Часть 2: Она.

      Эбби снились кошмары.        Девочка уже не знала, что ей делать и как быть. Каждый божий день её мучили кошмары, в которых умирал один из знакомых девочки.        Сначала появлялась Эмма. Она выглядела, как живая, но что-то в ней было не так, а что именно Эбби понять никак не могла.        Они находились в белом пространстве, а стояли на холодной воде, которая отражала белый блеск «комнаты». Девочки смотрели друг на друга, глаза Эммы были словно стеклянными, они не показывали никаких эмоций.        Что Эбби только не делала, чтобы заговорить с ней. И орала на неё, и пыталась бежать к ней, и напоминала ей о их совместном прошлом, и умоляла её на коленях… Все это было без толку, та лишь стояла и пялилась на неё, а потом происходило самое страшное для Эбби: в конце сна Эмма проваливалась сквозь пол, который оказывался водой.        Только тогда она открывала рот и кричала, протянув руку Эбби, чтобы та помогла ей, но подруга лишь стояла, словно её кто-то схватил мертвой хваткой, не желая отпускать.       Бедной Эбби приходилось лишь смотреть на то, как её подруга падает, как её поглощает белый свет, а её голос стихает с каждой минутой.       Когда тело Эммы скрывалось, то Эбби просыпалась с криками и воплями в своей кровати. В те секунды она не понимала, кто она и где она находиться. Она звала Эмму.        Конечно почти сразу на крики сестры прибегал Майк, который обнимал её и все расспрашивал, что же ей такое сниться. — Эмма! — Кричала Эбби в плечо брату, — Мне снилась Эмма! Она умерла! — Ну что ты, — он ласково гладил её по волосам, целуя в лоб, — это всего лишь кошмар, все хорошо… Я здесь, твои друзья здесь, и Эмма тоже… Завтра ты ей позвонишь, хорошо? И вы пойдете гулять вместе, как ни в чем не бывало, ладно?        Эбби кивнула, но понимала, что как раньше уже не будет. Но она не могла рассказать всю правду Майку о происшествии в пиццерии. Не сейчас.       Сейчас девочке хотелось просто уснуть, ведь голова от слез и переживаний гудела, а от того, что она врала Майку становилось ещё больнее.        Но усталость берет вверх, вскоре Эбби уснула, а Майк до самого утра не отходил от девочки, заснув рядом с ней.       Тогда утром и узналось, что нашли четыре тела возле окраины города. Понятное дело, Эбби с первых слов поняла, о каких телах идёт речь в новостях.        А вот Майк сделал громче. — Сегодня нашли четыре тела подростков на конце пригорода, — сказал мужчина, читая лист, — полицейские говорят, что их загрызли звери, что обитают в лесу…        Эбби задумалась. Похоже, аниматроники подумали над этим тщательно и положили тела в противоположную сторону от пиццерии, в которой все и произошло.       Когда стали называть имена, Эбби услышала имя, от которого сердце замерло, а ложка выпала из рук. — Эмма Уотсона, — заявил мужчина.       Майк застыл на месте от этого заявления. Он не знал, что делать, у него был шок. — Эбби… — Только и смог выдавить Майк, но Эбби уже захлёбывалась в слезах, — Господи, иди сюда…        Он подскочил к ней, крепко обняв сестру. Та же дрожала, глаза метались по комнате, мысли смешались в голове… Пришло то, чего на самом деле боялась Эбби— осознание происходящего.       Девочка поняла, что больше никогда не увидит свою лучшую подругу. Никогда не услышит её голоса, никогда не услышит её звонкий смех…        От этого Эбби было дурно, закружилась голова. Она хотела рассказать все Майку, что у неё было на душе, но не могла. Как будто сжали с силой шею, что невозможно было даже дышать.       Время словно остановилось, а Эбби отрезали от этого мира. В глазах потемнело, сердце будто перестало биться.       Веки закрылись, девочка словно провалилась в тёмную бездну, которая не хотела её отпускать. Да и она была не против этого.

