Часть 9

***

ВИКИ

Я сошла с ума. И свел меня с него он. Голод. Я уже поняла, что этот Всадник заразен, теперь я чувствую голод по нему. Я легко согласилась лететь с ним потому что меня ничего в ордене не держало, а здесь я буду рядом с мои Голодом. В безопасности. Но этот мир. Он не заслуживает того, чтобы быть уничтоженным, Матерь должна дать второй шанс, а если нет, то мы будем бороться за него. И почему же я постоянно думаю об этом? Каждый день, каждую ночь, в моих мыслях только одно. Как сохранить этот мир. И это разрывало меня изнутри, я чувствовала, что со мной точно что-то не так. Чувства совсем другие, я как будто бы стала сильнее, а моя энергия опять обрела цвет. Об этом мне сказали все. Я очень изменилась. Какова была причина моих изменений, я не знала. Возможно это потому что все переживания и проблемы скинулись на меня. Когда я думала, что уже в конце своего небесного пути, это оказалось только началом… А дальше неизвестность. Мне хотелось улететь куда-то далеко, но не возвращаться в этот хаос. Я уже так хотела почувствовать покой на душе, чтобы никто меня не трогал. С этими мыслями, я жила каждый день с начала апокалипсиса. И с каждым другим днем, я умирала вместе с ними. Я вышла на балкон. Свежий воздух давал силы, но ветер развевал все мои домыслы. Все что мне оставалось, это ждать Голода.

