Скрытые за балдахином

Неловко сидя на кровати, молодые люди переглянулись. Всего-то пару минут назад они вдвоём, подобно вихрю, влетели в свою спальню и с довольным хихиканьем целовались. Эта свадьба точно останется у них в памяти до самой смерти, Шэнь И ничуть не сомневался в этом. Теперь же, официальное мероприятие было завершено, причёска невесты слегка растрепалась от танцев, а сам Цзипин был слегка пьян. Как бы не пытался его споить лучший друг, Шэнь И упорно не поддавался. Он хотел запомнить не только день в мельчайших подробностях, но и ночь. Их первую с его самой любимой женщиной ночь. Они были воспитаны одинаково, оба прекрасно знали, что сейчас должно произойти. Абсолютно взрослые люди и, казалось бы, в их возрасте многие уже имеют хотя бы одного ребёнка, но они...были смущены почти как подростки. Оба знают, что они первые друг у друга, знают, что в теории надо делать, и уже обсуждали, кому и где приятно. Но облажаться было так страшно, что, чтобы начать, даже Цзипину пришлось подкопить мужества и повспоминать всё, что ему говорил дорогой друг, стараясь сразу сортировать чужие рассказы на глупости и полезные вещи. Цинсюй всё же отреагировала первой. Слегка смяв ткань своего красного платья, что сегодня Цзипин расхвалил больше всех гостей вместе взятых, она вдруг подняла глаза на любимого и чуть поближе придвинулась, чтобы сократить это странное и неловкое расстояние. Девушка улыбнулась смущённо, заправив прядку волос за ухо,— Кто...первый в душ? Ты? Цзипин, что мысленно уже успел всеми возможными способами раздеть свою возлюбленную самостоятельно, складывая красивые вещи как можно более аккуратно на стул, тут же дал себе мысленную пощёчину. Извращенец! Точно от Цзыси понабрался! Покраснев густо, мужчина тут же резко поднялся и кивнул, сказав дрогнувшим невольно голосом,— Да!...да. Я пойду,— Под слегка удивлённый взгляд любимой, мужчина удалился в ванную. И только там он задумался. Ему нужно было взять сменную одежду? Или ему выйти в одном полотенце? В самом деле, мужчина и так пару раз случайно засиживался в одном только полотенце перед любимой после душа, когда, например, Цинсюй что-то активно рассказывала и прерывать ту, чтобы переодеться...нет, Цзипин даже не может представить ситуацию, в которой бы посмел прервать свою, теперь уже, жену. В ванной провозился мужчина не очень долго, пусть и намывал себя так, будто это была последняя возможность помыться за всю жизнь. Волосы мужчина оставил собранными заколкой, а затем вышел к любимой и сел на кровать, на каком-то подсознательном уровне сведя ноги и опустив голову. Цинсюй же заинтересованно оглядела чужое тело, на котором нашла несколько красных полос. Вздохнув, девушка наклонилась к любимому и оставила короткий поцелуй в уголке чужих губ,— Напомни купить тебе мочалку помягче,— Поднявшись с постели, Цинсюй отошла к шкафу. В отличие от супруга, девушка взяла с собой какие-то вещи, а затем тут же скрылась за дверью ванной. Цзипин ожидал любимую как на иголках. Мужчине просто разрывало голову от осознания того, что сейчас между ними не останется никаких секретов. Они увидят и прочувствуют всё. В юности мужчина был убеждён, что ему нет никакого дела до секса, ведь это мерзкая и извращённая штука, придуманная для удовлетворения слишком низменных потребностей. Он считал недопустим осквернение любимой женщины...