***

       После этого случая Эбби стали терзать кошмары, только люди менялись с Эммой, и их объединяло то, что они были дороги для девочки.       Каждый божий день она просыпалась с криками в кровати, а Майк из-за этого перестал спать вместе с сестрой. Он пытался успокоить её, но попытки были четными, Эбби орала, билась в истерике.       Её картины поменялись. Теперь карандаши были только черными, а на рисунках была изображена смерть людей. Каких? Да без разницы, она брала их из головы и просто рисовала.       Первого человечка она нарисовала в виде маленького мальчика, он была совсем крохой. А потом Эбби нарисовала ещё одну девочку, постарше, которая раздавила голову малышке, отрезав пилой из сарая.        Вторая картинка изображало то, как девочка пекла котлеты из плоди мамы, голова которой запекалась в духовке.        Третья картинка была с той же девочкой, но с отцом. Отца она сожгла заживо, заперев в собственной машине.        Ну и напоследок последняя картинка, которая нарисовала Эбби, имела такую же девочку в главной роли, но она перерезала горло кухонным ножом их котику.        На всех этих рисунках девочка, что была в главной роли, постоянно улыбалась, ей эти занятия приходились по вкусу, она была счастлива.        Успеваемость Эбби упала, она была сама не своя. Плохие оценки можно было списать на стресс, но нет, Эбби даже не старалась понять предмет. Она хамила учителям, говорила, мол, скоро их убьют и перережут глотки, а кого-то вообще повесят…        Однажды терпение всех кончилось, и Майка уже вызвали к директору.        Девушка лет сорока в строгом костюме была явно недовольна Эбби. — Что происходит с девочкой? — Потребовала объяснений директор сразу, как Майк закрыл дверь в кабинет. — Простите… — Взволновано начал он. Видно, что он тоже был на нервах, — У неё умерла лучшая подруга, и она считает себя виноватой во всём этом, поэтому… — Мистер Майк. — Холодно перебила женщина, — Ваша сестра разрисовала главную стену школы красной краской, на которой изображена я и другие учителя, которые были повешены на одной огромной ветке дерева.        Майк тяжело вздохнул, представляя это в живую. — Пожалуйста, простите… Я заплачу за краску… — Он опустил взгляд на пол, а директор все больше закипала. — Господи Боже! — Выругалась она, — мне не ваша дебильная краска нужна, мне нужно исправить состояние девочки! Вы что, не видите, в кого она превращается?! Или вам очки дать?! — Я все прекрасно понимаю, —Возразил Майк, — но ей нужно время, я пытаюсь её ввести в нормальное состояние, вы понимаете? — Да тут уже не вы, а психолог или даже психиатор нужен. — Хотите сказать, что моя сестра психованная? — Нет, — уже понизив голос сообщила женщина, — я пытаюсь понять, что не так с девочкой. Понимаете, это все уже зашло слишком далеко, за пределами общества. Девочка не понимает, где её кошмары, а где реальность! Ну что это, постоянно твердит о смерти, запугивает одноклассников, учителей, что они ко мне потом в слезах бегут! А сегодня так вообще стену всю обрисовала, что из-за этого все младшеклассники домой убежали в испуге. — Директор сняла очки и внимательно посмотрела на собеседника, а тот наконец поднял взгляд, — Вы должны отвести её к специалисту, ясно?        Тот кивнул. Видимо, и в правду пора что-то делать.

