6 лет рядом с тобой

      Прошло ровно сто сорок пять после того, как Варя обрела бессмертие. Она уже не помнит, что чувствовала тогда, кто спас её от смертельной болезни. Проживает жизнь за жизнью, изредка возвращая себе своё имя, когда другие выдуманные начинают раздражать. Но в течении такой долгой жизни нужно менять не только паспорт, но и окружение. Для Ветровой в этом никогда не было проблем, она понимала свою сущность, не подпускала к себе почти никого, а лишь строила карьеру за карьерой. Чувства в ней никогда не просыпались, для такой сильной личности сложно найти даже ровню, поэтому почти все её обходили стороной. И она вечно возобновляла свою новую жизнь с восемнадцати до тридцати, а после автоавария забирала успешную предпринимательницу.       И всё шло по течению, единственное что расстраивало — нужно было начинать карьеру с нуля. Девушке казалось, что внутри неё уже давно все прогнило, оставляя одну красивую молодую оболочку в здравом разуме. Но почему, когда Влад в шутку касается её волос внутри что-то ритмично постукивает? Сколько же гусениц она съела за сто тридцать девять лет, что они, уже в роли красивых бабочек, на протяжении шести лет не дают ей покоя при её кажется единственном друге.       Влад… Его имя звучит грубо. Только вот, если со всей несерьёзностью заплести его длинные, по меркам его самого, и чёрные волосы, то перед глазами появится маленький ребёнок, смущающийся взрослой тёти рядом. Его почти невозможно застать в каких-нибудь строгих офисных костюмах, футболка и джинсы уже срослись с ним. Он всегда шутить, улыбка никогда не спадает, совсем не вкус брюнетки. Её привлекают высокие по должности люди, а не простые бариста в кафе. Ученые, экономисты совершенно непонимающие шуток и сарказма, а не смешная мородшка рядом. Её полноя копия, а не противоположность. Ведь так?       В день их встречи она носила имя Альбина. Они встретились в недавно открываешься кофейне, возле офиса шатенки, по этой причине она и зашла туда после работы часов в семь. Безделушка сверху начала живо бремчать, приводя и без того раздражанную девушку в абсолютное бешенство внутри.       — Двойной эспрессо, — она устало потирает лоб и переносицу, нервно поглядывая в экран телефона.       — Ваше имя? — он сверлит дырку своими щенячьими глаза в девушке на против, волосы небрежно свисают на глаза и вырываются вперед.       — Варвара, — выпалила правду по чистой случайности, заметив это только, когда кофе был готов и на нём было аккуратно выведенно одно слово.       Больше она туда не вернётся.       Только вот растрёпанный бариста имел на неё совершенно другие планы. Он проходил через уйму отказов, но никогда не наседал и не навязывался. И спустя год своих стараний добился фразы: «Хорошо, я стану твоей подругой», одна его мини победа, которой он будет рад до конца жизни. Влад всегда помогал шатенке, старался быть как можно ближе и провожал её до дома. Неудивительно, что сердце, которое с самого её рождения не чувствовало искренней любви, вдруг забилось чаще и расцвело.       — Варя, — его томные вздохи, пока он лежит на её коленях, звучат словно незамысловатая симфония, разливаются по телу приятным тёплом. Он состоят из гармонии и комфорта. Темные пряди так мягки на ощупь и приятны на запах, что хочется зарытся в них с головой, а не просто неумело перебирать их сквозь своих тонких пальцев.       — Да? — Варя тоже тяжело дышит. Их тела так близки друг другу, а его глаза видят всё насквозь, открывают для себя секрет за секретом. Рядом с ним шатенка ощущает себя как открытую книгу, становиться неприятно, но и легко.       — Я люблю тебя.       Вот она. Контрольная точка. Всё перестают существовать, все её собственные запреты на любовь распадаются под низким голос брюнета. Он тянется к ней. Девечьи губы девственно сминают чужие, такие желанные и холодные, они отдают лёгкими покалывания по всему телу. Она чувствует себя пойманной в капкан, когда оказывается на его коленях. Его язык, властный и требовательный, беспрепятственно проникает сквозь её уста. У Вари никогда раньше не было отношений, оттого она никогда не целовалась. Маленькие руки неопытно передвигаются по чужой спине, заставляя парня постанывать и переводить дыхание.       Внутри девушки всё вновь оживает, чтобы сгореть под его нежными прикосновения. Сердце бешено колотится из стороны в сторону, сшибая пару бабочек внутри. Становится слишком жарко и душно, что идея выйти на улицу сейчас, зимой, в одной домашней майке перестаёт казаться бредом. Она так долго желая быть с ним, быть его, что сейчас жадно хватается за каждый край его одежды, в надежде слиться с парнем. Умереть прямо здесь и сейчас, на его руках. Совсем забывает, что она бессмертная и своими действиями все больше затягивает петлю на своей шее, она всё равно не умрёт.       По новому паспорту ей уже двадцать девять, близится конец, но с Владом можно и задержаться на десяток другой. Влад непоколебим и спокоен, словно он всегда так близок к своей любви, а за последнее время и зависимости, что сейчас это не вызывает не каких эмоций. А ведь он только что признался ей в любви! Подписал договор вечных страданий для своей возлюбленной, и оставил на листе подпись ввиде своего поцелуя. Его руки удерживают Ветровк с каждой секундой всё сильнее, желая продлить действие как можно дольше.       Одежда на них скоро сгорит под жаром этих двух, оставляя два голых тела терятся друг об друга. Они не готовы заходить дальше поцелуй. Они ещё не переварили то, как трепетны их губы друг с другом, как откровенны языки, чтобы переходить к оголенной коже под своей рукой. Мурашки появляются под касанями, тело покрывает дрожь лишь об одной мысли о сексе. Ещё минута и они сойдут с ума. Это не настрашно, ведь сойдут с ума они вместе, от друг друга.       — Получается теперь..., — разрушает интимную тишину хриплый от возбуждения мужской голос. Он совершенно не уверен, что не станет нести абсолютный бред под действием чувств, но слова сами лезут наружу, выворачивая наизнанку. — Ты моя?       — Да. Полностью и целиком.       Она никогда не скажет ему правды, а пойдет искать способ стать смертной. Даже если тогда её конец настанет очень скоро. Неважно, важен только он. Его теплые большые руки на талии, бёдрах, его полный огня взгляд и такой родной запах. Она обязательно останется со своим Владом Рождественским до конца его дней, своих, без разницы.