***

Голод пришел под самый вечер, уже было поздно. Я удивилась долгому отсутствию Всадника, он никогда не задерживался. Я сидела на кровати, а напротив меня мой Всадник, который нервно курил сигарету. — Что случилось? Ты сам не свой. — заботливо произнесла я. — Завтра все метисы собираются в одном месте, чтобы встретить Матерь. — его взгляд прошелся по мне. — Ты тоже. Я испугалась, уже завтра будет конец. Перед моими глазами пролетела вся жизнь, все теплые и прекрасные воспоминания которые засели в моем сердце навсегда, наверное и в могилу я унесу их за собой. Рядом с Голодом, я чувствовала защиту, но было и что-то другое. Я не могла объяснить это, около него мне хочется метать все на своем пути, что-то внутри меня рвется на свободу, какая-то сила, мощная энергия, которую я никогда не испытывала. — Голод? — я взяла его за руку. — Что мы будем делать? — Я не знаю точно. — рука мужчины поднялась к моему лицу. — Но мы будем вместе. — Как мы победим Матерь? Что для этого нужно? — я думала, что Голод точно должен знать, но почему-то не хочет рассказывать. — Матерь не хотела, чтобы её дети знали как убить её, конечно саму вселенную убить невозможно! — он подбирал слова. — Но оболочку, возможно. Нужно приложить много усилий, Вики. — Я чувствую какую-то силу. — тихо прошептала я, но Голод услышал. — Я заметил, что твоя энергия стала намного сильнее. Что ты сделала? — он с прищуром посмотрел на меня. — Ничего. Просто в какой-то момент она появилась, и с каждым днем ​​становится сильнее. — я остановилась и с любопытством посмотрела на Всадника. — Но это я чувствую ярче всего только около тебя… — Ты тренеруешься и развиваешь силу, возможно, из-за этого. Скоро мы узнаем о твоем потенциале… — он улыбнулся мне, но я была в своих мыслях. Мне хотелось верить, что мы сможем, мы выстоим этот бой. Снова я вошла в свои мысли, выходя на балкон, чтобы легче дышать. Последний месяц, я чувствовала тяжесть, что-то на меня давило. Небо покрылось звездами, и я мечтала о покое в нашем мире. Я представила, как мы победим, восстановим небеса и землю, забудем все это как ночной кошмар, и будем жить счастливо вместе с Голодом.Но я снова и снова возвращалась в реальность. Голод появился бесшумно, как привидение, и приблизился настолько, что я почувствовала его присутствие до того, как увидела. Его дыхание коснулось шеи, и я едва заметно вздрогнула, хотя попыталась скрыть это. — Ты убегаешь от меня, Вики, — его голос был хриплым, тихим, как шелест ветра. — Но ты знаешь, что спрятаться не получится. Я повернулась резко, глаза были полны решимости, но у них было и что-то другое – страсть, которую я уже не могла скрыть. — Я не убегаю, Голод. Я борюсь. Сражаюсь с тем, что ты вызываешь во мне. Он шагнул поближе, его фигура казалась огромной по сравнению с моей, но я не отступила. Я держала свою почву, хотя сердце билось, как в ловушке. — Ты думаешь, что можешь бороться? — Он наклонился, касаясь пальцами моего лица. Его прикосновение было прохладным, но одновременно магнетическим. — Я — Голод. И я не только забираю. Я могу заполнять пустоту. Я вдохнула резко, не в силах отвести взгляд от горевших глаз, словно внутри него разгорался собственный бесконечный огонь. Голос звучал глухо, но с ноткой вызова: — Ты думаешь, что я позволю тебе открыть новые возможности? — я в первый за вечер посмеялась. — Возле тебя, я чувствую голод. Его рука остановилась на талии, и я не смогла не почувствовать, как тело дрожит от этого контакта. Он наклонился поближе, так близко, что я почувствовала его дыхание на своих губах. — Позволь мне. На мгновение мир остановился. Я была между желанием оттолкнуть его и желанием раствориться в нем. Руки поднялись, но вместо того чтобы оттолкнуть, я коснулась его груди, чувствуя, как его сердце бьется — сильно, но беспокойно. Я все же открылся ему, не в силах отказать моему мужчине. Во время нашего поцелуя, я почувствовала как становлюсь сильнее, я наполняюсь чем-то. — Почему ты вышел за мной? — спросила я, слегка наклонив голову. — Я не могу оставить тебя одну — тихо произнес он, его голос казался почти шепотом. Его теплые пальцы осторожно коснулись моего подбородка, заставив поднять глаза к нему. Наши взгляды встретились, и окружающий мир, казалось, исчез. — Ты – мое все, Вики — сказал он, его голос звучал нежно, но твердо. — И я готов бороться за тебя даже с самой Матерью. Я посмотрела на него, и сердце замерло. Вместо слов, я решила молча провести пальцами по его лицу, запоминая каждую деталь. — Голод… — прошептала. Он не дал мне договорить. В мгновение ока, он наклонился поближе, и наши губы снова встретились. Поцелуй был нежным, но страстным. Ощущение, что мы летим вдали от проблем и переживаний, остаемся вместе в нашем счастье. — Рядом с тобой, я становлюсь сильнее. Я чувствую это. — А я возле тебя. — сказал Голод, снова целуя меня. Ветер усилился, звезды наверху, казалось, сверкнули ярче, будто тоже почувствовали наше мгновение. Я обхватила его шею руками, стараясь еще больше прижаться к нему, ощущая его тепло и силу. — Ты даже не представляешь, насколько, я тебя люблю — прошептала я, когда наши губы разошлись на мгновение. — А ты не представляешь, что я готов сделать ради тебя — ответил он, дыша мне в ухо. Мы стояли на балконе, забыв про все заботы и угрозы мира. В эту ночь существовали только мы и наша любовь, которая казалась сильнее самой Вселенной.

