Часть 1

— Гарри! — шепнула Гермиона на грани слышимости. Парень так увлёкся разговором с друзьями, что даже не обратил внимания на звук. — Гарри! — шикнула девушка уже увереннее, и Поттер повернул голову.       Непослушные волосы, казалось, забыли расчесать — они крутились и завивались не в пример сильнее обычного. Глаза испуганные, румянец малиновый, вид расхристанный. Видимо, что-то случилось, и у Гарри заболел живот. Что, что успело произойти? Он даже вздохнуть не успевает, как уже происходит какая-то чертовщина. — Что? — не став долго размышлять, спросил юноша и бросил быстрый взгляд на ребят: прислушиваются, но не особо, у них другая тема на повестке дня. — Пошли, — вместо ответа Грейнджер просто махнула рукой и вышла из спальни мальчиков.       Гарри поднял брови в немом удивлении, но противиться не решился. Он понял, что Рона снова нельзя звать — на счастье Гермионы, тот миловался со своей… Нет, Гарри не хотел вспоминать это создание, его и так было слишком много в их повседневной жизни. Ему нервов не хватит думать о ней ещё и в минуты передышки от новоявленной парочки. — Что такое, Гермиона? — повторил свою попытку парень, выйдя вслед за подругой в общую гостиную. — Не здесь же, — оскорблённо воспротивилась Грейнджер, а Поттер вздохнул. Почему у его друзей такая насыщенная жизнь, а он только и делает, что пытается выжить? Впрочем, вопрос риторический. — Действительно, а то вдруг подслушают, — криво улыбнувшись, пошутил Гарри, стараясь унять тревогу. В голове билась настырная мысль, что случилось что-то действительно плохое.       Гермиона побежала вниз по ступенькам, но вскоре запыхалась, поэтому Гарри без труда её нагнал. Теперь они спускались в одном темпе, но всё так же молча. За окном было тепло и солнечно, а на душе у мистера Поттера было не в пример гадко. Он жалел, что не взял с собой палочку впопыхах — вдруг пригодится? Вот же засада! — Ох, сгодится, — простонала Гермиона, буквально падая на скамейку во внутреннем дворе школы. — Ну наконец-то, — буркнул Поттер, готовый уже, кажется, к любой новости, лишь бы снять эту завесу тайны. — Гарри… — начала Грейнджер всё ту же песню, но потом тряхнула головой и уже уверенно выпалила на одном дыхании: — Гарри, кажется, я поцеловалась! — И тут же замолкла, словно произнесла запрещённое заклятие. — Эмм… — глубокомысленно промычал парень и почесал затылок. — И? — не найдя вопроса получше, выдал он, чем заслужил осуждающий взгляд тёмных глаз. — В смысле «и»?! — прошипела Гермиона. — Ну, в смысле, и как тебе? Или, ну, — стушевался юноша. Да что за девичьи разговоры, в которых он не силён?! Будто у него самого бурная личная жизнь, и Гарри сможет дать какой-то толковый совет. — Гермиона, а что я должен сказать? Рон постоянно целуется с… О-о-о! — Взгляд Поттера просветлел. Так, может, в этом и проблема?       Не то чтобы Гарри был моралистом и собирался читать другу нотации, но всё-таки целоваться сразу с двумя это как-то, ну, здорово, но не по отношению к Гермионе. Она всё-таки давно была их хорошей подругой, и поступать вот так это неправильно. Впрочем, он будет только рад, если Рон поменяет одну на другую. Или не особо рад? Каково это, когда лучшие друзья встречаются, пока вы дружите втроём? А ему, Гарри, куда деваться? Притвориться деревом, пока они милуются? — Да дались мне любовные дела Рона! — оскорблённо воскликнула Грейнджер и прочистила горло: громко вышло. — Мне кажется, я вообще уже ничего не понимаю, — тяжко вздохнул Поттер. — Если тебе всё равно, то зачем мы это сейчас обсуждаем? — Понять состав зелья у Снегга было и того проще, честное слово! — Да мы же другое обсуждаем, — стояла на своём Гермиона. — Это же… вообще… В общем, разные вещи! — Ага. Понял. — Для достоверности Гарри кивнул головой, хотя не понял вообще ничего. Но иногда это прокатывало. — Боже, Гарри! — девушка закатила глаза и покачала головой. — Ты меня не слушаешь. — Я понял, что вы поцеловались, — резонно заметил Поттер. — Я не понял, зачем мы это обсуждаем. Вы