Глава 3. Сомнительная дружба

Кира перевела взгляд на Акацуки, затем на Рену, снова на Акацуки и ещё раз на Рену. А после — громко расхохоталась. Рената нахмурилась, не понимая, что именно её так развеселило, а члены организации переглянулись, явно не в восторге от происходящего. — Неплохо, Рена, — выдохнула Кира, еле сдерживая смешок. — Так, а ты что завтра наденешь? — Что я завтра надену? — переспросила Рена, пытаясь уловить ход её мысли. — Ну да! Я и забыла, что завтра Хэллоуин! — Кира снова указала на гостей. — Не сразу поняла, что ты так тщательно подготовилась к празднику. Акацуки в ответ посмотрели на неё с явным раздражением. — Ты что, блять, серьёзно? — недовольно протянул Хидан, уже готовый броситься на мелкую. — Да ты охренела! Какие ещё костюмы? Мы реальные! — Настоящие, значит? — Кира прищурилась. — Ну-ну. — Нет же, Кира, прекрати, — вмешалась Рена, пытаясь разрядить обстановку. — Они настоящие, просто… так уж получилось. Считай, что это вроде… перерождения. — Перерождения? — переспросила Кира, сдерживая новый приступ смеха. — Да ты издеваешься! Докажи! — Эй, с радостью продемонстрирую своё искусство, хм! — выкрикнул Дейдара, уже потянувшись к сумке на бедре. — Угомони свои таланты, Дейдара, — тут же перебил его Сасори, хмуро придержав напарника за плечо. — Я просто хотел доказать, что всё по-настоящему, хм, — буркнул Дейдара, надувшись. — Здесь нет чакры, придурок, — пробормотал вымотанный этой ситуацией кукольник. — Кира, — вмешалась Конан, шагнув вперёд с непроницаемым выражением лица. — Мы не собираемся устраивать здесь шоу, чтобы тебя убедить. Но факт остаётся фактом: мы те, кем кажемся. Кира оценивающе посмотрела на неё, потом на остальных. — Хорошо, допустим. И что мне теперь с этим делать? — Прежде всего, нам нужно временное жильё, — спокойно сказал Нагато, сложив руки на груди. — У меня?! — возмутилась Кира. — Вы с ума сошли? И ты тоже, Рената! — Тебе-то что? — вмешался Кисаме, ухмыльнувшись своей фирменной улыбкой. — Мы ведь не собираемся разносить твою квартиру. — Если только Хидан не устроит свои ритуалы, хм, — тихо добавил Дейдара, получив в ответ яростный взгляд. — Эй, заткнись! — рыкнул Хидан. — Хидан останется здесь, — отрезала Рената. — Так, всё! — воскликнула Кира, поднимая руку. — Это уже слишком. — Просто поверь мне, Кира, — мягко сказала Рена, глядя ей прямо в глаза. — Они не причинят тебе вреда. Им просто нужно место, чтобы разобраться, что делать дальше. Кира сжала переносицу и тяжело выдохнула. — Ладно. Пусть будет так. Но с такой подругой, как ты, и врагов не надо. Если хоть что-то случится… вся ответственность на тебе. Будешь виновницей моей смерти. — Ничего не случится, — уверенно заверила её Рена. — Ага, конечно, — пробормотала Кира, переводя взгляд на Акацуки. — Вы уже решили, кто пойдёт ко мне? Она устало облокотилась на стену. — Ну, примерно, — уклончиво ответила Рена. — И кто? — раздражённо спросила блондинка. Рената опустила глаза, чувствуя, как сердце пропускает удар. — Мы разделимся, — утвердительно сказал Нагато. Глядя на Ренату, он сразу понял, что ту захлестнули чувство вины и тревога за подругу. — Отличная идея, — подал голос Итачи, внимательно наблюдая за реакцией Рены. — Но нужно учитывать… различные факторы. — Например, чтобы никто не съел мою подругу? — пробормотала кудрявая, игнорируя смешок Кисаме. — Мы не звери, хватит уже, — откликнулся Яхико, и его лицо озарила лёгкая, тёплая улыбка. — Да, естественно, — хмыкнула Кира, оглядывая собравшихся. — Ладно, так кто в моей «пятёрке»? Рена нервно поправила волосы, чувствуя на себе взгляд Сасори. Она не хотела… панически не хотела, чтобы он уходил. Стараясь не встретиться с ним глазами, она отвернулась к книжной полке, чем только сильнее привлекла внимание. — Нагато, Конан и я, — сказал Яхико, поднимаясь с места. — Мы достаточно… организованны, чтобы не доставлять проблем. Не переживай ты так, Рената, — рыжий дружелюбно улыбнулся. — А ещё я и Кисаме, — добавил Итачи, глядя на Рену так, будто читал её мысли насквозь. Рена почувствовала мимолётное облегчение, но оно тут же испарилось. Она заметила, как Сасори чуть прищурился, не сводя с неё глаз. — Думаю, это… правильно, — наконец выдавила она, поправляя край ворота. — Разве это не слишком тухло, хм? — вставил свои пять копеек подрывник. — Мы не обсуждаем развлечения, — холодно осадила его Конан. Сасори своё нарушил молчание: — Лидер, — обратился он к Нагато. — Для меня