9

Воздух в очая пах чем-то приятным, напоминая цветочный аромат, мягкий же свет бумажных фонарей отбрасывал тени на стены сёдзи. Харуко с грациозностью лани танцевала перед детективом Хэйдзо, чьё неожиданное появление в очая в качестве гостья сильно удивило девушку. Рукава её кимоно с узором из алеющих кленовых листьев развевались, как распускающийся цветок. Каждый жест, каждый поворот головы был отточенным и полным безмолвной красоты. Детектив Хэйдзо сидел неподвижно, не сводя с девушки внимательного, тяжёлого взгляда, в котором читалось не восхищение, а холодный интерес. — Тот господин уже давно покинул Инадузуму, — отпив сакэ, произнёс юноша. — Похоже, что дело об убийстве Ватари-сана не будет раскрыто. Если, конечно, вы не знаете, куда мог уплыть Предвестник Фатуи. Она резко замерла на месте, перестав танцевать, а её изящные пальцы, застывшие в полусогнутом жесте, вдруг задрожали. Слова, сорвавшиеся с уст парня, заставили покрыться мурашками, но вслед за страхом пришла и странная волна облегчения — он ушёл. Скарамучча далеко от Инадзумы. Фрейя вдруг хмыкнула, прикрыв рот рукавом кимоно: — Правда думаете, что сможете закрыть за решёткой самого Предвестника? Фатуи это так просто не оставят, так на что вы надеетесь, детектив? — Она плавно опустилась на татами, движение было столь же лёгким и беззвучным, как приземление бабочки на цветок. После этого гейша с изяществом в движениях взяла в руки сосуд и налила Хэйдзо ещё сакэ. Жидкость тут же тонкой струйкой заполнила крошечную пиалу. — Детектив, чего вы хотите от меня, от простой гейко? Имени своего он и правда не называл, я могла лишь догадываться, что слухи о Предвестнике правдивы. Так чего вы хотите? Хэйдзо не сразу потянулся за пиалой. Он лишь улыбнулся ей, и в этой улыбке не было ни капли тепла лишь уверенность охотника, уже знающего, где таится его добыча. — Он отправился в Сумеру, ведь так? Тихие, произнесённые без тени сомнения слова прозвучали как гром среди ясного неба. Фрейя аж чуть не выронила из рук сосуд, ощутив, как вспотели пальцы. — Что?.. — Вы ведь собираетесь в скором времени покинуть Инадзуму, верно? Странно, что вы выбрали не родной вашей матери Мондштадт, а далёкий и чужой Сумеру, — продолжил он. — Вы правы: с моей стороны было бы самонадеянно думать, что я смогу привлечь к уголовной ответственности самого Предвестника Фатуи. Вас тоже ни за что не привлечёшь — в этой истории вы тоже жертва. Но всё же… Хэйдзо отпил рисовый сакэ, давая ей время осознать сказанное. — Передайте господину Скарамучче при встрече, что если его нога снова ступит на земли Инадзумы, то я обращусь к самому сёгуну для того, чтобы добиться справедливости. Пусть Ватари-сан и повёл себя как свинья, но это не повод доводить всё до столь жестокого, извращённого убийства. — Поставив пиалу, детектив поднялся на ноги. Он смотрел на неё сверху вниз, во взгляде этого парня читалось суровое предостережение. — Я советую вам, Харуко, держать в голове то, что стало с ним, когда встретитесь с Предвестником. На этом я отчалю. Хорошего вам вечера, гейко. Не дожидаясь ответа, он развернулся и вышел, бесшумно закрыв сёдзи. Харуко после этого ещё долго сидела неподвижно, вглядываясь в пустое место перед собой, а в ушах у неё звенела тишина, внезапно обрушившаяся вслед за уходом юноши. — Хорошо, передам ему, если встречу… — прошептала девушка в пустоту.

