Совет. Братство кольца.

Уснуть я так и не смогла. Проворочавшись в постели около часа, я решила выйти в сад; возможно, свежий воздух поможет мне расслабиться. Из шкафа я достала белое платье с глубоким вырезом и вышла из комнаты. Повторив дневной маршрут, я оказалась около статуи отца. Луна выглянула из-за тучи, освещая её. На секунду мне показалось, что он слегка улыбнулся мне. — Как бы я хотела увидеть тебя ещё раз, хотя бы на миг, — грусть и печаль начали одолевать меня. — Опять мы с вами встретились, — снова этот мягкий голос. — Прошу, не называй меня на «вы», чувствую себя старой, — я повернулась к собеседнику. Принц тихо ступал по траве, сокращая расстояние. Он поравнялся со мной и посмотрел на статую. — Кто это? Он с любопытством посмотрел на меня. — Это мой отец, — я перевела взгляд на принца и заметила, как он рассматривает черты лица Гиль-Галада. — Он мне кого-то напоминает, — принц перевёл взгляд на меня. Я лишь слегка улыбнулась и прошла к резной скамейке, приглашая принца присесть рядом. Он сел. Повисла минутная тишина. — Я хотела сказать спасибо, — начала я. Эльф перевёл взгляд на меня. — Спасибо за то, что ты не дал мне упасть с коня, когда мы прибыли в Ривендел. — Я не мог дать тебе упасть, — на лице Леголаса появилась улыбка. — Я Леголас. — Эллериан, — ответила я и посмотрела на небо, усыпанное звёздами. — Почему ты не спишь? Неожиданно для себя спросила я и посмотрела на собеседника. — Сон никак не идёт, — ответил он. — А ты? — Мне тоже, — я встала со скамьи и подошла к статуе. — Я люблю тебя, отец. — Это квенья? — удивился Леголас и подошёл к статуе, поравнявшись со мной. — Да. Отец сам учил меня ему, — я расплела улыбку, вспоминая наши уроки. — Прогуляемся? — предложила я. Леголас кивнул, и мы неспешно пошли обратно. По пути Леголас рассказал мне о себе. Его рассказ был очень интересным; я слушала и не смела проронить ни слова, дабы не перебивать принца Лихолесья. Мы вышли на главную площадь, медленно шагая к лестнице, ведущей в замок. — А ты откуда? — спросил он, поднимаясь по ступеням вверх. Теперь принц слушал меня и не смел прерывать. А когда я рассказала ему про море, то лицо принца вмиг изменилось: в его глазах я прочла неподдельное удивление и непонимание. — Почему тогда ты не уплыла в Валинор? — принц слегка нахмурился. — Я не чувствую тоски. Много лет мною двигала лишь месть. Я пыталась заглушить боль от потери отца, много лет провела в странствиях, уничтожая прислужников зла, — я нахмурилась и остановилась около перил, глядя на небо. Из-за горизонта появлялись первые лучи солнца, окрашивая небо в розово-лавандовый цвет. — Уже рассвет. Скоро совет. Надо попробовать немного отдохнуть. Я перевела взгляд на Леголаса. Тот коротко кивнул, и мы пошли дальше. Мой собеседник проводил меня до покоев и удалился. Я зашла к себе, прилегла на кровать и сразу же заснула. Проснулась я как раз во время. Я быстро достала походный костюм и зашла за белую, расшитую золотыми нитями ширму. Спустя мгновение я вышла уже переодетая. Волосы я забрала в косу. В дверь постучали, внутрь вошла служанка. — Миледи, Владыка Элронд созывает совет, — она склонила голову. — Спасибо, я сейчас буду, — я слегка улыбнулась, надевая высокие чёрные сапоги до колен. Она кивнула и вышла. Я вышла следом и направилась в правое крыло замка, где Элронд собирал совет. Я спустилась вниз, но меня вдруг окликнул знакомый голос. Я развернулась и не поверила глазам: ко мне направлялся странник. — Арагорн! — я обняла старого друга, прижимаясь щекой к щетинистой щеке друга. В нос ударил запах табака. — Я так по тебе скучала! Мы отстранились друг от друга. — Где ты пропадала? Я думал, ты живёшь здесь, — мы пошли по узкой каменной дорожке к высоким дверям. — Я только недавно вернулась из последнего странствия. Посещала Лориен, — ответила я. Друг лишь покачал головой и улыбнулся. Мы подошли к дверям. Один из стражей открыл её, пропуская нас внутрь. Я лицезрела небольшую каменную площадь, которую окружала зелёная поляна с растущими на ней кустами. Меня привлекла каменная площадь с небольшим каменным столом посередине. Напротив него находился стул Элронда, по обе стороны от места