***

       Эбби не понимала, что с ней. Она никогда не задумывалась о смерти или о чем-то плохом, а сейчас…        Раньше Эбби думала, что это пройдёт и вскоре её мозг придёт в норму после травмы с Эммой, но нет, этого не было.       Иногда Эбби казалось, что она вообще и не вспоминала Эмму, но тогда почему она так себя ведёт? Как будто бы кто-то завладевает её телом, заставляя делать то, что скажет то существо. И Эбби этому подчинялась.               В один из таких вечеров она думала над всем этим, ведь она сама себя не узнает, это не она все это делает…        Как вдруг её осенило. А что, если все что происходит как-то связано с пиццерией? Ну а что, это все началось после происшествия в пиццерии, и возможно что-то там и в правду изменилось, когда там оказался мертвый Уильям.        Эбби решила, что как раз ночью, когда Майк уснет, она дойдет до пиццерии и узнает все об этих аниматроников.        Ночью Майк спал рядом с Эбби, но девочка умная: сразу приготовила под руку куча подушек и одеял.        Когда её брат засопел, она встала с кровати, а вместо себя положила подушки так, будто под одеялом лежал человек, а точнее она.        Быстро, но тихо Эбби собралась в поход в эту злосчастную пиццерию, прихватив с собой электрошокер.        Дошла она до туда за пол часа, на часах показывало час ночи.        Эбби встала у входа в пиццерию, думая, что же ей дальше делать. « А что я собственно расскажу друзьям?»— Размышляла Эбби, —«Ну да, кошмары; ну да, сама не своя, а что дальше-то? А если они вообще не выйдут, то что тогда? Я очень устала, я просто не смогу добраться домой, не отдохнув…»        Ну, всё таки постоя так у ворот, Эбби все же открыла главную дверь. «Что будет, то будет.»— Решила Эбби, заходя в заброшенное здание.        В пиццерии было холодно, хоть и на улице была замечательная погода, а также было очень темно, что не нравилось Эбби. Но у неё был фонарик. Пусть он светил и не так ярко, как лампы, но хоть что-то да видно.        Была гробовая тишина, все будто замерло, не желая отвечать девочке на её ответы. Но та не сдавалась, а лишь шла вперёд к сцене. — Эй, друзья… — Голос Эбби эхом разнесся по всему огромному залу, — Пожалуйста, помогите мне… Я знаю, что вы все тут!!!        Да, все пять ребят стояли возле столов сзади девочки и пристально за ней наблюдали, за каждым её шагом. — Мне кажется, что со мной что-то не так, понимаете?! — Кричала Эбби, — Я стала совсем другой, у меня всегда плохие сны про Эмму и про всех остальных дорогих мне людей! — В ответ тишина, — Прошу вас, помогите мне! Я ведь знаю, что вы не плохие, у вас ведь все же осталась душа…        Дети также холоднокровно смотрели на неё, но Чика смягчила взгляд и отношение, когда Эбби сказала про их душу. — Поможем…? — Тихо спросила девочка. — Нет. — Отрезал золотой мальчик. — Почему?! — Но Чике уже никто не ответил, все следили за девочкой. — Пожалуйста, мне нужна ваша помощь! — Умоляла Эбби, крутя фонариком, пытаясь найти хоть кого- нибудь, — У меня такое чувство, как будто когда я делаю что-то плохое, то я будто не контролирую себя и свои эмоции… Будто мной кто-то манипулирует.        Тут же последовала реакция золотого мальчика. Он всполошился так, будто его водой горячей облили. — Точно манипулирует?! — Крикнул он, подходя к Эбби.        Та испугалась от неожиданности и выронила фонарик. Осталась лишь кромешная тьма, и на Эбби она давила. Она никогда не любила тёмные места, а тут даже ничего и проглядеть нельзя.        Поэтому она завопила как можно сильнее от неожиданности и от нахлынувшей фобии темноты. — Фредди, свет! — Скомандовал кто-то и тут же загорелась небольшая лампочка.        Эбби открыла глаза и увидела пять детей, склонившихся над ней. Она сразу улыбнулась, узнав их всех. — Как я рада вас видеть в таком обличии!— Воскликнула Эбби. — Ой, а я как рада! — Завизжала Чика, после чего схватила с силой Эбби и притянула к себе, заключив её в объятия. — Так, ну хватит тут нежностей, аж бесит, — ворчал Бонни. — Отвянь! — Буркнула Чика, все также обнимая девочку. — Так что ты говорила на счёт манипуляции? — Спросил наконец золотой мальчик, подходя ближе. Эбби взглянула на него. Она видела всех, кроме него. — Ну… — Смутилась Эбби, — Мне так кажется… — Если тебе просто кажется, — резко перебил мальчик, — то мы тебе здесь не психологи. — Ой бля, да дай ты ей хоть слово сказать, — возмутился Бонни. — Не то чтобы кажется… Но понимаете я делаю то, что раньше никогда не делала и даже в мыслях этого не было. Я стала рисовать рисунки, которые как будто сами руки рисуют, а я даже не могу на чем либо сосредоточиться. — Ты что-то говорила про сны, да? — Спросил золотой мальчик. — Да, сны, — подтвердила Эбби, — там мне сниться, как мои люди, которыми я дорожу, проваливаются в пропасть, а я… А я не могу ничего сделать, словно меня кто-то удерживает. — Возможно, у тебя просто стресс из-за Эммы… — С сожалением сообщил Фредди. — Нет, — сразу последовал ответ, — у меня такое чувство, что я вообще забыла о ней и не испытываю никакой грусти… Это может показаться странно с моей стороны, но я чувствую, что это никак не связано с Эммой.        