Часть 11

      Драко достал из морозилки ведёрко мороженого — единственное, что сейчас могло удовлетворить его беременную жену, сидящую перед телевизором с влажными глазами. Она снова смотрела фильм про любовь, и, если бы кто-то увидел эту влиятельную женщину в таком состоянии, был бы не просто удивлён, а потрясён. Но гормоны не щадили даже министров.       Он улыбнулся, вспоминая, какой была его кудряшка во время ожидания Авроры: как её настроение менялось каждые десять минут, а гастрономические пристрастия доводили его аристократическую натуру до исступления. Но размышления прервал звук уведомления из телефона.       — Драко, ты что, решил сам умять моё мороженое? — возмущённо спросила Гермиона, уже без всхлипов.       — Ты же знаешь, в нашей семье только вы с Авророй любители замёрзшего молока, — ответил он, передавая ведёрко жене и садясь рядом.       — Многое теряешь, — облизывая ложку, она поудобнее устроилась под его боком, продолжая смотреть фильм.       Драко лениво поглаживал её плечо одной рукой, пока вторая разблокировала телефон. Пробежав глазами по экрану, он тяжело выдохнул:       — Салазар, дай мне сил…       — Что такое? — Гермиона оторвала взгляд от экрана, заметив, как его брови нахмурились.       — Аврора… — пробормотал Драко, протягивая ей телефон.       — О, это же наша кухня! — радостно воскликнула Гермиона, как будто ничего странного не увидела. — Хорошее фото.       — Ага, как же. И тебя ничего не смущает? — он снова взглянул на снимок дочери, уютно устроившейся в объятиях крестника.       Гермиона тяжело вздохнула и, поднявшись, села по-турецки.       — Драко, не ревнуй свою дочь!       — Я не ревную, просто…       — Дорогой, — она приложила холодную ладонь к его щеке, заставив вздрогнуть. — Вы же говорили с ней, и, заметь, она сказала тебе, а не мне.       — Я знаю, просто… мне нужно время, — нехотя признался он, криво улыбнувшись. — Мэтью прекрасный парень, ты же знаешь. Да, теперь он для нас в новом статусе, но это ничего не меняет. Вспомни, как они росли вместе, — Гермиона улыбнулась. — Уже тогда он смотрел на неё с обожанием.       — Гермиона, я не против него, мне просто трудно смириться с мыслью, что наша девочка становится взрослой.       — Это нормально. Вспомни нас в их возрасте — мы тоже пытались крутить романы.       — Ладно, ладно, — он сдался. — Я постараюсь привыкнуть, но на рождественском вечере в Хогвартсе я поговорю с ним. А ты — с Авророй.       — Мерлин, нет! Даже не думай!       — Что? Я должен предупредить его, что до её совершеннолетия — ни-ни!       — Драко, я не думаю, что они вообще о таком думают!       — Аврора — может и нет, а вот Мэтью… — он хмыкнул. — В его возрасте я уже попробовал все прелести общения с девушками.       — Кто бы сомневался, — Гермиона закатила глаза. — Но, пожалуйста, не говори с ним об этом в лоб.       — Может, ещё не поздно перевести её в Шармбатон?       — Драко Люциус Малфой!       — Понял, никакого перевода.       — Я поговорю с Пэнси, чтобы она провела с сыном беседу, а ты не вмешивайся. Всё, смотрим фильм.       Драко тяжело вздохнул, обнял жену и уткнулся носом в её волосы. Если бы кто-нибудь сказал ему лет двадцать назад, что он будет сидеть перед телевизором, споря с Гермионой о парне их дочери, он бы посчитал это безумием. А теперь вот оно, пожалуйста.       — Ладно, смотри свой фильм, — пробормотал он. — Но если там будет постельная сцена, я выключу.       Гермиона тихо рассмеялась и поцеловала его в щёку.

