Часть 3. Мяу.

Оказавшись в своей квартире, Фернандес облегчено выдохнул, позволяя себе расслабиться. В родных стенах, безумная и азартная улыбка вылезла наружу более не сдерживаясь на серьезном лице. Пройдя следом в свою комнату, Джерар с неким ликованием собственной победы, принялся листать галерею сохраненных фотографий Скарлет. Чем больше образов он открывал, тем сложнее ему было выбрать. От готической красотки с черными ремнями и портупеей до пушистых образов зверей. Листая каждую из картинок, Джерар продумывал разные сценарии и от этого заводился еще сильнее. Наконец, когда ему удалось определиться с выбором, он отправил нужную фотографию Скарлет, указав координаты и время их будующей встречи.

***

Эрза закипала как чайник. Подростковый максимализм все еще доминировал в ней, выливаясь скверным характером. Никогда и никому, будь то мама или старший брат, не удавалось так сильно контролировать девушку, как это смог сделать Джерар Фернандес. Он не только вынудил ее подчиниться ему, он сделал так, что она сама, пытаясь избежать последствий была готова на совершение поставленных им приказов. Взяв руки телефон, Эрза пролистывала сделанные ею фотографии. Это было ее небольшим, но любимым хобби, в котором она видела невероятную эстетику и искусство. С одной стороны, в душе она была рада тому, что кто-то разделил ее взгляды на красоту, но последствия этого взгляда были разные. «9 PM.» — далее к сообщению были прикреплены координаты места и одна из ее фотографий. Эрза улыбнулась, но тут же отогнала эту радость, вспомнив, что во всей этой ситуации — она жертва.

