Часть 144

— Кира, вставай! Уж слишком знакомый голос резанул слух спящего Солдатика. — Кира, блядь, вставай! От этого крика исходила знакомая властность и безумие. — Кира, сука, встал быстро! Тяжелый сапог врезался в спину, отчего Кира подскочил на своей двухэтажной кровати и с размаху приложился головой о верхнюю койку. — Что за черт?! В тюрьме уже и поспать нельзя? Какому гондону ноги оторвать! — протерев сонные глаза, Кира замер. Перед ним стояла странная картина — Такеши? Разве ты не умер? Перед ним стоял живой и здоровый Такеши. Те же безумные глаза, те же опасные, хищные движения. — Ха! Я? Умер? Чтобы меня прикончить, недостаточно просто убить, — усмехнулся он. — Ты лучше вставай. Все уже заняты делом, и только ты тут дрыхнешь. — Э... да, — неуверенно и ошарашенно кивнул Кира. — В общем, я свою работу сделал, — Такеши отвернулся и зашагал прочь, ворча на ходу: — Я тут главный, а меня всё равно заставляют бегать по пустяковым поручениям... Всё еще ничего не понимая, Кира медленно присел на край кровати. Посидев минуту, он поднялся и огляделся. Та же казарма, те же двухэтажные койки, тот же обоссанный матрас. Заглянув под матрас верхней койки, Кира нащупал заначку — пачку хентай-манги Фреша. — Аванпост... — прошептали губы сами собой. В голове всплыли воспоминания: как он и Фреш пришли сюда вместе с Такеши и Кентой. Первый бой с гориллой. Встреча с Рю. «Нихуя не изменилось. Всё такое же грязное и пыльное место. Как притон наркоманов. Хех, но такое родное...» Кира провел два часа, просто изучая окружение. Те же люди, те же места. Он встретил Фреша, Рю, Кенту. Знакомые лица мелькали и исчезали. Ближе к обеду Солдатика позвали на улицу. Там собрались все: малознакомые бойцы, семья Киришима, старые друзья, сокомандники... и, наконец, его семья. Кайто, Исаму, Акеми. — Пошли. Мы решили устроить пикник, — Лона хлопнула его по спине и прошла дальше. Где-то в стороне Ёсико запихивала в рот Такеши самодельный сэндвич. Кента лежал на траве, не снимая маски, и смотрел в небо. Фреш и Незуми привычно переругивались. Это была абсолютная идиллия. Кира сделал шаг. Кайто с теплотой смотрел на него — так отец смотрит на любимого сына. — Брат, смотри! Военные принесли мёд! — подпрыгивая на месте, замахал руками Исаму. — Он такой сладкий! Кира мягко, с ностальгией улыбнулся. Неуверенно почесав шею, он направился к ним. «Возможно, всё связанное с каноном — просто страшный сон. Чтобы он не воплотился в реальность, нужно поскорее убить ВсеЗаОдного... Но... потом. Сейчас я просто хочу посидеть с семьей и друзьями». *** Кира открыл глаза. Жесткий тюремный матрас не приносил удовольствия, но и не был совсем плохим. Он просто был. Тонкое одеяло не согревало — оно тоже просто было. Кира коснулся здоровой рукой подушки. Ткань под пальцами была мокрой. — Я что, плакал? — он вытер глаза. — Пф-ф... приснится же такое. — Новый день — новые возможности, — пробормотал Кира, потянувшись. Справив нужду в толчке, Солдатик привычно закрепил меч на спине и направился в тюремный душ. Под струями воды он методично выдирал цветы, прорастающие из тела, пока не добрался до головы. — Чё за хер?! Вместо отсутствующих волос на черепе красовались лозы, на концах которых распускались бутоны. Кира приложил руки к этой «прическе» и пригладил лозы назад, чтобы не лезли в глаза. Каждая лоза была толще обычного волоска, но они росли достаточно густо, чтобы почти идеально имитировать настоящую шевелюру. Цвет у них был темно-зеленый, а ближе к плечам, где кончики лоз спускались вниз, расцветало множество мелких цветов. — Автор решил выдать мне парик? Ну, теперь я хотя бы не выгляжу как вареное яйцо или прожаренный кусок мяса. Вообще, выглядит прикольно, хоть я и не люблю длинные патлы. Теперь бы решить проблему отсутствия бровей, но думаю они скоро вырастут. «Хмм, кажется, я понимаю, почему на