оба вольны делать, что хотите, и всякое такое. — Пожалуй, он не был силён во всяких сильных речах, особенно в романтических темах. — Да не с ним я целовалась! — взорвалась Гермиона, устав ждать, когда до друга дойдёт информация. — В смысле? — глупо спросил Гарри и уставился на неё как на результаты ЖАБА. — В прямом. Я целовалась не с Роном, — тише объяснила Грейнджер и огляделась по сторонам. Впрочем, никому не было дела до двух болтающих подростков — этого в Хогвартсе и так было полно. — Так, подожди. Тогда про кого ты? — Юноша был в растерянности. Он даже успел худо-бедно подготовить парочку предложений в виде поддержки. Мол, да не против я ваших отношений, только определитесь уже. А тут, получается, он зря готовился. — Я поцеловалась, — шепнула Гермиона, наклоняясь ближе, — с Виктором Крамом, — ещё тише добавила она и наконец сделала глубокий вдох, словно выплыла на поверхность. — Ты… Что? — Гарри поперхнулся своим удивлением. — С Крамом?! — ошалело переспросил он и, получив кивок, отпрянул. — Но как, когда? То есть, он же не, вы не… Я ничего не понимаю, Гермиона. Я думал, мы говорим о Роне, — честно признался Поттер и растрепал свои волосы. Он слишком плохо разбирался в девичьих делах, чтобы правильно реагировать, но такая новость даже его заинтересовала. — Мы встретились ненадолго, — смущённо начала рассказывать Грейнджер. Поправила волосы, которые было невозможно спасти, одёрнула воротник, приложила прохладные ладони к щекам в попытке убрать румянец. — Он был здесь, как бы сказать, мимоходом. Просто так сложилось, он предупредил меня в письме, что будет лететь через Англию и намекнул, что мог бы заскочить буквально ненадолго, раз ему по пути. Ну, и спросил, что я думаю по этому поводу, как бы, не хочу ли я встретиться. Всё-таки у нас не вышло нормально увидеться летом, вот он и предложил, а я, ну, конечно я согласилась. Было бы глупо отказываться, правильно? — Мозг Гарри едва поспевал за тараторящей Гермионой, но он вовремя подал импульс для понимающего кивка. На большее парня не хватило, он лишь пытался обрабатывать информацию. — Вот я и написала ему, что мы могли бы встретиться, перекинуться парой слов. Он прислал короткий ответ с датой, вот и всё. И сегодня мы, в общем-то, увиделись. — И поцеловались? — мудро добавил парень, заставив Грейнджер шикнуть. — Да я и так тихо говорю! — возмутился Гарри. — Это ты очень эмоционально рассказываешь. — Наверное, потому что я на эмоциях! — урезонила Гермиона. — Наверное, — проворчал Поттер, не желая ссориться. — Итак, мы увиделись, — повторилась девушка. — Мы просто поболтали, обнялись, ну, мы же давно не виделись, и я просто соскучилась по Виктору, — на этих словах румянец проявился даже на лбу, — и вот… Знаешь, в некоторых странах даже принято при встрече или прощании чмокать друг друга в щёчку, — неожиданно стала оправдываться Гермиона, прикрываясь очередными вычитанными фактами. — И вы чмокнули друг друга в щёчку? — скрывая веселье, спросил Гарри. — Не совсем, — промямлила Грейнджер. — Вообще-то, он, ну, дал мне возможность передумать и не торопил, и меня никто не заставлял… — Итак, вы поцеловались, — резюмировал юноша. — Это же круто! В смысле, поздравляю и всё такое, — не найдя лучших слов, сказал Поттер. Конечно, теперь ему приходилось завидовать сразу двоим друзьям, но и не порадоваться за подругу он не мог. — Спасибо, — автоматически ответила Гермиона. — Так вы теперь встречаетесь или типа того? — поняв, что должен что-то сказать, поинтересовался Гарри. — Нет… да… Я не знаю, Гарри, — наконец выдохнула Грейнджер. — Это не входило в мои планы, но ведь я позволила ему и ответила, получается. Но что это значит? — Наконец Гарри понял смятение девушки. Она просто-напросто смотрела на произошедшее как на очередную задачку по школьному предмету и искала верный ответ. — Слушай, Гермиона, ты же понимаешь, что я не советчик, — прямолинейно напомнил Гарри и, получив кивок, продолжил: — Но тут же всё очевидно! Ты ему нравишься. Он очень, ну, внимательный