Т/И и искусство перемещения: часть 2 (Кащей)

— Алия Камилевна Зималетдинова, — растерянно читаешь ты. На фотографии паспорта твоя копия, только выглядит моложе. «Этой девушке девятнадцать лет. На четыре года младше меня» — проносится в голове. — Убедилась? — Зима качает головой. Когда парень подбежал к вам, Кащей успел закрыть тебя собой и объяснил картавому про твоё «сумасшествие». — Да, — киваешь головой, замечая внимательный взгляд Кащея на себе. — Переоденься, — обращается к тебе зеленоглазый, — шмотки же есть какие-то? — Сумка в твоей комнате, — напоминает Зима. Ты оглядываешь обоих парней. В происходящее тебе ещё трудно поверить, но ты немного успокоилась. По крайней мере, тебе не причиняют ничего плохого. Киваешь парням, отправляясь в «свою» комнату. Найдя в сумке свитер, чем-то похожий на твой из Московских времён. Хмыкаешь, натягивая его на себя. Также надеваешь брюки и носки. Оглядев себя, убеждаешься, что выглядишь, как все из 80-х годов. — Там, где не должна быть, — вздыхаешь, поправляя руками волосы. Твоя собака, родители, сестра… Все они остались там, в 2024 году, куда тебе не было доступа. В 89 твоим родителям было по пятнадцать лет, они оба жили в Ленинграде, а из Казани не было никого и близко знакомого. — Готова? — в комнату заглядывает Зима. — Да, — поворачиваешься к «брату», — а ты сможешь сказать, как тебе зовут? Я не помню. — Вахит, ты меня Вахой звала, — ответил картавый. — Красивое имя, — проявляешь вежливость. Зима улыбается. — Давай спокойно поговорим, я Кащея проводил, — ты пошла «братом» на кухню. На тарелке было несколько бутербродов с сыром. «Вот так совпадение» — ты припомнила свой завтрак. — У нас домашние животные или ещё что-то, — бормочешь, глотая чай и откусывая кусок от хлеба. — Никого. Отец не захотел после смерти кота заводить нового, — ответил Зима с набитым ртом. Вы переглянулись. Ты заметила, что у вас один цвет глаз, некоторые черты лица также похожи. «Вот тебе и совпадение. Переместилась в СССР, так ещё и новую семью нашла. Чистый везунчик».

***

Ты лежала на новой кровати, уставившись в потолок. — Мне на сборы пора, — оповещает Зима. — Что такое сборы? — «брат» рассказал тебе не всё, но бо́льшое количество информации. — Расскажу после, — кричит Зималетдинов, хлопая дверью. Ты со вздохом ложишься обратно, сон наваливается на тебя, словно голодный кот на сметану.

***

Сновидения прерываются громкими стонами. Распахиваешь глаза и оглядываешь пространство. — Да тише ты, — шипит знакомый голос. Встаешь с кровати, на цыпочках подходя к косяку двери. В коридоре трое человек, придерживающих кого-то. — Да с хера ли молчать, она помочь может, — незнакомый парень кивает в твою сторону. — Что с ним? — пугаешься, замечая, что «брат» весь в крови. — Хадишевские, — мрачно отвечает тебе незнакомец, — Алия, это ты? — он явно узнает тебя. Ты хмуришься. — Хватит языком трепать, Турбо, — одергивает зеленоглазый его, — тащи Зиму на кухню, я найду аптечку. Ещё один парень крайне молчалив, его глаза изучают тебя, будто пытаясь запомнить все приметы. Турбо и парень помогают Вахиту дойти до кухни, Кащей хватает тебя за руку. — Не пытайся под ногами, — мужчина обращается к тебе спокойным голосом, — Зиме поможет, потом разговор будет с тобой, — ты чуть суживаешь глаза. — Аля, ты поняла? — Кащей повышает голос. Киваешь, опасаясь гнева зеленоглазого.

