Часть 153

POV Джон МакАрни. Лечащий врач, хирург и офигенный доктор. «Черт возьми, снова он! Почему снова он?! Неужели в Японии не осталось других раненых?! Я вновь должен оперировать Первого Героя, то есть Солдатика» На лице не дрогнул ни один мускул. Очки, халат, медицинская маска на лице. Весь мой внешний вид говорил о профессионализме, и только громкий, недовольный топот моих ног выбивался из образа. «Даже отказаться не получится. Приказ пришёл сверху, от самого, рот его шатал, императора! С Солдатиком всегда было сложно иметь дело. На него не действует наркоз. Его кожу не пробивает ни один скальпель. Весь процесс операции он в сознании и иногда кричит от боли, иногда спокоен как удав. Не поймёшь, пока не начнётся операция. Так он ещё и угрожает, если попытаться взять образцы его ДНК» В последний раз недовольно топнув ногой, остановился у двери. Дальше — операционная, где лежит молодой двухсотлетний подросток. Нахмурившись, я обратил внимание на сидящего на скамейке подростка. — Вы к Солдатику, мисс?.. — Я не знал её имени. — Да, я жду его, ква, — девушка поставила указательный палец себе на подбородок. — Лучше идите домой, мисс Тсую, — посоветовал ей и, открыв дверь, зашёл в операционную. Я почти мгновенно забыл об этой встрече, вернув мысли в привычную колею. «Почему я вообще решил, что работать в Японии — хорошая идея? Мне и в Америке было хорошо... Ах да, в этой стране очень развита пластическая хирургия. Я ведь думал: поработаю тут два года, обучусь этому ремеслу и уйду вовсвояси, а тут такое. Как только приехал сюда, так сразу на весь мир прозвучала новость о том, что Солдатик воскрес. И как воскрес! Взорвался в центре города, подравшись сперва с толпой героев, и скрылся. Эх, ну ладно, может, не такой он уж и плохой. Я имею в виду, что бывали пациенты похуже, как тот, у которого вместо крови была кислота». Зайдя в операционную, увидел подростка в сияющей броне с таким же мечом в руках. Он был без сознания, но даже я, тот, кто не любил сражаться и не имел большого боевого опыта, чувствовал опасность, исходящую от тела героя... немного сомнительного героя. «Почему я вообще оперирую его? Так всё из-за моей причуды. Моя способность идеально подходит для убийц. Особенность моей силы заключается в "раздвигании". Воздействуя своей причудой, я могу раздвинуть всё. Буквально всё. Начиная от атомов, заканчивая машинами. К примеру, если я использую свою силу на человеке, то раздвину его тело пополам. Кхм, в процессе он, конечно же, умрёт. Теперь подумайте, если бы я использовал причуду на пуле и выстрелил ею в человека. Если обобщить, то выходит, что против моей причуды бесполезны любые формы защиты. Идеально против прочной кожи Солдатика» — Приступаем, — сказал я, когда мои глаза загорелись... конечно же, фигурально говоря. Под свои мысли я и мои ассистенты закончили все приготовления. Обработали спиртом хирургические инструменты. Морально приготовились к той пытке, которая нас ждёт. Привязали Солдатика к особо прочному операционному столу особо прочными ремнями. И тут встал вопрос, как снять броню героя. — Кто-то знает строение средневековой брони? Как нам её снять? Я и четыре моих ассистента переглянулись. В принципе, я могу оперировать и в таком виде, но тогда точность будет страдать. Могу случайно отрезать лишнее. — Может, разбудим его? — неуверенно вопросил ассистент. — Когда мы оперировали его в прошлый раз, то он был в сознании и мог контролировать свою причуду. — Так! Хватит! Принесите сюда пакет с кровью, — быстро приказал я. — Этот прожаренный кусок мяса потерял слишком много крови. И да. На всю операционную стоял жутчайший запах