Часть 1

      Нёвиллет чувствует на себе все прелести человеческого недуга, даже ещё не догадываясь об этом. О том, что он совершенно естественно начал болеть.       Проснувшись утром, немного позже обычного кстати, что ему несвойственно, да и спит Нёвиллет нечасто, он совершенно не обнаружил рядом с собою Фурину, которая, к слову, сама рано вставать ох как не любит. Вариантов было несколько: либо случилось нечто ужасное и срочное, что вынудило её так рано встать, либо это Нёвиллет проспал, и время было уже поздним.       Судя по выражению лица гидро дракона второй вариант оказался верен. Нёвиллет пару минут не сводил глаз с тикающих часов. За окном утро в самом разгаре, а стрелки показывают уже десять. Нёвиллет сразу же задумался о том: сколько же у него дел, сколько можно был их переделать за эти лишние часы сна. Всё время дракон просыпался как по внутреннему будильнику, в одно и то же время, но сейчас эти часы внутри него отчего-то дали сбой.       Протерев глаза, Нёвиллет задумался о том, что нужно скорее узнать о Фурине. Мужчина поднялся, игнорируя небольшое головокружение, наспех начиная одеваться, несильно заботясь об аккуратности своего внешнего вида сегодня, и это было совершенно на него непохоже. На сборы он потратил немного больше времени, чем обычно.       Покинув спальню, Нёвиллет быстрым шагом направился по коридору, надеясь встретить Фурину до того, как он прибудет в её уборную.       — Мёсье Нёвиллет, доброе утро! — Детский и нежный голосок послышался совсем рядом, это была малышка Мэй, которая его и встретила.       Гидро дракон опустил взгляд вниз и провёл по чужой макушке ласково, одаривая своим добрым взглядом малышку.       — Доброе утро, Мэй, ты не видела миледи? — В его голосе слышалось волнение, а также его выдавал вялый вид и усталый взгляд, несмотря на крепкий и долгий сон.       — Её Высочество в вашем кабинете, — поспешила успокоить милюзина, — она сказала, что вы крепко спали, когда госпожа уже проснулась, и она решила взять на себя часть обязанностей, чтобы не тревожить ваш сон.       — Что? — нет, Нёвиллет, конечно, понял все слова Мэй, но он был удивлен таким раскладом, поблагодарив её, Нёвиллет немедленно направился туда, где менее всего ожидал встретить Фурину.       Это была правда. Фурина удобно расположилась в его кресле, читая какие-то документы, а рядом находились жандармы и приближенные, с которыми она иногда переговаривалась. Увидев его, девушка вскочила с места, откладывая все бумаги и мотнув головой, чтобы все ушли, оставив их вдвоём.       Фурина крепко обняла своего дракона и поцеловала его в щёку.       — Милый, извини, ты так крепко спал сегодня, когда я проснулась, что не решилась тебя разбудить, — Фурина прижалась крепче, — вот… передали некоторые документы, и я изучила их, осталось лишь поставить подпись.       — Спасибо, — шепчет Нёвиллет, целуя её нежно в лоб, а затем находя губы, — я волновался, не обнаружив тебя рядом с утра, но потом понял, что время уже…не знаю: как так вышло, но в любом случае, я здесь и готов приступить к своим обязанностям, — успокоил гидро дракон.       — Точно всё хорошо? Ты позавтракал? Выглядишь бледнее, чем обычно, — заметила она, — может, не будешь спешить и на сегодня отложишь дела?       — Я не завтракал, — честно признался дракон, — и так потерял много времени…да и человеческая еда не приносит мне насыщения, ты же знаешь, — Нёвиллет поцеловал тыл её ладони, смотря несколько виновато. Он не хотел её расстраивать, — и без тебя это как-то… не так.       — Мне не следовало уходить, ты волновался и не поел из-за меня, архонты, прости-прости.       — Я не хочу есть, — мужчина устало выдохнул, — просто пойми, что это бесполезно и смирись, Фурина. Это никогда не приносило мне удовольствия, я делал это лишь из любви к тебе, потому что тебе это нравилось, понимаешь? — она улавливала в его голосе злость? или слишком маленькое терпение.       