здесь будет слишком шумно, я бы хотел уйти. Рена замерла. Тревога внутри неё возросла стократно, в комнате повисла зыбучая, тяжёлая тишина. — Нет, честно говоря, ты не самый приятный персонаж манги, — спокойно глядя на него, произнесла Кира. Мысленно она уже догадывалась, почему Рена вообще ввязалась во всё это. — Разве? — скептически приподнял бровь кукольник. — Сасори, ты с Обито останешься здесь за главного, — вмешался Нагато, пресекая дальнейшие споры. — Решение принято. — Как скажешь, — согласился Акасуна. Скрестив руки на груди, он откинулся назад, мысленно представляя, какая морока его ждёт. Краска залила лицо Ренаты, но она упорно продолжала делать вид, будто ничего интереснее деревянной книжной полки в жизни не видела. Яхико с Конан переглянулись и мысленно хихикнули. — А что, если кто-то всё же решит натворить глупостей? — наконец спросила Кира, явно не замечая всеобщего напряжения. — Я прослежу, чтобы этого не случилось, — спокойно ответил Итачи. — Ага, тоже вырежешь всех нас, Учиха? — бросил Сасори, не отводя взгляда от Рены. Дейдара на это замечание тихо хмыкнул. Рената незаметно расковыряла пальцем маленькую ранку на руке, пытаясь физической болью заглушить подступающий приступ паники. — Никто никого резать не будет, — заключил Яхико. — Мы отправляемся с Кирой. Остальные остаются здесь. Довольно. Кира кивнула, махнула рукой и вместе со своими будущими сожителями направилась к выходу, мысленно транслируя подруге: «Надеюсь, ты, блять, понимаешь, что натворила». Провожая их, Рена закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, чувствуя, как бешено колотится сердце. «Теперь нужно определить, кто где будет спать», — подумала она, возвращаясь в комнату. — Как видите, тут два дивана и кресло в углу, его тоже можно разложить. — Значит, я забираю диван! — тут же заявил Хидан, закидывая руки за голову. — Второй мой, — сухо отозвался Какузу, не поднимая глаз от своих записей. — Отлично, тогда мне кресло… — начал было Дейдара, но замолк, заметив, что Рена подняла руку, привлекая внимание. — У меня в комнате есть раскладное кресло и старый матрас в кладовке, — сказала она, старательно избегая взгляда Сасори. — Один из вас может взять матрас. — Я возьму, — отозвался Обито. Его голос звучал ровно, но Ренате показалось, что в нём скользнула тень застарелой тоски. — Я тогда тоже в твою комнату пойду, — вставил Сасори. Рена замерла, не зная, как реагировать на такое соседство, но промолчала, чтобы не выдавать своего смятения. — Ладно, — пробормотала она. — Кладовка правее, матрас на видном месте. А постельное бельё в шкафу, который в ванной. Кивнув Обито, девушка поспешила уйти на кухню, отчаянно пытаясь сбежать от собственных мыслей. На кухне не было тесно. Бывало, здесь собиралось и больше людей — ещё во времена её богемной учёбы, — но теперь всё ощущалось иначе. Чужие громкие звуки и движения сбивали её с толку, заставляя постоянно бороться с накатывающей паникой. Рената принялась за готовку, лишь бы отвлечься от прошлого, настоящего и пугающего будущего. Она глубоко вздохнула, стоя у плиты. Хидан в гостиной действительно был слишком громким, а вот Дейдара казался на удивление тихим. «Возможно, это вежливость? Уважение ко мне как к художнице?» — промелькнула слабая надежда. На ужин она приготовила баттер панир, рис и поставила на стол миски с фруктами. Ей хотелось, чтобы всё было идеально. На аромат пряностей в кухню зашёл Хидан. — Чё это за запах? — громко протянул он, кривясь. — Это что, молоко? — Кокосовое, — ответила Рена, стараясь сохранять ледяное спокойствие. — Молочных продуктов у меня нет, только растительные. — Офигеть, вот это я попал, — пробормотал Хидан, закатив глаза. — Веганка, что ли? — Пескетарианка, — поправила она и добавила уже жёстче: — Если не нравится, можешь ничего не есть. — Хм, а это как? — спросил Дейдара, появляясь за спиной Хидана и критически оглядывая стол. — Я не ем мясо и продукты убийства осознанных существ. Может, когда-нибудь и от рыбы откажусь… — Да уж, — пробубнил Какузу, тяжело садясь за стол. Сасори занял место напротив Ренаты, пододвинув к себе миску. Ему не было дела до кулинарных споров, но его взгляд снова скользнул по хозяйке дома. Вся её суета, неестественные, дёрганые движения — всё это казалось ему до неприятного знакомым. — А ты готовишь лучше, чем выглядишь, — проговорил он, оценив блюдо. — Это традиционные специи Суны. Баттер панир не так просто приготовить