Часть 1

      Исправлять ничего не придётся. Нас просто не должно было существовать.       Тони запрокидывает голову назад, смотрит в обшитый металлом потолок и просто старается не думать о том, что всё это значит. Не думать не получается. Оппозиция Императора гоняет оставшихся его сторонников, накопившихся за эти годы — люди, которые на самом деле шли за Думом, а не как, например, сам Тони. Просто в политических интригах у него имелся некий опыт до злосчастной поездки и взрыва посреди песчаного нигде.       Всего-лишь мистическая идея, поддерживающая идеалистов и их выходки, направленные на восстановление справедливости. Сам Тор, скандинавский бог грома, однажды явится на Землю и спасёт их всех от тирании правителя.       Ну и что? Явился. Только вот Тони заранее должен был знать, что в сказки о спасении лучше не верить. И проблема даже не в том, как оказалось, чтобы представить прибытие пришельца — Тони, видят боги, ведь и машину построил, лишающую того возможности призывать оружие. А ведь начальных данных никаких не имелось. Тони гений, Тони умный… Тони достаточно глупый, чтобы, увидев его, поверить в счастливый конец.       А может, Тор и сам догадывается. Просто не думает, что кто-то из Защитников тоже поймёт. Или же бог тоже умом не блещет. Это, на самом-то деле, больше не важно. Тони может быть эгоистичным, но… Не в таких масштабах. У него не хватает сил, руки опускаются от одной лишь мысли, что их Земля, со всеми миллиардами жителей — фальшивая. Для всей чёртовой Вселенной — а жизни в ней куда больше и сам Тор тому доказательство — существовала другая. Та, которую они, ничего не зная, поглотили. Украли. Забрали друзей бога, подменили их собой — такими зеркально-неверными блеклыми копиями, похожими внешне и вводящими в смятение, но такими иными внутри.       Тор ведь поначалу призывал их. Восклицал потерянно, что они его друзья, что он их знает. Может, он и прав оказался в том, что они тут против Дума тихо воевали, но… Он не знал их. Не их самих. А потом, какими бы красивыми словами не прикрывался перед уходом… их миру оставалось существовать всего шесть часов. Если повезёт.       Тони с обречённым любопытством присматривался к ним. К тем, кого этот залётный бог уже агитировал стать какими-то «мстителями». Они… В другом мире, выходит, в одну команду собрались как раз они же — это ли не судьба? Судьба не открывает тебе правду так поздно, — настойчиво проносится в голове и Тони просто вздыхает.       Может, уже поздно. А может — ещё нет.       Тони… любопытно. Как только скандинавский божественный миф отбывает (и да, выходит, у них всё ещё есть эти несчастные шесть часов), Бартон сразу же переходит к делу: очистка улиц, перерасчёт продовольствия…       — …Ну, у нас есть неделя-другая, — несколько рассеянно шелестит Тони, смотря в никуда и пожимая плечами. Потому что у них даже нет и дня. Зачем тратить столько сил на то, что им даже не пригодится? Может, лучше будет, если они…       Тони встряхивается, пружинистым шагом приближается к Брюсу и кладёт руку ему на плечо, произнося: — А почему бы нам не отметить конец тирании? — он несколько вымученно улыбается, но с надеждой смотрит на остальных.       В другом мире они команда. Это нечестно. Он тоже хочет их узнать. Настолько хорошо, насколько ему позволит время.       — Старк, ещё ничего не закончено! — вспыливает Бартон, но продолжает чуть более терпеливо: — Мы не можем пока расслабиться. Праздновать будем после, но сначала — работа.       Что означало в словаре Тони никогда.       В голове было… пусто. У него действительно не было идей. Может, он мог включить в себе того Тони Старка, которого когда-то давно знал весь мир… Это ведь был, по сути, не он, да?.. Но, обводя взглядом окружение… Тони не мог.       Интересно. А как именно их существование прекратится? Они почувствуют что-нибудь?       На помощь, что странно, пришла Наташа: — Да брось, Клинт. Небольшая передышка, ок?       Тони… никогда такого миролюбия в её голосе до этого не слышал. Хотя и ситуация как-то не располагала. Но сейчас в её интонациях было что-то дружеское и…       Тони покачал головой. Затем с опаской посмотрел в сторону. Тор явно знал Капитана Америка, что, как бы, прямо указывало на то, что и он тоже в какой-то момент должен был стать частью их команды. Или они его — всё же Капитан Америка.       Это вообще очень хорошо объясняло тот факт, почему Дум… оставил его во льду, ещё и в тронном зале. Как он сказал? Помешал им всем стать героями? В случае живого — как оказалось — символа справедливости это же просто бесполезно пытаться.       Капитан Америка. В одной команде с ними. Тони почему-то куда спокойнее отнёсся к иномирным богам с молотами, чем… к этому.       Капитан Америка.       Удивительно.       Тони вновь качает головой и рассматривает Защитников, запоминая и впитывая каждый момент в свою разодранную душу, хоть и понимая, что в долгосрочной перспективе это ничего не даст. Не сработает. Но остановиться он не может: ему хочется этого — насладиться тем, как всё могло бы быть.       Потому что до конца существования их мира осталось пять часов и тридцать восемь минут. ***       Тору же просто нужно было помешать Думу переместиться во времени. Плёвое дело, он абсолютно точно справится. Так что даже призрачного шанса на то, что всё останется как есть, просто не было.       Тони лениво обвёл сидящих за столом людей взглядом, вроде бы и присутствуя в разговоре, но в то же время тратя внушительную часть своих сил на то, чтобы давить в себе любые эмоции. Он здесь и сейчас — улыбается искренне, высказывает всем своим видом заинтересованность происходящим, но сам всё время косится на часы.       Оставались считанные минуты, а он только сейчас понял, насколько же это мало.       Прагматичный ум не соизволил заранее подкинуть мысль о том, что жалеть он по большей части будет не о поэтической гибели мира или прекращении чьей-либо — к примеру, своей — жизни, а о том, что не познакомился с определёнными людьми лучше.       Потому что, видимо, он мог бы. Просто не в этой чёртовой жизни.       Сердце пропускает удар и болезненно сжимается, когда взгляд Тони в следующий раз устремляется к часам. Одна. До полуночи осталась только одна минута.       И Тони не настолько смелый. Он закрывает глаза. Кровь стучит в ушах и он перестаёт различать звуки вокруг себя.       Хотелось встретить конец не одному. Но когда он открывает глаза через пару минут, то вокруг всё ярко жёлтое. Оранжевый цвет буквально слепит глаза, сам он сидит на полу и…       И никого из людей из его мира рядом нет.