башке такое выросло» — размышлял Кира, разглядывая отражение — «Волос нет, вот место и освободилось. А всё живое зависит от солнца, растения — тем более. Видимо, цветы решили, что голова — идеальная площадка: она всегда на виду, я редко ношу шапки, так что доступ к свету постоянный. Хех, а ведь эти сорняки еще и радиацию поглощают». — Эх, ладно. Сверкая голой задницей, Кира подошел к своему шкафчику. Вытерся полотенцем, натянул тюремную робу, взял в руки Библию и направился к своему «особому» месту. *** — Сыновья мои, я рад, что вы решили посетить наше святое место в столь ранний час, — Кира широко расставил руки, стоя на алтаре в комнате, больше всего напоминающей церковный зал для общих молитв. — Пусть этот день не омрачит ничто и никто. Аминь. — Аминь! — хором ответили зэки. — Начнем же нашу молитву... Пока процесс шел полным ходом... ну, как «молитва» — Кира просто читал по Библии, так как не знал ни единого каноничного текста наизусть, а зэки послушно повторяли за ним. В общем, пока рот бубнил священные строки, Кира вовсю размышлял: «Хе-хе, это ведь реально смешно. Я научился говорить без мата и по-церковному... духовно? Типа как те типичные святые отцы. Хех. Кстати, про мою шевелюру. Утром я был сонным, но сейчас осознал и ахерел: у меня на башке реально растёт кустарник! Бля, охуеть. Я теперь Ибара Шиозаки 2.0». — Хе-хе-хе, — невольно вырвалось у Киры прямо посреди стиха. — Кхм, извиняюсь. Продолжаем. «Всё, хватит о всяких там девушках. Переходим к важному. Во-первых, я не просто так тут из себя святошу строю. Долго объяснять, так что скажу коротко: человек пойдет на всё на поводу у своих чувств, ТОЛЬКО если эти чувства правильные. Любовь, гнев, ненависть — всё это может подтолкнуть к невозможному. И тут на сцену выходит вера. Наравне с остальными чувствами вера может горы сворачивать, НО, в отличие от них, она действует на огромную массу людей одновременно. Любовь и гнев индивидуальны, каждый воспринимает мир по-своему, а вера объединяет. Я сейчас создаю себе армию подконтрольных лично мне фанатиков». Кира прошелся беглым взглядом по молящимся заключенным и невольно улыбнулся, видя их фанатичные, преданные взгляды. «Хех... кстати, только сейчас вспомнил: я ведь наконец включил мозги и начал думать. Раньше как было? Двести лет назад я просто шел за Ёсико и Такеши, потому что они строили глобальные планы. Если был в отряде — выполнял команды Брюса. В каноне — просто ждал, когда ВсеЗаОдного высунется. Для этого много ума не надо. Сейчас же я буду действовать по-умному. Мне надоело полагаться на других. Положился на план Ёсико и Такеши — и к чему это привело? Все подохли. Хотя, признаю, мы могли победить. Положился на героев? Так Незу меня наебал, а остальные вообще пошли против меня. Вот и выходит — пошли они все нахер! Теперь я сам себе хозяин, король, раб и бог. Хватит быть просто тупым бойцом. Нужно быть тупым бойцом, но умным, понимаете?» «Эх, мой курорт в тюрьме заканчивается. И нет, не потому, что меня скоро отпустят. Если не появится другого повода, я просто сбегу отсюда, прихватив с собой самых сильных бойцов. Полагаться на дружбу я больше не буду! Уже успел сполна ею "насладиться". Все эти зэки для меня — лишь инструмент, не больше и не меньше. Почему я решил так внезапно свалить? Я прекрасно помню, что стало с Японией в каноне. Полная и тотальная разруха, а большинство героев просто дезертировали, оставив гражданских на произвол судьбы. Такого я не позволю! Сейчас вы удивитесь моим словам, так что готовьтесь. Я люблю сражения, а если это схватка равных — меня никто не удержит на месте. Я люблю кровь. Но всё это только до тех пор, пока врагу ЕСТЬ чем мне противостоять. Да, я могу убить злодея, унизить и растоптать героя или размазать любого силача, НО всё это не распространяется на обычных мирных жителей. Как бы удивительно это ни