Часть 1

      Чисто технически, у него есть прекрасное оправдание всей той жестокости, которую он якобы творит — ну взорвал парочку складов с боеприпасами, ну с кем не бывает? — с двадцати он под единоличным присмотром паталогического психопата рос-цвёл. Можно же психопатией считать желание убить своего названного сынка? Тони в диагнозах не особо силён, но, допустим, что да. Это забавно. Он закрывает глаза, улыбается, делает театральный поклон и воодушевлённо щебечет, что «чрезмерной» жестокости научил его никто иной, как дядюшка Оби собственной персоной! Ага-а-а, тот самый, которого Тони почти распотрошил, всё верно — низкий вам, ЩИТ, ещё один поклон! От души, сердца и печени.       Печень из всего перечисленного для него самое дорогое, между прочим. Это очень ценный орган. Если бы не его прекрасная печень, он наверняка помер бы ещё в юности после очередной попойки. Пил он всегда от души.       Души у него нет, так что количество выпитого, естественно, переваливало за бесконечность.       Роуди зыркает неодобрительно, но его мнения на этот счёт никто и не спрашивал, пока Тони, опутанный проводами и игнорируя им же самим заложенные в Джарвиса протоколы безопасности, ковырялся в том, что, по факту, представляло собой полуразобранную бомбу.       — Можешь не подходить ближе, если боишься, — хмыкает он, высвобождая одну руку и перехватывая ею зажатую в зубах отвёртку. Рядом на столе красивенько стоит бокал скотча с позвенькивающим об стекло кубиком льда. Тони, облизываясь, поднимает его и, направляя на Роуди, восклицает: — За твоё здоровье!       Утконос не оценивает. Глухо выдаёт, подходя на несколько шагов ближе и вглядываясь в его лицо: — Тонс, я же действительно о тебе беспокоюсь.       — Ты про бомбу? — Тони вопросительно смотрит в ответ, отпивая. — Ну, в крайнем случае на тот свет свалю прихватив с собой и дом. Всё своё всегда с собой? Обустроюсь там сразу с комфортом.       — Тони, — Роуди каким-то образом удаётся в одно его имя уложить всю вселенскую скорбь и разочарование мира. Это был его «я тобой недоволен» голос. Затем Утконос как-то сдувается и, качая головой, выдыхает миролюбиво: — Просто… Будь осторожен.       — Осторожность — моё второе я! — широко улыбается в ответ Старк, но не нравится это ещё и Джарвису.       — Не вы ли случайно подожгли на себе одежду на прошлой неделе, сэр?       Брови Роуди взлетают вверх, пока он молча смотрит на Тони и явно в голове взвешивает, хочется ли ему знать подробности или, так и быть, переживёт, оставаясь в неведении. Он смотрит неодобрительно на бомбу, на скотч, затем вздыхает и говорит совершенно другое: — С тобой пытались связаться из Щ.И.Т.а.       — Н-да? — скучающе отозвался Тони, вновь возвращаясь к работе. — И почему же к тебе кто-то обратился? Что за новая мода за спиной у меня заговоры строить…       Роуди тяжело вздыхает и шипит сквозь зубы, торопливо подходя ещё ближе: — Тони…       — А. Нет. Это старая мода, — Тони резко выбрасывает руку назад и упирается ладонью Роуди в грудь. — Не подходи, сам же бомбу боялся…       — Я ведь не об этом, и ты это знаешь, — устало бормочет Роуди и поднимает взгляд в потолок. В глазах непроизвольно начинают собираться слёзы. Мужчина несколько раз моргает, а затем наигранно бодро сообщает: — В любом случае, тебя хотят познакомить с Капитаном Америка.       — Чего? — Тони резко вскидывает голову — под его руками в этот момент что-то искрит, но Роуди просто надеется, что в случае чего оба они помрут мгновенно, — и в глазах его мелькает что-то такое, чего Джим давно не видел. Но затем изобретатель просто криво усмехается и спрашивает: — Это что же, образумить Железного Человека проповедями решили?       Роуди про себя вдруг начинает надеяться, что всё именно так и есть.       — Ладно… — не дождавшись ответа, протянул Старк, задумчиво пялясь в стену. — Я слетаю. — О чём-то подумав, он вдруг фыркает от смеха. — Даже забавно, как Никки это знакомство преподнесёт. «Смотри на этого психа, не ровняйся на него»? Или «слушай нас или мы его на тебя натравим»?       Оба варианта, как подметил Роуди, исключали возможность мирной беседы и установления каких-либо дружеских отношений.       — Просто… Постарайся никого не послать в первую же минуту? — просит он. Затем поджимает задумчиво губы и выдаёт новый вопрос: — Пиццу будешь?       Палец Тони поднимается к потолку, пока тот поёт: — С анана-а-асом!       — Заказ оформлен, — информирует Джарвис, пока Тони безмятежно улыбается.       — Я понял, жду курьера, — ухмыляется Роуди и направляется к лестнице, крича через плечо: — Просто не забудь про еду. Джей, отключи ему паяльник через двадцать минут!       — Я вполне смогу подключить его к реактору, — не забывает найти решение гипотетической проблемы местный гений, вновь закапываясь с головой в элементы бомбы.       — Не смей. ***       Тони лениво растёкся по дивану, изящно придерживая в руках чашечку мерзкого кофе. Пил он его больше демонстративно, чем потому что эту жижу вообще хотелось поглотить.       — Ну?       — Почему ты удивлён? — Фьюри не вставал из-за стола, создавая видимость бурной деятельности. К сожалению, настоящую деятельность он мог разводить только с помощью своих голографических проекций и, к сожалению (но не для Тони), при Старке он эти проекции врубать очень не хотел.       Тони просто наслаждался тем, что тянет чужое время.       — Ты вышел на Джеймса Роудса, — нахмурился он. А ещё вместе с этим всерьёз задумался отставить чашку на стол, ибо, ну, мерзость.       — Это продиктовано здравым смыслом, — нудно начал директор, сложив руки в замок. — Мы обязаны иметь в распоряжении кого-то с огневой мощью, равной силе Железного Человека, и при этом имеющего на него влияние.       — Чё.       Тони скрипнул зубами, но тут же расслабил лицо и елейно спросил: — Хочешь сказать, вам нужно привлекать на миссии Военную Машину и именно поэтому у вас есть номер Роуди?       — У нас много чьих номеров есть, — изгибает бровь Фьюри. — Но ты прослушал?       — М?       Косить под дурачка тоже иногда весело. Тони действительно забавляли наблюдения за тем, как кто-то пытается впихнуть ему в спину нож. Даже интересно — найдут ли там место?       Фьюри посмотрел на что-то на экране, затем встал из-за стола и двинулся ко входу приёмной зоны, продолжая при этом говорить очевидные истины: — Нам не нужна Военная Машина. Нам нужен Железный Человек. Полковник Роудс буквально единственный, кто может помочь нам вбить в твою голову мысль о необходимости присоединения к команде.       Тони поджимает губы и хмуро смотрит в ответ одно короткое мгновение. Затем делает последний выпад, с лучезарной улыбкой отпивая — мерзость! — кофе: — Чтобы хоть у кого-то в Мстителях была решимость взорвать всё к чертям?       Фьюри останавливается и, повернув в его сторону голову, плоско смотрит. Молча.       — Взрывать всё к чертям ты должен перестать, — наконец, сухо произносит он. — Количество смертей на местах твоих выходок превосходит все допустимые значения.       — Я их туда не сгонял, они сами туда приходили, — пожимает плечами Тони, — а суицид — дело добровольное. Кто я такой, чтобы им в этом отказывать? Да и… — взгляд Старка стал острее: — Разве не вы хотели уничтожить город просто по причине того, что у вас всё вышло из-под контроля?       Повисла небольшая, но довольно ощутимая пауза, после которой Тони тихо спросил: — И почему не пригласите в команду Роуди?       Роуди был бы… Рад.       — В любом случае, командные работы — это по его части.       — А тебе не кажется, — натянуто выдаёт Фьюри, смотря на него взглядом «ты идиот», — что использование Военной Машины в столь деликатной миссии было бы нецелесообразным?       Тони в иронии изгибает уголки губ и практически поёт, указывая на очевидное: — Никки, если уж она такая деликатная, то почему вы обращаетесь ко мне?       Но затем Фьюри вдруг ни с того ни с сего напоминает, что уже связался с Роуди, от чего в Тони внутри всё содрогается. Выходит, Роуди отказался от места в Мстителях? Или что? Но почему? Или же одноглазый лис говорил с ним о чём-то другом?       — Настраиваешь его против меня? — практически шипит Тони, подавшись вперёд. Внутри его просто трясёт — но эмоцию у него выявить не получается. Слишком зол.       Сомневаться в Роуди Тони не может, но именно в этот момент… Знаете. В Оби он тоже как-то никогда не сомневался.       Однако следующие слова заставляют Тони широко распахнуть глаза в удивлении.       Фьюри качает головой и заковыристо выдаёт: — Скорее, это он пытается зазвать меня на свою сторону, подпитывая свои зазывания нравоучениями и взываниями к совести.       Выходило, что Роуди пытался повлиять на главу секретной шпионской организации ради него. Это было… мило?       А после пары фраз директор вдруг самодовольно указывает куда-то в сторону и внезапно произносит: — Позвольте представить, Капитан Стивен Роджерс.       Тони давится воздухом и быстро поворачивается, готовый увидеть национальную икону, и в то же время… всё происходило слишком быстро.       Капитан Америка стоял там, в проходе, растерянный и какой-то смущённый, и — боже — милый.       Тони мысленно передёргивается и, стараясь сохранять спокойствие хотя бы внешнее, налепляет на лицо улыбочку и, всё так же не поднимаясь с дивана, ухмыляется: — Тони Старк. Железный Человек.       Он как-то не был уверен в своих действиях, если попытается подняться на ноги прямо сейчас.       Однако… Вероятно, это выглядело проявлением неуважения. С секунду подумав, Тони вдруг решил, что ему плевать. Он уже давно решил не взаимодействовать ни с кем новым сверх меры. Общие миссии? Этого достаточно. Не то чтобы Тони, конечно, действительно думал, что Капитан Америка нуждается в какой-то там поддержке. Но…       Элементарная взаимовыгода. Тони клянётся, он её там отыщет. И водиться близко с мстителями ему будет… не обязательно.       Не хотелось узнавать, есть ли в его идеале что-то гнилое.