Часть 1

      Он громко возражает:  — Нет! — Почему же? — удивлённо спрашивает девушка. — Я все свои дела выполнила на месяц вперёд, и у меня появилось свободное время. Вы же сами сказали, что мы можем лишние часы отзаниматься, зато потом… — Молчать! — приказал полноватый мужчина средних лет, сердито стукнув кулаком по столу. — А заполнила ли ты отчёт по химическим элементам?! — Да, ещё вчера. — Что-то мне этот отчёт в руки до сих пор не попал! — мистер Дэнекс рассерженно указал рукой в сторону двери. — Панненс, вон из кабинета! — Но… — Вон!        Делать нечего. Ксенон мигом покинула директорские хоромы.       Кси долго переваривала поступившую в мозг информацию. Ей опять не дали вполне заслуженный отдых? Накричали и выгнали? Слава богу, что не из университета, иначе девушку прибили бы к стеночке родители, иногда до безумия помешанные на будущей карьере дочери.       К слову, сама дочка до позеленения всегда старалась угодить отцу и матери, в особенности угодить учёбой, оценками. В итоге вырос прилежный человек, с красным дипломом за плечами и аналитическим складом ума.       Ксинни удачно поступила в научный университет имени А.Кланса, параллельно начиная работать в самой сфере науки. Нет, немного ни в том направлении…       Ксенон — агент. Её задача — обезвредить некое безымянное Агенство, которое способно на многое, к примеру: на захват мира. Это очень серьёзно. Мятноволосой пришлось вступить в то Агентство, чтобы узнать от первого лица про него больше. Но сейчас у тех работников перерыв, и девушка изо всех сил пыхтит, дабы закрыть свои пропуски в универе. ***       — Альберт, но что не так??? Сейчас на мне итак преподаватели отыгрываются, а ещё и директор?! — Ты и правда многое пропустила… — Понимаю, но я догнала программу, даже перегнала! А мне не дают освободительную… У нас свободные посещения, последний курс!       Блондин усмехнулся. Панненс покосилась на друга с недоумением. Тот начал смеяться: — Да, «свободное посещение»… С разрешением директора… Который забывает всё через минуту… — О боже, точно. Вот и сейчас про этот чёртов отчёт забыл. А напомнишь — такой выговор получишь, что ой-ой-ой! — Подожди, пока он успокоится. О’кей? — Спасибо, — улыбнулась студентка. — Умеешь поднять настроение. И ты прав, лучше подожду, — огненноглазка достала из сумочки пачку Орбита. — Будешь? — Давай, — друг взял с рук однокурсницы жвачку. — Ладно, до встречи! Нужно ещё к нашей «инфузории» сходить.       Ребята попрощались. Ксенон зашла в свою комнату, собрала всё, что нужно, переоделась, и покинула стены университета, ненадолго, буквально на пару часиков. ***       Вначале девушка направилась за угол девятиэтажки. Там сразу встретила своих подружек — Тиану, Лину, Марго и Лизу. Потом они постояли, поговорили, да решили прогуляться по Торговому центру.       Прошёл целый час этой бесконечной ходьбы по разным отделам одежды, парфюмерии, косметики… Список огромен! Но время текло, девчонки развлекались, всё как полагается. Друзья вышли из одного магазина, и устремились к другому, по соседству. Самая низенькая в компании, которую можно с лёгкостью принять за маленькую девочку с огромными пакетами в руках, кое-как поправила кепку, задорно улыбнувшись: — Это самый лучший день в моей жизни! И шоппинг, и преподы не кричали, и диплом… Ааа!!! Я в это всё не верю! — Что же, поздравляю, на тебя хотя бы преподы не… Погоди, что? — не поняла Ксенон. — Даже «инфузория»?       Про «Инфузорию» поподробнее. Есть в универе кое-какая преподавательница… Инвана Стеф. Да-да, странное имя, но не суть. Она преподаёт химию довольно хорошо, но та ещё стервочка… По характеру. А по внешности напоминает огненную модель с обложек глянцевого журнала. Всегда носит красные туфли на высоченном каблуке, чтобы казаться выше собственного роста. Из-за этих туфелек, да и не только, преподавательнице ещё с первого курса придумали незамудрённое прозвище — инфузория туфелька. Или просто инфузория — как кому удобнее. Прозвище цепко прикрепилось к Инване на несколько сотен лет вперёд… — Даже она, — кротко ответила блондинка. — Мне везёт! А ты что? — Ничего… — Да преподы на Ксинни сегодня словно собак всех спустили. И освободительная мимо фьюх! — пролетела. Ну ничего, всё образуется. — Угу, конечно. — тихо буркнула мятноволосая, повернув голову в сторону парка. Студентка заметила вдалеке знакомую фигуру… — Куда смотришь?       Тайный агент сощурила глаза, а потом запищала от радости: — Девочки, там Бен! — Ты уверена? Что он тут делать может? — Я не знаю, но я уверена! Его невозможно с другим человеком спутать! Ну ладно, я на разведку, и… Я позвоню, если планы поменяются, вы же не против, что я вас оставлю?       