***

Спустя час ты сидишь в качалке Универсама, оглядывая помещение. Каморка Кащея выглядит неплохо, несмотря на всю обшарпанность. — Угощайся, — мужчина протягивает тебе кусок колбасы, как собаке. Ты пялишься в глаза Кащея, не собирая принимать подачку, — да возьми уже, — зеленоглазый впихивает в твою руку еду. Закатываешь глаза, откусывая кусок. — Ем, видишь? — Молодец, — хвалит Кащей. Он думает о чём-то своём, пока ты перебираешь в голове ворох мыслей. — С Зимой же все будет хорошо? — уточняет. Мужчина кивает, подсаживаясь ближе. Ты чувствуешь дыхание авторитета. Ох уже эти группировщики, драки, разбои, синяки. Ты немного знала о том, что «цвело» в СССР, но в подробности не вникала. — Тебе бы человека, который поможет все вспомнить. Прояснить в мозгах нужное, — скалился зеленоглазый. Ты ухмыляешься. Подкаты Кащея выглядят смешно и неуместно, тебе становится неловко, ведь ты его совершенно не знаешь. — Себя предлагаешь или этого, Турбо? — припоминаешь кличку универсамовца ты. Кащей хохочет. Его смех совершенно ему не подходит. Слишком громкий, напыщенный, противный. Ты хочется заткнуть мужчину, чтобы прекратить свои мучения по выслушиванию глупостей. — Себя, Аля, себя, — зеленоглазый раскидывает руки в сторону, наблюдая за твоими действиями. Ты кладёшь ногу на ногу, поправляя волосы. — Тогда начнём с того, что же здесь творится. Я ничего не помню про Казань, ни про ОП… группировки, — быстро произносишь ты. Зеленоглазый кивает. — Пей, — Кащей берёт графин с водкой, наливает тебе в стопку жидкость и протягивает, — можешь алкоголь освежит твою память. Ты застываешь в нерешительности, отказываться от выпивки не хочется, но пить в компании с малознакомым человеком — не самая лучшая идея. — Пей, — уже звучит как приказ. Вздыхаешь, берёшь стопку в руки и делаешь пару глотков. Водка очень мерзкая, тебе становится плохо, — блять, Аля! — Кащей отбирает у тебя напиток. — Мрак, даже запах алкоголя забыла, — качает головой. Зелёные глаза поблескивают, когда мужчина одним махом выпивает остатки алкоголя. — Спасибо, — бормочешь ты. Мужчина наклоняется и оставляет на щеке мокрый поцелуй. Ты возмущённо косишься на него, — мы блять вместе или что? — вырывается у тебя. Все накопившиеся эмоции бурлят внутри, очень хочется вернуться, невыносимо торчать там, где тебе никто не рад, все же только заинтересованы в том, чтобы ты вспоминал о старой жизни. Жизни, которая не была твоей. — Не ругайся, — глаза Кащея загораются нехорошим блеском, — я тебе помощь предложил, неблагодарная. А ты вот как, — зеленоглазый хватает тебя за руку, — сиди и слушай, — он начинает вещать про Универсам, скорлупу, порядки. Ты слушаешь, не придумав, как вырвать руку из лап мужчины. Закончив, зеленоглазый сам отпускает тебя. — Глупая, глупая девчонка, — качает головой Кащей, — что ж творят травмы. Была такой податливой и любезной, а стала дерзкой, — губы мужчины кривятся. Он размышляет, а ты планируешь уйти, чтобы вернуться домой. Хотя бы туда, где можно поспать и поесть. — Если не с тобой хожу, то отпусти меня. Брат ждёт, — пытаешься сделать невинный вид. Кащей снова хохочет. Ты, не выдержав, затыкаешь руками рот автора. Мужчина успевает сбросить с себя их, впиваясь в твои губы. Ты сопротивляешься, бьёшь руками по телу зеленоглазого, но он уже распалился. Его руки скользили по твоему телу, ты почувствовала жар и возбуждение. — Значит со мной ходить будешь, — хрипит тебе в губы Кащей, — и не груби, Аля. Ты не отвечаешь, а мужчина стягивает с тебя свитер, сжимая твою грудь. С губ срывается стон, глаза закрываются. На шее остаётся укус от зубов Кащея. Зелёного вцелом отрывается от тебя и наливает себе водки в стопку. Ты, тяжело дыша, надеваешь свитер обратно. Ну пиздец, просто пиздец. Тебя только что нагло развели практически на близость. Какой-то друг или старший твоего «брата». В дерьмовой каморке Универсама. Блять. — Со мной теперь ходишь, — ухмыляется Кащей, — новые шмотки тебе прикупим, на дискотеку свожу, — заявлял авторитет. Ты молчишь, сглатывая образовавшийся комок. Зелёноглазый убирает стопку, притягивает тебя к себе, втягивая в объятья. Ты чувствуешь запах водки и дешёвого одеколона. — Нормально все будет, — шепчет тебе в волосы полупьяный мужчина, — понравится тебе здесь. Ты лёгонько киваешь. Кто знает, может кудрявый прав? Назад пока что дороги нет, стоит быть аккуратной, следить за ситуацией. Кащей прерывает твои раздумья, обхватывая лицо руками. Ты устало косишься на него. — Давай спать, — вяло протягивает зеленоглазый. Он за руку тянет тебя на диван, находит где-то пушистый плед, на удивление практически новый, ложиться рядом и укрывает вас, — спи, Аля, всё завтра.

***

С той ночи в качалке Универсама все летит наперекосяк. Через две недели возвращается Вова Адидас, следом умирает Ералаш и Кащея отшивают. Ты делаешь выбор в пользу «брата», но зелёноглазый не отстаёт от тебя, тайно навещая. В один из дней пьяный мужчина протягивает странное железное кольцо. — Выходи за меня, — хрипит он. Снова пьяный, но хотя бы не ширяется. Ты знала, что он уже больше полугода в завязке, что вызывало некое подобие уважения. — Чушь не неси, — хмыкаешь, скрестив руки на груди. — В Москву поедем, — не обращая внимания на твои слова, продолжает Кащей, — хочешь? У меня есть бабки, квартиру купить можно. Здесь гребань, жизни не будет нормальной, — сколько он выпил? Ты не знала. При слове Москва, таком любимом и приятном, ты вздрогнула. А что, если он не шутит? — Аля, я билеты взял, решай уже, родная. Молчишь, обдумывая, что тебя может ждать в холодной и чужой Казани. Мысли невесёлые, ничего хорошего в голову не приходит. — Вещи соберу, на вокзале встретимся, — отвечает ты, пару секунд смотря в зелёные глаза. Между вами кроме поцелуев ещё ничего не было, Кащей, неожиданно, вёл себя как джентльмен, не пытаясь завалить свою добычу и воспользоваться тобой. Это объясняло его предложение сейчас. Стало как-то наплевать, если у вас что и получится с ним. Славно, если выйдет, ты успела привязаться а кудрявому мужчине. Большего всего — хотелось вернуться домой. Туда, где ты родилась и жила, добиваясь всего, чего хотела. Кащей приближается к тебе, целуя в губы. Его глаза светятся, ведь он уверен, что ты согласилась уехать из-за него. Усмехнувшись своим мыслям, ты отправляешься к дому за вещами. Прощай, Казань, ты не стала родной, лишь помогла обрести парня, с которым нас начиналась укрепляться связь.