или как это сказать, ты же сама говоришь, что он тебя ни к чему не принуждал. Это здорово, так? — Ну, да, наверное, — с сомнением протянула Грейнджер. Румянец наконец начал сходить, но глаза слишком явно блестели для девочки-зазнайки. — Так в чём твоя проблема? — улыбнулся Поттер. — Он поцеловал, ты поцеловала: вы поцеловались. Значит, всё хорошо, а ты просто усложняешь. — Ох, Гарри! — тягостно вздохнула Гермиона. — Он же ничего не сказал по этому поводу. — А что он должен был сказать? — тупо спросил парень. Ему казалось, что говорить что-то в такой ситуации не надо — всё и так понятно. — Зря я, наверное, начала этот разговор… — пробормотала Грейнджер, пародируя Хагрида. — Слушай, я не разбираюсь в этом всём! Как ты могла заметить, я тут один ни с кем не целуюсь, — фыркнул Поттер, скрывая обиду. Впрочем, тон его всё равно звучал неприветливо. — Я тоже в любовных делах не особо опытная! Это Рон у нас теперь… Неважно. Просто девочки ждут, что им предложат встречаться или скажут пару красивых слов. — То есть, без слов вам непонятно, что произошло? — хмыкнул Гарри. Забавная получалась ситуация! На словах им всё понятно, а на деле — будьте добры, объясните. А сами говорят, что им поступки важны. Девочки — одним словом. — Это важно, — стояла на своём Грейнджер. — Он просто поцеловал, ну или мы поцеловались, потом попрощался и улетел. А мне что с этим делать? — Радоваться! — воскликнул Поттер. — Это же Виктор Крам, в конце концов. — В этом и дело, — простонала Гермиона и откинулась на спинку скамьи. — Он ведь популярный игрок в Квиддич, можно сказать взрослый человек, путешествует, занимается своими делами. Откуда мне знать, скольких он поцеловал? — наконец она озвучила свои страхи. Так вот в чём дело! Она думала, что не единственная удостоилась такой чести. — Я думаю, он не такой человек, — с запинкой возразил Гарри. Но, к сожалению, он не знал Крама так хорошо, чтобы быть уверенным в этом. Может ли он дать какие-то гарантии Гермионе?       Друзья на время замолчали. Девушка смотрела перед собой, позволяя мыслям бесконечно крутиться в голове и волновать сердце, а Гарри смотреть то на неё, то по сторонам, не зная, куда себя деть. Он бы попытался пережить это один, наверное. таким тяжело делиться с другими, да и он не знал, как это правильно сделать. Что ж, советчик из Поттера был так себе. — Просто спроси его прямо, — наконец созрел Гарри, заставив Гермиону резко повернуться. — Что? Я серьёзно. Это единственный шанс во всём разобраться. Какой смысл сидеть и думать, что бы это значило? — И что я ему напишу? — едко отозвалась Грейнджер. — «Виктор, привет, скажи пожалуйста, ты часто целуешь юных волшебниц? Мне это для исследования по нумерологии надо узнать, просто укажи, какая я по счёту», — съязвила девушка, а Гарри даже прыснул со смеху. Звучало презабавно. — Ты — что?! — вскрикнул взявшийся из ниоткуда Рон. Ох, как он вовремя… — Ничего, — рубанула Гермиона и наморщила нос. — Тебя я не приглашала. — О, это без надобности, — хмыкнул Уизли. — Вы тут очень громко обсуждаете какие-то поцелуи с Виктором Крамом. — Что, завидно? — ехидно спросила девушка и отвернулась от Рона, скрестив руки на груди.       Ну вот, только не снова. Гарри стал свидетелем одной из тысячи ссор друзей и теперь выглядел как ажурный торшер посреди поля — ни к селу, ни к городу. Может, встать и уйти, а они не заметят? Вряд ли: Гермиона глядела прямо на него и, очевидно, чего-то ждала, но Поттер едва ли мог чем-то ей помочь. Ситуация патовая, и он совершенно не хотел быть её участником. — Ну ты и наивная, Гермиона, — неожиданно заявил Рон, и теперь на него смотрели уже и Гарри, и Гермиона разом. — Таких, как ты, у него целое стадо. Он просто тебя добился и всё, это же Виктор Крам. Думаешь, ему бы действительно было интересно с тобой встречаться? — А чем она плоха? — спросил новый участник перепалки. Гарри в который раз перевёл взгляд и обомлел. Рядом с ними стоял хмурый Виктор Крам, который глядел на Рона исподлобья с явно не