собой. Руки ему вполне хватало. Но, став старше, мужчина с трудом подавлял свои чувства и желания. Особенно сложно это было делать наедине с Цинсюй, которая, кажется, хранила в своём сердце те же чувства и желания. Возможно, он просто оправдывал себя и своë животное извращение, но Шэнь И пришёл к выводу, что секс — это вовсе не извращение, а одно из проявлений любви и близости между двумя людьми. Поцелуи, объятья, общее удовольствие. От одних этих мыслей Цзипин сглотнул. Вскоре дверь ванной открылась и мужчина устремил взгляд туда, тут же раскрыв изумлённо рот. Его дама сердца сейчас стояла перед ним в очаровательном и просто идеальном для её фигуры белье. Красное, оно резко контрастировало с цветом её белой кожи, но почти полностью сливалось с розоватым оттенком её щёк. Все мысли тут же покинули и без того не сильно заполненную, как был уверен Цзипин, голову. Он так терял дар речи второй раз за сегодня. Первым разом стал выход Цинсюй в свадебном платье. Восхищённый Цзипин с трудом отскаблил челюсть с земли, закрывая рот обратно, но отошёл он всё же меньше чем за несколько секунд. Здесь же мужчина предательски замер почти на минуту. Цинсюй и без того волновалась. Ей раньше не приходилось представать в одном бельё и она даже невольно задумалась о том, хорошо ли она в нём смотрится? Может стоило оставить платье? Девушка совсем растерялась, поскорее отведя смущённый взгляд и чуть прикрыв руками тело. Тут-то Цзипин и понял, что что-то он делает не так. Встав, успел вовремя подхватить одной рукой чуть не упавшее полотенце, а затем улыбнулся, взяв одну руку любимой и потянув ту к себе на кровать. Цинсюй нисколько не противилась и села рядом с любимым, не решаясь поднять глаза. Она довольно сильно напряглась, всё ещё не понимая чужую реакцию на свой небольшой «подарок». Цзипин, заметив чужую растерянность, тут же прижался к уху любимой, шепнув,— Ты такая красивая...невероятно,— Поцеловав за ушком, мужчина положил ладонь на чужую щеку, замечая мурашки, что поползли по нежной коже. Ласково улыбнувшись, Цзипин прижался к чужим губам. Ему было приятно, что, имея, в принципе, общие и одинаковые знания, Цинсюй всё ещё ждала инициативы от него. Это безусловно тешило эго Шэнь И. Поцелуй был очень мягким и осторожным, их губы будто вновь изучали границы дозволенного, совсем забыв о том, что сегодня этих границ больше нет. Цзипин всё ещё боялся давить на супругу, но, к удивлению обоих, внезапно проник языком в рот. Они лишь единожды целовались так, и тогда им пришлось остановить друг друга, смущённо признаваясь в своих фантазиях. Шэнь И и забыл, что упомянул тогда про бельё и про красный цвет на возлюбленной. За поцелуем ощущение времени совсем потерялось, а головы обоих опустели, позволяя желанию полностью захватить разум. Даже скромная и всегда спокойная Цинсюй, вдруг потянула супруга на себя, падая на кровать. Лишь тогда этот медовый и умопомрачительный поцелуй разорвался, оставляя между губами тоненькую ниточку слюны. С улыбкой облизнувшись, Цзипин тут же припал к чужой шее, принимаясь активно ту расцеловывать, как хотел уже давно. Цинсюй же сразу задрала голову и шумно выдохнула, нащупывая заколку в чужих волосах и откладывая ту в сторону. Её любимый Шэнь И выглядел так необычно с распущенными волосами, что девушка даже попыталась скосить взгляд на чужое лицо. Цзипин же своими бесстыдными и влажными поцелуями добрался до чужой груди и теперь уже сам поднял глаза на любимую в немом вопросе. Он слишком неуверенный, но что он мог с собой поделать? Лучше он будет тормозить, чем сделает что-то плохо. Поняв чужой вопрос сразу, девушка поджала губы и отвела взгляд. Её муж будто пытался оставаться джентельменом даже сейчас, что было несколько забавно. Если он будет уточнять каждое действие, никто из них не расслабится. Выдохнув совсем тихонько, Цинсюй кивнула, шепнув,— Застёжка сзади. Если не получится, я помогу,— Девушка прекрасно знала, какая застёжка бюстгальтеров капризная, поэтому вполне думала о возможности неудачи здесь со стороны любимого. Сам же мужчина чуть прикрыл глаза, стараясь спрятать восхищённый блеск под ресницами. Шэнь И аккуратно стянул тонкие лямочки