***

Солнце в Сумеру, едва поднявшееся над горизонтом, уже немилосердно жарило, обжигающе касаясь кожи. Но стоило Фрейе свернуть с открытой площади и попасть на главный базар, как её охватила волна спасительной прохлады. Здесь воздух был густо напоен ароматами сладких фиников, терпкого кофе и тысяч специй на прилавках. Отсюда, с базара, был хорошо виден маленький театр Зубаира. Нилу уже репетировала, несмотря на то, что часы показывали только шесть утра — её силуэт, изящный и лёгкий, парил на сцене. Фрейя вздохнула, после чего на губах сама собой возникла слабая, уставшая улыбка. Привычная дорога к театру казалась сегодня длиннее обычного. Сегодняшний день ничем не отличался от других таких же: репетиция, танцы, милые разговоры с Нилу в минуты отдыха… И, конечно же, странный незнакомец, который каждое утро приходит на базар, чтобы посмотреть на неё с украдкой, пряча то и дело взгляд за шляпой. — Он снова пришёл, — хихикая, прошептала ей на ушко Нилу. — Смотри, вон там, у лавки со специями. Кажется, Странник влюбился в тебя. Фрейя, не меняя удивлённого выражения лица, скользнула взглядом в указанном направлении, вновь увидев высокого, худощавого молодого человека с инадзумской внешностью. Он резко контрастировал на фоне сумерцев, а его лицо почти полностью скрывала широкая шляпа, в руках же он держал какую-то старую книгу в потрёпанном переплёте. Поймав на себе взгляд Фрейи, юноша тут же спрятал взгляд за шляпой. — Ты знаешь его? — осторожно спросила Фрейя. — Выглядит… подозрительно. — О, Сайно вчера как раз рассказывал о нём, — оживилась Нилу. — Говорит, он из Академии, прибыл сюда не так уж и давно, причём прямиком из Инадзумы. Ещё сказал, что сама Дендро Архонт помогает ему освоиться в Сумеру. — Инадзума… — выдохнула Фрейя. Это слово несло в себе звук гроз, запах сакуры и морского бриза. Оно напоминало о закрытых границах и самураях. Что же могло заставить выходца с такого далёкого острова вот так вот, день за днём, приходить и тайно наблюдать за простой танцовщицей? «Быть может, этот юноша был одним из моих гостей в очая?» — подумала она, в памяти же на мгновение всплыли приглушённый смех, звон пиал с сакэ и печальные мелодии сямисэна. Фрейя до сих пор не могла понять, что именно заставило её приплыть в чужой сердцу Сумеру, а не в Мондштадт. С самого детства, затаив дыхание, она слушала бродячих бардов, воспевающих город ветров и свободы. Фрейя грезила его зелёными просторами и мелодиями, но никак не владениями Дендро Архонта. И всё же… сердце привело её именно сюда. Сделав глубокий вдох и сжав в слабых пальцах складки своего лёгкого платья, Фрейя всё-таки сделала несколько шагов вперёд. — Здравствуйте, — тихонько произнесла Фрейя, останавливаясь на почтительном расстоянии. — Мне показалось… что мы где-то уже встречались. Вы случайно никогда не были в очая на острове Наруками? Странник, до этого погружённый в свои мысли, медленно поднял голову. Его глаза сначала встретились с её взглядом, после чего в них мелькнуло неподдельное удивление. Он явно не ожидал, что она осмелится к нему подойти. — Гм… — Странник сделал небольшую паузу, оценивающе взглянув на гейко. — Допустим, что был. — О, теперь я поняла, откуда в моей груди появилось чувство, словно бы мы знакомы, — оживилась Фрейя, лёгкая улыбка даже тронула её губы. — Но странно, что я не помню вас… Ваше прекрасное лицо точно не стёрлось бы из моей памяти. — Это не так уж и важно… — ответил он, отвернувшись. — Что ж… Я заметила, что вы уже долгое время наблюдаете за мной. Если это из-за моего... прошлого, то приходите завтра вечером на представление. Я буду танцевать вместе с Нилу. — Вы больше не танцуете танцы гейко? — чересчур резко спросил Странник. Фрейя наклонила набок голову. — Нилу предлагала мне включить в программу и инадзумские танцы. Я всё ещё думаю над этим. Ну… мне пора идти. Нилу уже ждёт меня. Но прежде чем Фрейя успела развернуться и уйти, он бросил, кивнув головой: — Я приду, цветок из карюкаи. «И всегда буду приходить», — почему-то услышала девушка, застыв на месте от услышанного прозвища. Так её называл только один человек, лица которого, к сожалению, она до сих пор не может вспомнить. Фрейя позабыла даже звучание его голоса… — Спасибо… — улыбнулась гейко. «И всё же... у меня странное ощущение, будто бы я должна что-то ещё сказать».