самыми добрыми мыслями. — И что я плохо делал? — немного сломав предложение, поскольку английский всё ещё давался ему с трудом, поинтересовался Виктор. — Вик, — пролепетала Гермиона, посмотрев на него как на Арагога. Казалось, девушка вот-вот свалится в обморок — румянец стремительно превращался в бледность. — Я подумал, я должен тебе объясниться, — честно сказал Крам, и лицо его разгладилось при взгляде на Грейнджер. Гарри никогда бы не подумал, что суровый ловец может так выглядеть. Теперь даже до него дошло, что Виктор что-то да чувствует к его подруге. — Я не… Вы не… — Рон отчаянно пытался сформировать свой ответ на выпад. Его переполняли чувства, но он, как это часто бывало, не мог их выразить. — Бон-Бон! — послышался окрик откуда-то со стороны, и Гарри начал медленно стекать вниз. Почему, ну почему он всегда оказывался в таких ситуациях?! — Я тебя уже потеряла, — просияла Лаванда и в секунду оказалась рядом со своим, так сказать, парнем, повисла на его руке и улыбнулась всем остальным. — Знаете, я его так люблю, что не могу без него ни секундочки! — призналась та и замерла, заметив Крама. — Ого, это же ты его фанат, да, Бон-Бон?       Теперь Гарри осознал, что на Виктора пялятся все, кто сейчас находился во дворе. То есть, получается, все они пялятся на них. Интересно, сейчас подходящий момент, чтобы сказать, что у него болит живот, и смыться подальше? Кажется, нет… Впрочем, Рон, так и не оформив свои претензии, пошёл вслед за Лавандой, не сумев противиться её настойчивости. Дышать стало легче. Но теперь Поттер находился прямо на пересечении двух взглядов — Крама и Грейнджер — и не знал, куда себя деть. Они, как назло, не спешили начать говорить. Да что за день! — Гермив… Гер-ми-она, — приложив усилия, чтобы сказать правильно, наконец вымолвил Виктор. Гарри усиленно делал вид, что ему очень нужно рассмотреть лежащие под ногой три камня, и он резко стал глухим. — Я должен объясниться, — снова сказал Крам. — Тебе вовсе не обязательно… — тихонько прощебетала Грейнджер. — Нет, я хочу! — горячо возразил Виктор, и Гарри прикрыл левую сторону лица рукой в надежде и правда оказаться глухим прямо вот сейчас. — Ты должна знать. Пока я не улетел, — настоял Крам, и Гермиона сдалась. Наверное, она кивнула — Поттер этого не видел, но Виктор сделал глубокий вдох и сказал: — Ты мне нравишься, Гермиона.       Алес капут. Теперь Гарри был свидетелем признания Виктора Крама по отношению к Гермионе Грейнджер, и это уже не исправить. Отныне Гарри Поттер был свидетелем этого происшествия и не мог отказаться от того, что он это услышал. Значит, Гермиона может в любой момент обратиться к нему по этому поводу, и у него не получится притвориться несведущим в этом вопросе. — М, м-м-м, — многозначительно промычала Грейнджер, и Гарри боялся предположить, какого цвета была сейчас её кожа. — Это то, что я хотел сказать. Чтобы ты знала. Поэтому теперь я могу лететь, — договорил Крам. Со стороны это выглядело так, словно парень только что признался в безответных чувствах. Потому что Гермиона просто-напросто молчала! — Я… я-я-я, — девушку заклинило. Она покашляла, подавилась и покашляла ещё сильнее. — Я напишу тебе ответ, — созрела она, и даже Гарри стало тяжело от этих слов. Звучало больше как вежливый отказ. — До свидания, Гермиона, Гарри, — чопорно попрощался Крам и резко развернулся, словно военный на параде. — Виктор! — окликнула его Грейнджер. Тихонько, но он услышал. остановился, повернул голову — ждал. — Я напишу прямо сейчас, — просипела девушка. — Я буду ждать, — ответил Крам, и Гарри готов был поклясться, что он улыбнулся. Гермиона неожиданно просияла и вихрем унеслась в замок, трижды споткнувшись.       Гарри остался один на скамейке и наконец поднял голову. Он ощущал себя ребёнком, который никак не мог осознать устройство взрослого мира. Что сейчас произошло? Что это значило? И что теперь изменится? Гарри не знал ответов, но почему-то чётко понимал: вот теперь Гермиона точно встречается с Виктором Крамом.