с чужих плеч, вновь взглянув на любимую, что слегка смущённо отвернулась. Мужчина решил расслабить возлюбленную, вновь коснувшись губами чужой кожи, которую принялся расцеловывать на плечах, пока руки забрались под спину Цинсюй, пытаясь не глядя справиться с застежкой. Уже через двадцать секунд Цзипин искренне их проклинал. Девушка не удержалась от улыбки. Подняв глаза на любимого, она чуть приподнялась и сама справилась с застежкой, тут же говоря, ложась обратно,— Я тоже их не люблю. Шэнь И покраснел, опустив глаза на чашечки, что ещё лежали на своём месте. Рука мужчины осторожно поддела одну из сторон бюстгальтера и отложила тот в сторону, сразу поднимая глаза, не успев увидеть ничего. Цинсюй, всё ещё чувствуя некую неловкость, подняла взгляд на любимого и коснулась ладонью его щеки. Её муж смущался так очаровательно, что девушка даже стала волноваться немного меньше. Цзипин, почувствовав мягкость чужих пальцев на щеке, опустил взгляд на любимую и лишь потом его взор сполз на чужую грудь. Розоватые бугорки сосков уже стояли и Шэнь И задержал на них заинтересованный взгляд. Ему, безусловно, доводилось уже видеть, как любимая переодевалась и как чужая обнажённая грудь очерчивалась тонкими тканями некоторых домашних фуболок, он даже смог к этому привыкнуть, вот только полностью обнажённой, ещё и специально для него, так близко, что можно было рассмотреть мелкие родинки-...мужчина просто в очередной раз был восхищён своей супругой. Вот только как действовать с таким нежным органом он не сильно понимал, пусть и знал, что любое неудачное движение принесёт неприятную боль. Слишком хорошо запомнил это со школы, когда у них была идиотская игра среди мальчишек: щипаться за соски и выкручивать их с садистским удовольствием. Наверное, Цзипин не взлюбил эту игру из-за слишком активного в ней участия Цзипина. Вздохнув, мужчина убрал свои волосы за уши и тут же склонился к чужой груди, оставляя ещё более нежные и осторожные поцелуи, спускаясь постепенно к самому интересному местечку, которое вскоре обхватил губами. Тут же послышался довольный выдох Цинсюй, которая обхватила плечи мужа. Возлюбленный был невероятно осторожным и нежным, девушка искренне была за это благодарна. С ним она могла спокойно расслабиться и полностью отдаться новым эмоциям. Вторая рука Цзипина легла на другой бугорок, совсем легонько поглаживая пальцами и едва ощутимо надавливая. Вздохи девушки заметно участились. Цинсюй даже не пыталась стонать, но вздыхала так томно, что мужчина поправил своё полотенце. Он ещё не закончил с чужой подготовкой. Отпрянув от чужой груди, мужчина облизнулся, но почти сразу оказался притянут Цинсюй, которая тут же возобновила когда-то законченный поцелуй с языком. Цзипин удивлённо распахнул глаза, слегка обсасывая чужой язык, но вскоре оторвался, спускаясь ниже. Остановившись уже у белья, Шэнь И вдруг потянулся к своему полотенцу. Он всё ещё не собирался внезапно входить, но решил, что любимой будет комфортнее, если она не будет полностью обнажена одна. Полотенце лёгким движением Цзипина оказалось рядом с заколкой и чужим бюстгалтером. Девушка всегда отличалась сообразительностью, так что, когда супруг обнажился полностью, Цинсюй сама начала стягивать последний предмет одежды. Взглянув на пах любимой, мужчина прикусил губу, а затем вздохнул и медленно развёл чужие ноги. Девушки моментально покраснела, но Цзипин протянул любимой руку и погладил её ладонь,— Всё в порядке, я хочу сделать кое-что. Цинсюй кивнула, пусть на деле и не знала, что её любимый затеял. Тот явно пока не собирался что-то в неё вставлять, что, безусловно, уже её радовало, ведь именно эта часть процесса слишком пугала, но тот заметно опустился к её паху. Девушка даже не поняла, что она почувствовала, пока