Часть 1

Томми было все равно, что убийство теперь незаконно, в его первой жизни проблем с этим не было, так что и теперь это не должно иметь значения. Если Линда Смит еще раз откроет рот, чтобы  просветить его о последствиях его действий, то она этого заслужила. Ну и что, что угрожать одному из своих приемных братьев было «незрело» и «граничит с домогательством»? Этот придурок не должен был использовать тетрадь Томми, чтобы продемонстрировать одну из многих причин, по которым никто в этом мире никогда не усыновит его, которая в основном была связана с его отстойными навыками рисования. Тетрадь была для Томми особенной. Это было единственное, что оставалось с ним при каждом перерождении, и страницы никогда не были заполнены. Независимо от количества написанных им тирад о том, насколько слаба была Франция, чтобы ее правительство было свергнуто парнем, чье имя звучало как торт — 1780-е были тяжелыми — страницы продолжали прибывать. - Томми, ты вообще меня слушаешь? — по-видимому, Линда, его социальный работник, все еще продолжала рассказывать о незначительном и маленьком инциденте с другим парнем. Это было просто глупо и не стоило тратить на это столько времени. - Да, мэм, конечно. - Томми бы отдал честь, но не хотел, чтобы на него снова накричали. Он не хотел добавлять еще больше седых волос на уже лысеющую голову Линды. - Вы как раз собирались отпустить меня, заявив, что я жертва в этой ситуации. - Как так получается, что в каждой ссоре вы одновременно инициатор и жертва? - Лично я так не считаю, а я - единственный кто видит всё как на самом деле. - Томми был уверен, что его слова имели смысл, но взгляд, брошенный на него Линдой, доказывал, что он ошибается. - Ты приставил карандаш к горлу Зака. - Ну... - А затем пригрозил зарезать его и всю его семью, прекрасно зная, что он сирота. Томми рассмеялся: - Но это было забавно. Выражение недовольства на немолодом лице Линды заставило его рассмеяться еще сильнее.   - Послушай, Том... - Не называйте меня так. - Том, я знаю, что ты истеришь, потому что тебя скоро переселят, но всё уже решено. Никакие угрозы смерти не помешают Крафтам взять тебя под опеку. Он воспринял это как вызов: - Очевидно, что я недостаточно старался. - Если это из-за того, что случилось в прошлом доме, я обещаю , этого больше не повторится. Улыбка сошла с его лица. Линде просто нужно было всё испортить. Начиная с его жизни (спорно, в этом скорее виноват зеленый ублюдок), и заканчивая его настроением. Он думал, что социальные работники должны предотвращать детские травмы, а не постоянно напоминать о них без повода. - О Боже, леди, вы можете просто… — он жестом велел Линде, так сказать, отвалить, чтобы он мог сосредоточиться на чем-то другом, помимо дрожи в руках и сердцебиении, которое решило выйти из себя по какой-то "совершенно неспровоцированной" причине. - Ладно, я поняла. Но ты всё ещё наказан. И нет, ты не можешь снова своровать десерт у младших детей. - Им нужно уважать старших. - Тогда почему ты не уважаешь меня? Томми испытывал искушение взорваться на неё, не в буквальном смысле — на этот раз он не станет жертвой подстроенной взрывчатки, — а метафорически. Так, чтобы Линда, как он надеялся, заплакала и осознала всю тяжесть своих слов. Обычно он мечтал о ссоре со своим социальным работником, о том, как он наконец отпустит и избавится от бремени, физически отразилось на его спине, плечах и туловище. Но это никогда не произойдет, потому что тогда придётся признать свои прошлые жизни в деталях, а Томми предпочитал оставаться в блаженстве, созданным его невежеством. Вместо этого он прибегнул к своей обычной тактике: раздражать людей и игнорировать все серьезное. - Я сказал старших, а не древних. Томми едва избежал удара по запястью и ухмыльнулся ей. Ничто так не успокаивает, как высмеивание стариков. - Иди в свою комнату и собери вещи. Будь готов к дальнейшему. *** Вопреки распространенному мнению, Томми не пользовался популярностью в приюте. Учитывая то, что он терроризировал своих опекунов, бывших социальных работников и был самым старшим среди оставшихся без родителей, у него не было много друзей. Поэтому, когда пришло время уходить, ему не с кем было прощаться. Но ему это даже нравилось. Он сомневался, что вернется в эту дыру до того, как его время истечет, и новый миф продолжит цикл. Все, что он взял с собой в машину, — это две сумки: одну для школы и другую для вещей, которые он собрал (украл) на протяжении многих лет. Томми ненавидел эту часть переезда. Ему не нравилось сидеть в машине с Линдой Смит, когда она включала ужасную музыку 21-го века. Единственная музыка, которую он терпел, были каверы современной музыки в стиле бардкор(средневековом стиле), которые он находил на YouTube. Они напоминали ему о лучших временах, когда люди верили, что болезни вызваны Богом, а совершать преступления было проще. Может, и не лучших , но более простых. Он бы предпочел снова пережить чуму двухчасовой поездке на машине с Линдой в любой день.   - Ты ведь читал досье, которое я тебе дала о семье Крафт, не так ли? - Томми этого не сделал. В последний раз, когда он читал файл своей приемной семьи, он думал, что это будет его постоянный дом, а не схема детского труда и эксплуатации через видеоблог на YouTube. Не спрашивайте, это станет еще более запутанным. Просто представьте себе: супружескую пару, неверную друг другу, которая усыновляет маленьких, милых детей, просто чтобы записать в видеоблог каждый момент их жизни, без их согласия за прибыль от рекламы на семейном канале. На сто процентов незаконно и на тысячу процентов неправильно. Хотя их видео с извинениями было довольно забавным. - ...он уже усыновлял, и у него также есть биологический сын, Уилбур, но в отличие от других домов, твои приемные братья будут старше тебя. Томми привык к кричащим младенцам и капризным малышам, но, видимо, теперь ему придётся привыкать к депрессивным студентам колледжа и безработным молодым людям, не успевшим съехать от родителей. Если он что-то и ценил в своем проклятии, так это то, что ему никогда не придется устраиваться на работу или становиться взрослым. Никогда. Уклонение от налогов и обязанностей с 1509 года. - Фил Крафт — эксперт по таким случаям, как ты. - Томми поднял глаза от тетради и уставился на нее. Она сжала руль сильнее, и он задался вопросом, не потому ли, что она знала, что он попытается свернуть их с дороги. - Так что, надеюсь, если ты будешь вести себя хорошо, ты больше не будешь моей проблемой. Как только слово «проблема» слетело с ее губ, интерес Томми к поддержанию вежливой и профессиональной беседы с покровительственной стервой угас. Среди всех дерьмовых людей в его жизни Линда даже не была в списке лидеров, но ее слова ранили глубже любого лезвия. Она была не такой, как другие из прошлого, они не скрывали свою ненависть к нему за фальшивой заботой или добротой. Они были честны в этом, с оружием в руках и жаждой смерти в глазах. Томми предпочел бы это той фигне Линды, чем бы оно ни было. Взглянув на татуировку — проклятие, которое связывало его только с цикличной болью — на запястье, он вздохнул. Как и его судьба, автомобильное путешествие продолжалось без малейшей капли свободной воли в поле зрения. ***Его удивило, что знакомый посетитель снов не заглянул к нему, когда он уснул в машине. Обычно, перед любым травмирующим событием или серьезным изменением, этот ублюдок приходил позлорадствовать. Но после того, что случилось в его прошлой жизни, с Сизифом, посетитель оставил его в покое. С этим новым знанием Томми надеется, что тот, кто откроет дверь в доме Крафтов, не собирается сделать его жизнь намного хуже. Они припарковались перед обычным домом среднего класса, может даже высшего среднего класса если присмотреться, , от которого веяло традиционализмом . Корзины с цветами висели рядом с дверью, а на крыльце был припаркован велосипед, который просто напрашивался на то, чтобы его угнали. Поскольку был вечер, солнце село, и Томми пришлось признать, что в этом освещении маленький район выглядел довольно мило. - Так, где мы сейчас? – Томми спросил, выходя из машины. - Сноучестер. – заметив отсутствие снега, он нахмурился. – Историческое название, никак не связанно с погодой. - Только не говори, что это очередной маленький город со своим скрытым сюжетом. - простонал он. Не хотелось бы снова быть завербованным в культ. (Его прошлая жизнь Икара в Трансильвании 1600-ых не была весёлой). - Я бы не назвала гражданское противостояние 16-го века «скрытым сюжетом» но… да, у этого города есть своя история. - Разве это не фильм про «Мстителей»? - Томми, прекращай тянуть время и подойди со мной к двери. – Он пробормотал себе под нос очень компрометирующие вещи и неохотно проследовал за Линдой, вероятно к его последнему пункту