звучало, мне претит сама мысль вмешивать в наши разборки обычных, ни в чем не повинных людей. Я всё еще хочу отгородить гражданских от нас — "сильных мира сего". Надеюсь, я смог внятно объяснить свою позицию». — Амин, паства моя. И да прибудет с вами Иисус. Молитва закончилась под всеобщее "Амин". *** — Ту-туруру ту-ту, — подпевая себе под нос, Кира шел к своей камере. — Эй, йоу, свали отсюда! Сокамерник Киры мгновенно подорвался с верхней койки. Спрыгнув вниз, он подобострастно замер перед Солдатиком. — Большой брат, рад тебя видеть! Не ожидал, что ты вернешься так быстро. — Так! Хватит мне жопу лизать и свали нахер, пока я тебе святых пиздюлей не выписал! Кира по-хозяйски положил руку на плечо зэку и просто вышвырнул его в коридор. Достав зеркальце и черную ручку, молодой герой и преступник в одном лице сел на свою койку. — Это мой последний день... Мой последний день в тюрьме, ура-а, — продолжил напевать Кира, сосредоточенно подрисовывая себе брови. «Так, с чего начнем? Для начала заберу с собой Раппу и Рейтану. Первый — довольно преданный чел, по крайней мере, пока не сможет меня одолеть. У нас с ним сейчас такая же ситуация, как в каноне между ним и Кай Чисаки: Раппа будет идти за мной, пока не победит. Ха-ха, нашел себе родственную душу. Рейтана, в свою очередь, незаменим. Его машинный разум пригодится везде, а навыкам взлома можно только позавидовать». — М-мм? Знакомый запах, — Кира принюхался, не отрываясь от зеркала. «Плевать на запах. Следующее — армия. Нужно как-то вывести этих зэков с собой. Нет, я не питаю иллюзий, что они станут паиньками. Скорее всего, с ними будет куча геморроя, НО я сделаю всё, чтобы они были подконтрольны. Хер они кого из гражданских убьют или покалечат. Эти зэки станут моими цепными псами. На кого укажу — того и загрызут, а без приказа даже не шелохнутся». Шаги, которые Кира услышал еще издалека, затихли прямо у входа в камеру. — Эй, Кира... — Сакана застыла в дверях, тупо уставившись на его лицо. — Ты что, реально себе брови рисуешь? Они выглядят тупо и смешно. — Да пошла ты в жопу. Это временная мера, пока свои не отрастут... и надеюсь, сука, они вырастут не из лоз, как волосы, — Кира раздраженно провел рукой по своей «зелени» на голове. — Нах пришла? Не видишь — я занят. — Кхе-хе-хе, — женщина прикрыла рот кулаком, кашлянула и мгновенно стала серьезной. — Вообще-то, я пришла с важным разговором. Пока Кира с подчеркнуто умным видом кивал, Сакана прошлась по камере и прислонилась спиной к стене прямо напротив Солдатика. — Ты ведь герой, как и я, — начала она. — У тебя ведь есть свой кодекс? Своя справедливость? — Та-ак... — медленно протянул Кира, не отрываясь от зеркала. — Думаю, нам стоит объединиться, — перешла к делу копейщица. — Ни ты, ни я не чувствуем угрызений совести из-за убийства злодеев, считая это справедливой карой. Мы могли бы сбежать из этой тюрьмы прямо сейчас — как товарищи по оружию. Да, мы окажемся вне закона, но не плевать ли? Мы и так уже здесь, но это не повод отворачиваться от людей. — Хе-хе-хе, — некультурно заржал молодой зэк. — Что смешного я сказала? — нахмурилась Сакана. — Да в общем-то ничего. Просто по закону жанра ты сейчас начнешь задвигать свою предысторию. Ну, там, из-за чего загремела в тюрячку, «большая сила — большая ответственность» и прочую муть. Будешь убеждать меня творить добро моим любимым методом — насаживанием на кукан. — А тебе разве не интересно? — Да как-то похуй, — Кира безразлично пожал плечами. — Можешь рассказывать, если приспичило. Хоть послушаю, пока брови дорисовываю. Глядишь, и правда убедишь меня в чем-то... непонятном. Сакана сжала кулаки. От реакции Киры её бы всю перекосило, если бы она вовремя не сдержалась. Женщина сама не знала, на что надеялась, говоря всё это. Может, её убедила репутация «первого в мире героя», а может — те обрывки слухов из