Youth

Нин Цюэ иногда чувствовал что наблюдает за своим браком со стороны. Сан Сан весело шутит со вторым братом Академии, улыбается гостям в их доме, и может мило и невинно вести себя с ним или кем-то из их окружения. Для всех остальных они почти неделимы. Там где он, там она. И их черный зонт. Для всего остального мира они иллюстрация к искренней, сформированной годами, привязанности друг к другу. С детства рядом, выросли и поженились. И от того ему только веселее видеть, как с каждым годом девушки из борделя всё больше начинают пытаться завлечь его. Они не достаточно грубы, чтобы делать это открыто, но и при этом не могут понять, как мужчина может быть настолько верен жене. Он, сам будучи ребенком, вырастил маленькую девочку. И ему очевидно, что посторонние не могут представить особой страсти между ними. И от того, их с Сан Сан откровенность, кажется ему просто невозможной. Словно они действительно были рождены друг для друга. И даже легкое огорчение, что кроме жены, он не был ни с одной женщиной, кажется ничтожным.  Потому что они с Сан Сан всю их жизнь могли обсуждать что угодно. Со смехом, смущением или стыдом — оба знают, что второй никогда не отвернется.  Они занимаются любовью, а он поднимает её ногу, осторожно касаясь пальцами белой ступни. Её кожа нежная, и он оставляет на ней медленные поцелуи. Целует каждый пальчик, не прерывая ритма движений бёдер. Опускает взгляд на её лицо, и видит её зачарованность. Она дышит почти в унисон, глубоко, прерывисто, подтягивает колено второй ноги к себе.  Знает как сильно он любит её ножки.  И он мягко щекочет ступню, она сквозь тяжелое дыхание выпускает короткий смешок и рефлекторно сгибает ногу, чтобы избежать его пальцев.  И замирает, не в силах оторвать глаза от того, как его рот приоткрывается и того как он на неё смотрит. Она лежит на спине абсолютно обнажённая, с распахнутыми для него бёдрами, с задранными ногами, и он переводит взгляд с её розовых пяточек на такую же розовую промежность, где движется его естество. И он не может перестать смотреть. А внутри неё становится ещё более скользко и влажно. Она закусывает губу, и протягивает свои ножки мужу, позволяя ему делать что угодно.  Он перехватывает ступни руками и прижимает к своей груди. Так же как делал всю их жизнь. С самого детства. В их прошлом он каждый вечер омывал её ступни, а ночью держал их на тёплой груди, чтобы его малышка не мёрзла. И это только капля того океана между ними, который никто извне никогда не поймёт.  Он гладит её ножки, поднимает одну и снова покрывает поцелуями. Ласкает и нежит. Выходит из своей девочки, и припадает горячим ртом к не менее горячей промежности. Розовая плоть сочится её возбуждением, но он вылизывает её. Наслаждаясь её стонами, сжимая в ладонях стопы, что легли на его плечи.  Он отстраняется, чтобы снова войти, но на этот раз нависая над юной женой, упираясь руками в простынь, позволяя ей обхватить его руками и ногами.  Он не видит, но знает, что от каждого толчка её пальчики на ногах подрагивают от его движений. Он опускается к ней, опираясь на локти, и видит её залитые ярким алым румянцем щечки, блестящие глаза и подрагивающие зацелованные им губы. Его рука перехватывает её ногу под коленкой, приподнимая её, и меняя угол проникновения. — Моя маленькая. Он шепчет это почти бессознательно, и видит в ней только принятие. Это то, что никто и никогда не увидит. Сан Сан знает и понимает его.  Он помнит её маленькие ножки в их детстве, ножки которые он так сильно любит. Белые, нежные, которые так легко держать и ласкать во время чего-то совсем недетского.  Его девочка стонет громче и чаще, и он знает, что за этим следует.  — Давай моя маленькая, покажи как тебе нравится быть со мной. И это почти дар небес для него. То что ей так хорошо с ним. И то, что он может это видеть. Он прижимается к ней ещё плотнее, наслаждаясь звуками вхождения члена в скользкое лоно. Почти рычит. Тяжело дышит ей на ухо, и не может удержать собственные стоны. Они закрывают глаза синхронно, словно по детской привычке переживать всё вместе.  А следующее, что он видит, когда приходит в себя полчаса спустя, после того как встал попить воды, — это её поджатые во сне ножки, с миниатюрными стопами с маленькими пальчиками и розовыми пяточками, и такая же розовая нежная промежность, с подвытекшей белой спермой. Ему хочется сохранить эту картину в своей памяти. Но кровь в молодом теле снова разгоняется. И он ложится рядом с девушкой, за её спиной, и нежными поцелуями по шее пробуждает её от сна.  Сан Сан улыбается. Он проводит по промежности пальцами, захватывая немного белой субстанции. Ласкает её между ног, а затем еле скользя по коже поднимает руку к её губам. Девушка послушно забирает пальцы в свой ротик. Подтягивает свои бёдра повыше, прогибая спинку. А он, перехватывая её корпус рукой, используя собственную сперму как смазку, снова проникает внутрь. Комнату наполняют тихие и пока ещё еле слышные стоны, шорохи простыни, и звуки скольжения. Которые вскоре сменяются шумом наслаждения их очередным соитием. Они молоды.  И совсем не невинны в своём браке.