен, она не могла удержать тихий смешок. Вздохнув, он послушно лёг рядом с ней, обнял её одной рукой за талию, а голову положил на её плечо. — Честно говоря ведьмочка, я думал что мы займёмся чем-нибудь более... интересным, — обиженно пробормотал он под её боком. — Давид, куда нам торопиться? Я от тебя никуда не сбегу, — сказала Одри, мягко поглаживая его по волосам. От её действий, его тело расслабилось, и он блаженно прикрыл глаза. Вдруг опомнившись, оценшица немного нагнулась к его уху и прошептала: — Уважаемые голоса, прошу вас, оставьте в покое Давида хотя бы этой ночью. От её просьбы Давид тихо засмеялся. — Вряд ли они тебя послушают, но спасибо за заботу, милая ведьма. В знак благодарности он взял её свободную руку и поцеловал костяшки. Прижал её ладонь к его груди, мягко поглаживая большим пальцем. Одри ощутила, что его сердце билось чуть быстрее обычного. Её рука продолжала перебирать его мягкие кудри. — Ну, я попыталась... — грустно улыбнулась она — А среди твоих голосов... есть женские особи? От неожиданного вопроса парень чуть поднял голову озадаченно посмотрел на неё. Усмехнувшись, задал ей встречный вопрос: — А что, ревнуешь? — подмигнул он. — Ну конечно ревную, а как иначе? — усмехнулась она, а Давид тихо посмеялся, — Ну а если серьёзно, то просто стало любопытно. Хочу узнать о тебе немного больше. — Нету. В моей голове только демоны, и ни одной демоницы. Мне достаточно одной, которая украла моё сердце с первой нашей встречи. — Интересно узнать, кто она, — усмехнулась Одри. — О, ты её не знаешь, — усмехнулся тот в ответ. То, как девушка нахмурила свои брови и посмотрела на него испепеляющим взглядом, вызвал у парня громкий хохот. Щёлкнув её по носу, он ободряюще улыбнулся и начал оправдываться: — Не хмурь свои очаровательные бровки, милая, конечно же я имел в виду тебя. — Ага, конечно, сразу же поверила, — шуточно закатив глаза, она посмеялась вместе с ним. Несколько минут они так и смотрели друг на друга. Она продолжала глядить его мягкие кудри утонув в его голубые глаза, а он гладил её руку был очарован её зеленными глазами, точно как два изумруда. Они наслаждались присутствием и прикосновениями друг друга. Было в этом что-то очень сокровенное и невероятно интимное. — Почему ты не спала в такой поздний час? — вдруг спросил он. — Не могла уснуть, — устало вздохнула она. — Почему? — Кошмары. Уже не помню когда в последний раз могла нормально поспать... — Почему ты не сказала мне об этом раньше? Я бы заварил тебе успокоительный чай и принес каждый вечер перед сном. — Не сомневаюсь в твоей заботе, но наши начальники бы этого не одобрили, увидев тебя так часто возле моей комнаты, — усмехнулась Одри. — Плевать мне, что они подумают, — раздражённо бросил он. — Какой ты смелый. — Ради тебя я буду кем угодно, Одри. То, с какой серьёзностью он это сказал, её сердце попропустил удар. Было приятно осознавать, что есть человек (точнее демон) готов сделать всё ради неё. Теперь она не чувствовала себя такой одинокой и беспомощной, как раньше. — Спасибо. — За что, ведьмочка? — За всё. За всё, что ты сделал для меня и делаешь до сих пор. Помогаешь, защищаешь. Я это очень ценю, правда. Спасибо за то, что ты появился в моей жизни. — Это пустяки, Одри. Как я могу не помогать единственной и такой очаровательной девушке в этом доме? Как я и говорил, со мной тебе нечего бояться. Я буду рядом. — Пока длится мой контракт? — усмехнулась Одри. Давид её шутку оценил, но потом серьёзно ответил: — Боюсь, что мой контракт закончится одновременно с твоим. Куда пойдешь ты, туда и я. Тихо посмеиваясь, Одри согласилась с ним. — Ты устал, Давид. Попытайся уснуть. Сосредочься только на моём голосе и ни о чём не думай. Парень закрыл глаза и следовал её указаниям. Оценщица начала тихонько петь себе под нос какую-то спокойную мелодию и продолжала нежно гладить его по волосам. Монотонные поглаживания и её прятный голос будто заглушили голоса в его голове. И впервые ему стало так... спокойно. Последний раз когда он так себя чувствовал, это было в далеком прошлом, когда его мама точно также гладила маленького Давида чтобы тот смог уснуть. От этих воспоминаний в груди пронзила острая боль. Но он не подал виду, постарался сосредоточиться на голосе его ведьмочки. В очередной раз он убедился в её профессионализме, как она умело выполняла свою работу и успокаивала его. Что было удивительно, ведь он не являлся обычным человеком, и это не должно было действовать. Может, она имеет на него какое-то особое влияние? Наверное, так оно есть. Перед тем как провалиться в долгожданный сон, он тихо проговорил очень важные слова, которая она должна была услышать: — Люблю тебя, моя ведьмочка. Очень люблю. Когда Одри услышала его признание, она прекратила петь. Её счастью не было границ. Прежде она никогда не испытывала таких ярких чувств от этих слов. Плевать что подумают коллеги, плевать что скажут начальники. Важно было лишь одно — их чувства были взаимны. А вместе они преодолеют любые трудности которые встанут на их пути. — Сладких снов, мой демонёнок. Спи спокойно, я буду беречь твой сон. — После этих слов, она осторожно чтобы не разбудить поцеловала его в лоб. Погладив его ещё несколько минут, она наслаждалась его тихим сопением. Постепенно рука начала ослабевать, веки тяжелеть, и она уснула вслед за ним. И так они мирно спали в обнимку, самым безмятежным сном. Очень странная пара, демон и психолог. Ранним утром, когда Одри всё еще спала, Давид проснулся. Впервые за долгое время, он почувствовал себя таким отдохнувшим. И всё благодаря милой ведьмочке, которая спала с ним в обнимку всю ночь. Чтобы избавить даму его сердца от нежеланных столкновений с её коллегами или тем более с начальниками, он осторожно взял на руки свою спящую красавицу и перенёс в её комнату. Осторожно поставил на кровать и укрыл одеялом. Не смог сдержаться, чмокнул её пухлые губы. Та забавно зажмурилась, что вызвал у него тихий смешок. После он приготовил завтрак, который оставил на её прикроватной тумбе с запиской: "Спасибо тебе, милая ведьмочка. В следующий раз мы проснёмся вместе, обещаю. Люблю тебя"