внешнего мира, которые она жадно собирала. С репутацией Киры ситуация была сложной. Одни твердили, что он безжалостный маньяк, лишь прикрывающийся званием героя. Другие — что он непонятый мученик. Третьи были свято уверены, что Солдатик прав и за ним стоит идти до конца. Слухов было множество, и все они противоречили друг другу. Но в тюрьме всё было однозначно: Кира здесь босс, решала и закон. С его приходом в тюрьме стало безопаснее... и она окончательно разделилась на два лагеря. С одной стороны — «верующие», с другой — все остальные. Одного лишь присутствия Солдатика хватало, чтобы любые конфликты затухали, а вчерашние злейшие враги начинали радостно обниматься со слезами счастья на глазах. Никто, абсолютно никто не хотел, чтобы Кира лично вмешался в их разборку. Одного случая хватило всем: когда Кира со словами «сейчас его голова окажется в твоей жопе» остановил драку. И ведь голова зэка реально оказалась в заднице другого. Второй лагерь — те самые «святоши», прозванные так за свою фанатичную веру. С ними всё было ясно: они бегали за Солдатиком хвостиком и заглядывали ему в рот, игнорируя тот факт, что их «мессия» — убийца и жуткий матерщинник. — Ладно... слушай, — решилась она, заставив себя заговорить. Сакана надеялась, что её трагедия сможет хоть как-то на него повлиять. — Я тогда еще верила в справедливость. Думала, если поймаю преступника, то его посадят, и он исправится... *** Флешбек. Героиня Приливов, или же Героиня Копья — Сакана. Молодая, перспективная девушка в самом расцвете сил. Всего год назад она выпустилась из академии, но благодаря причуде, запоминающейся внешности и пробивному характеру уже закрепилась во второй сотне рейтинга героев. Сакана предпочитала работать в океане или на пляжах, так как физиологией напоминала рыбу: синяя кожа, жабры, а после купания на её теле проступала мелкая, еле заметная чешуя, поблескивающая на свету. Сакана, хоть и была сильна, не брезговала дополнительной защитой. Она носила легкую стальную броню, напоминавшую средневековые доспехи, но стилизованную под агрессивный морской облик. Черная сталь, на локтях — острые плавники, на шлеме — такой же черный гребень. Узкие прорези для глаз и полосы в нижней части забрала создавали впечатление, будто хищная рыба сомкнула челюсти. Вид был угрожающий. Эта стальная фигура стояла на людном пляже. Отдыхающие то и дело с восхищением поглядывали на неё, но героиня была сосредоточена. Рация на груди затрещала: — Злодеи пытаются уплыть в море и затеряться. Транспорт: скоростной катер. Вооружение легкое. — Поняла, — отозвалась она. — Катер быстрый, но я быстрее, нья-ха-ха-ха! — Полагаемся на тебя. — Рация затихла. Сакана глубоко вдохнула. В обеих её руках материализовалось по энергетическому копью. Она бросила их на песок и встала сверху. Копья медленно взмыли в воздух, поднимая девушку над землей. — Расступись, народ! Ща я покажу мастер-класс по серфингу! — крикнула она. Люди зашумели, но быстро освободили дорогу, с интересом наблюдая за зрелищем. Сакана мгновенно ускорилась. Её «транспорт» даже не касался воды, но всё равно поднимал тучи брызг. Она неслась к цели, ориентируясь по GPS-трекеру, который коллеги успели прикрепить к катеру злодеев. Как только противник оказался в зоне видимости, Сакана на ходу нырнула под воду, сохраняя прежний темп. Жабры заработали, насыщая кровь кислородом. Прикинув траекторию, она создала в руках третье копье и на полной скорости обогнала катер, с ходу разрубив его нос. — Какого черта?! — Что за...?! — Неужели нас догнали?! Трое злодеев запаниковали. Они активировали причуды и схватились за пистолеты-пулеметы. — Эй! Далековато вы заплыли! — Сакана пафосно воспарила над волнами, направив острие копья в сторону преступников. — Да пошла ты! Злодеи открыли огонь. Героиня мгновенно сложила руки и нырнула: пули со свистом пролетели в