Т/И и сломанный смычок (Зима)

— Так я рад, так я рад, что поеду в Ленинград! — сон слетает мгновенно. Младший братец прыгает на кровати, складируя отрывок из стихотворения Корнея Чуковского, крича и размахивая при этом руками. — Опоздаешь в музыкалку, — заметив, что ты уже проснулась, вещает рыжий. — Встаю, — сонно отзываешься ты. Учебный день в школе начинается с обеда, для ваших выпускных классов поставили репетицию зимнего бала. Никто бы и в помине на него не пришёл, если бы ВЛКСМ не поставили ультиматут на посещаемость, вписав в дату открытия бала 30 число декабря. — Тебе снова звонил Гога, — с ухмылочкой возвестил рыжеволосый. На голове брата был кошмар, сродни прошедшему Мамаю, ты потрепала младшего по голове. — Если ещё раз наберёт, расскажи ему, пожалуйста, про своих любимых крокодилов, — хищно улыбаясь, братец кивал. В его прелестные одиннадцать лет мальчик был изворотливым лгуном, только с тобой оставался честным и более порядочным, хоть ты и понимала, что слухи про группировщиков, пришивание рыжика к ним и сборы — вряд-ли пустая болтовня.

***

Перебирая в голове информацию для отчётного концерта, ты бежишь по заледенелым дорогам Казани навстречу с «любимой» преподавательницей, истеричкой неопределенного возраста с толстыми очками и хриплым голосом. Неожиданно футляр раскрывается. Ничего не успев сделать, ты с огорчением смотришь на вывалившуюся скрипку. Снег облепливает инструмент со всех сторон. — Да твою ж, — резкий порыв ветра, окрик, падение. Через тебя буквально пролетает неизвестный парень со смешно торчащими ушами, — что тут расселась? — интересуется он, поднимаясь на ноги. Вот незадача, смычок безнадежно сломан. То ли парень виноват, своим падением приземлившись аккурат на неподозревающую скрипку, то ли ты что-то сломала позавчера и не заметила. — Скрипке конец, — со слезами протягиваешь ты. Не любишь плакать, тем более перед незнакомыми людьми, но вообразив, как будет орать преподавательница, едва сдерживаешь эмоции, — у меня концерт скоро, сегодня репетиция, как же я без неё… — на лице парня мелкает вполне человеческое выражение. Раньше ты уже видела его и знала, что он — один из членов группировки. Может даже брата знает. — Я Вахит, — картавый протянул тебе руку. Жмёшь её, украдкой пряча глаза. Ситуация не из приятных, какие варианты решения есть, пока не придумала, — давай помогу починить. — Как? — У меня есть один знакомый, кхм, — Вахит задумывается, крутя мысли в голове, — он починит, я сейчас отнесу ему, — ты недоверчиво косишься на нового знакомого. — За просто так? — Я же её сломал, — парень пожимает плечами. На твоём лице мелькает подобие улыбки. А он совсем не противный, хотя выглядит не как типичный парень-комсомолец. Для тебя слово группировщик сродни клейму, но может стоит поменять своё отношение, сделав, для начала, одно исключение? — Я буду благодарна. И да, я Т/И, — представляешься, получая в ответ улыбку от парня. Кареглазый обладает весьма необычной внешностью, но тебя это не отталкивает. Даже, наоборот, вызывает желание побольше узнать о странном, решившим выручить незнакомую девушку, человеке. Вахит помогает тебе сложить скрипку со смычком обратно в футляр и галантно несёт вещицу с своих руках. Ты идёшь рядом, засунув руки в карманы пальто, и укладкой разглядываешь фигуру парня. Тот, пару раз кидаешь на тебя изучающие взгляды, но ничего не говорит. — Чем ещё занимаешься? — нарушает тишину кареглазый. Ты рассказываешь про школу, про зимний бал, про подготовку к нему. При слове «комсомол» Вахит усмехается, а упоминание Коневича вызывает пару фраз с неприличным содержанием. Не сдерживаясь, ты хохочешь во весь голос. Новый знакомый оказался приятным собеседником, много шутил и улыбался. Немного смущаешься после смеха, замечая, что кареглазый разглядывает твои глаза. — Что потом делаешь? В музыкалку снова? — ты отвечаешь, не прерывая зрительного контакта. Школу можно и прогулять разок. — Значит можно погулять, — деловито сообщает Вахит. Ты ухмыляешься и киваешь. Почему бы и нет? Группировщик — группировщику рознь, кареглазый вызывает интерес, что склоняет тебя поменять свои принципы.