не опустила голову и не заметила, что лица супруга не было видно между её ног. Охнув, Цинсюй попыталась не сводить ноги, но тут же покраснела и распласталась по кровати. Она совсем не ожидала, что любимый сделает что-то кроме известного ей стандарта. Прикусив губу, девушка с большим трудом сдерживала какие-то вздохи, пока Шэнь И увлечённо ласкал её своим языком, не решаясь поднять взгляд. Из-за отсутствия какой-либо заметной реакции, мужчина вообще не понимал, что его супруга сейчас чувствует и справляется ли он со своей задачей. Цзипин был сильно не уверен в том, что добавил бы достаточно смазки и смог бы достаточно подготовить возлюбленную, поэтому решил совместить приятное с полезным: попробовать себя в оральном сексе, чтобы тело любимой само не пожалело смазки. Пребывая в своих мыслях, мужчина вдруг услышал выдох, переходящий в тихий стон, после чего рука опустилась ему на макушку, зарывшись в волосы. Цинсюй была вся напряжена и совсем не понимала, что ей сейчас делать. Она уже искусала свои губы, но, стоило признать, все ненужные мысли покинули её разум благодаря стараниям любимого. Когда супруг уделил внимание особенно чувствительной зоне, чуть лучше раскрыв её для себя пальцами, Цинсюй невольно сжала пальцы в волосах,— Цзипин...— Её голос был чуть громче шёпота, но любимое имя утонуло в тихом полустоне. Голову мужчины тут же стиснуло мягкими бёдрами, и он слегка оторвался от чужого паха. Шэнь И был невероятно горд собой. Он только что сумел доставить любимой удовольствие и вызвать у неё желание простонать его имя, при том, что он никогда раньше ничего такого не делал. Облизнув губы, он вытер их большим пальцем, после чего кинул взгляд на супругу. Девушка свела бёдра, а сама смущённо накрыла лицо рукой, приходя в себя и дыша так глубоко, что её грудь вздымалась и опускалась, отчего Цзипин даже секундно завис, засмотревшись. Шэнь И давал супруге прийти в себя, а сам, всё же оторвав свой бесстыжий взгляд, взял смазку и презервативы. Мысленно он благодарил Гу Юня за эти две вещи и судьбу за то, что ему не пришлось покупать всё самому. Наклонившись к своей жене, Цзипин положил ладонь на её живот, будто поглаживал успокаивающе, а сам прошептал,— Всё хорошо? Я собираюсь продолжить. От голоса любимого у девушки окончательно пересохло в горле. Её милый и ласкоый Цзипин всегда был обладателем такого тембра с хрипотцой? Или её мозг окончательно перестал всё понимать? Оторвав руку от лица, девушка обняла любимого за шею. Хотелось чувствовать супруга ближе, чтобы они соприкасались влажной кожей, чтобы приятно было не только ей. Это стало почти навязчивой мыслью. Смотря в глаза любимого, что от такого прямого взора был слегка растерян, в голове Цинсюй крутилось только «разделить удовольствие». Глаза Цзипина упали на чужие губы и он чуть нахмурился, тут же поцеловав совсем коротко два обкусаных лепестка, на которых уже виднелись красноватые ранки. Жена совсем себя не щадила и Шэнь И не был слишком этому рад. Погладив чужую щеку, мужчина прошептал,— Цинсюй, если ты хочешь что-то искусать, то я перед тобой со всем своим лицом и телом, не надо издеваться над собой,— Вновь чмокнув губы, мужчина потянулся к смазке, нащупывая ту рукой, но затем, почувствовав себя куда уверенне, шепнул бесстыдно на ухо,— Но было бы замечательно, если бы моя любимая женщина не сдерживала себя и я мог знать, что ей нравится. Залившись краской, девушка облизнула свои губы и кивнула. Она знала, что в процессе они будут лицом к лицу и супруг просто не даст ей молчать. Отпустив шею любимого, Цинсюй вновь позволила развести свои ноги, но в отличие от прошлого раза, она уже смотрела за Цзипином. Чужие руки, что всегда возились с разными механическими штуками, в которых девушка ничего не