Подружки улыбнулись. — Конечно нет! Любовь — это такое дело… Ну ладно-ладно, беги!        Ксенон кивнула головой и быстрым шагом перешла дорогу, ведущую в парк на другой улице.       А в парке было хорошо. Везде зелено, свежесть «бьёт ключом» из красивых фантанов, шумят проходящие мимо люди, перед глазами мелькают велосипеды, гироскутеры с самокатами. Ксинни радостно, практически в припрыжку, шагала к бурому псу, невесть как возникшего в этом городе. Но про это позже.       Бен стоял под деревом, разговаривал по телефону, но потом убрал его и в эту же секунду к учёному подошли сзади, нежно накрыв ладонями глаза.       Шатен растерялся, впав в полный ступор. Он аккуратно стал ощупывать чужие руки. Вдруг над самым ухом раздалось озорное: «Угадай, кто». — Ах… Ксе… Ксенон, ты?!       Девушка усмехнулась, чуть отстранившись. На лице Бенджамина отразилось полное удивление всмешку с радостью. Парень крепко обнял мятноволосую. — Какими судьбами??? — Некорректно тебе об этом спрашивать, Бенбаг, — покачала головой студентка. — Я тут учусь. Ты сам тут что делаешь? — По работе, но сейчас, как видишь, отдыхаю, и я вижу, ты тоже.       Кареглазый с восхищением посмотрел на Ксинни-панини. Сегодня она выглядела божественно. Жёлтый сарафан, лента мятного цвета, красиво завязанная бантиком на талии, красная сумочка с ремнём, кожаные балетки того же цвета, что и лента. — Ну да, с подругами на шоппинг ходила. «Ходила», пока тебя не увидела. — Вау… Тебе так идёт… Просто слов нет, и туфли… Очень классно… Впервые вижу тебя с оголёнными плечами и в… Сарафане. — Спасибо за комплимент, — лучезарно улыбнулась Ксенон. — А ты же свободен? — Вначале скажи: до скольки ты свободна? У тебя же университет. *** Тем временем в университете — Ксенон где??? — А зачем она тебе нужна? — спросила Вэгги, соседка мятноволосой по комнате. Альберт протянул ей какую-то бумажку, впопыхах, уведомил: — Да это… Освободительная от пар… Вот… Директор летит по коридору, натыкается на меня, и… — Натыкается на раскрасневшегося после утех, парня, буравит бедненького глазками, а потом даёт бумажку, которая чудом остаётся в целости и сохранности? — В общем, да… — в очередной раз глубоко выдыхает Берт, но через секунду удивлённо пялится на брюнетку. — Погодь, какие утехи? — Я уже в курсе, что ты не к Инване пошёл, а к девчонке с другого курса. Да и директор уже тоже… По твоему виду всё ясно.       Вэгги усмехнулась, приняв из рук блондина справку. Друг уже было хотел покинуть душную, по его мнению, комнату, как парня отдёрнула брюнеточка: — Эй, Ромео, губную помаду с шеи вытри! — Ах, ох, да… — растерялся пацан, молниеносно велетев за дверь.       Покачав головой, Вэгги настрочила Ксенон сообщение… *** — Вначале скажи: до скольки ты свободна? У тебя же университет. — Подожди?        Ксинни взяла запиликающий телефон в руки, начала что-то печатать. Позже убрала гаджет в сумочку, и захлопала в ладоши: — Ааа! У меня освободительная на две недели! — Здорово! Видимо, у тебя сегодня хороший день с точки зрения фортуны. Я завтра в час дня на поезде обратно в город уезжаю, можешь со мной поехать. — Да-да-да, конечно, только вещи нужно собрать, — согласилась девушка. — Но это попозже, как я поняла. А сейчас давай… Хм… — Давай купим по шарику мороженного? За мой счёт!       Бен улыбнулся, когда увидел, насколько расцвела его половинка. Ну да, я бы тоже расцвела, если бы после половины неудачного дня нежданно встретила своего парня, получила освободительную, а ещё вдобавок мороженное. — Давай!       Парочка взялась за руки и пошла вдоль парка с фонтанами. ***       Вечереет. Тёплый ветерок обдувает взмокшие от бега волосы, да и не только от бега - вода из бьющего фонтана тоже постаралась. Ксенон задорно смеётся, а Бен подхватывает эту мощную волну позитива. Впервые за долгие месяцы ребята позволили себе на славу отдохнуть от учёбы с нескончаемой работой. — На тебе, на! — студентка активно брызгала в Бенджамина водой.       Парень засмеялся, отбежав от спутницы на приличное расстояние. И как только Ксинни пыталась его догнать, пёс снова отбегал, но потом замедлил скорость. Панненс с разгона нацелилась на шатена, хотела неожиданно запятнать, но не вышло. Кареглазый обернулся с расставленными руками к ней, а потом поймал налетевшую разбойницу и закружил. Эмоции незабываемые! — Поймал! Рассчитывать скорость нужно, малышка. — Не получилось, — вторая половинка уткнулась в мужскую шею, как можно глубже вдыхая до одури приятный запах. — А мне ещё собираться… — Ну так пошли? Уже часов шесть-то есть, а впускают до семи. Давай, отлипай.       