Глава первая и последняя

      Огонь в камине встревоженно загудел, затрещал, заплясал оранжевыми неровными всполохами и наконец выплюнул на светло-зелёный ковёр невысокого взъерошенного мужчину, в котором хозяин кабинета без труда узнал спасителя всей магической Британии, героического и прославленного Гарри Поттера.       — Мистер Поттер, вы сегодня вовремя, — недобро прищурился Северус Снейп. — Неожиданно и очень на вас не похоже.       — Так я ж не совсем дурак, — миролюбиво улыбнулся Гарри, отплёвываясь от сажи. — Знаю, что если опоздаю, то потом к вам уже не прорвусь.       Снейп, совсем недавно во второй раз назначенный директором Хогвартса, дёрнул уголки губ в недовольной усмешке: он и правда открыл камин в два часа, как того и просил наглый Поттер в своём письме, и намеревался закрыть его ровно через минуту. Что ж, видимо, Поттер неплохо изучил его за все эти годы.       — ЗдорОво, профессор, — отряхнувшись от каминной золы, Гарри шагнул к директору и протянул ему руку. Тот, поколебавшись немного (он сам не понимал, почему всегда так делает, и жена неоднократно уже выговаривала ему за это), пожал её. — Давно не виделись.       — Ну да, и двух недель не прошло, — съехидничал Снейп.       — Да-а-а уж, — протянул Гарри, состроив гримасу. — Та ещё вечеринка получилась! Джордж всегда откалывает что-нибудь эдакое! Ой, ёлочка, — он перевел взгляд на наряженное, стоявшее в тёмном углу дерево, которое Минерва очень просила не убирать хотя бы пару недель после Рождества. — Совсем как при Дамблдоре.       Услышав своё имя, старый чёрт в портрете, до этого мирно спящий, встрепенулся, приоткрыл голубой правый глаз и разохался, узнав посетителя.       — О-хо-хо, Гарри! — Это он что, Санте подражает? Серьёзно? — Как давно я тебя не видел, мальчик мой. Ты, я слышал, недавно отцом стал?       — Ага, аж в третий раз, — скривился Снейп, но обрадованный вниманием Поттер, не заметив издёвки, уже спешил к портрету, на ходу вытаскивая из бумажника колдографию своих ненаглядных отпрысков.       Снейп закатил к потолку глаза и придвинул к себе пергамент и чернильницу: пока Дамблдор будет умываться слезами умиления, он вполне успеет набросать пару писем в Министерство.       — Смотрите, профессор, это Джейми летает вокруг Норы. А вот Ал рисует собаку. А это Лили пытается ходить.       Упоминание дорогого, столь значимого для него когда-то имени не заставило тоскливо сжаться сердце, как это происходило целых двадцать лет подряд после их ссоры, но грустную улыбку всё же вызвало. Подумать только, Лили могла бы быть уже бабушкой, в то время как он в свои неполные пятьдесят лет пока ещё молодой отец. Удивительны жизненные повороты, которые им иногда подбрасывает непредсказуемая старушка судьба.       — Мистер Поттер, — довольно прохладно начал Снейп, когда гость наконец наговорился с портретом, — что за дело привело вас в мою скромную рабочую обитель? И неужели оно не могло подождать очередного семейного праздника, во время которого мы с вами неминуемо встретимся?       Снейп до сих пор не понимал, когда и каким образом семейные праздники Поттеров и, чтоб их мантикора задрала всех разом, Уизли стали и его семейными праздниками, но подозревал, что точка невозврата была пройдена в тот момент, когда взволнованная и счастливая Гермиона Грейнджер в присутствии нескольких гостей и одного равнодушного сотрудника Министерства сказала «Согласна», а он (Снейп, а не сотрудник), внешне абсолютно спокойный, но внутренне взволнованный ничуть не меньше, надел кольцо ей на палец.       Тогда-то всё и началось.       «Милый, у Джинни скоро день рождения. Как думаешь, этот браслет ей понравится?»       «Дорогой, миссис Уизли испекла персиковый пирог и зовёт нас на чай. Он очень вкусный. Мне кажется, я уже отсюда чувствую его запах».       И наконец: «Северус, это надо же было вчера так надраться вместе с моим бывшим другом Гарри Поттером! Жаль, что у меня колдокамеры с собой не было! Ты ведь без доказательств не поверишь, что вы весь вечер обсуждали Звёздные войны. Ты вообще знаешь, что это такое?»       