понимала, были достаточно сильными и действительно красивыми. Этот стройный молодой человек, всегда отличавшийся спокойным нравом с ней, но взрывным характером и буйством эмоций с близким другом, умудрялся без одежды превращаться в плод самых бесстыдных и горячих фантазий девушки. Возлюбленный, будь у Цинсюй список нужных качеств для мужчины мечты, подошёл бы под каждый пункт. Столкнувшись взглядами, девушка похлопала глазами, поняв, что Шэнь И что-то ей говорит. Кивнув, Цинсюй неловко отвела взгляд переспросив,— А? Не ожидав, что девушка может на него засмотреться, Шэнь И похлопал глазами, а затем показал чуть блестящую от смазки кисть руки. Увидев приподнятые брови и самое прекрасное удивлённое личико, мужчина кашлянул, прочистив горло, и покачал головой,— Пальцы...только они,— Мужчина просто так увлечённо смотрел на смазку, которая почти была похожа на свою одноимённую сестру, которую Цзипин использовал в работе, что не заметил, как та пролилась сквозь пальцы даже ему на ногу. Рука, что выставил перед ней любимый, сильно удивила Цинсюй. Она как-то сразу в голове прикинула, что супруг говорит о всей ладони, отчего ужаснулась. Услышав же объяснение, девушка выдохнула, в ответ одарив партнёра кивком. Её любимый всё возился там внизу, что, безусловно приносило удовольствие, но девушка хотела наконец почувствовать их близость, поэтому решила получить свою маленькую долю за держание за руки. Сразу сжав чистой рукой ладонь любимой, мужчина медленно ввёл один палец. Руки Цзипина не отличались изяществом, но они имели длинные и тонкие пальцы, поэтому Цинсюй просто почувствовала себя странно. Ощущать что-то внутри было сейчас совсем не больно, но любимый и не двигался, целуя её живот и бёдра, что раньше для него были закрыты, чтобы девушка просто привыкала к тому, что внутри что-то есть. Когда же любимый начал двигаться, девушка чуть свела брови. В этом процессе не было ничего приятного, поэтому девушка поджала губы, решив просто перетерпеть. Вот только когда в неё вошёл уже второй палец, она не сдержалась и тихо направила супруга,— Цзипин, снаружи тоже. К счастью, Шэнь И сразу всё понял и кивнул, взглянув на свой большой палец. Спасибо минимальным знаниям анатомии, что мужчине не пришлось выискивать нужную чувствительную зону и его палец сразу лёг, куда нужно, ласково поглаживая круговыми движениями. Цинсюй развела ноги чуть сильнее, а Шэнь И коснулся губами под пупком и принялся подниматься выше. Ему тоже было слишком мало его любимой супруги. Подобравшись ближе к чужому лицу, мужчина коротко поцеловал ту рядом с ушком,— Всё хорошо?— Он готов был задавать этот вопрос каждые пару минут, лишь бы избавить себя от сомнений в своих действиях. От аккуратной причёски невесты не осталось и следа и девушка кивнула любимому, аккуратно вытащив шпильки из волос и позволив тем рассыпаться по постели. Говорить ничего не хотелось, поэтому Цинсюй лишь обняла любимого за шею, смотря в его глаза, а затем притянула к своей груди, обнимая крепче. Девушка вновь не ожидала, что Цзипин решит снова проявить интерес к груди, оказавшись на ней, поэтому, почувствовав жар, вздохнула, погладив по голове Шэнь И, что сейчас мягко и осторожно посасывал один из сосков, стараясь не задевать зубами. Прочесывая короткими ноготками кожу головы любимого, девушка томно вздыхала, уже даже не зная, сколько пальцев в ней находилось. Цинсюй давно потеряла счёт времени, а супруг, кажется, снова слишком увлёкся, поэтому девушка решила его направить. Легонько коснувшись губами чужой макушки, госпожа Чэнь шепнула,— Цзипин, я хочу чувствовать тебя ближе. Замерев, Шэнь И почувствовал, как от этой фразы тихим голоском у него абсолютно пересохло во рту и внизу живота потянуло сильнее. Никакие стриптизёрши, отправленные