сантиметрах над головой. «Больше не буду так рисковать ради пафоса. Слишком уж опасно», — подумала девушка, вытирая несуществующий пот со лба. Взмахнув рукой, Сакана создала под водой три копья. Оружие на огромной скорости впилось в борт тонущего катера и перевернуло его, скинув злодеев в море. — НЬЯ-ХА-ХА! *** После того как Сакана сдала преступников полиции, потянулись обыденные будни. Патрули на побережье и в открытом море. Ловля нелегалов, стычки со слабыми злодеями и прочая рутина. Скукота. В один из таких дней она решила выйти в патруль ночью. Ничего особенного — просто чтобы развеять скуку. — Брр, какая холодная вода, — вздрогнула Сакана, погрузившись в пучину. Она не боялась морских обитателей. Акулы, киты, рыбы... Хотя вряд ли здесь водились киты, но это было не главное. Если захочет — она сама сожрёт кого угодно в этом океане. Поплавав немного, девушка заметила яхту, зашедшую гораздо дальше, чем предполагал протокол безопасности. — Пф, американская пропаганда «богатой жизни». Все богачи на одно лицо, — закатила она глаза. Сакана поплыла прямо к судну. Водный транспорт в длину достигал пятидесяти метров — средних размеров яхта. Она прижалась к наружному борту и, быстро создав под ногами два копья, взлетела на них. Когда она уже собиралась показаться владельцам, чтобы предупредить их о безопасном расстоянии от берега, до её ушей донеслось то, чего слышать не следовало. — Эти обдолбанные шлюхи мне всю палубу облевали! Затащите их внутрь! — орал какой-то пузатый богатей в очках, рубашке и трусах. — «Что-то незаконное» — мгновенно пронеслось в голове. Руки сами потянулись к нательной камере. — «Чисто на всякий случай стоит всё зафиксировать». Быстро взлетев выше, девушка опустилась на палубу. Пробежав взглядом по сторонам, она увидела троих с виду богатых мужиков и персонал. Те тоже её заметили и заметно занервничали. — Извините, но не могли бы вы покинуть яхту? — к ней подошел мускулистый охранник в черной футболке. — Вы не имеете права здесь находиться. — Я покину судно, но сперва мне нужно его осмотреть. Сакана отмахнулась от охранника и направилась прямиком к лестнице, ведущей во внутренние помещения. Тут трое богатеев наконец «отмерли». Они за орали о том, что это незаконно, и угрожали судами — в общем, пошел стандартный набор угроз от людей с деньгами. Как она и предполагала, внутри оказались четверо обдолбанных наркотой девушек разного возраста. Что примечательно, физически ей никто не мешал — только орали над ухом. Сакана быстро обыскала каюту и нашла брендовую сумку, а в ней — шприцы с подозрительной жидкостью. Распотрошив содержимое сумки, она достала паспорта. Четверо пострадавших: младшей всего шестнадцать, старшей — двадцать пять. Героиня осмотрела девушек. Следы от инъекций по всему телу подтверждали, что дрянь из шприцов уже у них в крови. Кроме того, на коже были отчетливо видны свежие синяки и гематомы. Зафиксировав всё на камеру, Сакана уселась прямо там же, рядом с ними, и вызвала спецслужбы. — Так, короче, вы все сядете глубоко и надолго, — бросила она в сторону толстосумов. — Стойте и не рыпайтесь. Всё настроение, суки, испортили. Героиня всё еще удивлялась тому, что они не сопротивляются. Обычно всё происходило кардинально наоборот: крик, драка, боль и злодеи за решеткой — стандартный набор любой стычки. Вскоре она узнала причину их спокойствия. Когда толстосумов забрала полиция, Сакана как ни в чем не бывало пошла домой, но каково же было её удивление, когда через два дня её вызвали в суд. Причем судили не её, а как раз тех самых богачей. Суд шел, и её уверенность в том, что их посадят, таяла на глазах. Когда Сакана заметила, что видео с её нательной камеры не было показано, она возмутилась, но в ответ услышала лишь: «Какое видео?». Раз-раз — и запись испарилась. В итоге «трех поросят» всё же осудили, но через неделю