Нёвиллет был явно непохож на себя, и это пугало. Фурина ощущала, что он раздражён и даже злится, но верила, что сознательно не хочет её обижать.       — Нёви, успокойся, давай присядем и поговорим, пожалуйста, — она взяла его за руку, ведя в сторону кресел, но гидро дракон воспротивился её жесту, оставаясь стоять, — Нёвиллет, прошу, я хочу понять: как ты себя чувствуешь, тебя явно что-то беспокоит.       — Нет времени на это, миледи, работа…и в следующий раз, пожалуйста, разбуди меня, иначе нас ждёт ещё один позор, — с этими словами Нёвиллет направился от неё в противоположную сторону, садясь за стол и более не обращая на любимую своё внимание.       Фурина очень волновалась. Такое поведение Нёвиллета не было привычным. А то, что он сам не мог объяснять свои эмоции, только усложняло задачу, с ним будет очень тяжело говорить на эту тему. Девушка решила не беспокоить любимого некоторое время, давая ему свободу и пространство, чтобы он успокоился. Точнее, чтобы работа его успокоила. Фурина часто сравнивала его работу с любимой игрушкой, без которой он не может, возможно, именно то, что Нёвиллет проспал сегодня так заставило его нервничать.       Фурина не могла ничем заняться, все мысли были о драконе. Она то и дело слышала, что он сегодня мрачный, выглядит уставшим и нервным.       А ещё очень стыдится того, что обидел свою госпожу утром.       — Мёсье Нёвиллет, я принесла то, что вы просили, последние отчёты, — Мэй положила их на стол перед драконом, — мой господин? — заметив, что он смотрит перед собой в одну точку и никак не реагирует, малышка забеспокоилась.       Нёвиллет взял стакан воды, полностью выпивая его.       — Открой то окно, милая, — попросил дракон.       — Вы точно уверены? Сегодня такой ветер, почти ураган, вы можете заболеть, — с заботой произнесла малышка.       — Заболеть… — Задумчиво произнёс он, — будет плохо, да? Не думаю, что человеческие недуги способны вредить мне, не волнуйся, — в итоге он сам поднялся, чтобы его открыть, но головокружение только усилилось, заставив сесть обратно.       Голова начала болеть, а по телу пошёл сильный жар.       — Позвольте, — Мэй дотронулась до его лба и нахмурилась, — у вас уже температура, вы заболели, от открытого окна станет только хуже. Вам стоит прилечь. Я немедленно сообщу госпоже.       — Температура?.. Не надо беспокоить миледи. Я…обидел её, вряд ли она хочет видеть и слышать обо мне хоть что-то, но сегодня утром я просто не смог справиться с эмоциями, я не хотел. — Нёвиллет всхлипнул, искренне сожалея обо всём, что случилось.       За окном собрались тучи.       — Я думаю, леди Фурина поймёт, она очень переживает о вас, сегодня весь день спрашивает, но беспокоить не хочет. Позвольте мне позвать милюзин-лекарей и сообщить госпоже.       И Нёвиллет уже готов был согласиться и ответить ей, как вдруг ощутил, что его сознание ускользает, он упал до того, как оказался у кровати. Последнее, что он слышал — это испуганный вскрик Мэй и то, как она побежала звать на помощь.       Сидэна, как самая отважная и старшая, вызвалась сообщить Фурине обо всём, когда милюзина вошла, то увидела леди вместе с Клориндой. Они что-то обсуждали.       — Моя госпожа! Ваше Высочество! — Сидэна бросилась к Фурине, которая вздрогнула от неожиданности, — Мёсье Нёвиллет… — Сидэна всхлипнула.       — Что такое? — голос её звучал испуганно, она тут же встала.       — Он потерял сознание, у него сильный жар, и не спадает, мы позвали лекарей, но господин не приходит в себя, — нервно объясняла милюзина, умоляюще смотря на свою леди, надеясь, что она сможет помочь.       — … Предчувствия были верными… — Дрожащим голосом произнесла девушка, выбегая вон из комнаты в кабинет любимого.       Войдя, она увидела Нёвиллета, что лежал в кровати под тёплым одеялом, совершенно без сознания, а вокруг суетились милюзины, было видно, что они растеряны и потрясены. Увидев Фурину, они все расступились, позволяя подойти и залезть на кровать к дракону. Ручки Фурины дрожали, когда она потрогала его лоб.       — Он весь горит… — заключила девушка, спуская одеяло, — помогите мне его раздеть до нижней рубашки, — Милюзины тут же занялись делом, постепенно освобождая дракона от одежды, — подготовьте компрессы и воду.       Фурина старалась не показывать своей паники окружающим, понимая, что только она может помочь, всё-таки часть — человек, часть — дракон, ей знакомы все прелести простуды.       Когда всё было готово, Фурина бережно уложила ткань ему на лоб и в область груди, взяв Нёвиллета за руку и обеспокоено осматривая. Она обтёрла его запястья — там, где проходили крупные сосуды и молилась всем архонтам, чтобы он пришёл в себя.       — Вот так, — Фурина выдохнула, поцеловав любимого в лоб, — идите все отдыхать, ему нужен покой и тишина, — девушка легла рядом, слушая ритм его сердца, — я благодарю вас, что о нём позаботились…       Спустя час Фурину разбудил чужой кашель, она, успевшая задремать, открыла глаза, сразу же садясь в постели и осматривая дракона.       — Милая… — прошептал Нёвиллет, касаясь её руки, — прости, что обидел… я…       — Чшш, всё в порядке, милый, ты просто заболел, я знаю, что ты не хотел ничего плохого, я тебе верю, я здесь, — ответила девушка, нежно обтирая его тканью.       — Почему так…так сильно жарко, очень, — Нёвиллет полностью убрал одеяло, раскрываясь.       — Это из-за температуры, — пояснила Фурина, — она очень высокая, поэтому. Не волнуйся, постарайся спать, уснуть, милый. Во сне болезнь перенести легче.        — Останься здесь, останься, будь здесь, милая, — Нёвиллет крепче сжал её ручку, притягивая ближе, прося ложиться.       — Чшш, конечно, я буду с тобой, не бойся, всё будет хорошо, я помогу тебе уснуть, надо спать, милый, — Фурина легла рядышком, обняв дракона и принимаясь гладить по волосам, пытаясь его убаюкать.       Она чувствовала, как её одежду чуть сжали и улыбнулась. Нёвиллет крепко её обнимал и вскоре смог заснуть на целых три часа, в которые Фурина ни разу не встала с постели и успела тоже поспать. Пробудился Нёвиллет с уже сменными компрессами и главное — с Фуриной рядом, которая одной рукой гладила его лоб, а второй вчитывалась в принесенные бумаги. Дракон расфокусированно смотрел на неё, чувствуя, как она его гладит. От этого хотелось снова уснуть.       — Фурина… — он слабо позвал её, обращая на себя внимание.       — Милый? Ты проснулся, как себя чувствуешь?       — Попить…голова очень болит и жар…       — Я знаю, — сочувственно произнесла девушка, поднося стакан к его губам, — всё пройдёт.       Нёвиллет немного отпил и отстранился, подставляясь под нежные поцелуи Фурины. Они провели в постели весь день, но к вечеру стало тяжелее.       Температура стабильно держалась высокая, с ней было довольно тяжело уснуть, даже с компрессами. Нёвиллет ворочался постоянно и честно признавался, что не ожидал такого. Не ожидал, что будет настолько плохо. Кроме температуры и головной боли с кашлем не было ничего. Дракон уже устал лежать за весь день. Он осторожно присел в постели, чувствуя головокружение и то, как Фурина придерживает его.       — Милый, надо спать, — пыталась уговорить его Фурина, — сон — лучшее лекарство, я постоянно здесь, — Фурина поцеловала его в висок.       — Я устал лежать… — признался Нёвиллет уставшим голосом, — устал от головной боли, и этого жара. я думал, что мы не можем болеть… — Нёвиллет всхлипнул, прижимаясь к Фурине и ища поддержки.       — Я понимаю, понимаю, ты поправишься, хочешь я тебя поглажу и убаюкаю? Обниму…       Дракон без слов прижался к ней, и девушка начала его укачивать в объятиях, притягивая одеяло, набрасывая его на спину и плечи мужчины, поглаживая по влажным от жара волосам. Ей удалось таки убаюкать любимого к полуночи и просидеть так почти всю ночь, не отпуская его.       — Мне же нужно работать… — Это Фурина услышала уже спустя три дня болезни, когда Нёвиллет лежал с ознобом, укатанный в одеяло.       Фурина только ласково усмехнулась.       — Забудь об этом, ты без своей работы, как без игрушки любимой не можешь, даже, когда знобит, только о ней и думаешь, вот поправишься и постепенно вернёшься к обязанностям, Фонтейн не утонет за пару недель.        — Недель?.. — ужаснулся он, — а никак нельзя…но я же не человек, это может как-то ускорить исцеление?.. — с надеждой спросил Нёвиллет, смотря на леди, как ребенок.       — Возможно, с учётом, что ты будешь беречься и не давать себе никаких нагрузок, соблюдая постельный режим.       Нёвиллет устало выдохнул на эти слова и отвернулся от Фурины. Он капризничает? Очаровательно. Похоже, болезнь даёт увидеть скрытную его сторону. Фурину это с ума сводит, ей это нравится. Она ласково целует в щеку.       — Нёвиллет, перестань, никуда не денется твоя работа, всё под контролем, сейчас самое важное — твоё здоровье. Не нужно упрямиться, ну же.       — А ты?.. Я даже о тебе не могу позаботиться, я бесполезен, ещё не искупил свою вину, чтобы заслужить твою заботу, — промямлил он.       — О чём ты, архонты… я уже всё забыла, перестань корить себя из-за таких пустяков. Ты заболевал и даже не понимал этого. Успокойся, всё чшш, я в порядке, всё хорошо, не волнуйся, надо отдыхать, — Фурина принялась успокаивающе его поглаживать по спине, чтобы он расслабился.       Нёвиллет и в другие дни пытался приступить к работе, но головокружение не позволяло встать с постели, даже с помощью Фурины. Температура все ещё держалась, но уже стала привычной, и Нёвиллет решил, что он точно сможет справиться со всем этим.       Но на пятый вечер Фурина присела рядом с ним и, проверив температуру, объяснила:       — Температура уже не такая высокая, но все ещё есть. Нёвиллет, нужно кое-что сделать, хорошо? — Фурина взяла его за руку и посмотрела в глаза, — я знаю, что ты не поймёшь, я понимаю, что тебе и так жарко, но это и хорошо. Я ненадолго укутаю тебя, чтобы ты пропотел. С потом выйдут токсины, все микробы, температура упадёт, тебе станет полегче, я обещаю, — Фурина склонилась и поцеловала его в лоб.       — Укутаешь? Но ведь это… и так очень тепло, милая…       — Я оставлю компрессы и укрою тебя, это всего на минут пятнадцать, но, конечно, чем дольше ты сможешь выдержать, тем лучше, — пояснила девушка, укрывая его одеялом, — лежи, расслабься и ни о чём не думай, я держу тебя за руку, я здесь.       Спустя уже пару минут Нёвиллет почувствовал, что это слишком, он начал сильно потеть, что и следовало ожидать.       — Милая, очень жарко, пожалуйста, это невыносимо, — дракон начал ерзать под одеялом, пытаясь выбраться, но Фурина придерживала одеяло по краям, сочувственно смотря на любимого и поглаживая его по голове.       — Потерпи немного, я тебе обещаю, что не хочу ничего плохого, это поможет, Нёви, правда, ещё недолго, температура больше не должна подниматься после, всё пройдёт. Вот, попей, — она поднесла стакан к его губам, и он тут же жадно всё выпил.       — Я верю тебе, но, милая, пожалуйста, убери, убери это, — он начинал заметно нервничать, весь покрываясь испариной.       Желая его успокоить, Фурина помогла ему сесть и прижала к себе, обнимая, начиная покачивать.       — Ещё совсем немного, пару минут и уберу одеялко, — Она поцеловала его в висок, продолжая укачивать и успокаивать.       — Совсем чуть чуть, да? Немножко? Это очень сильно тепло…       — Совсем чуть чуть, обещаю, если бы оно не действовало, то ты бы так не «мучился», милый, — утешающе сказала девушка, вытирая пот с его лба уже сухой тканью.       Она освободила его от одеяла, помогая переодеться в чистую сухую рубашку, убрала компрессы и укрыла лёгкой простынкой, ложась рядом и обнимая.       — Утром будет намного легче, всё хорошо, — она поглаживала его по спинке в своих объятиях и ласково шептала, пока он крепко не заснул.       Дракон проснулся в её объятиях, медленно садясь в постели, он потрогал свой лоб, понимая, что температура полностью спала, а голова больше не беспокоит так сильно. Он не пожелал тревожить Фурину и медленно поднялся сам, держась за край кровати, а затем за стену. Слабость в теле всё ещё оставалась, он покачивался, но старался идти.       — Нёви… чшш, не торопись, нужно было сначала постоять с опорой, — Фурина подскочила к нему, едва открыв глаза и давая свои обе ручки, которые дракон сжал нежно в своих.       — Всё в порядке, спасибо, милая, — он тихонько продолжал идти, опираясь на неё, но не слишком сильно.       И, конечно, едва Нёвиллет встал на ноги, принялся за работу. Но Фурина строго следила, чтобы проводил он за ней не больше пары часов в день. Она помогала ему разбирать бумаги, беседовала с людьми и старалась максимально разгрузить любимого, за что получала самые нежные поцелуи и объятия.       Нёвиллет был ей за всё очень благодарен. И хотя Фурина являлась его соправительницей по закону, Её Высочеством и миледи, он не хотел, чтобы девушка тратила своё время на бумаги, хотел, чтобы она занималась тем, что ей по душе: открывала приюты для животных, играла на сцене, помогала детям и просто была собой.       И ещё в глубине души очень хотел, чтобы она заботилась о нём. Нёвиллет поймал себя на мысли о том, что ему это.понравилось, хотя обычно не показывал слабости, считая, что при любимой это не допустимо. Но Фурина увидела теперь совершенно иную его сторону: упрямого и капризного большого ребенка, и всё-таки была этому рада.       — Раньше я и не думал, что способен заболеть, — признался дракон, — я считал это какой-то ужасной людской слабостью, которая не касается божеств и элементальных существ, но ошибся, и теперь даже рад, что испытал это, рад из-за тебя, Фурина. Благодаря твоей заботе, — он ласково улыбнулся, целуя девушку в щёку.       — А я рада, что смогла помочь, я очень люблю о тебе заботиться, милый, — Фурина в ответ нежно обняла его.       — Интересно… а есть способы специально добиться такого состояния… — задумчиво, но вслух озвучил дракон, — это было впервые, наверное, я.может я переохладился…от чего это могло быть…       — А?! — Фурина резко отпрянула от мужчины, когда до неё дошёл смысл сказанных им слов, — Нёвиллет! Не надо ничего специально делать, глупенький! Ты и так будешь получать мою заботу, только будь здоров, пожалуйста!       Нёвиллет стыдливо опустил взгляд.       — Мне просто… понравилось…особенно, как ты баюкала, это успокаивает очень, я не хотел, чтоб это так звучало, извини, — он уткнулся девушке в плечо, вздыхая, — мне понравилась эта забота.       — Мой маленький глупый дракон, — посмеялась ласково Фурина, — я всегда буду заботиться о тебе и баюкать так каждую ночь, если ты хочешь, если это делает тебя счастливым, ты столько заботишься обо мне, что заслуживаешь в сто крат больше заботы о самом себе, — Фурина поцеловала его в губы, не позволяя более спорить с ней.       — Я очень люблю тебя, — услышала Фурина в тишине и комнаты сонный голос.        — Я тебя сильнее, засыпай, — девушка гладила его по спине, мягко располагая ко сну и покачивая, ожидая, пока он заснёт.       Хотя за окнами уже занимался рассвет, но для них взойдёт личных сто солнц.