***

      Два дня до Рождества, и Хогвартс, казалось, окончательно сошёл с ума. Старосты и их подчинённые носились по замку, пытаясь организовать праздничный бал, коридоры гудели от обсуждений, а девушки впадали в настоящую истерику из-за нарядов. Говорить о чём-то, кроме платьев и причёсок, было просто невозможно — ощущение, будто сам Мерлин велел всем сойти с ума перед праздником.       Аврора, однако, оставалась вне этой массовой истерии. Она сидела в своей комнате, склоняясь над эссе по трансфигурации, когда дверь с грохотом распахнулась, и в неё буквально влетела Марго.       — Издевательство! — пафосно объявила подруга, швыряя сумку на пол.       Из неё разлетелись перья, книги и какие-то листы, но Марго это не волновало. Она с грохотом уронила стопку журналов на стол, взъерошила волосы и рухнула на кровать так, будто только что пережила величайшее разочарование в жизни.       — Что случилось? — спросила Аврора, не отрываясь от работы, хотя внутренне уже приготовилась к эмоциональному взрыву.       — А ты не догадываешься?! — вскинулась Марго, вскакивая на ноги. — Да весь Хогвартс только и делает, что обсуждает платья! Все нашли что-то восхитительное, а я — НИЧЕГО! Я пересмотрела все возможные каталоги, и всё либо скучное, либо слишком вычурное, либо уже куплено! Почему никто не напишет петицию против бальных платьев?! Почему мы не можем просто прийти в чём угодно?!       Аврора закатила глаза, привычно выслушивая этот поток эмоций, и сделала последнюю точку в эссе.       — Марго, ты драматизируешь. У нас ещё два дня.       — Всего два дня! — воскликнула та, воздевая руки к потолку и снова падая на кровать. — Ты вообще осознаёшь, насколько это мало?! Ты ведь тоже ничего не выбрала!       — Не выбрала, — спокойно согласилась Аврора, отложив перо. — Но я уверена, что смогу подобрать что-то в последний момент.       — И это всё?! — взвизгнула Марго. — Ты меня пугаешь, Ави!       — У меня есть идея.       — Какая?!       Аврора хитро усмехнулась.       — Во-первых, в правилах нигде не сказано, что длина платья обязаны быть до пола.       Марго медленно села, в глазах загорелся интерес.       — Иии?       — А во-вторых… кто, если не мы, сломает эту скучную традицию?       — Ты серьёзно? — прищурилась Марго, явно взвешивая риск.       — Абсолютно! — кивнула Аврора. — Я не хочу путаться в этом дурацком подоле.       — Даже если мы и решим нарушить правила, где мы найдём наряды? Всё уже раскупили, пока мы, такие умницы, занимались учёбой!       — О, Салазар! — простонала Аврора, хватаясь за телефон. — Марго, только бальные платья уже все раскупили, потому что в Хогсмиде ничего другого и не продавали. Но наши будут самыми шикарными, обещаю.       Марго резко замерла, подозрительно прищурившись.       — Хмм… Ты что-то задумала.       — Естественно. — Аврора уверенно написала что-то в телефоне и, усмехнувшись, нажала «отправить».       — Так, а кому ты пишешь? — Марго начала медленно приближаться, пытаясь заглянуть в экран.       — Самому лучшему дизайнеру, конечно.       Она с довольным видом отложила телефон и скрестила руки на груди, словно только что решила мировую проблему.       Марго прищурилась ещё сильнее.       — Ты хочешь сказать…       Аврора лишь многозначительно улыбнулась.       — О да. Жди чуда.

***

      Вот уже два дня подряд Пэнси корпела над просьбой своей крестницы. Нет, работа вовсе не доставляла ей дискомфорт — напротив, ей даже нравилась эта маленькая шалость, которую задумала Аврора. Но время беспощадно поджимало, и она обязана была успеть.       Тем временем единственный человек, который рассчитывал проводить с женой больше времени в постели, чувствовал себя явно обделённым. Тео раздражало не само занятие Пэнси, а её полное погружение в работу, из-за которого он уже не раз оставался на втором плане.       И вот, в очередной раз за этот день, он зашёл в её кабинет, держа в руках крепкий американо — его последнюю надежду хоть как-то удержать жену на плаву… и, возможно, выманить её из этой проклятой мастерской.       — Долго ещё? — Тео поставил кружку на стол, наблюдая, как Пэнси сосредоточенно взмахивает палочкой, зачаровывая нити на корсете. — Ты не забыла, что тебе самой нужно время на подготовку?       — Осталось буквально пару штрихов, — не отрывая взгляда от работы, пробормотала Пэнси, закусив губу. — Собраться — проще простого. Кстати, ты помнишь, что нужно поговорить с Мэтью о…       — Как тут забудешь, — закатил глаза Нотт, вспомнив недавний разговор с Малфоем. — Драко мне всю душу вынес нотациями.       — Милый, уверена, будь у нас дочь, ты бы тоже извёл кого угодно, — с лёгкой усмешкой заметила Пэнси.       — С твоим графиком работы у нас вряд ли появится дочь, — хмыкнул Теодор, скрестив руки на груди.       Пэнси резко обернулась, прищурив глаза.       — Что прости? Я правильно тебя поняла?       — Неужели тебе не хочется, чтобы по дому снова раздавался топот маленьких ножек? — ухмыльнулся Тео, чуть склонив голову. Он уже давно подумывал о втором ребёнке, но никак не находил подходящего момента, чтобы завести этот разговор. — Наш мальчишка уже совсем взрослый, а мне хочется узнать, каково это — быть отцом принцессы. Посмотри на Малфоя и Блейза, они просто сияют с тех пор, как у них появились дочери.       — Тебе хочется такой же суеты? — Пэнси подошла ближе, лукаво склонив голову набок.       — Мне кажется, я просто хочу видеть здесь маленькую копию тебя — такую же упрямую, вредную и чертовски красивую.       — Забавно, но, когда родился Мэтью, ты бубнил, что больше никаких детей, — усмехнулась она, сложив руки на груди.       — Я тогда был неопытным! — возмутился Тео. — Малфой вот тоже до сих пор в шоке от своего чада, но они с Гермионой всё же решились на второго.       Пэнси на секунду задумалась, а потом улыбнулась уголками губ.       — Я подумаю.       — Что?       — Не так… — она сделала вид, что размышляет, а затем, приблизившись к мужу, едва слышно прошептала: — Мы попробуем поработать над этим на зимнем отдыхе.       — Ты серьёзно? — в его голосе послышалась надежда.       — Абсолютно. Я ещё успею стать молодой мамой и выглядеть, как подружка нашим детям. Да и кому-то же нужно будет передать моё дело.       — Тогда, может, не будем откладывать на каникулы? — Тео наклонился к её губам.       — Не сейчас, — твёрдо ответила Пэнси, кивая в сторону манекенов. Но, заметив, как угасла его улыбка, тут же добавила, проведя пальцем по его подбородку: — Вечером. После того, как вернёмся с праздника.       Тео довольно улыбнулся. Теперь ему хотелось, чтобы этот вечер настал как можно скорее.