владыки — места для советников лорда. На другой стороне полукругом были расставлены стулья для всех членов совета. На своих местах уже были многие: человек из Гондора, рядом с ним сидела светловолосая дева, судя по всему, из Рохана. Следом восседала эльфийка из Лориена, а рядом — Леголас и его свита. Чуть поодаль свои места заняли гномы, недовольно бурча и что-то бурно обсуждая. Меня очень удивило то, что одним из гномов была женщина! Её лицо покрывала густая растительность, но длинной бороды, как у мужчин-гномов, не было. После гномов своё место занял мой давний друг Гэндальф, а рядом — полурослик. Он боязливо осматривал всех. Мы с Арагорном прошли на свои места и стали ждать владыку. Маг, завидев меня, улыбнулся и слегка склонил голову. Я ответила ему тем же. К своему месту прошёл Элронд и его сыновья. Совет начался. — Чужестранцы из дальних краёв, старые друзья, рад приветствовать вас всех здесь. Жаль, что повод, по которому мы собрались, совсем не радостный. Вас созвали сюда, чтобы ответить на угрозу Мордора; никому этого не избежать, мы либо объединимся, либо падём. Каждый народ имеет свою участь, но это — общий рок! — Элронд был более чем серьёзен. — Покажи им кольцо, Фродо. Хоббит неуверенно встал с места, и как только кольцо коснулось стола, все присутствующие раскрыли рты от удивления. Все думали, что кольцо утеряно, но нет — вот оно перед нами. — Я видел сон, — с места встал гондорец. Его взгляд был устремлён на кольцо. Он начал медленно подходить к нему. — Я видел, как тьма затянула небо на востоке, но на западе сиял слабый свет, и голос возвестил: «Твой час близится, проклятие Исильдура нашлось». — После этих слов рыжеволосый воин хотел взять кольцо в руки, но ему помешал Элронд: — Боромир! Вдруг дневной свет померк, и над нами нависла тьма. В следующее мгновение разразился голос тёмного властелина. Внутри всё похолодело. В сознании всплыли картины из прошлого: сражения за Ост-ин-Эдиль, смерть Келебримбора, война за Линдон, война союза эльфов и людей, смерть отца. Со своего места встал Гэндальф и начал говорить что-то на тёмном наречии, противостоя голосу Саурона. Все эльфы закрыли глаза, опустив головы, люди с испугом озирались по сторонам, а гномы схватились за оружие. Все стихло. Тьма отступила, уступая место свету. — Никогда ещё здесь, в Имладрисе, не звучали слова этого наречия! — Элронд посмотрел на мага. — Я не прошу у вас прощения, владыка Элронд! Ибо чёрное наречие Мордора вскоре зазвучит по всему западу! В кольце заключено великое зло! — Истар сел на место. — Это дар врага Мордора! — Боромир встал с места. — Почему не использовать его? Мой отец долго сдерживал натиск врага, зато уцелели ваши земли! Отдайте оружие врага нам, позвольте использовать против Него! — На лице гондорца читалась уверенность и нотки отчаянной злобы. — Ты думаешь, что пострадали только твои земли? — я встала с места. — А как же земли Эрегиона, Линдона, Рохана? Они пострадали не меньше твоего! — Твоего мнения никто не спрашивал! — Боромир повернулся ко мне. — Сядь на место и молчи! Меня переполнила ярость. — Не смей затыкать мне рот, гондорец! — А то что? — усмехнулся он. — Побежишь к своему королю и пожалуешься? — Позади Боромира послышались сдавленные смешки его свиты. — Как ты смеешь так с ней разговаривать? — За меня вступились Арагорн и сыновья Элронда. — Боромир! — сказал сын Араторна. — Извинись перед Эллериан! — Да кто она такая, чтобы я, сын наместника, извинялся? — Боромир ударил себя в грудь и начал движение в мою сторону. В его глазах горел огонёк ярости. — Я дочь Гиль-Галада — последнего короля Линдона, принцесса тех земель и хранитель одного из трёх эльфийских колец власти, — в моем голосе звучала гордость. На лицах присутствующих можно было прочесть удивление и некий испуг. Без эмоций остались лишь Элронд, Гэндальф и Арагорн. Боромир, сглотнув, перевёл взгляд на меня и слегка склонил голову, смущаясь. Я села на место и с благодарностью посмотрела на друзей. — Эллериан права, — начал Митрандир. — Кроме Гондора пострадало немало других земель. — А что касается кольца, — начал наследник Исильдура, — оно неподвластно никому из нас! Только