выпустили под залог. Как же у неё тогда бомбануло! Каждый раз, когда она вспоминала тот случай, её охватывало бешенство. Три дня она без отдыха гонялась за уличными злодеями, лишь бы успокоить себя и выпустить пар. Позже, уже на трезвую голову, Сакана наняла частного детектива, чтобы тот нарыл на эту троицу всё, что возможно. Сама она такими делами заниматься не умела — стзя у неё была другая. Компромата оказалось много. Нет, не так. Компромата было ОЧЕНЬ, очень много. Сделав работу над ошибками, Сакана поняла: она ничего не добьется, если подаст в суд повторно. Весь компромат снова магическим образом исчезнет. Она не могла допустить, чтобы эти твари, настоящие демоны в человеческом обличье, разгуливали безнаказанно. И тогда Сакана просто слила всю инфу в сеть. Там было всё: растление малолетних, незаконный оборот денег, наркота и целый особняк, где устраивались оргии с участием людей любого возраста. Всплыли имена и других «сильных мира сего». Но эти мрази следили за ней. Инфа начала стремительно исчезать из сети, а репутация самой Саканы была атакована. В ответ они вывалили на неё гору грязи — смесь правды и мерзкой лжи. Из правдивого было лишь то, что она жестко обращается со злодеями. Из ложного — внезапно оказалось, что она якобы регулярно пользуется услугами мужских проституток, потому что из-за внешности с ней никто не хочет иметь дела. Было еще много мелкого вранья, но сейчас не об этом. Окно в её квартире разбилось. В комнату влетел камень. — Какого черта?! — вскрикнула она. Подскочив к окну, Сакана увидела внизу троих подростков. — Эй, может, с нами тоже переспишь?! Ха-ха-ха! — крикнул, видимо, самый наглый из них. Подростки мерзко гоготали, выкрикивая оскорбления одно грязнее другого. — Я вас запомнила, мелкие паршивцы! Я вас найду! — рявкнула она и швырнула камень обратно. Конечно, она не собиралась им вредить — бросила специально в сторону, чтобы те просто испугались и дали дёру. — Эхе-е-ех... — Сакана тяжело выдохнула и закрыла лицо руками. Она простояла так несколько минут, уставившись в потолок. Окружающие звуки — гул машин, топот прохожих, шум города — на мгновение затихли, а... БАМ! звуки оглушительно вернулись, с её окончательным решением. — Да нахуй. Сама всё сделаю. Переломаю им все кости. Хоть так, я надеюсь, они больше не смогут творить то, что творили. Переломаю им хребты, чтобы до конца жизни из инвалидной коляски не вылезли. Решившись, она начала натягивать свою геройскую экипировку. Давление толпы, осуждение коллег и эта бесконечная ложь вынудили её сделать последний шаг. От всего этого стресса у неё даже волосы начали выпадать. Довольно быстро вычислив особняк, где собрались все причастные толстосумы, и в особенности трое главных виновных, Сакана отправилась в путь. Но стоило ей оказаться на подступах к зданию, как она словила пулю чуть ниже живота. Органы не были задеты — снаряд застрял в броне, лишь слегка распоров плоть. Пуля была странной, словно спрессованной из жестких волос. — Кто посмел?! — зло процедила Сакана, выковыривая окровавленный кусок металла из живота. *** Тюрьма Нанбака. Камера Киры. — Так-так, хватит. Чё-то ты долго разглагольствуешь, — Кира нетерпеливо помахал рукой, прерывая Сакану. — В итоге-то что? Я понял, что ты там встретила какую-то героиню. А дальше? Давай покороче. — Пф-ф... Я встретила Леди Наган. Почему она вмешалась, я так и не поняла, хотя я ей популярно объяснила, что те, кого она защищает — последние мрази. — Это же элементарно. Не знаю, почему ты не допёрла, но мне-то всё кристально ясно... — Кира перевел взгляд за решетку, в сторону коридора. — Слышь, ты! Может, уже зайдешь? Или так и будешь крысить и подслушивать? Сакана удивленно подняла голову, тоже кинув взгляд за решетку. Из-за угла вышел Рейтана. Протерев очки от тюремной пыли, он неспешно вошел в камеру. — Не хотел