***

      Гермиона никогда не пропускала приглашения в Хогвартс, особенно после того, как Аврора стала главной участницей школьных мероприятий. Иногда она задумывалась: учись её дочь в обычной магловской школе, она бы точно бросала все дела, лишь бы присутствовать на каждом празднике. Сегодняшний вечер не был исключением.       Она завершала приготовления, подбирая украшения к элегантному асимметричному платью цвета шампань. Наряд был выбран тщательно — так, чтобы не привлекать лишнего внимания к небольшому бугорку внизу живота. Открытое одно плечо и длинный рукав на другом придавали образу изысканность, а складки на талии и бёдрах искусно скрывали живот. Свободный крой только вызвал бы спекуляции в прессе, а слухи о её возможном декрете сейчас были не к месту.       — Выглядишь великолепно, — раздался низкий голос позади.       Гермиона посмотрела в зеркало и встретилась взглядом с мужем. Драко входил в комнату, на ходу завязывая бабочку поверх идеально выглаженного белого воротника.       — Спасибо, — улыбнулась она, застёгивая золотое колье.       Малфой прищурился, изучая её причёску.       — Ты выпрямила кудри?       — Слегка вытянула, чтобы смотрелось аккуратнее, — кивнула Гермиона, аккуратно складывая в клатч помаду и пудру.       Она опустилась на пуфик, чтобы надеть бежевые туфли на каблуке, но Драко неожиданно прервал её, опускаясь на одно колено.       — Я сам.       Он бережно надел обувь на её ступню, ловко защёлкнув застёжку на тонком ремешке.       — Драко Малфой на коленях? — улыбнулась Гермиона, глядя на его платиновую макушку.       — Всегда на коленях перед миссис Малфой, — усмехнулся он, мягко целуя её обнажённую кожу чуть выше щиколотки.       Она только хотела поддразнить его в ответ, как вдруг по дому разнёсся характерный гул камина, и спустя секунду послышался тяжёлый, слегка раздражённый голос.       — Мы кого-то ждём? — нахмурилась Гермиона, бросив взгляд на дверь.       — Нет…       — Конечно ждёте! — прозвучал за дверью баритон Люциуса.       — Люциус! — шикнул на него женский голос.       — Что? Я имею полное право присутствовать на рождественском балу своей внучки!       Драко тяжело выдохнул и, встав, подал руку жене.       — Я не знал о его планах, — пробормотал он, помогая Гермионе подняться.       — Всей семьёй в школу… — протянула она, подавая мужу пиджак. — Аврора со стыда сгорит.       — С чего бы это?! — возмутился Люциус за дверью.       — Люциус, хватит подслушивать! — раздался более мягкий голос Нарциссы.       — Я не подслушиваю! Они просто слишком громко говорят и несут какой-то бред!       Гермиона, закатив глаза, резко распахнула дверь.       — Здравствуйте, мистер Малфой, — чопорно поприветствовала она свёкра.       Люциус отступил на шаг, смерив её взглядом, и тут же заговорил тоном, полным достоинства:       — Привет, Гермиона.       — Прости, я не смогла его удержать, — почти шёпотом произнесла Нарцисса, целуя невестку в щёку. — Ты же знаешь, как тяжело с ним спорить.       — Хватит обмениваться любезностями! — вмешался Люциус. — Пора отправляться. Я не хочу пропустить первый танец своей внучки.       — Пап, ещё целый час до начала.       — Всего час! — фыркнул Люциус. — И не забывай о правилах приличия. Надо поприветствовать другие семьи.       Нарцисса вновь бросила на Гермиону извиняющийся взгляд, но та лишь криво улыбнулась, мысленно моля Аврору простить её за этот неожиданный семейный десант.