крови, палёного мяса и... желудочного сока, кажется? Вскоре мой ассистент быстро принёс пакетик с кровью. Я по памяти воткнул шприц в руку Солдатика. Мне столько раз приходилось оперировать его, что я уже запомнил всё его строение тела. — Ладно, я попробую так, — резко выдохнул я, так, будто хочу выпить стакан спиртного. Я вспоминал отчёт о ранах героя: где ранен, как ранен, чем ранен. Прогнав по голове известную информацию, я приступил. Стоило мне только попытаться коснуться скальпелем пластины на животе подростка, как тут же его рука опустила меч и сжала мою ладонь своей. Холодное оружие с грохотом упало на пол. Тут меня охватила дрожь. Чуть ли не животный инстинкт закричал мне бежать, но плотно сжатые кулаки героя не давали мне уйти. Моих ассистентов давно и след простыл. Я дёргался, пытаясь вырвать руку. — Гха, какого хрена! — открыл глаза Кира, почувствовав опасность. — Кому ебало снести к хуям?! *** POV Кира Ёшикаге — А? Это ты? — Я отключил свою жажду крови, увидев знакомого доктора. — Э, ммм, э, да... — Чуть ли не обоссался доктор, не зная, что говорит. — А, ой, извини, — опустил я его руку со скальпелем. — Мои инстинкты приняли твою причуду очень опасной, вот я и очнулся. Немного погодя последствия меня настигли. Голова закружилась. Я чувствовал холод по всему телу. Оно и неудивительно. Моё тело потеряло слишком много крови, вот и чувствую холод вместе с онемением конечностей. Горло я вообще не чувствовал. Прожжённая кожа выпускала жутчайший аромат палёной кожи. Я сжал челюсти, чтобы не застонать от боли. Не в превратном смысле. — М-мне нужно, чтобы вы сняли броню, — дрожащим голосом сказал доктор. — Агх, — всё же застонал я от боли. — Думаешь, это так легко! Я сам хер знает, как её снять! Как получил эту броню, так даже поссать нормально не могу. Пакетик с кровью исправно поставлял моему организму так нужную ему жидкость. Голова трещала так, что я взялся за неё одной рукой. — И-и в-всё же, — Джон переборол свой страх. Его профессионализм не позволял ему так просто опустить руки. — Вам нужно как-то снять свою броню. Я могу случайно навредить вам, если не буду видеть кожу. — Ща всё будет, — сжал я челюсть. Я сосредоточился. Мне приходилось раньше пытаться снять броню, но, как видите, ничего не вышло. Вся энергия была монолитной. Я настолько её уплотнил, что сам не могу её теперь сдвинуть. Что интересно, у меня раньше не было проблем с контролем ядерной энергии. Я мог создавать из неё разные конструкции, но сейчас не выходит. Для конкретики. Все мои усиления, когда я выходил на новый уровень сил, происходили во время сражений. Я не знаю, получится ли сейчас сдвинуть эту энергию. Пять минут я тужился, пока не почувствовал, как что-то начало сдвигаться, но как-то вяло и бесконтрольно. В голове появилась мысль, и я последовал ей. Мой меч потёк жидкостью, а броня начала волнообразно двигаться к центру моей груди. В один незаметный для меня момент холодное оружие слилось с бронёй. Когда вся эта масса собралась в центре моей груди, она превратилась в шарик размером на два-три сантиметра больше теннисного мяча. «Получилось! Нихуя! Оказывается, всё это время я неправильно пытался снять броню. Я хотел, чтобы она "слезла" с меня без конкретики, понимаете? Типа если бы приказать собаке принести что-то, но не сказать, что именно. Вот я подумал: что если "приказать" энергии собраться в шарик, а не пытаться её снять без конкретного образа, во что она должна "слезть"?» — Блять, — выругался я, смотря на свои обрубки обеих ног и левой руки... ну и так, по мелочи, я был голым. — Я чё-то забыл, что у меня нет пары конечностей. 