назначения в этой жизни. – Помни, веди себя как можно лучше. Она постучала в коричневую дверь, последующая тишина нервировала. Обычно, Линда бы продолжила свою раздражающую речь о его поведении, однако в это раз, её рот был закрыт. Вот бы так было с самого начала. Когда дверь открылась, Томми пришлось приложить все усилия, чтобы не расхохотаться. На первый взгляд, человек за дверью выглядел так, будто он выбьет из тебя всё дерьмо, если ты неправильно вздохнешь. Окрашенные в розовый цвет волосы и очки подчеркивали ауру «я — аниме антагонист», которую Томми от него получал. Но тапочки в виде свинки из Minecraft на ногах мужчины уничтожили любой страх, который Томми мог ощутить за секунду. Это был не аниме антагонист , это был просто накаченный ботаник. - Вы не курьер Amazon. — сказал мужчина самым монотонным и Американским голосом, который он когда-либо слышал. Томми озадаченно моргнул. – Я бы всё равно не поместился в коробку. Линда вздохнула рядом с ним, и он понятия не имел, почему. Его ответ был совершенно разумным. Анимешник, казалось, согласился, судя по тому, как его бесстрастное и невозмутимое лицо слегка изменилось, может быть, от веселья или общего раздражения... или и того, и другого. Томми оказывал такое воздействие на людей. Мужчина всё ещё держал руку на двери, почти не зная, стоит ли ему впустить их или закрыть ее у них перед носом. Сзади послышались шаги. - Это моя посылка с нелегальными веществами от моей любимой транспортной компании, которая извлекает выгоду из низкой заработной платы в своей цепочке поставок и крайнего уклонения от уплаты налогов? - Дверь открылась, и в проем вошел еще более высокий мужчина с вьющимися каштановыми волосами. - Ой. Здравствуйте. - Приветствую, я Линда Смит из службы опеки Киноко. - Высокий мужчина имел наглость выглядеть смущенным.– Я разговаривала с вашим отцом сегодня, он здесь? Ни сомневаясь ни секунды, пришедший крикнул – Пап, твой ребёнок здесь! - и вошёл обратно в дом. Томми не удалось скрыть появившеюся улыбку ведь он знал, что Линда вот-вот вскипит от того, как не профессионален весь происходящий цирк. Другой мужчина неловко отошёл в сторону, открывая дверь, чтобы они могли войти. Внутри дома Томми подтвердил свои опасения, что эти ребята были традиционалистами. В какой нормальной кухне помимо отдельной стойки было два разных стола? Если есть нормальный обеденный стол зачем нужен ещё один стол поменьше? Отсутствие искусственного запаха от ароматизированных свечей из какого-нибудь магазинаDiorв Лондоне нарушало консервативную атмосферу. Как и отсутствие украшений с надписью ‘Живи, люби, смейся’. Возможно, этим ребятам действительно было не всё равно на бедность. По какой-то причине на стене в рамочке висела картинка с домиком из Minecraft. Получается они фанаты этой игры. Когда Томми снял сумку со спины, а Линда возилась со своим браслетом(так она снимала напряжение, когда собиралась бросить курить),из-за угла, в гостиной, послышались голоса. - Уилбур, что я тебе говорил о том, чтобы не говорить всякую ерунду перед социальными работниками? -Томми предположил, что голос принадлежал Филу. Он звучал старше и был с северным акцентом. Почему у всех в этом доме был разный акцент? Северный, южный и чёртов американский. - Но я правда думал, что это курьер изAmazon. - Просто заткнись, пока она не подумала, что мы занимаемся чем-то незаконным. - А что насчёт сарая-… - Заткнись! Томми потребовались все силы чтобы не выбежать из дома, как только он увидел Фила. Он был слишком похож на него. Светлые волосы, знакомые голубые глаза, прямой нос, и лёгкая щетина. Вылитый образ его отца. Его первого и единственного отца, который что-либо значил для Томми. Не значил ничего хорошего если быть точнее. Вместо того, чтобы вырвать ключи от машины из рук Линды и уехать отсюда, он замер. Робкое чувство комфорта в его груди тут же умерло. Он не мог пошевелиться. - А, извините за путаницу, мисс Смит. Я забыл сказать мальчикам, что вы сегодня придете, — Фил взглянул на него с мягкой улыбкой. - Ты, должно быть, Томми. Я Фил, это мои сыновья Уилбур и Техно. - Он был слишком обеспокоен Филом, чтобы обратить внимание на то, что анимешник был назван в честь музыкального жанра. Томми кивнул. Он не рискнул открыть рот, чтобы ответить, на случай, если из него вырвется всхлип. Прошло некоторое время с тех пор, как происходило что-то подобное, и он никогда