ему Гу Юнем, и собственные фантазии не заставляли мужчину так желать свою супругу, как одна эта фраза. Он тоже хотел чувствовать её ближе. Сглотнув, мужчина осторожно выпрямился и вновь кинул взгляд на смазку. Открыв тюбик, Цзипин вовремя вспомнил про контрацептив и вытащил пальцы из любимой очень медленно и осторожно. Ощутив пустоту, девушка опустила глаза на любимого и улыбнулась слабо. Тот был так сосредоточен и серьёзен, подготавливая уже себя, что остатки былого страха и неуверенности абсолютно сошли на нет. Она ждала этого мужчину почти десять лет, ждала, веря, что он обязательно придёт и они будут вместе как в самых любимых её романах. Забавно, наверное, думать о высоких чувствах и романтике сейчас, когда они обнажены и делают то, что во многих религиях считается грехом, но Цинсюй была слишком счастлива от осознания того, что сейчас проходит ночь после её свадьбы с самой долгой её любовью, с человеком, которому она доверяет, как самой себе. Прикрыв глаза, девушка вскоре распахнула их, чувствуя, что Шэнь И входит уже самостоятельно. Это был не язык, не пальцы, это был сам супруг. Чуть сведя брови, Цинсюй протянула руки к любимому. Приятного пока было мало, все-таки возлюбленный, пусть и избавил её от резкой боли, всё равно был заметно ощутимие пальцев. Войдя полностью, мужчина остановился и тихо выдохнул, сразу же расположив руки по обе стороны от чужой головы. Поцеловав меж тонких бровей, чтобы его красавица перестала хмурится, Шэнь И не спешил сразу двигаться, он лишь прижался грудью к чужой, чувствуя, как тонкие женские пальчики обхватили его плечи. Цинсюй улыбнулась и поцеловала любимого в уголок губ, давая молчаливое согласие на остальные действия. Цзипину повторять было и не нужно, прильнув к чужим губам, Шэнь И аккуратно раскрыл те языком, проникая внутрь, в это же время Цинсюй почувствовала медленные и осторожные толчки. Поцелуй из нежного и аккуратного довольно скоро превратился в жадный и торопливый: их языки сплетались, иногда они кусали друг друга за губы, иногда отрывались с самыми пошлыми чмоками, которые только слышали. Движения Цзипина тоже вскоре стали куда быстрее и жесче. Наблюдая за тем, как его любимая закатывает глаза от удовольствия и жмурится, тихо постанывая, молодой человек и сам постанывал на ушко, шепча всякие любовные глупости, которые обычно говорил любимой, когда напивался. Шёпот, учащённое дыхание, тихие стоны и вздохи. Всё настолько смешалось, что ни один из них не мог понять, кому именно тот или иной звук принадлежал. В какой-то момент Цинсюй вдруг убрала одну руку с плеча любимого и скользнула к своему паху. Любимый входил не под самым удачным углом, отчего девушка уже долгое время чувствовала, что «уже вот-вот», но ничего не случалось. По напряжению же любимого, она поняла, что тот тоже уже был очень близок к разрядке, поэтому решила помочь себе сама, чтобы не отвлекать возлюбленного. Вот только Цзипин и сам всё видел. Заметив, куда потянулась тонкая ручка, мужчина сменил точку опоры, держась лишь на одной руке, а затем уже накрыл мозолистыми пальцами чувствительный бугорок, вновь поглаживая, как делал до этого. Шэнь И ничуть не смутило желание супруги большей стимуляции, но, справедливости ради, если бы не Гу Юнь, который предупредил о том, что иногда подобные действия необходимы, он бы забеспокоился о своём умении удовлетворить супругу. Цзипин действительно был на пределе возможностей, как и Цинсюй, которая, кажется, за весь процесс всё же умудрилась получить как минимум один оргазм, отчего сейчас мелко подрагивала, чувствуя наступление следующего. Шэнь И излился совсем скоро, отчего тут же завалился набок, когда предательскую руку свело судорогой после оргазма. Вторая же рука, что была в зоне паха, оторвалась от