1 час спустя. — Сорок лет, как под наркозом, я работал говновозом... — пел я, чтобы отвлечься от дикой боли. Помните, на меня не действует наркоз, так что я чувствую весь процесс операции. За это время из моего тела вытащили пару осколков костей, потом вставили обратно. Сейчас доктор пытается сшить мои кишки, которые, как вы помните, прострелил Безликий. — Хватит петь! — не выдержал Джони, то бишь доктор. — Вы меня отвлекаете от работы. Я понимаю, вам больно, но стисните зубы и терпите. — Нихуя себе! Что значит «терпите»?! Меня тут оперируют. Я буквально вижу свои органы. Хочешь не хочешь, но мне нужно отвлечься. — Смотрите в потолок, а не в свои кишки. Я бы сам с удовольствием смотрел в потолок, если бы не был хирургом, — Джони осмотрел моё тело, задавил рвотный позыв и с новой силой приступил к операции. — Как? КАК?! Как можно довести своё тело до такого состояния?! Я не упоминаю, что у ВАС нет кожи на нижней челюсти, органы пробиты. Это всё неважно. Главное — обычный человек ещё на этапе сжигания в пламени Старателя умер бы. А вас каким-то образом умудрились ещё переварить в желудке гиганта. Мне страшно на вас смотреть! — Так не смотри... — Я ВАШ ХИРУРГ! Мне нужно смотреть, чтобы работать. — Тише, тише, — поднял я руку. Хотел поднять обе руки, но левой у меня нет. — Нервные клетки не восстанавливаются. — Не говорите со мной! Я должен сосредоточиться. Десять минут мы молчали. Джони цокал, шипел, но исправно выполнял свою работу. Мне же было скучно. Человек — такая тварь, что привыкает ко всему, вот и я привык к боли. По прошествии ещё десяти минут я взял в руки шарик энергии и начал изучать его. «Нужно будет поменять стиль, — было первой моей мыслью насчёт этого синего шарика. — Я могу развернуть броню на своём теле, а также обратно сжать её в шарик, но я не хочу везде её таскать с собой. Нужно что-то такое, чтобы оно всегда было под рукой, но не мешало... Ладно, подумаю об этом позже». Ещё десять минут спустя. Доктор Джон МакАрни прервался, когда оставался ещё один пробитый орган. Всему виной — рука, что игралась со своими кишками. — Что вы делаете? — отстранившись от работы, посмотрел на героя доктор. — Да мне было интересно, каковы на ощупь мои внутренние органы. — Ммм... — с огромным трудом сдержался Джони, чтобы не выругаться. — Я понял. Вам скучно просто сидеть и ждать, когда операция закончится. — Определённо да, — покивал я. — Эх-х, такой порог боли ненормален для человека. — Слушай, может, в города сыграем? Как тебе? — Нет, мне нужно работать. — Какой ты скучный, — закатил я глаза. — Предлагаю так: вы рассказываете мне всякие истории и не мешаете мне, а я буду слушать и работать. Сойдёт? — Окей, хотя это всё равно скучно. Тут в дверь постучали. Джони прервался, кинув взгляд к двери. — Необычно. Кто решил прервать операцию? — начал было снимать медицинские перчатки доктор. Дверь быстро открыл мужик в чёрном костюме. Поправив воротник, он нервно прошёл внутрь, огляделся и остановил взгляд на нас. — Вы кто такой?! Выйдите отсюда! — встал у него на пути Джони. — Извините, но дело срочное. Мы знали, что Солдатик не будет в отключке, и решили, что лучше ему узнать о новостях быстрее. — Что за новости? — заинтересовался уже я. — А, эм, доктор, вы продолжайте работать. Джони, что-то недовольно процедив, продолжил операцию. Мужик в костюме нервно оттянул воротник костюма и начал обильно потеть. — А, эм, Кира-сан, если вас можно так называть... — трясся мужик. — Да чё ты мнёшься? Рассказывай давай, — поторопил его. — Ну, э-э-э, доктор Кюдай Гараки... — Продолжай, — медленно повёл я рукой в жесте. — Хе-х-хех... — После нервного смешка мужик взглотнул. — Ну, доктор Кюдай