Часть 1

— Рики, почему мы здесь? — Голос Катце звучал обеспокоенно, негромко, почти робко. Можно было почувствовать его дискомфорт. — Я не знаю… Ясон сказал мне, что я скоро уйду отсюда. Должно быть, что-то случилось с Юпитером. Катце медленно моргнул. Последние несколько недель он не видел Ясона и не разговаривал с ним. Только один раз в самом начале, и он сказал ему те же слова. Честно говоря, он не был уверен, сколько дней он там пробыл. Они находились в подвале, вероятно, части обширной лаборатории Рауля, включавшей комнату с двумя кроватями, ванную и небольшую гостиную с различными развлекательными играми или тренажёрами. У них не было никакой связи ни с Интернетом, ни с внешним миром. Катце казалось, что его заперли, а не лечат от травмы. Всё началось с того, что он проснулся, растерянный и вялый. Рауль Ам был рядом. Он мягко и спокойно объяснил ему, что тот попал в страшную аварию и это нормально, что он ничего не помнит в данный момент. Он выздоравливает. Дни сменяли друг друга, но ничего не менялось. Но каждый день с ним был Рауль: на завтрак, обед и ужин. Присутствие Блонди было странной, но не неприятной константой. Его мягкая улыбка, доброта и готовность поговорить вызывали чувство оцепенения, которое помогало дням проходить быстрее. Вскоре под теми же «предлогами» к нему присоединился Рики. Он попал в аварию и нуждался в восстановлении. Рауль Ам преодолевал определённые барьеры. Стремясь познать, потрогать, испытать чувства и разгадать свою собственную тайну, он без колебаний подошёл к Катце. Они разговаривали, ели вместе, обменивались интересными идеями, вели интеллектуальные споры. Он также испытал ощущение другой кожи под своими пальцами… Когда Рауль заметил, что Катце скучает, потому что не может сопровождать его каждый час, а он не может позволить ему выйти на улицу или подключиться к Интернету, он привёл к нему Рики. Вместе с Рики Катце смирился со своим новым состоянием. Но скоро ему придётся что-то с этим делать. Пока же, пока Катце был разумен и спокоен, усыплённый наркотиками, содержащимися в еде, у Рауля было время насладиться своей одержимостью. Но Рики было не так-то просто приручить. Рики искал ответы и вскоре устал от этого. Рики было недостаточно сидеть взаперти и ждать, даже если об этом его просил сам Ясон. Ему удалось выскользнуть из своей комнаты, обойти охрану и найти то, чего он не должен был видеть. За металлической дверью хранилось нечто на случай непредвиденных обстоятельств, что-то, что потрясло Рики и привело его в бешенство. К счастью, этот Рики сослужил свою службу, когда понадобился в тот день, когда взорвался Дана Бан. Катце снова остался один. Он нервничал и был нетерпелив из-за своего нынешнего состояния изоляции, но Ясон снова попросил его подождать, просто спокойно подождать и воспользоваться возможностью отдохнуть. Что скоро он присоединится к Рики на воле. У него не было выбора. Только Рауль был рядом, чтобы дать волю своим чувствам. Блонди подошёл как можно ближе, как он и хотел всё это время. Катце был доступен, он был рядом, и он был в его лаборатории. В его полном распоряжении. Но его личный рай должен был закончиться. Рауль и не думал прощаться или давать какие-либо объяснения. На это не было времени. Все экстренные протоколы были активированы, и он вместе со своей командой побежал по коридорам лаборатории с носилками. Пациенту, жизнь которого находилась под угрозой, требовалось немедленное переливание крови, и это было наименьшей из проблем. Из-за перестрелки ему требовалась пересадка нескольких органов. Рауль не почувствовал ничего особенного, когда увидел, как к Катце, тому самому, который был с ним последние недели, обладателю стольких смешанных чувств, подошли другие представители Элиты, члены его медицинской команды, и приготовились к срочной операции. К сожалению, его утешение не входило в протокол. Конечно, Катце понял это вскоре, когда его привезли в операционную и он увидел себя. Вернее, он увидел оригинал. Рики обнаружил его задолго до этого. Комната, заставленная контейнерами, их было столько же, сколько на складе. Конические контейнеры, в каждом из которых находился органический, живой, но подвешенный обитатель. По приказу одержимого Ясона Рауль разработал и изготовил клоны Рики и убедил Ясона сделать то же самое для Катце. Клоны служили заменой на случай внезапной смерти или донорами крови и всех возможных органов. Клон Катце, с которым у Рауля установилась важная, ценная, плодотворная связь… Он едва взглянул на него, когда тот забился в конвульсиях, когда ему разрезали грудную клетку между рёбрами, чтобы удалить сердце, печень и лёгкие. Нельзя было терять времени, чтобы устроить его поудобнее. Оригинальный Катце, настоящий Катце, обладатель его одержимости, нуждался в этих органах. Рауль чувствовал на себе взгляд клона, в котором смешались покорность, осознание предательства и привязанность. Рауль знал: сохранить жизнь Катце любой ценой — первостепенная задача. Ни один клон не мог заменить оригинал, даже если он был полон чувств. * * * Рики почувствовал, как по позвоночнику пробежала дрожь: — Это… это всего лишь история, верно? Его тело слегка наклонилось вперёд, пока он внимательно слушая слова Рауля. Он попросил рассказать ненавистного Блонди страшную историю, пока Ясон возвращался домой, и Рауль был необычайно любезен. Рауль улыбнулся, но тень в его глазах не исчезла. — Может быть, да, может быть, нет. В эту ночь Хэллоуина границы между реальностью и вымыслом могут стать размытыми. В комнате воцарилась тишина, только звук их дыхания нарушал тишину. Рики медленно встал, пытаясь избавиться от неприятного чувства. Теперь он пожалел, что спросил, знает ли Рауль о праздновании Хэллоуина на старой Земле. — Я попробую заснуть, Рауль. Спокойной ночи. Рауль смотрел ему вслед, и его улыбка исчезла. — Спокойной ночи, Рики, — пробормотал он, оставшись наедине со своими мыслями и эхом своего рассказа в темноте.