Саурон может подчинить кольцо! Только он властелин! — Откуда следопыту знать про это? — усмехнулся гондорец и недовольно взглянул на него. — Он не просто следопыт! — Леголас вскочил со своего места. — Он Арагорн, сын Араторна, ты должен подчиняться. Боромир изумлённо посмотрел на Арагорна. — Ты наследник Исильдура! — И наследник трона Гондора! — выпалил принц. Арагорн по-эльфийски сказал Леголасу сесть. А Боромир выпалил фразу, что Гондору не нужен король, сел и начал взглядом испепелять Арагорна. — Арагорн прав, нам оно неподвластно, — маг покачал головой и опустил взгляд. — У нас выбора нет! Кольцо должно быть уничтожено, — Элронд сел на место и посмотрел на каждого из нас. — Так чего же мы ждём? — с места с секирой в руках вскакнул тот самый гном, что бурчал больше всех. Он замахнулся и ударил по кольцу, но неведомая сила оттолкнула его; при этом его секира разлетелась на части, а на кольце — ни царапинки! Я усмехнулась и покачала головой. «Глупый гном», — проскочило у меня в голове. — Его нельзя уничтожить, Гимли, сын Глойна, ни одним привычным нам способом. Его можно уничтожить только там, где создали — в огненной расщелине Роковой горы! — произнёс Владыка. — Нельзя так просто пройти в Мордор. Его чёрные врата стерегут не только орки; там на чеку всегда неспящее зло, и Великое Око видит всё! Даже воздух пропитан там ядом. Будь у вас хоть десять тысяч воинов, вы не справитесь, это глупо! — заявил гондорец. На этот раз не выдержал Леголас, он резко вскочил с места: — Ты не слышал Элронда? Если Кольцо не уничтожить, то рано или поздно оно уничтожит нас! — А если вас постигнет неудача? Что будет, если Саурон получит то, что ищет? — Боромир тоже вскочил и с новыми силами убеждал Совет, что затея глупа. Тут все повскакивали со своих мест; сидели только я, Элронд, маг и Фродо с Арагоном. Но Гэндальф, видимо, решил вразумить гондорца и тоже вступил в спор. Я устало потерла переносицу и среди всех криков услышала голос: — Я отнесу его! Я отнесу! — Фродо стоял перед толпой народа, на лице хоббита была решительность. — Я отнесу кольцо! Только я не знаю дороги, — брови сдвинула тень неуверенности и нерешительности. — Я помогу нести тебе это бремя, Фродо Беггинс, столько, сколько потребуется нести, — маг встал рядом с хоббитом. — Если моя жизнь понадобится, чтобы защитить тебя, — к Хранителю подошёл Арагорн, — я отдам её! Мой меч с тобой! — Следопыт встал рядом с магом. — И мой лук тоже! — заявил лихолеский принц и занял место рядом с остальными. — И моя секира, — гном встал рядом с принцем; они явно были не рады компании друг друга. — Фродо, — с места встала эльфийка из Лориена, — я буду защищать тебя до последнего вздоха, пока ты не выполнишь свою миссию! — Она присоединилась к парням. — И я, — с места встала дева из Рохана и присоединилась к тем, кто уже стоял около хоббита. — Меня поражает твоя храбрость! — я встала с места. — За всю свою жизнь я не встречала никого храбрее! Я пойду с тобой и сделаю всё, что в моих силах! — Я встала рядом с Арагорном. — Не думала, что скажу это, — к нам вышла гномиха, — но я согласна с этой остроухой! Я с вами! — Она присоединилась к нам. — Если такова воля Совета, ради Гондора я исполню её, — к нам присоединился Боромир. — Эй! — раздался голос. — Мистер Фродо никуда не пойдёт без меня! — К нам выбежал рыжеволосый хоббит и встал рядом с другом. — Да уж, вас трудно разлучить, раз ты проник на закрытый Совет, на который он был приглашён, а ты — нет, — ухмыльнулся Владыка. — Мы тоже идём! — Из-за колонны выбежали ещё два хоббита и присоединились к нам. — Домой мы отправимся, если только вы отправите нас в мешках! — Вам в любом случае нужны толковые парни для такого задания. Похода. Дела, — добавил последний. Я еле сдержала смешок, а Гэндальф только улыбнулся. Такие маленькие и такие храбрые — это достойно восхищения. — Тринадцать хранителей, пусть будет так! Вы будете братством кольца! — провозгласил Элронд. — Отлично, — сказал один из хоббитов. — Когда начинать? — После этой фразы сдерживать смешок пришлось не только мне. После Совета все пошли в свои покои, а я, Гэндальф и Арагорн отправились составлять план нашего похода.