не доверял себе, в этих случаях. Уилбур и Техно уставились на него, как будто он был одним из тех маленьких экзотических животных в зоопарке, с интригой и скрытым оцениванием. Он не осмелился снова посмотреть Филу в глаза. - Чтож, - Линда сцепила руки вместе, заставив Томми вздрогнуть от внезапного звука -… перед тем, как я оставлю Томми обустраиваться, мне нужно кое-что обсудить с вами, Фил, если вы не против. Линда не очень тонко намекнула новому опекуну, что ей нужно пожаловаться на него. Можно было подумать, что каждый раз она будет использовать новую фразу, но нет. - Да, конечно, присоединяйтесь ко мне на кухне. Уилл, Техно, можете показать Томми его новый дом? -Я пойду с вами, Техно проведи тур. - вмешался Уилбур, подталкивая Техно ближе к Томми.   В убийственном взгляде, который Уилбур получил от Техно было что-то комичное. Когда трое вышли из комнаты, Томми перестал прятать руки в рукава и скрестил их на груди. - Все, что мне нужно знать, это где ванная и моя спальня, здоровяк. — сказал Томми, чувствуя, что ни один из них не хочет этого делать Техно указал на дверь. — Ванная, — а затем указал на лестницу, — все спальни наверху, твоя — первая дверь справа. Моя рядом с твоей, спальня Уилбура напротив, спальня Фила рядом с ней. Наверху есть еще одна ванная - Хороший тур. Даже двигаться не пришлось. - Техно посмотрел на него с раздражением, от чего Томми нахмурился. - Я думал ты захочешь услышать, что твой социальный работник говорит о тебе.— сказал Техно, удивив его. - Ты еще не видел кухню. Томми ухмыльнулся. - Веди меня, анимешник. - Не называй меня так. Они остановились перед дверью на кухню, которая осталась открыта,и оттуда легко можно услышать скрипучий и покровительственный голос Линды. Целую минуту она просто болтала об общих вещах, которые не упоминались в его файле (например, о его удивительной личности или, возможно, о его предыдущем доме с блогерами).Но потом она перешла к более отстойным вещам. - Теперь, как мы предупреждали вас раньше, есть риск что он сбежит и это проблема. - Томми закатил глаза и прикусил внутреннюю часть щеки, чтобы удержаться от того, чтобы выругаться. – Мы предполагаем, что у него было тяжёлое прошлое в предыдущем приюте судя по татуировке и шрамам. Поэтому, если он станет проблемой в будущем, не переживайте, это не первый раз когда... -. Её тон заставлял Томми чувствовать себя некомфортно. Раны от Тесея покалывали повреждённую плоть на спине. Те же раны что убили наивного ребёнка-солдата, что следовал за своим старшим братом до самого конца света. Так уж вышло, что его концом стали скалы. Руки Томми тряслись, он смотрел прямо перед собой и игнорировал тяжелый взгляд Техно. – Я услышал достаточно. Он отошёл от двери и вошел в то, что, как он предполагал, было гостиной, стараясь не рухнуть на один из диванов. Он все еще был измотан бессонницей прошлой ночи, ужасной поездкой на машине, Линдой в целом, а теперь и этим. Семья с двумя странными братьями и отцом, внешность которого задевала его за живое. Томми вздрогнул, когда Техно сел рядом с ним. Он выглядел так, словно собирался завязать разговор; Томми понял это, потому что делал то же самое. - Итак… ты сирота? — Это было не то начало разговора, которого Томми ожидал, но оно мгновенно избавило его от усталости. - Что это за вопрос, черт возьми? — спросил Томми, хватая ртом воздух. - Нериторический. - Да ладно, умник –выражение лица Техно не изменилось.-Ты действительно хочешь, чтобы я ответил на этот вопрос? Разве ты не знаешь, насколько это травмирующее и бесчувственно — спрашивать ребенка, которого собирается опекать ваша семья, мертвы ли его родители? Он пытался скрыть что эта ситуация его забавляла, но, видимо, ему это не удалось, поскольку в Техно не было ни капли вины или раскаяния. - Да! Я сирота, ебаный ты чудак. - Это довольно кринжёво. - Томми не знал, как на это ответить. Несмотря на то, что Томми был смущен и чувствовал, что он должен был  быть оскорблен, разговор подогрел его интерес к розовому анимешнику. Он восхищался всеми, кто высмеивал сирот, и использовал это как начало для разговора. Он был слишком сосредоточен на своем взгляде на Техно, чтобы заметить, как остальные возвращаются с кухни. Уилбур, казалось, был сбит с толку, увидев Томми и Техно вместе на диване, и он понятия не имел, почему. Фил выглядел довольным. Эта семейка была чертовски странной. Линда