Снейп, искренне не понимающий, как эти два слова вообще можно объединить в одну фразу (там звёзды между собой воюют, что ли?), тогда похолодел от ужаса и дал себе обещание ничего крепче кофе в присутствии неугомонного Поттера больше не пить.       Вот и сейчас он взмахом палочки отправил герою дымящийся кофейник и чашку (сам себе нальёт, не переломится) и теперь смотрел на гостя довольно настороженно.       — Встретимся-то мы с вами, профессор, скоро. Очень скоро. Но для важного разговора будет уже поздно. Вы ведь помните, какой семейный праздник у нас следующий? — добродушно ухмыльнулся Гарри.       Снейп подозрительно прищурился: раздражающе довольный вид всенародного героя совсем ему не понравился. Так, следующий праздник, следующий…       Годовщина свадьбы у них была в июле, Гермионе исполнилось тридцать в сентябре. Октябрь так вообще всегда богат на дни рождения: Минерва, Китти и в самом конце Молли Уизли. Мерлин, почему он вообще вспомнил кого-то, кроме жены и дочери?! В декабре Хагрид устраивал шумную вечеринку и всех на неё позвал. Даже не верится, что ему уже восемьдесят один год! Про бывшего его господина (чтобы его черти в аду жарили, не жалея сил) вспоминать не будем. Получается…       В угольно-чёрных глазах Снейпа промелькнула паника, и Гарри радостно заулыбался.       — Да-да, — подтвердил он безжалостно, — вы следующий, профессор.       И, в очередной раз доказав собственную незлопамятность и крайне лояльное отношение к своему школьному придирчивому учителю, Гарри Поттер сдал с потрохами всех организаторов намечающегося безобразия. А именно: Джинни Поттер, которая как-то обмолвилась небрежно, что он, Северус Снейп, герой войны, кавалер Ордена Мерлина первой степени и в принципе не пальцем деланный, не перенесёт только одного — вечеринки-сюрприза в свою честь; Гермиону Снейп, которая после слов подруги обиженно засопела и буркнула себе под нос: «Это мы ещё посмотрим!»; и Джорджа Уизли, который почему-то присутствовал при разговоре и теперь не вылезал из лаборатории, изобретая новый мощный супер-мега-взрывной фейерверк для бывшего профессора. ***       Ранним субботним утром девятого января старательно делающая вид, что ничего такого особенного не происходит, жена поздравила его довольно сухо, покормила завтраком и спровадила в Хогвартс, дескать, «профессору МакГонагалл нужна твоя помощь, Северус».       Ну да, ну да, помощь. Минерве! Несгибаемой железной Минерве, которая весьма успешно руководила Хогвартсом больше десяти лет! Так мы вам и поверили.       Снейп в свою очередь сделал вид, что все-таки поверил, и позволил подпрыгивающей от нетерпения дочери, которой явно строго-настрого приказали молчать, вытолкать себя из дома.       Впрочем, дел в Хогвартсе и правда оказалось много, и Снейп решил, что так даже лучше: хоть разгребётся немного.       Минерва что-то там недолго поперебирала для видимости и уже после обеда упорхнула.       «Пошла готовиться», — понял Снейп и снова сделал вид, что ничего не заметил.       Он честно просидел в своём кабинете до половины шестого и только потом начал неторопливо собираться. Утром, провожая его до калитки, жена сказала: «Ужин в шесть, Северус». А значит, именно к этому времени вся эта весьма немаленькая банда, состоящая преимущественно из гриффиндорцев, соберётся в их небольшом, кстати, доме. Ужас какой!       Снейп содрогнулся и в который раз мысленно возблагодарил Поттера за то, что тот предупредил его о споре их жён. Так будет гораздо проще удержать себя в руках и не разогнать всю шайку к чёртовой бабушке после первого же дебильного выкрика «Сюрприз!».       