вкусно. Рената вздрогнула, но постаралась взять себя в руки. — Ешь, если хочешь, или оставь. — Прямолинейно, — усмехнулся Обито, но развивать тему не стал, уткнувшись в тарелку. Рена смотрела, как они едят — кто-то молча, кто-то перекидываясь редкими фразами. Она сделала глубокий вдох, пытаясь подавить дискомфорт, и произнесла: — Завтра Хэллоуин. Мы пойдём в торговый центр, скромненько купим вам одежды. Вы слишком выделяетесь, а холода совсем скоро. Хорошо? — Скромненько? — переспросил Какузу с лёгкой ухмылкой. — Что, боишься, что мы разорим твой бюджет? — Я без работы. Да, боюсь, — отрезала Рена, и уголки её губ дёрнулись в слабой, горькой улыбке. — Одежда? Хм, ты хочешь, чтобы мы слились с толпой? — Хидан фыркнул. — Да нас всё равно узнают. — Веди себя нормально — и не узнают, — осадил его Какузу. Сасори, не вступая в дискуссию, снова опустил взгляд на тарелку. Напряжение внутри Рены росло, её голос едва заметно дрожал, но никто, кроме неё самой, казалось, этого не замечал. Рена медленно собирала грязную посуду, стараясь не смотреть на лица своих новых сожителей. Движения были автоматическими: каждая тарелка на своё место, каждая ложка — ровно в лоток. Этот привычный ритуал немного возвращал ей контроль над реальностью. Когда посудомоечная машина наконец приглушённо зашумела, Рената выпрямилась и повернулась к гостиной. — Ладно, я пойду спать, — прошептала она. В гостиной вовсю шло бурное обсуждение, и только Дейдара выглядел откровенно заскучавшим. — Спокойной ночи, хм, — отозвался подрывник с лёгкой улыбкой. Сасори даже не поднял головы, будто её здесь и не было. Обито из своего угла лишь молча проводил её взглядом. Она взяла на руки кошку — маленький пушистый комок тепла, её неизменного ночного защитника. Это был их личный ритуал: кошка всегда спала рядом, охраняя её от ночных кошмаров. Рена попыталась улыбнуться на прощание, но улыбка вышла натянутой и фальшивой. — Не забудьте выключить свет. Её комната была единственным местом, где она чувствовала себя хоть в какой-то безопасности. Лежа на кровати, Рена рассеянно гладила мягкую шерсть и гипнотизировала потолок. «Зачем я это сделала? Почему пустила их? Это ошибка… Но Сасори… Нет, это всё из-за него». Одно только имя Сасори пробуждало в ней болезненную, но сладкую тоску. Она давно перестала спрашивать себя, почему он занимает так много места в её душе. Это чувство жило в ней с самого детства, как нечто вечное и необъяснимое. «Он смотрит на меня с такой надменностью… Он ведь опасен. Жесток. Эти пустые, кукольные глаза, застывшие черты лица. Я сама придумала его идеальный, прекрасный образ ещё тогда… А теперь должна разочароваться? Но почему я не могу? Почему у меня не получается?» Она тяжело вздохнула, пытаясь прогнать наваждение, но мысли цеплялись одна за другую. «Я такая неловкая. Все вокруг твердят, какая я сильная, но они понятия не имеют, как мне страшно. Я боюсь… Боюсь вернуться туда, в ту пустоту, на паршивую работу, где всё зависит от бездушных цифр и графиков. А если станет ещё хуже? Если придётся вернуться на родину? Если я потеряю всё это, потеряю Сасори… что тогда?» Рената крепче прижала к себе кошку, словно та могла защитить её от ментальной бури. «И почему я злюсь? На себя? На них? Даже на Бога? Это неправильно… Я должна быть благодарна. Должна быть лучше. Сильнее». Её взгляд упал на пустой матрас, предназначенный для Обито. «Он меня не волнует. Он просто ещё один чужак в этом доме, как и все остальные. Только Сасори… Только он». Кошка тихо замурлыкала, возвращая её в реальность. Рена закрыла глаза и сама не заметила, как провалилась в тревожный сон. Гостиная Какузу задумчиво изучал корешки книг на полке. Хидан громко заржал над какой-то шуткой, которую Дейдара явно не оценил. — Рена странная, — протянул Хидан, по-хозяйски растянувшись на диване. — Я бы свихнулся в такой стерильной чистоте, и двигается она как-то дёргано. Джашин бы оценил, она забавная. — Удивительно, как она вообще тебя терпит, — фыркнул Дейдара. Сасори продолжал сидеть неподвижно, отрешённый от шума. Его взгляд на секунду задержался на закрытой двери спальни. — Она терпит нас не из доброты, — вдруг негромко произнёс он. — Я так думаю. — А из-за чего? — лениво поинтересовался Обито. Сасори ничего не ответил, только поднялся и вышел: — Выключите свет, когда закончите. Его шаги бесшумно растаяли в коридоре, он скрылся за дверью комнаты Ренаты, где его уже ждало раскладное кресло.