***

      Два часа.       Осталось два грёбаных часа, а от Пэнси — ни слуху ни духу. Аврора лихорадочно проверяла телефон каждые две минуты, но сообщений не было. Она уже раз десять написала тёте, но все отправления оставались непрочитанными. Звонила, но в ответ только холодное: «Абонент вне зоны доступа».       Она сидела в пижаме на кровати, бесцельно прокручивая ленту на экране.       — Салазар, тётя, где ты… — прошептала она, покачивая ногой.       — Скажи, что всё будет хорошо, — в том же состоянии сидя на стуле, взмолилась Марго.       — Я очень на это надеюсь…       Стук в дверь заставил девушек вздрогнуть. Они одновременно подскочили, но, увидев вошедшего, обречённо вздохнули.       — Пытался дозвониться — без толку. Отправил патронус, но тоже никакого ответа, — произнёс Мэтью, встретившись взглядом с Авророй.       — Дерьмо! — выругалась Марго, окончательно теряя терпение.       — Мама точно успеет, не переживайте, — попытался успокоить их Мэтью.       Аврора зло прищурилась.       — Ты почему ещё не одет?       — Времени полно, — пожал плечами Нотт.       — Времени впритык! — взвизгнула Аврора, а затем схватила его за руку и потянула к выходу. — Пошли, помогу тебе собраться!       Она обернулась и строго посмотрела на Марго.       — Никуда не уходи.       — Такими темпами я вообще никуда сегодня не пойду, — отмахнулась Марго, провожая друзей взглядом.       Они зашли в его комнату. Аврора сразу же передала ему выглаженные брюки.       — Может, что-то случилось? — обеспокоенно спросила она, пока подготавливала рубашку.       — Не думаю. Если бы что-то произошло, твои родители сообщили бы, — спокойно ответил Нотт, не стесняясь Авроры, надевая брюки.       — Они не знают о моей просьбе… — нахмурившись, она критически осмотрела пиджак, словно обдумывая, стоит ли его вообще включать в образ.       — Аврора, ты прекрасно владеешь трансфигурацией. В крайнем случае устроим кружок «умелые ручки» и трансфигурируем уже имеющиеся в твоем гардеробе вещи сами.       — Очень смешно, ха-ха-ха, — огрызнулась она. — Не надевай пиджак, — вдруг приказала она. — Долой формальности.       — Как скажешь, — без споров согласился Мэтью. Он уже понял, что с Авророй в таком состоянии лучше не спорить. — А бабочка?       — Тоже долой.       Мэтью усмехнулся и подошёл ближе. Легко коснулся её щеки большим пальцем.       — Уверяю тебя, мама отправит тебе платье с минуты на минуту.       Аврора вскинула на него полный беспокойства взгляд.       — Да дело не во мне… Я пообещала Марго, и теперь мне так неудобно…       — И у неё тоже будет самое прекрасное платье.       Мэтью подцепил её подбородок пальцами, заставляя смотреть ему в глаза.       — Даже если что-то пойдёт не по плану…       — Уже идёт! — с досадой перебила его Аврора.       — Всё решится наилучшим образом, — спокойно закончил он, проигнорировав её панику. Затем склонился ниже и едва заметно коснулся уголка её губ.       Аврора тихо вздохнула и наконец позволила себе улыбнуться.       — По крайней мере, если ничего не решится, ты тоже можешь не идти. Заодно избежишь разговора с моим отцом, — почти весело проговорила она, прижимаясь к парню.       — Именно! Сплошные плюсы, — рассмеялся Мэтью.

***

      Пэнси неслась по коридорам подземелий так быстро, как только позволяли её шпильки, а Теодор поспешно шагал рядом, левитируя два портпледа. Волнение с каждой секундой нарастало — она отлично понимала, в каком стрессе сейчас девочки, и винила себя за то, что всё так затянулось.       Толком не выспавшись, за день она успела переделать тысячу дел, а потом в этой суматохе напрочь забыла о разрядившемся телефоне. Аврора, скорее всего, уже извелась от волнения, а на патронус она просто… забыла ответить.       — Нас не пустят, — с сомнением произнес Теодор, бросая взгляд на массивный портрет, охраняющий вход в гостиную Слизерина.       — Глупости, — отмахнулась Пэнси. — Это же мы.       И оказалась права. Как только портрет увидел представителей двух чистокровных семей, да ещё и выпускников, он без лишних вопросов распахнул перед ними проход.       В гостиной разговоры стихли. Студенты замерли, с нескрываемым удивлением уставившись на вошедших. Кто-то начал перешептываться, а одна из девушек и вовсе подскочила со своего места, восторженно глядя на Пэнси.       — Великий Салазар! Мисс Паркинсон, я ваша фанатка! Можно с вами сфотографироваться? — пискнула она, широко распахнув глаза.       — Конечно… — с лёгким удивлением протянула Пэнси.       — Розоли, — быстро представилась девушка, тут же сделав снимок на фронтальную камеру. — В жизни вы ещё прекраснее!       — Спасибо, Розоли, — улыбнулась Пэнси, поправляя выбившуюся прядь. — Не подскажешь, где комната Авроры?       — Последняя дверь справа в левом коридоре.       — Отлично. Приятно было познакомиться.       Пэнси, бросив в сторону мужа быстрый взгляд, уверенно направилась к указанной двери и, не теряя времени, вошла. В комнате за столом сидела Марго, бесцельно водя пером по пергаменту.       — Быстро ты, но мы всё ещё без платьев, — простонала она, даже не поднимая глаз.       — А вот тут ты ошибаешься, — с улыбкой произнесла Пэнси, проходя вглубь комнаты.       Марго резко подскочила, ошарашенно глядя то на вошедшую Паркинсон, то на следом за ней зашедшего Теодора.       — Здравствуйте! Простите, я думала, это Аврора вернулась!       — А куда она ушла? — поинтересовалась Пэнси, раскладывая один из чехлов на кровати.       — В комнату напротив, помогает собраться Мэтью, — тихо ответила Марго, всё ещё не до конца веря в происходящее.       Пэнси одобрительно кивнула и, бросив короткий взгляд на мужа, спокойно произнесла:       — Тео, сходи за ней. И не забудь про… ну, ты понял.       Теодор без лишних вопросов кивнул, аккуратно опустил оставшееся платье рядом с первым и направился к соседней комнате.       Стоило ему открыть дверь, как перед глазами предстала вполне ожидаемая картина: его сын стоял, мягко касаясь щеки Авроры, а та, прижавшись к нему, что-то тихо говорила.       — Кхм-кхм, — многозначительно прочистил горло Теодор, прерывая их момент.       Оба резко отпрянули друг от друга, и Аврора, мгновенно покраснев, бросила короткий взгляд в пол, прежде чем повернуться к нему.       — Дядя, — выдохнула она.       Тео усмехнулся, шагнул ближе и, легко обняв девушку, оставил короткий поцелуй на макушке.       — Пэнси тебя ждёт, — напомнил он, подталкивая её к выходу. — А ты, Мэт, присоединишься к девочкам позже.       Аврора тут же выскользнула за дверь, оставляя отца и сына наедине.       Мэтью многозначительно посмотрел на родителя:       — Пап, что ты вообще здесь делаешь?       — Помог маме донести вещи, — пожал плечами Нотт, затем усмехнулся. — Ну и, раз уж я тут… хотел с тобой поговорить.       — О чём?       — Послушай, я прекрасно понимаю: ты взрослый, самостоятельный парень, и у тебя своя голова на плечах. Но я все же прошу тебя — повремените с… более серьезными шагами.       Мэтью закатил глаза.       — Только не начинай.       — Нет-нет, подожди, — поднял руки Теодор. — Я не собираюсь читать тебе лекции, просто давай будем честны. Я прошел этот этап в твоем возрасте. Отлично знаю, как оно бывает.       — И что, ты теперь хочешь поделиться опытом? — с сарказмом спросил сын.       — Если попросишь, — ухмыльнулся Нотт-старший.       — Салазар, пап! — застонал Мэтью, прикрыв лицо ладонью. — Просто скажи, что хочешь, и давай закроем эту тему.       — Всё очень просто. Ты встречаешься с Авророй, она — дочь Малфоя. Малфой, как ты знаешь, не просто отец. Он паранойя, помноженная на чистокровную гордость. Если он хоть на секунду подумает, что у вас что-то большее, чем держание за руки и скромные поцелуи… нам с тобой не поздоровится.       — Это наши с Авророй отношения, и решать только нам, — твердо ответил Мэтью.       — Абсолютно согласен, — кивнул Теодор. — Просто будь готов, что Драко захочет с тобой поговорить. И не просто поговорить, а конкретно прижать к стенке с допросом.       — Отлично, — Мэтью хмыкнул. — Ну что ж, тогда скажу ему ровно то же самое, что тебе.       — Посмотрим, что ты скажешь, когда он реально прижмет, — ухмыльнулся Нотт.       — Посмотрим, — уверенно ответил Мэтью.