Гараки... сбежал. — ЧТОООО?!!! — рявкнул я и ударил по столу рядом. Операционный стол перевернуло, а моё тело упало на пол, вывалив кишки на тот же пол. — Блять, — в тишине выругался Джони. Сжав кулак, я вперился взглядом в мужика. «Я, блять, чуть не сдох, выполняя поручение этого вшивого императора, а он даже одного доктора поймать не может! Я ему очко наизнанку выверну!» Мой кулак разжался, а затем уже ладонь упала на пол, проткнув пальцами кафель. Я буквально пополз по полу в сторону испуганного мужика. — Ах вы бесполезные уёбки! Иди сюда, дерьма кусок, я тебе жопу через горло достану, криворукая обезьяна, узкоглазая шлюха! — Это расизм называть азиатов узкоглазыми. — Да похер мне сейчас, желтокожий уёбок! Не знаю, что стало причиной, но мужик выбежал из операционной. Может, я слишком близко подобрался, или всему виной моя репутация, но результат один — мужик убежал. — Хвитит! У вас кишки по полу размазались! Джони обхватил мою тушку руками и уложил обратно на операционный стол, ранее поставленный на место доктором. — Эти гады! Как же они меня вымораживают. Джони, понимаешь, я себе жопу рвал, чтобы выполнить их задание, а они даже с доктором Эггманом не могут справиться. Это яйцо с усами лизало жопу ВсеЗаОдного. Понимаешь?! У Гараки даже боевых способностей нет! А эти черти даже с таким немощем не могут совладать. Как они вообще смогли устроиться на работу к самому, сука, императору?! *** Где-то в лаборатории в горах. — ГХААА! — болезненный рык раздался в тишине лаборатории. Крик глухо отражался сквозь задрожавшие капсулы с Ному внутри. Кюдай Гараки судорожно лечил Томуру Шигараки, скованного на холодном металлическом столе. Остальные выжившие члены Лиги были в относительном порядке. Лишь несколько переломов и сотрясение. Как доктор Гараки смог сбежать? Он ещё до того, как к нему ворвались, сбежал с помощью «грязевого переноса». Камеры видеонаблюдения заранее показали ему, что в больницу пришли полиция, герои и странные люди в костюмах и что-то выискивали. Кюдай сразу понял, что это за ним. Как же Гараки удивился, когда ему позвонили и начали орать о помощи. Когда он всё же телепортировался к этой лаборатории, то его встретило подавленное настроение Лиги и фарш в виде Томуры. — Форсируем события, — глухо сказал доктор, смотря прямо в глаза Томуре. — Шигараки, я могу вылечить тебя, но предлагаю другой вариант. Вариант, в котором ты станешь сильнее. — ... Н-насколько?.. — хриплым, треснувшим голосом задал свой вопрос Томура, смотря в потолок своими потускневшими глазами. — На уровне твоего учителя, господина ВсеЗаОдного. — Я... я... я согласен! Я убью Солдатика. Уничтожу, распылю, превращу в прах! — Хорошо-хорошо, — довольно сказал Гараки. — Я стабилизирую твоё состояние и подготовлю всё для твоего усиления. Всё это время разговора Гараки продолжал методично шить и лечить искалеченное тело Томуры. *** — Фух, — вытер пот со лба Джони. — Наконец-то всё. Двадцать четыре часа, один день непрерывной работы. Наконец я закончил. Вам, мистер Кира, нужно беречь себя в лучшем случае месяц или два. Смотрите, чтобы швы не порвались. Хотя с вашей регенерацией процесс должен пойти быстрее. Подождите здесь, я принесу вещи для фиксации ваших ран. Отвернувшись, Джони начал рыскать по полкам, а когда он нашёл всё, повернулся обратно... — А где он?.. Джони обнаружил абсолютно пустую операционную. На столе лежала записка. Подойдя и прочитав, доктор с трудом понял почерк героя. «У меня срочные дела. Спасибо за терпение. Я обязательно позову тебя на работу к себе. С любовью, твой Кира Ёшикаге». — Эх, чего я вообще от него ожидал? — устало потёр глаза профессиональный хирург Джон МакАрни.