него, лишь когда послышалось тихое поскуливание любимой, свидетельствовавшее, что та вновь получила удовольствие. Распластавшись на кровати, Шэнь И вытер пот со лба и довольно улыбнулся, прикрыв глаза. Мысленно он пытался найти адекватную причину своей глупой улыбки, но в итоге решил, что это просто из-за того, что его любимая, прекрасная, очаровательная и просто самая лучшая женщина стала его женой и не побоялась довериться. И он не побоялся довериться в ответ. * * * Почувствовав мягкий поцелуй на лбу, мужчина с трудом разлепил глаза. Цинсюй уже была одета в домашнюю одежду, а её волосы были замотаны в полотенце. От девушки приятно пахло персиком и ванилью, отчего Цзипин поджал губы. Лишь через секунду он понял, что дама его сердца уже успела убрать с кровати все вещи и даже сходить в душ, а он...заснул. Просто вырубился, как только его голова коснулась мягкой поверхности кровати, и даже не сумел сделать хоть что-то. Тихо посмеявшись с забавной растеренности любимого, девушка погладила того по голове,— Цзипин, я тебе в ванной оставила одежду, можешь принять душ. Я пока постельное сменю,— Поцеловав ещё раз, девушка слабо улыбнулась. Цзипин с таким же трудом, с каким открыл веки, медленно поднялся с кровати и едва заметно нахмурился, размышляя, стоит ли ему что-то надеть, идя до ванной, или он уже должен абсолютно забыть о таком чувстве как смущение? Но ответить на вопрос самому ему не дали – жена кинула старое полотенце, в котором он ранее вышел из душа, а затем молча отвернулась к шкафу, выбирая постельное. Когда Цинсюй развернулась, муж уже был в душевой, поэтому она спокойно сменила постельное и выкинула латексные и бумажные остатки их первой ночи. Заметив же, что муж забыл про тапочки у кровати, девушка любезно поставила те у двери в ванную. В этот раз мужчина провозился куда дольше, решив помыть голову и обдумывая весь день под струями горячей воды. Выйдя же, промакивая волосы полотенцем, Цзипин улыбнулся любимой, которая только досушила свои волосы. Просить было ни о чем не надо, Цинсюй сама кивнула на стул, на котором только что сидела, а когда Цзипин сел, начала просушивать феном его волосы, говоря,— Твой отец решил передать мне особенный подарок,— Девушка чуть повысила голос, чтобы любимый слышал её через шум фена. Шэнь И же вскинул бровь в ответ,— О...и что же это такое?— Скосив взгляд на любимую, мужчина фыркнул,— Надеюсь, там не записка в духе: «беги от Цзипина, пока успеваешь»? Посмеявшись, Цинсюй покачала головой,— Нет, там кольца,— Улыбнувшись, девушка выключила фен и расчесала ещё влажные волосы любимого,— Твой отец отдал нам помолвочные кольца родителей твоей мамы. Сказал, что она хотела передать их тебе и твоей жене, но ты не сказал, что у тебя кто-то есть, поэтому он передал их только сейчас. Похлопав глазами, Шэнь И поджал губы. Отца он с самой юности не любил, вечно с ним ссорясь и ругаясь от любого пустяка, но мама...она всегда была ласковой и понимающей женщиной, кажется, они с Цинсюй точно бы нашли общий язык. По характеру они были весьма похожи. Пусть Цинсюй и назвала это подарком отца, Цзипин не мог воспринять это так. Это был подарок его покойной матери на самый важный день в его жизни. Даже сейчас она была рядом с ним, провожая в собственное плаванье, давая своё добро на создание собственной семьи. Заметив почти печальное выражение на чужом лице, Цинсюй тут же обошла любимого и крепко того обняла, целуя в макушку. Она не могла залезть в чужую голову, да и не считала это нужным, поэтому молча показывала, что супруг не один и может с ней поделиться чем угодно. Уткнувшись носом в живот любимой, мужчина вздохнул, а затем поднял на ту глаза, улыбнувшись,— Кажется, моя мама решила познакомиться с тобой через отца. Уверен, ты ей понравилась.