Снег уютно потрескивал под тяжёлыми сапогами, жёлтый свет от фонарей освещал дорогу к Хогсмиду, на окраине которого стоял их домик, и Снейп вдруг почувствовал острый укол сожаления из-за того, что Гермиона затеяла эту идиотскую авантюру, позволила втянуть себя в дурацкий спор. Насколько было бы лучше отпраздновать его пятидесятилетие в тесном семейном кругу, а потом одеться потеплее, выйти на террасу и, потягивая горячий пряный глинтвейн, который так мастерски готовит Гермиона (единственное, что она вообще иногда готовит), наблюдать за тем, как Китти лепит снеговика. Ну чего уж теперь, раз Гермиона решила устроить ему сюрприз, значит, будем терпеть сюрприз.       Свет в окнах не горел, но шторы еле уловимо колыхались, словно кто-то, стараясь казаться незаметным, осматривал местность острым взглядом профессионального дозорного. Снейп усмехнулся, покачал головой, снова напомнил себе, что Гермиона — его жена, мать его ребёнка и в принципе счастье всей его жизни, и нужно просто немного потерпеть, и шагнул внутрь.       И в следующую секунду раздался настолько оглушительно-отвратительный вопль «C днём рождения!», что, вот правда, не предупреди его Поттер заранее, в двери дома уже образовалась бы дыра в форме именинника. Ладно, не такой уж он и герой, получается.       На мгновение ослепив, ярко вспыхнул свет, и радостно-гомонящая толпа (нет, реально, как они все здесь поместились, или опять Гермиона постаралась с заклятием невидимого расширения?) нахлынула на него, окружила, взяла в свой праздничный плен — не вырваться! Ох, только бы не поддаться панике.       — С днём рождения! С днём рождения! — скандировали гости, угрожающе сужая круг.       Гарри Поттер заговорщицки ему подмигивал и что было сил дул в какую-то дудку, Джордж Уизли улюлюкал, Минерва МакГонагалл аплодировала. Какой-то бессмертный придурок даже умудрился хлопнуть его по спине. Наверняка Артур Уизли, глава этого бесноватого рыжего семейства. У него, как Снейп давно уже понял, напрочь отсутствовал инстинкт самосохранения.       Снейп в панике заозирался, пытаясь выхватить из этого моря чужих ненужных ему лиц одно, любимое, дорогое, то, из-за которого он будет терпеть, сколько потребуется, этот сумасшедший балаган. Нашёл, улыбнулся облегчённо.       Слегка встревоженная Гермиона робко улыбнулась ему в ответ.       — Ты как? — спросила она одними губами.       — В ужасе, — также беззвучно ответил он.       — Я не совсем этого хотела, — виновато сдвинула брови она.       — Сочтёмся, — прищурился Снейп и, подхватив на руки несущуюся мимо Китти и используя её вместо щита, стал пробиваться сквозь толпу гостей.       Мерлин, кого тут только не было! Ну, педсостав — это понятно. Коллеги, куда же без них? Хотя, положа руку на сердце, он легко обошёлся бы и без Хагрида, занимающего сразу два стула, и без Флитвика, за каким-то чёртом раздавшего детям музыкальные инструменты и дирижирующего сейчас своим нестройным оркестром, и без Трелони, размахивающей своими шалями так рьяно, что тяжёлые длинные кисти так и норовили выстегать кому-нибудь глаза.       Собирать такое большое количество рыжих людей в одном доме казалось Снейпу просто преступлением, но его жена, искренне и всем сердцем любящая этих странных людей, разумеется, так не считала. Уизли были все! Наглые, шумные, обезоруживающе приветливые, они сбивали с толку и вызывали непреодолимое желание забиться в тёмный уголок от греха подальше.       С Поттером Снейп давно уже смирился, как с неизбежным злом. Ну что поделать, если в списке самых важных людей по версии его жены герой всея Британии занимает почётное третье место? Только радоваться тому, что первые два всё же принадлежат ему, Снейпу, и их дочери.       Гермиона пригласила также их соседей по Хогсмиду. Аберфорта, которому Снейп был даже немного рад, и семейство Аддерли, претензий к которому у Снейпа практически не было. Филипп и Фредерика тихо переговаривались в углу гостиной, изредка бросая сочувствующие взгляды в сторону именинника.       