Или не убить

— Усянь! — громкий крик Цзян Чэна разносится по всем Облачным Глубинам. — Убью! Вэй Ин ржёт во весь голос, с лёгкостью уклоняясь от удара Саньду и отпрыгивая назад, пока Не Хуайсан рядом взволнованно машет веером, с испугом наблюдая за творящимся… хотелось бы сказать беспределом, но для Вэй Ина с Цзян Чэном такие перепалки были слишком рутинными. — Не догонишь, — Вэй Ин озорно улыбается, подмигивает Цзян Чэну и делает ещё один прыжок в сторону, но Цзян Чэн не спешит гнаться за ним. Тогда Вэй Ин мгновенно становится серьёзным и подходит к Цзян Чэну, думая, что задел его своими словами, которые можно было трактовать по-разному: не догонит в детской игре или мастерстве заклинательства? Не Хуайсан тоже подходит ближе, не обращая внимания на Саньду в левой руке Цзян Чэна, затем протягивает руку, хлопает по плечу в жестве поддержки, и в этот момент Цзян Чэн бьёт. Вэй Ину удаётся уклониться, но с бо́льшим трудом, чем прежде. На его лице появляется выражение страха, наигранное, но достаточно реалистичное для тех, кто плохо его знает. — Ай-Ай, Цзян Чэн, как страшно! — и в голосе былая насмешка уступает место притворной панике. — Я же твой брат, Цзян Чэн, как можно убивать меня! Мы же выросли вместе! — Цзян Чэн только снова замахивается Саньду. Вэй Ин уклоняется, но всё ещё не достаёт свой меч, как будто вовсе забыл о нём. Не Хуайсан, даже не имея достаточных практических умений, всё-таки вырос в Нечистой Юдоли и может гордиться уровнем своей насмотренности, он видит, что Вэй Ину легко. Ему нечего бояться, ведь и Цзян Чэн не дерётся всерьёз. Но это Не Хуайсан. Тень, проскользнувшая за кустами, возможно, знает меньше о признаках настоящего боя. Люди ужасно доверчивы. Цзян Чэн понимает это, когда перед дверьми его комнаты в Облачных Глубинах собирается группа из дюжины человек. Все с оружием, с горящими глазами, с предвкушающей улыбкой… и все в белых «траурных» одеждах учеников ордена Гусу Лань. Хотя нет, был, кажется, один из свиты цзиньского павлина, но Цзян Чэн не берётся клясться. Оглядев стоящее перед ним очевидно ебанутое сборище его высокоинтеллигентных соучеников, Цзян Чэн грозно приподнимает бровь и спрашивает: — По какому вопросу вы все собрались здесь? — он ожидает услышать что угодно, только не то, что ему невозмутимо отвечает маленькая ланьская девочка с самым невинным лицом из всех собравшихся. — Я слышала, что ты собирался убить Вэй Усяня. Мы пришли помочь, но лучше всего будет, если мы выйдем за пределы Облачных Глубин, чтобы сделать это, — её тонкий голосок звучит абсолютно серьёзно, говор плавный и спокойный, речь нетороплива, и всё-таки Цзян Чэну кажется, что его пытаются… эм… допустим, обмануть. Цзян Чэн как раз начинает раздумывать над тем, как бы повежливее послать эту толпу и высказать им всё, что он думает об умственных способностях каждого, кто считает их с Вэй Ином кем-то кроме друзей и братьев, когда упомянутый Вэй Ин вылетает из комнаты, приобнимая его и с силой хлопая по плечу, и с весёлой улыбкой, которая очень скоро сменяется искренним удивлением, смотрит на толпу. — Цзян Чэн, — начинает Вэй Ин, — это что, твои фанаты решили проявить себя? — смех вырывается из Вэй Ина, и он уносится прочь, громко говоря: — Я обязан послать эту весть шицзе! А вы не докучайте ему слишком сильно! И всё, Вэй Ин снова где-то далеко, а перед Цзян Чэном стоят желающие смерти Вэй Ина маленькие Лани. И Цзинь. Всё это кажется абсурдным, даже смешным, пока та же ланьская девочка, видимо, избранная главной, не выносит предложение отобрать у Вэй Ина меч и спрятать его вне Облачных Глубин. — Зачем?! — Цзян Чэн проводит руками по лицу снизу вверх и портит свою причёску, лохматит волосы, выбивает из них гуань. — Зачем отбирать Суйбянь?! — Ну, — девочка немного краснеет, смущаясь, — чтобы он пошёл его искать. Так мы выманим его на территорию, где убийства не запрещены, и… — Так. Стоп. Стоп. Стоп! — Цзян Чэн смотрит на них страшными глазами, в которых, наверное, лопнуло несколько сосудов. — Никто не будет трогать Суйбянь. Во-первых, почему вы решили, что он догадается о местонахождении меча? Вон, сколько у вас гор и лесов, может, он пойдёт туда. Ещё и вашего Лань Ванцзи потащит, вон, как они сдружились! Во-вторых… — А как тогда? — девочка выглядит расстроенной. Цзян Чэн с растущим ужасом оглядывает Ланей и Цзиня в очередной раз. Они что, серьёзно? Они думают о том, чтобы убить Вэй Ина? Убить? Цзинь, может, за компанию пришёл, но Лани, кажется, были зачинщиками. Воспитанные в таких строгих правилах, как они стали теми, кто готов убивать безо всяких причин? Ну, нарушил Вэй Ин правила несколько… сотен раз, что с того? Это далеко не причина его убивать. Убийство — это очень, очень плохо. Если такие слова о намерении убить не имеющего к ним никакого отношения юного заклинателя говорят ученики возраста Цзян Чэна, как тогда ведут себя взрослые Лани? Они что, машины для убийств?! Понятно, почему Вэй Ин дружит с Лань Чжанем. Тот ни разу не говорил о таких чудовищных вещах, как о чём-то нормальном. Странный, возможно, помешанный на правилах, он, по крайней мере, не лишён человечности. Наверняка Вэй Ин убежал к нему после того, как отправил весточку Цзян Яньли, если вообще не шутил на этот счет. Цзян Чэн обходит Ланей и направляется к библиотеке, надеясь обнаружить там Лань Чжаня и Вэй Ина. Лань Чжань и Вэй Ин обнаруживаются, и Лань Чжань с неподвижным лицом выслушивает пламенный монолог Цзян Чэна, повествующий о случившемся. В какой-то момент Вэй Ин обнимает Лань Чжаня и шепчет ему на ухо что-то утешительное. В отличие от Цзян Чэна, Вэй Ин чувствует настроение Лань Чжаня, который беспокоится за Вэй Ина и невероятно злится на соучеников. — Цзян Ваньинь, — говорит Лань Чжань, — благодарю. Я сообщу дяде. Вы свободны, можете идти. Цзян Чэн кивает и уходит из библиотеки. Лань Чжань с видимым трудом успокаивает себя, делая резкий вдох и медленных выдох, садится на пол в позу для медитации, но не закрывает глаза. Ему кажется, что он не сможет почувствовать себя спокойным сейчас. Вэй Ин падает рядом и обнимает Лань Чжаня, ничего не спрашивая и даже не говоря. Он ощущает состояние Лань Чжаня. Положив голову ему на плечо, Вэй Ин начинает рассказывать: — Я думаю, всё началось с того, что мы с Цзян Чэном разговаривали, и он сказал, что убьёт меня. Для нас это нормально, стоявший рядом Не Хуайсан тоже всё понял, но…