***

Дождь наконец закончился, но воздух оставался влажным. Темное время суток смешивалось с туманом, что даже горящие фонарные столбы выглядели как тусклые светлячки. В такой темноте, Эрза едва сумела найти нужное ей место, но оказавшись там, она усомнилась в правильности геолокации. Заброшенный склад. Ни в одном из многочисленных окон не горел свет. Было тихо не только внутри, но и снаружи. Эрза была бы не против ошибиться, но припаркованный рядом черный Форд — говорил, что Фернандес уже здесь. Свет фар осветил ее и все вокруг. — Ты выглядишь не так, как мы договаривались. — Фернандес вышел из машины. Яркий свет ослепил Эрзу, но глаза быстро привыкли и девушка убрала от лица руку. — Раздевайся. — Голос парня был холоден, словно ветер. Свет от машины не угасал. — Может ты выключишь свет? — Джерар хорошо видел смятение Эрзы. Все ее переживания и страхи витали над головой словно облако. — Нет. — Эрза боялась пошевелиться. Этот страх неизвестности сковывал движения, словно все ее суставы проросли коррозией. — Раздевайся. — Еще более холодным и командным голосом произносит Фернандес. Эрза не видит другого выхода и трясущимися влажными руками тянется к пуговице на джинсах, расстегивая ее. Стянув их с ног, Эрза едва дает Фернандесу возможность заметить на себе кожаные шортики. Длинная толстовка все еще скрывала главное, но Скарлет пришлось попрощаться и с ней. Эрза стянула с ног кеды, оставаясь полностью босой, на стройных ногах были лишь, доводящие Фернандеса до одури, короткие шорты. Поднимаясь взглядом выше, уголки губ мужчины потянулись вверх испытывая глубочайшее удовольствие лицезреть черный кружевной лиф и линии кожаной портупеи на животе и шее. Эрза пыталась прикрыться руками, спрятать выделяющиеся соски, отвести взгляд, но Фернандес одним своим взглядом пресек попытку Скарлет прикрыться. — Чего-то явно не хватает. — Потупив взгляд в сторону Эрза подняла с земли лежащие джинсы и достала из кармана ободок с кошачьими ушками. — Отлично, пойдем. — Фернандес встал боком, пропуская девушку вперед. — Нас не поймают? — Эрза ступила босыми ногами на каменную лестницу, лицо моментально скривилось от холода и тогда Фернандес поднял Скарлет на руки. Ее грудь вздымалась в неровном и рваном ритме. Сердцебиение участилось настолько, что Скарлет ощущала его такт в своем горле. Пока Джерар проходил по неосвещенному коридору, девушка чувствовала шаг каждой секунды у себя в голове, словно часовая стрелка его часов была встроена в черепную коробку. — Этот склад принадлежит моим родителям, так что ты можешь не бояться быть обнаружеными. Эрза не помнила сколько раз Фернандес повернул за угол, но очень скоро они оказались в небольшой комнате, где едва исходил свет от горящей на потолке лампочки. Джерар отпустил Эрзу и она сделала шаг вперед, проходя вглубь комнаты, из которой для нее не было возможности выбраться или сбежать. В центре стоял небольшой кожаный диван — единственна вещь, что выглядела свежей во всем этом царстве старины. В углу стоял старый телевизор — предок узких плазменных экранов. За его толстым стеклом горела тусклая картинка, а сзади торчали две металлические антенны. — Зачем мы здесь? — Теперь это наше место. — Что Джерар подразумевал под этими словами, Эрзе было неведомо, но несмотря на непонимание, она не спешила набрасываться на Фернандеса с вопросами. Сердце бешено колотилось словно являло собой трепыхающегося в клетке воробья. Джерар подошел со спины, руками направляя Эрзу повернуться к себе. В тусклом свете одинокой лампочки, он едва мог различить ее веснушки. Его рука вскользь касается лба девушки, спускаясь к подбородку, а после наклоняет голову в бок. — Я тебя ужасно хочу. — На этих словах Эрза замирает. Мурашки поползли по коже, заставляя все тело обдать морозом. — А ты хочешь меня? — Голос Джерара вкрадчивый и бархатный. Он мог быть требовательным, мог быть просящим. Теплым и холодным как ветер. — Я не понимаю. — Эрза трясет головой. — Если ты хочешь переспать со мной, то к чему все эти вводные. — Девушка толкает наклонившегося Фернандеса, но этой силы было недостаточно даже сдвинуть его на шаг. — Я же говорил тебе, я не насильник. — Фернандес хватает Эрзу за шею, поднимая вверх. Девушка встает на носочки и на этих носочках ведомая его рукой подходит ближе к нему. — Ты будешь меня умолять. — Не буду. — Эрза сдавленно говорит. Виной тому рука Фернандеса, что все еще держала ее за шею. — В этих стенах, мне нужна от тебя только покорность. Делай все, что я тебе говорю. — Фернандес отпускает Скарлет на землю, проходя к кожаному дивану. — Иди ко мне. — Джерар садится, затем подзывает к себе девушку. — Эрза делает несколько шагов и оказывается рядом. — Сядь на колени. — Залившаяся румянцем Скарлет неуклюже расположилась на ногах Фернандеса, случайно задев рукой его член. Джерар не шутил, когда говорил о своем вожделении ее. Она и сама это поняла, когда каснулась твердого и набухшего члена, что ощущался даже через плотную ткань джинс. — Что ты… — Эрза не успевает договорить как рука Фернандеса закрывает ей рот, превращая остатки слов в невнятное мычание. — Кошки умеют лишь мяукать. — Фернандес отпускает руку. — Я не пони… — Хлыст рассек комнату оставляя на щеке девушки алый отпечаток его ладони. — Кошки. Мяукают. — Нарочито с остановками проговаривает Фернандес. — Это уже не сме… — Снова пощщечина с той же стороны алеющая щека вновь обдается пламенем. — Не смешно… мяу. — Джерар занес ладонь для следующего удара, но вовремя сказанное Эрзой «мяу» заставило руку повиснуть в воздухе, а после каснуться ее макушки мягко поглаживая. — Так лучше. — Фернандес довольно улыбается, продолжая поглаживать девушку по всему телу. — Для чего это все? — Эрза вновь забывается, но Джерар быстро находит способ вернуть ее в игру. Быстро выуживая ремень из своих джинс, парень ударяет Скарлет по открытым бедрам. — Для чего это все мяу? — Быстрым темпом проговаривает девушка, пока новая порция наказания не обрушивается на нее. — Я хочу сделать тебя покладистой. Через боль и наказание, но ты будешь играть в мои игры. — Джерар скидывает Эрзу на диван, резко заняв положении сзади нее. Кожаный диван не дает телу скользить, замыкая движения девушки. Звук пряжки ремня разбивается в голове, словно шум грома и Эрза холодеет в ожидании нового удара. Крик вырывается, когда хлысткий удар отпечатывается на ноге яркой красной полосой. Эрза чувствует как рука Фернандеса пробирается к пуговице на ее шортах, тугой звук растягивания молнии отдается в ушах и вскоре шорты оказываются лежать рядом с ее головой, оставляя девушку в черных стрингах. — Я нанесу еще три удара. Их будет достаточно для наказания, после каждого из них ты должна делать то, что я от тебя хочу. — Но я не знаю, что ты хочешь от ме…. — первый удар прорезает бледную кожу и Эрза истошно кричит. В глазах скапливаются слезы, а из угла рта полетает капля слюны, падая на кожаную обивку дивана. Второй удар и до Эрзы доходит, что Фернандес не шутит. Ее крик разлетается в комнате вместе со всеми мыслями, выгоняемыми из головы болью. Третий удар и девушка, хочет от него увернуться, но сильные руки хватают за талию возвращая на прежнее место. — Мяу. — Из последних сил Скарлет произносит этот звук и за ним сразу следует нежное поглаживание по раненым местам. Словно бальзам его прикосновения смягчают жгучую боль и Эрза сама не замечает, как ощущает спокойствие и тепло. Дыхание выравнивается. — На сегодня хватит. — Джерар садится рядом. Продолжая касаться ладонью ее лица. Нежный голос, легкие прикосновения. Эрза ложится рядом, положив свою голову на его бедро. — Мяу. — Ее голос преображается. Девушка цепляет головой руку Фернандеса, выпрашивая у него еще ласки. — Умница. — Фернандес целует Скарлет в щеку, а рука его смещается с лица к животу и проскальзывает вниз. Фернандес пальцем ощущает желанную влагу и убеждается в своем предположении. Скарлет и сама не знала этой своей черты, пока Джерар не показал ей ее. Неужели это она настоящая? Подхватив девушку на руки, Джерар понес ее к выходу. Оказавшись на сиденье автомобиля Джерар дал Эрзе возможность одеться и медленно повез в сторону дома. — Скажи своей маме, что мы встречаемся. Я буду забирать тебя в 9 три раза в неделю, пусть не волнуется. — Да. — Да? — Переспрашивает Ферандес. — Да, мяу.

***

Оказавшись в своей комнате, Эрза запирает дверь, скатываясь по ней вниз. Руки осторожно тянутся трусикам, исследуя. Раздвинув указательным пальцем губы, Эрза обнаруживает большое количество слизкой влаги. Она пугается собственного желания, произошедшее взбудоражило ее, заставило желать, хотеть. Рука накрывает лобок, пытаясь погасить зародившееся желание внизу. Раненые места все еще саднились, Эрза не понимала его. Не понимала себя. Единственное, в чем она была уверена, происходящее засасывает ее в трясину, из которой она не выберется никогда.