снова сложила руки вместе: - Ну, тогда я лучше пойду, раз всё в порядке. Я зайду снова через пару недель, чтобы всё проверить. Его новая приемная семья попрощалась с Линдой, пока Томми молчал. Он не хотел больше тратить энергию на эту стерву. Когда дверь захлопнулась, вся ситуация наконец-то дошла до него. Это был его новый дом, и если он все еще будет здесь хотя бы полгода, то это будет его последний. Застрял с анимешником, высоким странным парнем и двойником своего отца. Весело. Теперь он понятия не имел, что делать. Его единственный опыт пребывания в приемной семье был связан с кричащими малышами, камерами в каждом углу комнаты и жуткими взрослыми. Он не признался бы, что нервничал, даже беспокоился из-за этой перемены, но в глубине души он был напуган. Боялся Фила, того, что значил этот дом, и его приближающегося шестнадцатого дня рождения. - Томми, ты ел сегодня? - спросил Фил с того места, где стоял. Они с Уилбуром не сдвинулись с места с тех пор, как ушла Линда. Может быть, они тоже не знали, что делать. Вместо того чтобы взглянуть своим страхам в лицо и принять перемены, Томми слился. - Да. - Он не ел. - Ничего, если я лягу спать пораньше? Я уже знаю, где моя комната. - Конечно, приятель, у тебя, наверное, был напряженный день. Поговорим утром. Он выскочил из гостиной не вызывающим подозрений шагом, подхватив с собой сумки, и побежал вверх по лестнице. Ему не понравилось, как вся уверенность покинула его тело, когда ушла Линда. Все должно было быть наоборот. Верхний этаж был похож на гостиную, с легким декором и скудными фотографиями членов семьи на стенах. К счастью, все еще никаких плакатов «Живи, люби, смейся». Томми открыл первую дверь справа, и вошел внутрь оставив свет выключенным. Стены были белыми и пустыми, кроме картины с изображением острова, прибитой над двуспальной кроватью. В комнате была кое-какая мебель: письменный стол и шкаф с несколькими ящиками. Он подошел к окну и вздохнул, глядя на замок. Он все равно узнал это клеймо на стекле. Окна для предотвращающие самоубийства. Как мило. Все, что ему нужно было сделать, чтобы умереть, это позвать  его  и сказать неправильное имя. Окно не нужно. Спасибо его проклятию. Несмотря на это, он бросил сумки в конец кровати и вытащил из нее свою тетрадь и плюшевую корову Генри. Темнота в комнате усилила его усталость до такой степени, что ему стало все равно, что он будет спать в своей единственной хорошей футболке и неудобных джинсах. Он залез под одеяло и открыл тетрадь, ища страницу, на которую он всегда заглядывал перед сном. Единственную страницу, на которой был почерк его брата, пусть и неряшливый. До сих пор Томми был рад, что он достаточно надоел своему старшему брату, что тот согласился оставить в ней записку, даже до того, как узнал, что тетрадь всегда будет возрождаться вместе с ним. Он провёл пальцами по сообщению: Томми Сут заставляет меня это написать. Помогите мне. Я никогда не напишу, что он самый большой человек, он скорее маленький и хрупкий. Ребенок. А еще его дневник стрёмный. Понятия не имею, где он его взял, но он уродливый. Прямо как он сам.   — У. Сут. Это было глупое сообщение, но оно принесло ему утешение. Он закрыл тетрадь и положил ее под подушку. Он прижал к груди плюшевую корову и попытался игнорировать звуки снизу. Крафты смотрели телевизор. Жжение исходило от левого запястья Томми, его татуировки, и он вздрогнул. Ради всего святого. Он зарылся под одеяло и зажмурился. Не было смысла откладывать неизбежное.   Как только его сознание отступило, он снова оказался там. В пустоте. Обычно она была просто черной, заполненной ничем. Но на этот раз вокруг него стояли высокие кирпичные стены, украшенные виноградными лозами всех длин и оттенков зеленого. Томми оказался в какой-то головоломке или лабиринте. Он толкал стены, надеясь, что это его иллюзии или галлюцинации, но безуспешно. Он был в ловушке. Так было до тех пор, пока под его ногами не материализовалась зеленая тропа, разрушившая непроглядную темноту и клаустрофобию. Со стучащими головой и сердцем он последовал по ней. Сожаление захлестнуло его, когда он достиг тупика. Не потому, что он снова оказался в ловушке, а из-за того, кто его там ждал. Перед ним появился человек в маске. На шее божества висел амулет с тем же символом, что тяготел над его запястьем. - Какого хрена тебе на этот раз надо, Дрим? Человек в маске улыбнулся.