Тень Саурона

Опять этот сон. Опять я вижу горсть воинов, стоящих около Чёрных врат. Опять нас окружают орки. Картинка меняется: я сразила орка и резко обернулась, отразив удар. На меня напал Саурон. Он атаковал быстро, не позволяя мне хоть на миг остановиться и перевести дух. Я отразила удар, наши мечи скрестились. Его взор упал на кольцо. Переливаясь в лучах, синий цвет заворожил прислужника Моргота. Я воспользовалась моментом и ударила тёмного властелина в грудь. Тот отлетел, но остался на ногах. В следующее мгновение я начала нападать, но Саурон быстро увернулся и вонзил в моё левое плечо остроконечный венец, приперев меня к земле. Боль пронзила моё тело. Я быстро села. Тяжело дыша, я осмотрелась: за окном уже темно. Владичица ночи ярко озаряла небосвод, а звезды сияли неестественно тускло. За дверью слышались голоса и шаги. «Подготовка к пиру в самом разгаре», — подсказал мне внутренний голос. Я встала с постели и хотела заправить её. Я дёрнула левой рукой и невольно ахнула, нахмурившись. Тело пронзила острая, быстротечная боль. Я спустила ночную рубашку на левом плече, осматривая рану. Незаживший рубец розоватого оттенка отзывался глухой болью при поднятии руки. Раньше такого не было. «Что бы это могло значить?» — спросила я у себя. «Гэндальф!» — тут же пришёл ответ на вопрос. Я быстро надела походный костюм, заплела волосы в высокий хвост и уже побежала к двери, как вдруг вспомнила: Леголас и мои слова перед битвой и тот поцелуй в щеку. «Дура! Дура! Дура!» — я мысленно ругала себя. — Ладно, в наказание сегодня остаюсь без пира, — сказала я, аккуратно выходя из комнаты и направляясь по коридору к выходу из Медусельда. Я выбежала из дворца и быстро пробралась в конюшни. Благо, конюха уже не было. Асфалот, завидев меня, заржал и забил копытом. — Тихо, тихо! — Я открыла стойло и вывела жеребца на улицу. — Прокатимся? — На мой вопрос конь лишь закивал и довольно забил копытами. Я быстро седлала его и погнала прочь от дворца. Асфалот мчался быстрее ветра. Он почувствовал свободу и разогнался невероятно быстро. Я же, сидя верхом, ощущала невероятное спокойствие. Ветер бил в лицо, от него шумело в ушах. Вот она — настоящая свобода. Так мы мчались и мчались, пока не достигли узкой речушки. Я спешилась и поспешила к воде. Асфалот тоже подошёл и принялся жадно пить воду. Я опустила руки в реку. Ледяная вода заставила меня поежиться, я умыла лицо. Моё внимание привлекло отражение луны в глади воды. Я перевела взор на небо. Тысячи звёзд сияли на небосводе, но сияли не так, как раньше. «Если пойдёшь с братством, то уже не вернёшься», — вдруг я вспомнила слова Элронда. «И слабейший из смертных может изменить будущее», — в догонку всплыли слова Галадриэль. — Что же меня ждёт? — Я вела монолог. — Что значат эти сны и почему опять начала ныть рана? Неужели меня, как и отца, сразит Саурон? — Я легла на траву. Спиной ощутила прохладу, исходящую от травы и земли. — Отец, дай мне подсказку, что же мне делать дальше? Я запуталась. Запуталась в себе. Я боюсь встречи с Леголасом. Избегаю его. Даже на пир не пошла, чтобы не встречаться с ним. Я не знаю, что ему сказать, не знаю, как объяснить мои действия и поступки. Я уже призналась себе, что влюбилась, но не знаю, взаимно ли это? Мне страшно. Отец, прошу, помоги. — Я сжала кулон, что подарил мне Элронд. В голове вдруг всплыл образ отца. Он стоял на берегу моря в белых одеяниях, а на его голове красовался золотой венец в форме листьев. Он улыбался и развёл руки в стороны. Я прильнула к нему всем телом. По венам растекалось тепло. Я чувствовала его тёплые руки на своей спине. Он поглаживал меня по волосам. — Никогда ничего не бойся. Иди вперёд к своей цели. Слушай сердце и не ошибёшься. — Отец поднял моё лицо за подбородок и одарил меня своей улыбкой. Но вдруг картинка поменялась: всё померкло. Образ отца сменился: на его месте возник Саурон в облике эльфа. Он схватил меня за горло и прильнул к моим губам своими. Этот «поцелуй» длился меньше минуты, хотя мне казалось, что прошла вечность. — Я найду тебя, Эллериан. Я заберу твоё кольцо и всех, кого ты любишь. Мне нужны такие воины, как ты. Я не убью тебя, но сделаю своей. — Он вновь прильнул к губам, и всё померкло. Я закричала и села. Опять сон. Опять Саурон. Внутри всё сжалось. Чувство тревоги одолело меня. Что-то назревает. — Асфалот! Скорее в замок! — я запрыгнула на коня, и мы помчались в Медусельд. Я думала только о друзьях и о Леголасе. Страх за их жизни одолевал меня. Асфалот быстро вбежал на главную площадь. До ушей донесся чей-то крик. Я спешилась и побежала внутрь, оттолкнув, как мне показалось, Эстеля и Леголаса, которые заходили внутрь. Я добежала до комнаты, откуда исходил мужской крик. Я вбежала и обомлела: на полу лежал Пиппин и корчился от боли. В руках он сжимал палантир, что поднял в Изенгарде. Рядом стоял Мерри с испуганными глазами и не знал, что делать. Я, не думая, подбежала и выхватила палантир из рук хоббита. Теперь Око смотрело на меня. Тело пронзила жгучая боль. Я сцепила зубы и смотрела на Саурона. Он показал мне смерть отца и показал отрывок из недавнего сна, где он «целует» меня и говорит, что убьёт всех, кого люблю. Вдруг всё прекратилось. Тело стало ватным, ноги подкосились. Я начала падать, но меня кто-то подхватил на руки. Последним, что я увидела, были небесно-голубые глаза и светлые, длинные волосы. — Мой принц, — последнее, что мне удалось сказать перед провалом во тьму.