подслушивать, — как обычно, безэмоционально произнес Рейтана, словно машина без чувств. — Но и не хотел прерывать этот момент. Я проанализировал ситуацию и понял, что это важное откровение для вас двоих. Хотя, признаюсь, сама история меня не впечатлила. — Хех, тогда, может, объяснишь, почему Наган вмешалась во всю эту фигню с богатеями и Саканой? — ухмыльнулся Кира. — Я уверен, ты в курсе. — Профессиональная героиня Леди Наган: ныне бывшая сотрудница «Комиссии по делам общественной безопасности», — блеснул знаниями и очками Рейтана. — Я предполагаю, что среди тех богачей был кто-то, спонсирующий эту организацию. Он надавил на Комиссию, и те были вынуждены отправить на дело свою лучшую ищейку. — Хмм, примерно об этом я и думал, — Кира задумчиво прижал ладонь к подбородку. — Ну, так что там дальше? — он снова перевел взгляд на Сакану. — Что-что... — ядовито отозвалась она. — Меня еще несколько раз подстрелили. Я смогла её ранить. А потом из последних сил прорвалась в особняк и просто насадила того толстосума на копье. Никакого хэппи-энда не было. Я убила — и меня посадили. — Охо-хо, — похлопал Кира. — Так ты у нас, оказывается, антигерой. В вопросах убийств совесть молчит, но чувство справедливости осталось. — Примерно так, — кивнула Сакана. — Ну, меня эта история вообще не затронула, — Кира с силой уперся ладонями в колени и поднялся. — Слишком уж я зачерствел... А может, всегда таким был? — он задумчиво почесал голову. — Не о том думаю. Так зачем пришел, Рейтана? — Тебя начальник зовет. — М-мм, окей... Неужели пронюхал, что я хочу сбежать? — А ты хотел сбежать? — Сакана удивленно вскинула бровь. — Ну да, а что? В камере повисла гулкая тишина. — Я иду с тобой, — бескомпромиссно отрезала Сакана. — Да я и не против, — махнул рукой Кира. — Пошли, Рейтана. Будем мир спасать. Выйдя из камеры, Кира столкнулся с Сахаром. Этот индивид расхаживал по коридору с подносом кексов, предлагая их зэкам. Те поначалу отказывались, но стоило Сахару молча сжать кулак и замахнуться, как они тут же хватали выпечку и давали деру. — О, Кира! — заметил он компанию из двух героев и одного хакера. — О-о-о, мои дорогие друзья! Вот, попробуйте по кексу. Мой новый рецепт. Вся троица послушно взяла по кексу. Кира откусил первым, а двое остальных настороженно наблюдали за его реакцией. Герой, посмаковав, вынес вердикт: — Хм, вполне себе вкусно. Это что, миндаль? Откуда в тюрьме миндаль? — Какой миндаль? — удивился Сахар. Сакана и Рейтана, немного успокоив свою паранойю, тоже откусили и проглотили кусок. Но, услышав ответ Сахара, они застыли на месте. — Разве ты не использовал миндаль? — Кира подозрительно покрутил кекс в руках. — Нет. Вот мой секретный ингредиент. — Сахар залез рукой куда-то за спину и вытащил на свет банку крысиного яда. Троице потребовалась ровно секунда, чтобы обработать информацию. Они вихрем влетели обратно в камеру и столпились вокруг толчка. — ГУО-О! Запихав пальцы в рот, они дружно выблевали кекс. Кира вытер рот рукавом, вышел из камеры и подошел к Сахару. — Сахарок, — он спокойно, но весомо положил руку тому на плечо. — Больше никогда не используй крысиный яд в кексах. Последствия для тебя и окружающих будут... смертоносными. — Ммм, хорошо. Правда я не понял почему нельзя использовать миндаль. *** Далее компания прибыла к начальнику тюрьмы. Тот стоял посреди собственного кабинета, вытянувшись в струнку. Причина такой подобострастности обнаружилась сразу: на диванчике вальяжно раскинулся молодой человек лет тридцати. Черные волосы, дорогой деловой костюм и ленивый, пресыщенный взгляд. Рядом с ним замерла женщина того же возраста — блондинка в строгом офисном платье — Дарова, начальник! Зачем звал? — с ходу начал Кира, наплевав на любые приветствия. — Так это и есть тот самый Солдатик? Какой интересный экземпляр, — лениво улыбнулся молодой человек, не меняя позы.