Как не хотелось бы Ксенон продлить сладкий момент, но Бен прав. Нужно паковать вещи в дорогу. И просохнуть. И более-менее привести себя в порядок. Девушка отцепилась от пса, печально вздохнув. Бенни оглядел её с ног до головы, потом передал в руки красную сумку. — Как бы мы не простудились… — Простудились? Тридцать градусов вечером, Ватсон! — хихикнула девица, повернувшись к парню спиной. — Помоги-ка, а то совсем развяжется!       Программист послушно завязал бархатные верёвочки на шее, которые держали взмокший жёлтый сарафан, а потом заново обвязал вокруг талии мятную ленточку бантиком. — Красавица! А теперь собирайся. И желательно сразу всё в чемодан, и сразу всё необходимое. — Хорошо, пошли. ***        Ксенон открыла дверь. В комнате появилась она в хорошем таком виде — розовощёкая, со взлахмаченными волосами, уже без очков, вся светится от радости. Вэгги сразу отложила свой телефон на тумбочку, удивлённо рассматривая вечно причёсанную и аккуратную соседку. — И что же с нашей Ксенон случилось? Ты щас на Альберта после физкультуры похожа. — Ничего не случилось, просто Бена встретила, — с улыбкой на лице ответила Ксинни. — Подурачились, побегали под фонтаном в парке, поели мороженного, а потом шаурмы… — Какой у тебя насыщенный день… Вау, а теперь меня бросаешь? И на сколько?       Мятноволосая вздохнула: — Не волнуйся, недельки на две, не больше, потом снова сюда. — Ааа… Ясно… — проговорила подруга, увлечённо расматривая ногти на руке. — А где сам Бен? — В аптеку пошёл. — А заче-ем? — спросила брюнетка, изогнув одну бровь. — Да какая же ты любопытная… — девушка покачала головой. — Капли покупать, у него глаза слезятся. — Точно? — Да точно, точно. — лишь отмахнулась обладательница мятных волос, что-то обыскивая в своей тумбочке.       Студентка нашла освободительную и быстро спрятала её в ту же красную сумочку. Затем принялась собирать в чемодан всё нужное: пижаму, бельё, заколки, какую-то книгу, очки, носки… Закончив со сборкой, Ксинни расчесала волосы, и помахала рукой Вэгги. — Пока! — До встречи!       Девица покинула стены университета так скоропостижно да радостно, что казалось, словно она ненавидит учёбу всей душой. Оглянувшись на табличку «Добро пожаловать», студентка завернула в ближайший переулок, где около аптеки её уже давно ждал программист. — Ну ты и быстро… — Конечно, тебя никто не останавливал у самого выхода. — недовольно пробубнила Ксенон. Бен подошёл к Панненс и взял в правую лапу довольно тяжёлый чемодан. ***        Во дворе ночь. В 27-ом номере отеля, как и в большинстве других номерах, ещё с одиннадцати вечера выключен свет. А Бен с Ксенон и не думают ложиться — они разговаривают, полушёпотом, а потом изредка срываясь на смех, но обычно первая не выдерживает Ксинни, такой уж у неё характер. — Как хорошо, что ты приехал… — девушка пальцем вычерчивает какие-то рисунки на груди Бена, — Буквально мой день спас. — Всё так неожиданно. — Ага… Стоп, а что именно? — Сегодня с утра был день, как день, стандартный… Я даже не предполагал, что мы встретимся, и кое-кто будет в моём номере ночевать… — Да, довольно неожиданно, — усмехнулась огненноглазка, плавно упав на шатена, прислонившись ухом к грудной клетке, слушая его сердцебиение.       Парень запустил свою лапу в мягкие волосы Ксенон, начал гладить по голове так нежно, как умел делать только он. Студентка буквально обмякла — ей безумно нравились эти ласковые прикосновения. Только при помощи одной кожи, прижатой к щеке с веснушками, Бен догадался, что его милая улыбается.        Учёный чуть подтянулся, чтобы носом ощутить сладкую свежесть чистых волос. Этот запах пьянил разум. Девушка от нахлынувшего удовольствия чуть сжала пальцами бурую шерсть. — Не останавливайся, мне так приятно… — снова блаженная улыбка засияла на личике Ксинни-панини. — Я не буду... — прошептал ей на ушко программист и этим вызвал целый табун мурашек, — такая сладкая леди должна чувствовать самое лучшее, не так ли? — низкий голос отдался эхом в полуотключённом сознании студентки, а подсознание начало давать какие-то первобытные сигналы.       Агентка неровно задышала. Желание, возникшее из неоткуда, как и сам Бен в этом городе, взяло вверх. И плевать, что они в отеле, всё будет беспалевно. — Как всегда, всё верно, — хрипло промолвила Ксенон, облизнув высохшие губы.       Эта желанная встреча запомнится им надолго...