***

      — Ресницы прокрась лучиками и возьми в моей сумочке блёстки для губ, — скомандовала Пэнси, завершая макияж Марго.       — Не слишком много сияния? — с лёгким сомнением в голосе спросила Аврора, заканчивая наносить хайлайтер на зону декольте. В отличие от подруги, она уже была полностью готова к вечеру.       — Ави, Пэнси проделала слишком большую работу, чтобы мы возражали, — тихо прошептала Марго, едва поворачивая голову в сторону слизеринки.       — Именно. И не крутись! — Паркинсон мягко, но уверенно вернула её голову в исходное положение.       — Мне кажется, я выгляжу чересчур… ангельски, — высказалась младшая Малфой, завершив нанесение мельчайших блёсток поверх персиковой матовой помады.       — В этом и есть вся задумка, дорогая. Ты будешь, словно лунный свет, освещающий вечер своей невинностью, а Марго — жарким солнцем. Никто не осмелится даже пикнуть насчёт нарушенного дресс-кода, — ухмыльнулась Пэнси, ловко убирая кисти и баночки в косметический бокс.       — Осталось всего полчаса… Я так нервничаю! — встревоженно проговорила Марго, судорожно постукивая ногой, будто в нервном тике.       — Переодевайся и в путь! — скомандовала Пэнси, щёлкнув пальцами. Затем повернулась к Авроре и с нажимом добавила: — А ты держи спину ровно, как на подиуме. И плевать на эту рыжую выскочку Уизли. Ты пообещала, что она будет захлёбываться собственной желчью — самое время исполнить это.       — Я не собиралась делать это специально, — улыбнулась Аврора, бросив взгляд на подругу.       Но Марго уже не слушала. Она застыла перед зеркалом, заворожённая своим отражением.       Платье, что окутывало её, будто пламя, сияло, словно солнце, вступившее в свою самую живописную фазу заката. Огненный шёлк корсета мягко облегал её фигуру, будто ткань была соткана самой природой, подчеркивая каждую изгибистую линию. Глубокий, но элегантный вырез с драпировками напоминал языки пламени, вспыхивающие в вихре искр, разбросанных по ткани. Каждое движение заставляло платье ловить свет, превращая его в магический танец бликов.       Полупрозрачные рукава ниспадали с плеч, напоминая лёгкие всполохи рассветного тумана, струившегося за каждым жестом. Они не просто дополняли образ — они делали его сказочным.       — Я выбрала именно такие рукава, чтобы они не просто украшали платье, а подчёркивали его магнетическую природу, — с лёгким придыханием произнесла Пэнси, не сводя восхищённого взгляда со своего творения.       — Они нереальные, — с благоговением подтвердила Аврора.       Но настоящей жемчужиной этого наряда была юбка. Искусно сложенная, она напоминала осколки драгоценного камня — мерцающего, живого. Словно алмазные искры покрывали её поверхность, отражая свет сотнями бликов. Каждое движение Марго оживляло этот магический эффект, заставляя ткань переливаться оттенками золота, меди и расплавленного солнца.       — Ну… как я вам? — несмело спросила Марго.       — Ты — вспышка света в темноте. Звезда, от которой невозможно отвести взгляд, — с широкой улыбкой прошептала Аврора, её изумлённые глаза ещё больше расширились от восхищения.       — Познакомь меня с твоей мамой, — тихо произнесла Пэнси, медленно покачав головой. — Мне нужно поблагодарить её за то, что она создала такое совершенство. Моё платье и вполовину не было бы таким ослепительным, если бы его не носил столь редкий цветок.       — Спасибо, Пэнси, — робко ответила Марго, нервно поправляя пряди длинных чёрных волос.       — Всё, пошли! — в хлопнув в ладоши, скомандовала Аврора. — Будет просто ужасно, если мы опоздаем на танец открытия!