Мадам Розмерты не было. Это и не удивительно. Гермиона так до конца и не простила ему многолетний вялотекущий роман с пышногрудой хозяйкой «Трёх мётел», который, кстати, закончился задолго до появления в его жизни Гермионы Грейнджер, по крайней мере, как женщины, а не ученицы, и в котором Снейп ей так до сих пор до конца и не признался.       Приглашённая в их семью сразу после рождения Китти домовиха Винки постаралась на славу, и праздничный ужин, а также огромный шоколадный торт в виде большого котла надолго отвлекли гостей от виновника торжества, что, в принципе, очень его устраивало.       После пары тостов в его честь (Поттер умудрился толкнуть речь аж на целых шесть минут) он затаился в своём любимом кресле, откуда мог безнаказанно наблюдать за гостями и взволнованной, хлопотавшей вокруг стола женой. Хозяйка она была так себе, если честно, и с разгромным счётом проиграла бы в радушии и гостеприимности тем же женщинам Уизли, которым умение вести дом передалось, наверное, с молоком матери. Но, как бы то ни было, сегодня она справилась на отлично: гостям было весело, вкусно и немного пьяно. А что ещё нужно для хорошей вечеринки?       Из волшебного радиоприёмника лилась тихая приятная музыка, шумные и непоседливые дети носились вокруг ещё не убранной после Рождества ёлки, а Северус вдруг стал потихоньку проникаться атмосферой праздника. А что, не так уж всё и плохо. Главное теперь донести до Гермионы, что он согласен терпеть такое безобразие не чаще, чем раз в пятьдесят лет.       Неожиданно увлекательным оказался процесс дарения подарков, и уже не такой мрачный именинник вынужден был признать, что вечеринка даже начинает ему нравиться. За каких-то полчаса на столике рядом с его креслом выросла гора из не слишком нужных и не всегда идентифицируемых им вещей, а именно: собственноручно связанный Минервой МакГонагалл шерстяной жилет в красно-зелёную клетку, который Северус не наденет даже под страхом смерти, набор оловянных котлов от Поттера, который очень ему пригодится, ведь, даже снова став директором, Снейп не забросил свои исследования, странно пахнущий амулет на удачу в виде увешенной разноцветными бусинами кроличьей лапки от Луны Скамандер, бывшей Лавгуд, который та, по всей видимости, отвоевала у прежнего хозяина в безжалостной схватке, настолько он был потрёпан, открытка от Китти, на которой дочь вывела неровными печатными буквами «З ДНЁМ РАЖДЕНЬЯ ПАПОЧКА».       Самым интересным и нужным неожиданно оказался подарок от Рона Уизли и Габриэль Пока-Еще-Делакур, которые недавно вернулись из путешествия по Эквадору. «Ингредиенты для зелий растительного и животного происхождения из джунглей Южной Америки» Эухинио Гарсия Круса были изданы более шестидесяти лет назад обидно малым количеством экземпляров, и Снейп уже и не мечтал заполучить столь редкую книгу в свою коллекцию.       — Я сразу о вас подумал, когда увидел её в том букинистическом магазинчике в Кито, — ввернул довольный Рон, этим высказыванием немного подпортив впечатление от подарка, ведь на обложке была изображена большая опасного вида черная змея, целиком заглатывающая белую крысу.       Гости сдержанно захихикали, Гермиона нахмурилась, Габриэль больно ткнула локтем в бок жениха, но Снейпу было всё равно: он умирал от желания поскорее всех выпроводить и открыть вожделенную книгу.       Супермощный и мегавзрывной фейерверк от Джорджа Уизли должен был поставить эффектную точку в этом затянувшемся празднике, и потому, когда горе-изобретатель позвал гостей на улицу, Снейп оделся быстрее всех и первым вышел во двор.       Мягкий снег падал на землю пушистыми крупными хлопьями, звёзды приветливо подмигивали на чёрном неподвижном небосклоне, и Снейп, вдохнув чистый морозный воздух, подумал, что жена у него всё-таки умница.       А вот, кстати, и она. Закутанная лишь в лёгкий плед Гермиона выбежала на крыльцо, нашла глазами мужа и сразу же устремилась к нему. Снейп тут же обнял её, укрыл своей мантией, уткнулся носом в кудрявые волосы с запутавшимися в них снежинками, ощутил аромат её любимых духов.       — Ты не сердишься? — забеспокоилась вдруг она, устраиваясь поудобнее в его объятиях.       — Нет, — ответил Снейп и понял, что не врёт сейчас. — Всё хорошо. Спасибо.       Гермиона ощутимо расслабилась, потом, пряча улыбку, погрозила пальцем дочери, которая с явно недобрыми намерениями тащила к сугробу ни в чём не повинного Живоглота. Китти остановилась резко, перевела взгляд на суровое лицо отца и, дождавшись отрицательного покачивания головы и от него, со вздохом разочарования отпустила кота на волю. Тот возмущённо мяукнул и убежал от греха подальше, воинственно задрав вверх рыжий пушистый хвост.       А потом в небе расцвели яркие разноцветные, похожие на экзотические цветы, шапки фейерверка, и двор заполнился восторженными криками детей и некоторых взрослых. Гермиона вздрагивала в его руках от особенно громких залпов, Китти прыгала и от избытка чувств размахивала руками, и Снейп, несмотря на столь нелюбимую им суету вокруг собственной персоны, ощутил себя абсолютно счастливым. Впрочем, с тех пор, как в его жизни появилась Гермиона Грейнджер, это чувство почти никогда не покидало его.       Несколько часов спустя, когда гости наконец разошлись, усталая Китти мирно сопела в своей комнате, а Снейп, облокотившись на изголовье кровати, листал драгоценную книгу (этот Рон Уизли всё-таки, пожалуй, не так уж и плох), дверь в ванную комнату, смежную с их спальней, приоткрылась, и оттуда показалась длинная стройная нога, обтянутая чёрным полупрозрачным нейлоном.       Мужская рука замерла на полпути к следующей странице, брови удивлённо поползли вверх.       — Ого! — произнес он уважительно. — Это что, подарки на сегодня ещё не закончились? Ты ведь уже подарила мне зачарованный ежедневник.       — Ну так до полуночи ещё целый час, дорогой, — мурлыкнула Гермиона, неспешно приближаясь к нему в одних только туфлях на высоких каблуках и чулках. Больше на ней ничего не было. — И в этом году ты был очень хорошим мальчиком, так что получишь два подарка.       — Разве так говорят не про Рождество? — всё же проворчал Снейп, дотрагиваясь осторожно до округлого, розового после горячего душа бедра и сразу же, без долгих прелюдий, ныряя между ног, раздвигая нежные складочки, двумя пальцами врываясь внутрь, туда, где, судя по натёкшей смазке, его давно уже ждали.       — Да какая разница? — отмахнулась Гермиона и шлёпнула его по дерзкой руке. Потом стащила с мужа одеяло, вытянулась удобно на кровати и незамедлительно вобрала в рот стремительно твердеющий член. Обвела языком головку, пощекотала уздечку, а потом насадилась глубоко, до самого горла. — Или, — она резко подалась назад, улыбнулась лукаво, — тебе не нравится?       — Гермиона, — зарычал Снейп и, собрав в кулак рассыпавшиеся по плечам волосы, снова притянул её смеющийся рот к своему члену, — не отвлекайся. Мне сегодня полсотни лет стукнуло, так что ежедневника определённо недостаточно.       Гермиона рассмеялась, не прекращая скользить языком и губами по шелковистой коже головки, и от приятных вибраций Снейп чуть было не кончил.       — Так, — пару минут спустя забеспокоился он, что долго не выдержит. — Ну-ка иди сюда, — и снова потянул жену за волосы, заставляя оставить в покое его член и подползти поближе.       Усевшись на мужа верхом, Гермиона обхватила ладонями его лицо, худое, уставшее, бесконечно любимое, припала к губам долгим поцелуем, проникая языком внутрь. А Снейп, сжав тонкую талию, приподнял и медленно опустил женщину вниз, насаживая на себя до самого упора.       — А-а-ах! — выдохнула Гермиона, изгибаясь в его руках, откидываясь немного назад, дразня мужа тёмно-розовыми, задорно торчащими вперёд сосками.       Она сильно сжала внутренние мышцы, заставив Снейпа хрипло застонать, и начала двигаться. Быстро, резко, почти грубо, стремясь поскорее довести своего мужчину до высшего пика удовольствия и достигнуть его самой. И, когда туго завязанный узел возбуждения в её животе наконец лопнул, разнося мощные волны наслаждения по всему телу, она запрокинула голову назад и закричала протяжно, сладко, не сдерживаясь. А Снейп, успев мельком подумать о том, что это он неплохо как раз сегодня вечером придумал обновить Заглушающее заклинание на их комнате, последовал за ней.       