***

Новый день, а это значит, что начался еще один квест на выживание. Матерь скоро будет здесь. На поляне близко к Всадникам были метисы которые открыли печати. ​​Я и мама тоже были там, весь орден, и другие бессмертные. Я стояла рядом с Голодом, обнимая его за руку. На горизонте было видно красное небо, которое медленно охватывало все небеса. Все затихли, кое-кто боялся, а кто-то ждал этого. Всадники напряглись, и посреди поляны ударила молния. Через минуту туда приземлилась женщина. Она была высокого телосложения, с пепельными волосами и горячими глазами. Это была так называемая оболочка Матери жизни. В мгновение ока все метисы почувствовали в области руки жгучую боль. Матерь пометила каждого открывавшего печати. Всадники встали на одно колено, проговаривая слова: — Добро пожаловать Матерь… Её сила и мощь разошлись по всем небесам, все бессмертные испытали страх перед её величеством. Все понимали. Битва будет сильнейшей за всю историю небес. — Вы боролись до конца, и это заслуживает уважения. — раздался громкий и точный голос Матери. — Но вашему миру пришел конец. — она была спокойна, её больше всего интересовала земля, но улыбка спала, когда Матерь взглянула на Всадников. — Ты убила моего сына. — Он не заслуживал дожить до этого дня. — Чума выглядела измученной. — Ты не можешь решать, кто чего заслуживает. Ты разочаровала меня, Чума. — Матерь посмотрела на смерть и кивнула головой. Чума забегала глазами по матери и старшему брату, в её глазах читался страх. Она поняла, что настал её конец… Острый меч поднялся над головой Всадницы, и одним махом голова упала с плеч. Я не чувствовала сожаления, Чума заслужила это. Матерь быстро провела взгляд по другому Всаднику и сказала только одно: — Ты ослаб. Когда взгляд дошел до нас с Голодом, она прищурила глаза. Долго глядя на нас, она молчала. Все ждали её приговора: — Ты нашел ту, которую искал всю жизнь. Одиночество губит всех, и поэтому я сделала подарок тебе, в виде девушки, которая сможет выстоять около тебя. — холодно проговорила Матерь. — Ты справился со своей задачей. — взгляд Матери задел меня, но она почему-то улыбнулась. — Но судьба твоя погибнуть вместе с бессмертными, а может, и выжить. Напряжение чувствовалось безграничным, все боялись и в одно время горели желанием выжить. Матерь была нацелена уничтожить все на своем пути. О смерти Чумы уже все забыли. Началось самое страшное, Матерь поднялась в верх. Она готовилась к уничтожению земли, поэтому бессмертные начали действовать. Две силы слились в бой, Смерть сражался за Матерь, его войско набросилось на бессмертных, Голод в свою очередь не стоял в стороне, он выпустил свое войско которое сражалось против Смерти. Бой был очень напряженным. Страх, кровь, отчаяние, сила. Все слилось в одну энергию. Матерь только повисла в воздухе, пытаясь сконцентрироваться на уничтожении земли. Война приняла сторону Голода. Он тоже сражался за бессмертных, против брата. Я чувствовала в себе силу, меняя места, я забирала от природы энергию и наполнилась сама, но мне было мало. Внутри меня что-то рвалось, хотело мести все, что есть на пути. Живот резко заболел, когда я перестала брать силу от природы, я схватилась за него и упала на колени. Голод увидел меня издалека, и в ту же минуту оказался возле меня: — Вики что с тобой? — он явно переживал за меня. — Живот колит, возможно мне нужно брать больше энергии, но вся природа вокруг уже уничтожена, и ей нужно время, чтобы восстановиться. — быстро сказала я, обнимая Всадника. Как только Голод положил свою руку на то место, которое болело меня, боль сошла как и не было. Мне стало гораздо лучше. Внутри меня расцвели цветы. — Береги себя. Я не позволю тебе погибнуть, не позволю Матери отнять наше счастье! — Голод хоть и был в своем втором теле, но не вызывал у меня страха, он все равно был для меня родным, я приму его любим. — Я буду беречь себя ради тебя. — я поцеловала его в губы. — А ты береги себя ради меня! Голод позволил себе на секунду поцеловать меня в шею, но напоследок обнимая меня, отправился снова на поле боя. Я отвела его взглядом, и начала искать новое место чтобы немножко подкрепиться. Меняя ракурс, я с высоко наблюдала как сильно бьются бессмертные, за небеса и землю, и Матерь была права, что это заслуживает большого уважения. Мое сердце сжалось от страха когда Голод и Смерть начали сражаться друг против друга. Смерть был импульсивным и злобным, а Голод быстрым и точным, так же можно было описать их армии. Смерть был сильнейшим Всадником, и чтобы сила Голода начала его ослаблять мне нужно снять щит, но тогда все бессмертные упадут от нехватки энергии. Выхода не было, я могла только наблюдать за боем и ждать. Я взглянула в даль, природа еще не возобновилась. Нервно перебирая пальцы, я снова взглянула на Всадников. С моих глаз упала слеза, когда меч Смерти направился точно в сердце Голода… Падая на колени, я забыла, как это дышать. Забыла, как это чувствовать тепло или боль. Только пустота разлилась в груди, унося последние крохи надежды на счастливое будущее.