***

      Зал Хогвартса был украшен к рождественскому балу в самом лучшем традиционном стиле. Золотые огоньки на ёлке мерцали, отражая праздничный свет в огромных зеркалах и витражах. Воздух наполнялся запахом хвои и специй, а столы были накрыты самыми разнообразными яствами, приготовленными для угощения гостей. Это был вечер, когда даже старинные стены замка, всегда такие строгие и величественные, казались чуть мягче, чуть теплее, под светом тысяч свечей.       Драко стоял рядом с Гермионой, мягко касаясь её спины, наблюдая за тем, как Нарцисса и Люциус, продолжали обменивались любезностями с другими родителями и министерскими работниками. Вечер только начинался, и ещё можно было позволить себе немного времени на вежливые разговоры, прежде чем начнётся сам бал.       — Как им не надоедают эти фальшивые разговоры? — тихо поинтересовалась Гермиона, слегка склонив голову в сторону мужа.       — Ты же знаешь, что мои родители на таких событиях в своей стихии, — Драко слегка пожал плечами, его взгляд несколько раз прошёл по студентам в поисках дочери.       — Я уже столько лет в высшем обществе, но до сих пор не могу привыкнуть растягивать губы в искусственной улыбке и делать вид по-настоящему заинтересованной.       — Тебе и не нужно играть эту роль, — прошептал Малфой, оставив лёгкий поцелуй на виске жены. — Общество и я любим тебя за твою естественность.       Однако его взгляд всё ещё блуждал по залу, и Гермиона это заметила.       — Я никак не могу отыскать Аврору, — с лёгким беспокойством добавил Драко.       — Не переживай, она появится с минуты на минуту.       — Да, Малфой, она скоро появится, у неё там сборы серьёзные, знаешь ли, — раздался знакомый голос, и к ним со спины подошёл Тео.       — Нотт, — Драко развернулся к приятелю, но тут же зацепился взглядом за юношу, стоявшего чуть позади. — Мэтью.       — Привет, Драко, — как можно спокойнее поздоровался Мэт, однако его взгляд тут же метнулся к Гермионе. — Гермиона, прекрасно выглядишь.       — Спасибо, дорогой, — с искренней улыбкой ответила она, принимая лёгкий поцелуй поверх своей кисти.       Драко сжав губы, слегка сузил глаза, наблюдая за этим жестом.       — Мэтью, не хочешь пройтись со мной навстречу к Авроре? — спросил он, намеренно ненавязчивым тоном.       Юноша, как ни странно, не растерялся.       — Отличная идея!       Гермиона тут же взглянула на мужа укоризненно, но он лишь ухмыльнулся.       — Драко…       — Гермиона, да ладно тебе, пусть прогуляются, — улыбнулся Тео, прекрасно понимая, что задумал его друг.       Как только они отошли на приличное расстояние, Драко слегка сбавил шаг, позволяя крестнику самому завести разговор.       Мэт не заставил себя ждать.       — Драко, я прекрасно понимаю, что ты хочешь обсудить наши отношения с Авророй, — он вздохнул, не спеша подбирать слова. — И хочу сразу сказать: между нами нет ничего из того, о чём ты беспокоишься. И не будет, пока она сама этого не захочет. Малфой едва заметно прищурился.       — Вот как… — он ненадолго замолчал, словно взвешивая слова. — Хорошо, что мне не нужно распинаться. Однако мне есть что тебе ответить.       Его голос стал твёрже, а взгляд — колючее.       — Я всё ещё не до конца принимаю тот факт, что вы с ней пара, но… это дело времени. Однако запомни раз и навсегда: не когда моя дочь сама захочет, а только после её совершеннолетия.       Мэтью прикусил губу, но тут же усмехнулся:       — Ты говоришь так, как будто сам ходил целомудренным до восемнадцати.       Драко резко повернул к нему голову и чуть сощурился, в глазах блеснуло предупреждение.       — Не ходил, поэтому и предупреждаю тебя, — ледяным тоном произнёс он. — Не провоцируй меня на радикальные меры. В конце концов, ей пятнадцать.       Мэт кивнул, показывая, что понял серьёзность момента, но его голос был твёрдым:       — Дядя, я не собираюсь делать ничего противозаконного. Я слишком люблю Аврору, чтобы хоть как-то навредить ей и уж тем более принудить к чему-то.       Драко внимательно вглядывался в его лицо, стараясь уловить хоть тень лжи, но не нашёл.       — Клянусь, я не притронусь к ней до того, как она полностью будет осознавать ответственность этого действия, — сдержанно, но твёрдо добавил юноша.       Малфой помолчал, затем с лёгким кивком произнёс:       — Рад, что мы с тобой поняли друг друга.       На лице Мэта мелькнула тень облегчения.       — Я даже не заметил, когда ты успел так вырасти, — нехотя признался Драко, качая головой.       — Честно? Я и сам не заметил, — усмехнулся парень.       — Ну что ж, раз всё решили, думаю, можем вернуться обратно, пока за нами не прибежала моя жена.       — Готов поспорить, она встанет на мою защиту, — фыркнул Мэтью.       — Я даже спорить не буду, ты говоришь очевидные вещи, — вздохнул Драко, закатив глаза, но на губах у него появилась лёгкая ухмылка.       Драко и Мэтью неторопливо вернулись в центр зала, где их уже ожидали Гермиона, Тео и Пэнси. Последняя, скрестив руки на груди, оценивающе взглянула на них, а потом перевела взгляд на Гермиону.       — Ну, как прошло? — с хитрой улыбкой поинтересовалась она, вскинув брови.       Гермиона, сложив руки на груди, смерила мужа пристальным взглядом.       — Судя по выражению лица Драко, он либо что-то обещал взорвать, либо проглотил все, что хотел сказать.       — Да ладно вам, — фыркнул Драко, бросая взгляд на Мэтью, который, на удивление, выглядел вполне расслабленно. — Просто разговор.       Тео усмехнулся и похлопал сына по плечу:       — Мэт, раз уж ты выдержал первый раунд, тебе стоит выпить за свою стойкость.       — Думаю, я подожду, пока мне исполнится семнадцать, чтобы делать это официально, — усмехнулся Мэтью.       Драко хотел было что-то ответить, но внезапно в зале зазвучал усиленный магией голос директора Хогвартса.       — Дамы и господа, прошу внимания!       Гул беседы начал стихать, и все взгляды обратились к возвышению, на котором стоял директор.       — Сегодня мы собрались здесь, чтобы отметить одно из самых прекрасных и магических событий года — Рождественский бал Хогвартса!       Толпа приветствовала его лёгкими аплодисментами, а он с улыбкой продолжил:       — Времена меняются, но есть вещи, которые остаются неизменными. Наш великий замок с его многовековыми традициями, дух дружбы и волшебства, которые объединяют нас всех. Сегодня, в этот вечер, мы забываем о различиях и вспоминаем, что магия живёт не только в наших палочках, но и в наших сердцах.       Он сделал небольшую паузу, оглядывая зал.       — Пусть этот бал станет началом новых дружб, ярких воспоминаний и, конечно же, красивых танцев. А теперь… давайте начнём праздник!       — Ну наконец-то. Я уже весь извелся в ожидании увидеть свою внучку, — пробурчал Люциус, подходя под руку с женой к компании. — И вообще, что за моветон? Где её манеры? Она даже не соизволила появиться здесь заблаговременно.       — Люциус, не начинай, — взмолилась Нарцисса.       — Мистер Малфой, это я задержала Аврору. Слегка не рассчитала время, помогая ей собраться на бал, — с деланно печальным видом произнесла Пэнси, намеренно сглаживая пыл старшего Малфоя перед появлением его бунтарки-внучки.       — Очень прискорбно, Пэнси, что вы поощряете такое поведение!       — Отец, давай не будем сейчас читать нотации, пожалуйста, — вмешался Драко, но его голос оборвался, когда он заметил пробирающуюся сквозь толпу девушку с платиновыми кудрями, сияющими в свете люстр.       Он застыл на месте, и близкие ему люди, уловив его взгляд, почти одновременно обернулись в ту же сторону.       Драко видел в своей дочери многое — упрямство, достоинство, независимость. Но в этот момент, когда Аврора пробивалась сквозь толпу, он вдруг понял: она — совершенство.       Её платье было соткано из самой ночи, из тихого шёпота звезд, из холодного света луны, что искрился в переливах ткани. Мягкий голубовато—серебристый оттенок подчеркивал её хрупкость, но не слабость — скорее магическую, неуловимую силу.       Перекрещенный лиф платья обвивал ее точеную фигуру, будто созданный только для неё. Тонкие веточки ледяных кристаллов касались её плеч, напоминая о короне снежной королевы, которой даже не нужно доказывать свой титул. Полупрозрачные рукава струились при каждом шаге, словно покрытые инеем нити света.       А юбка…юбка рассыпалась тончайшими бликами, как морозные узоры на стекле, мерцающие в свете сотен свечей. Драко не мог отвести взгляда, как и все остальные.       — Папа! — Аврора, не сбавляя скорости, бросилась на шею отца, игнорируя всех остальных.       — Девочка моя… — прошептал Малфой, удерживая дочь в крепких объятиях.       В этот миг он осознал — она не просто его дочь.       Она — его наследница.       Она — звезда, чей свет он никому не позволит затмить.       — Кхм-кхм, — фальшиво откашлялся Люциус, прерывая столь трогательный момент. — Юная леди, где ваши манеры? И что за внешний вид?       — Всем привет, — улыбнулась Аврора, обращаясь к близким, но всё ещё удерживая отца за руку. — Дедушка, я решила, что раз нигде не задокументировано правило дресс-кода, то могу явиться в том, в чём сочту нужным.       — Это возмутительно! Юная леди, вы…       Однако договорить он не успел — торжественная мелодия, возвещающая начало вальса, разнеслась по всему залу.       Аврора, привстав на цыпочки, прошептала отцу:       — Пап, я уже нарушила кучу правил, появившись здесь в таком виде, так почему бы не нарушить ещё одно? Откроешь со мной первый танец?       — Ты правда этого хочешь? — в голосе Драко смешались шок, неверие и благоговение перед её просьбой.       — Пусть весь волшебный мир видит, что мой отец — самый прекрасный мужчина на свете!       — Я… я… — Малфой запнулся, не зная, как выразить переполнявшие его чувства. Любовь к дочери захлестнула его с головой.       — Только давай отбросим формальности — сними пиджак и избавься от этой бабочки, — с улыбкой во все тридцать два зуба предложила Аврора, а затем повернулась к Мэтью: — Марго ждёт тебя у паркета.       — Нарцисса, ты это видишь? Наша внучка…       — Наша внучка поступает так, как считает нужным, дорогой, — спокойно, но твёрдо заметила Нарцисса.       — И вы можете прочитать ей сколько угодно нотаций, но только не сейчас и не здесь, — отчеканила Гермиона, бросив строгий взгляд на свекра.       Она не позволит разрушить этот чарующий момент между мужем и дочерью. Ни сегодня, ни в любой другой день.