Немного позже, когда они отдыхали, плотно прижавшись друг к другу разгорячёнными телами, Гермиона спросила невинно:       — Ты ведь знал о сюрпризе?       — Почему ты так решила? — поинтересовался Снейп, изо всех сил стараясь казаться серьёзным.       — Да потому что ты не сбежал сразу, — торжествующе выпалила Гермиона, приподнимаясь на локте. — Кто тебе рассказал? Это ведь был Гарри, верно?       Снейп молчал, размышляя о том, насколько подло будет сдавать Поттера, учитывая, что тот сам буквально несколько дней назад без зазрения совести сдал и жену, и лучшую подругу. Но в то же время он реально помог ему. Не предупреди Поттер его заранее, ещё неизвестно, в какой скандал бы вылилась дурацкая затея их жен.       — Это точно Гарри, — с уверенностью заявила Гермиона, глядя в сосредоточенное лицо мужа. — Ну что ж, сам виноват. Прежде чем бежать к тебе, нужно было хотя бы дослушать условия спора.       — Да, кстати, — заинтересовался внезапно Снейп. — А что мы выиграли? Надеюсь, не какую-нибудь там дурацкую корзину с фруктами?       — Вот ещё! — фыркнула жена. — Стану я спорить на такую ерунду. Бери выше! Мы выиграли выходные в Париже!       — Поттеры оплатят нам выходные в Париже? — изумился Снейп, уже совсем ничего не понимая.       — Тю-ю-ю, — засмеялась жена. — Мы и сами можем их себе оплатить. Нет, ещё лучше. Они заберут Китти к себе на целые выходные, а мы с тобой поедем куда захотим. Только вдвоём! В Париж, в Барселону, в Бангкок… Куда ты хочешь?       Больше всего Снейп хотел бы никуда не ехать, а выигранные в почти честной борьбе дни потратить на то, чтобы не вылезать из кровати вообще, но глаза Гермионы горели таким нетерпеливо жадным блеском, что он просто выбрал Париж. Не зря же она первым упомянула именно его.       — Что-то Джиневра не выглядела слишком расстроенной, — задумчиво протянул Снейп, вспомнив, как Джинни Поттер, радостно улыбаясь, поздравляла его вместе со всеми.       — Ой, да у них же детей полон дом, — беззаботно махнула рукой Гермиона. — Где трое, там и четверо. Они разницы и не заметят, наверное. Это нам с тобой пришлось бы нелегко.       — Подожди, — Снейп даже сел в постели, поражённый внезапной догадкой. — Ты хочешь сказать, что, если бы я испугался и ушёл — а у меня были такие мысли! Ты в наш дом столько Уизли напихала, что казалось, будто по комнатам тыквы на ножках перемещаются! — то тогда бы нам пришлось сидеть со всеми детьми Поттеров?       — Ага, — рассмеялась Гермиона. — Со всеми тремя.       — Не могу поверить, что ты так рисковала, — содрогнулся Снейп, представив, как их прекрасный дом разрушается, не в силах устоять перед атакой младших Поттеров. — Я был очень близок к тому, чтобы сбежать.       — Я в тебя верила, дорогой, — Гермиона звонко чмокнула мужа в нос. — Ты ведь у меня герой и знаменитый шпион.       — Про кавалера Ордена Мерлина первой степени забыла, — ворчливо добавил Снейп, перекатывая жену на спину и оказываясь сверху. — А ещё директор Хогвартса и даже не один раз, — его язык заскользил вниз по нежной шее, вычерчивая горячую влажную дорожку на коже, вызывая чувственные мурашки, волнами пробегающие по всему телу. — И ещё почти член совета Визенгамота.       — Почти? — захихикала Гермиона, но тут же громко охнула, потому что тёплые губы Снейпа сомкнулись на съёжившемся от возбуждения соске. — Подожди, Северус, — уже с трудом соображая, она тем не менее попыталась поймать ускользающую мысль за хвост. — Почему почти? Ты все-таки хочешь согласиться?       — Я хочу подумать о том, чтобы согласиться, — ухмыльнулся Снейп, спускаясь губами еще ниже. — Но не сейчас. Сейчас я снова хочу взглянуть на свой самый главный подарок.