summer has come and passed // the innocent can never last

листья кружили в танце. он тоже когда-то в этот раз он не понял, откуда они взялись, если только вчера было лето; он вообще не понял, как оказался здесь. неужели всё могло закончиться… так? он закрывал глаза и раз за разом видел одно и то же. след в след, рука в руке — они бегут по полю вместе, бегут, не жалея ни ромашек, ни одуванчиков, одна футболка на двоих и одни порванные кеды страшно. он же не знает, что будет теперь. проспать первую пару, в двенадцать написать «с добрым утром» (с сердечком) — не сразу ответит, но какая разница, она всегда занята в это время. зато обрадуется, как увидит. учëба, работа, бесчисленное множество попыток найти ещё одну подработку — странно, как она находила время хоть когда-то отвечать ему. но ведь находила. жаль, что нельзя вообще не просыпаться. больно — больно всë время, пока не спишь, потому что хаха, у него не выходит представить кошмар хуже. он готов ждать; подождать до обеда, до вечера — и до завтра не проблема; ждать день за днëм и год за годом, ведь не может, нет, ни за что не может быть такого, что больше она никогда не поздоровается в ответ? ну правда не может он не верит закрывает глаза и не верит, снова смотря на то, как они держатся за руки плевать, куда, ему, кажется, просто нужно сбежать; может, листья помогут ну и с богом (с любовью то есть. прости, родная, оговорился) wake me up when september ends