POV. От лица Леголаса

— Вы не видели Эллериан? — Я подошёл к Нимлот и Дис. Они стояли рядом с Гэндальфом, смотрящим на хоббитов, что отплясывали на столе. — Сами не можем найти её. Попадись мне эта остроухая! Я ей задам! — Дис потрясла кулаком, чем вызвала наши с Нимлот улыбки. Я решил выйти на свежий воздух. В зале было очень душно, а после соревнования с Гимли немного кружилась голова. Я вышел на балкон, оглядывая каждый сантиметр, но её не было. Я весь вечер искал ту, что смогла влюбить в себя. Я понял это ещё в Лориэне, но никак не мог признаться себе, а уж ей тем более. Я оперся руками о перила, опустив голову. Что же дальше? Как мне признаться ей, если она избегает меня? Тут на моё плечо опустилась рука. Я резко обернулся. Ко мне «подкрался» Арагорн. — Что с тобой? Ты какой-то задумчивый сегодня, — Элессар сразу подметил моё напряжение. — Ты не видел Эллериан? Весь вечер не могу найти её, — Я посмотрел на друга. Он отрицательно замотал головой и закурил трубку. — Ты любишь её? — спустя несколько минут спросил дунэдайн. Я лишь кивнул. Перед глазами стоял её образ. Образ моей принцессы. Многие завидные дамы пытались завоевать меня, но ни у кого не получалось. Все они были одинаковые: эти наигранные улыбки, смех, манеры. Меня тошнило от этого. Но когда я первый раз встретил Эллериан и заговорил с ней, всё изменилось. Я увидел в ней то, чего не было в остальных принцессах: она была сама собой. Не притворялась, не наигрывала свои эмоции. Её улыбка, её смех. Всё это было настоящим, не притворным. Она смогла зацепить меня этим, и я влюбился. — Вам нужно поговорить. Давай отыщем её утром? А сейчас нужно отдохнуть, — Эстель положил руку на моё плечо, поддерживая. Я лишь кивнул, и мы пошли в покои. Здесь ночевала мужская половина. Гимли храпел, хоббиты и Гэндальф тоже спали. Я прилёг на своё место, но сон никак не шёл. Внутри что-то назревало, что-то нехорошее. Через час неуспешных попыток уснуть я вышел из комнаты, предварительно накинув плащ. Прохлада. Наконец-то. Я подошёл к краю крыльца и начал всматриваться в даль. На Мордор. Со мной поравнялся сын Араторна. — Звёзды погасли. Что-то творится на Востоке. Зло не спит. Рыщет Око врага. — Внутри всё сжалось. Чёрная тень окутывала меня, словно одеяло. Тут я почувствовал волну чего-то злого. Она прошла сквозь меня. — Он здесь. Саурон. В глазах Арагорна я увидел неподдельный страх. Мы сорвались с места и побежали в Медусельд. Тут я услышал топот копыт, а затем ржание. Я обернулся. По ступенькам вверх бежала Эллериан. Она оттолкнула нас и побежала вглубь. Мы быстро переглянулись и помчались следом. Арагорн забежал первым. Он стоял в ступоре. Я забежал следом, и волна страха захлестнула меня. Посреди комнаты стояла Эллериан с горящим палантиром в руках. Её лицо исказила гримасса боли. Арагорн выбил палантир из рук эллет. Она начала падать. Я в один прыжок преодолел расстояние и подхватил её. — Мой принц, — сказала Эллериан и закрыла глаза. Меня снова охватил страх. — Эл, очнись. Эл! — Я потряс её, но ничего не изменилось. Она была без сознания. Тем временем Гэндальф привёл в чувство Пиппина, что лежал без движения. Затем он поспешил ко мне. Митрандир положил руку на лоб Эллериан и что-то прошептал. — Отнеси её в покои. С ней поговорим позже, — обратился ко мне маг. Я кивнул. Легко подхватив деву на руки, я дошёл до покоев и аккуратно уложил её на кровать. На её лице покоилось несколько прядей волос. Я убрал их с лица. «Такая красивая, такая храбрая, такая нежная», — думал я, не отрывая взгляда от лика эльфийки. Взгляд переместился на её губы. Припухлые, розовые губы так и манили меня. Не совладав с эмоциями, я ладонью прикоснулся к её щеке, а затем наклонился и едва ощутимо поцеловал эльфийку. С огромным трудом оторвавшись от её губ, я снова провёл ладонью по её щеке. — Я люблю тебя, моя принцесса.