***

      Когда первые аккорды вальса разлились по залу, Аврора вытянула руку к отцу, её глаза светились нескрываемым восторгом. Драко смотрел на неё, не веря, что эта юная леди перед ним — его маленькая дочь, та, кого он когда-то укачивал в объятиях, чьи кудряшки рассыпались по его плечу, когда она засыпала на его груди.       Но сейчас она стояла перед ним, прекрасная, грациозная, смелая.       Он заметил, как её рука слегка дрожала — не от страха, а от волнения. Драко накрыл её ладонь своей, чувствуя, как это волнение передаётся ему самому.       — Ты готов, пап? — с улыбкой спросила Аврора, чуть приподняв бровь.       — Не знаю, Аврора. Мне кажется, к такому невозможно быть готовым, — его голос был мягче, чем обычно.       — Тогда просто доверься мне, — она крепче сжала его руку.       Он не успел ответить — музыка, словно подчиняясь их движению, поднялась волной, и они закружились.       Гости и преподаватели расступились, уступая место главному танцу вечера. Все взгляды были прикованы к ним: к мужчине, который раньше слыл холодным и неприступным, и к девушке, что своей юностью и дерзкой уверенностью освещала этот вечер, как настоящая звезда.       Драко вёл дочь легко, уверенно, чувствуя, как подстраивается под ритм её дыхания.       — Знаешь, — тихо заговорил он, не прекращая движения, — когда ты была маленькой, я думал, что никто и ничто не сможет затмить тот свет, который ты принесла в мою жизнь.       Аврора посмотрела на него снизу вверх, её губы тронула тёплая улыбка.       — И как? Твоя теория подтвердилась?       — Нет, — его голос дрогнул. — Ты стала ещё ярче. Ты великолепна.       — Я просто стараюсь не наступить тебе на ноги, — рассмеялась Аврора, но он почувствовал, как её голос задрожал.       Она чувствовала на себе десятки взглядов — одобрительных, восхищённых, недоумённых, но ей было всё равно. В этот момент существовали только она и отец.       — Ты прекрасно танцуешь, — продолжил Драко, слегка раскручивая её в мягком повороте.       Аврора закружилась, её платье вспыхнуло, как вспышка света.       — Ты меня учил, помнишь? — она сжала его руку.       Он помнил. Помнил, как маленькая Аврора топталась у него на ногах, смеялась, когда он объяснял ей первые движения.       — Да, и ты тогда всё время путалась в шагах, — усмехнулся он.       — А ты говорил, что у меня нет ритма, — фыркнула Аврора.       — Ну, похоже, я ошибался, — признал Драко.       Аврора опустила голову, не желая показывать, как её глаза блестят от подступивших слёз.       — Я так тебя люблю, папа, — прошептала она.       — И я тебя, звёздочка, — он крепче сжал её талию, будто пытаясь запомнить этот момент навсегда.       Они кружились в мягком свете свечей, и время словно остановилось. Никто не смел прервать их — даже Люциус смотрел на эту картину молча, с чем-то похожим на благоговение.       Но музыка подходила к концу. Драко знал, что этот танец — не только их, что ему предстоит сделать то, чего он не хотел, но что было неизбежно.       Он почувствовал движение рядом и, повернув голову, увидел Мэтью. Парень стоял чуть в стороне, стараясь выглядеть уверенно, но в глазах его читалось волнение.       Драко остановился, заглянул в глаза дочери и, прежде чем отпустить её, провёл ладонью по её щеке.       — Ты всегда будешь моей маленькой девочкой, — сказал он, пытаясь улыбнуться.       — Я знаю, пап, — Аврора сжала его ладонь сильнее.       Драко закружил её в последнем повороте, позволяя её платью взлететь волной. Музыка замедлилась, стихая, как уходящая волна прибоя.       Аврора почувствовала, как отец ослабляет хватку, и её сердце сжалось.       Он отпускает.       — Аврора, — тихо произнёс он, встречаясь с её взглядом, — ты готова?       Она знала, о чём он спрашивает.       Рядом уже стоял Мэтью, ожидая своего момента.       Аврора не сразу ответила. Она посмотрела в глаза отцу, надеясь, что он поймёт всё, что она не сможет сказать вслух.       — Готова, — наконец выдохнула она.       Драко посмотрел на Мэтью — долго, оценивающе. Затем медленно вложил ладонь дочери в руку её кавалера, задержавшись на секунду, словно передавая не просто девушку, а целый мир.       — Береги её, — только и сказал он.       Мэтью кивнул.       Аврора сделала шаг к новому партнёру, но перед тем, как двинуться дальше, обернулась к отцу.       — Ты всегда будешь главным мужчиной в моей жизни, пап, — прошептала она.       Драко не смог ответить. Он только смотрел, как его маленькая девочка уходит в свой первый настоящий танец.