Все замолчали. Думали. Золотой мальчик рассматривал Эбби с ног до головы, думая, что же делать дальше. Но у него уже были догадки, которые для него были плачевными. Он не хотел, чтобы догадки подтвердились, но проверить все равно надо. — Хорошо, — После нескольких минут заявил мальчик, — ты поспишь тут, прямо в пиццерии. — Зачем? — Не поняла Эбби, да и все остальные дети также посмотрели на него, выражая свое непонимание. — Возможно, ты права, и тут замешен один из нас.        Все округлили глаза и с испугом посмотрели на мальчика, но тот своим взглядом сказал им молчать. — Что значит «замешен среди нас»?! — Вдруг выкрикнула Эбби, — То есть кто-то из этого круга хочет, чтобы я делала эти пакости?! Но зачем и как вы это делаете?!       Эбби было страшно, она была в негодовании. Неужели её друзья, которых она так любила, подставили её и правда хотят ей зла, как и предупреждал Майк?       Но, словно почувствовав эмоции Эбби, мальчик остановил её поток мыслей: — Не именно из нашего круга. Понимаешь, есть и другие аниматроники в этой пиццерии и за приделами. Тех, кого убили в лесу и живут там, а тех, кто убили в пиццерии, то те, соответсвенно, живут здесь, как мы. — То есть, — вздохнула Эбби, — есть и другие аниматроники…? — Именно. — Подтвердил мальчик. — И кто-то из них желает мне зла? — Возможно, и именно это мы и хотим проверить. Нужно, чтобы ты послала здесь. И смотри внимательно на сон, старайся уловить все детали, а после перенести нам на бумагу. Сможешь?       Эбби кивнула, но потом подумала: — А как же Майк?! Если я усну до утра, то он увидит, что меня нет, и будет слишком беспокоиться, а потом ещё и объяснений потребует… — С этим не волнуйся, — ответил золотой мальчик, — я тебя принесу домой.        Больше у Эбби не оставалось вопросов, и поэтому аниматроники сделали девочке «кровать» из скатерти, столов и небольших подушек, которые были сделаны для праздников. — Спасибо вам, ребята! — Сказала Эбби, залазя в свой домик, — Тут очень мягко!        Дети сидели полукругом рядом с девочкой, которая почти сразу же заснула. — Думаешь, это она…? — Спросил Фокси. — Не знаю, но смахивает на неё, — коротко ответил золотой мальчик. — Но ведь… — Запаниковала Чика, — Ведь ты договорился с ней, чтобы она не размахивала тут своими способностями, разве нет?! — Не стоит паниковать сейчас. — Заметил её поведение мальчик, —Сейчас она не к чему. Нужно лишь ждать и надеятся, что у девочки просто с головой не всё в порядке.        Никто ничего больше не ответил, все ждали, что будет происходить с Эбби, но та лишь мирно спала, иногда дергала бровью или губой.        Прошло уже два часа, пора часах показывало четыре часа утра, а с девочкой ничего не происходило.        С первыми лучами солнца, что показались в окнах, золотой мальчик не выдержал. — Так, ладно, — скомандовал золотой мальчик, — я так и знал, что у Эбби просто поплыло воображение в не ту сторону. Я её отведу домой, и все.        Он хотел уже поднять маленькое тело, как вдруг Эбби начала биться в конвульсиях, изо рта пошла белая пена, которая сочилась фонтаном, падая на пол.        Глаза её были открыты, но неестественно повернуты вверх так сильно, что почти не было видно зрачков.        Руки и ноги выворачивались ,как в фильмах ужасов, зрелище было не из самых приятных, а дети вообще всполошились и бегали по разным сторонам. — Господи, что с ней?! — Со слезами орала Чика. — Сделай что нибудь! — Орал Фокси на Фредди, а тот просто стоял в ступоре, не зная, что делать. Золотой мальчик орал, пытался привести в чувства, но Эбби не слышала. — В неё че, дьявол вселился что ли? — Тупо подал свой голос Бонни, на что все посмотрели на него, как на идиота, — Ну, ладно-ладно, я просто предположил! — Ребят… — Тихо сказал Фредди, — моя мама болела этим…        Все повернулись к нему. — Рассказывай, живо!— Орала Чика. — Это заболевание, а точнее приступы, называются эпилепсией… Умереть от неё крайне трудно, но возможно. Ей срочно нужно к врачу, а иначе это плохо кончиться… — Что же ты блять раньше молчал?! — Крикнул золотой мальчик, после чего принял робота медведя и, подхватив Эбби, исчезнул со своего места, словно его и не было. — Хоть бы он успел, — тихо сказал Фокси.

***

       Эбби лежала в больнице три дня без сознания.       Майк весь испереживаться и, казалось, что тот уже посидел на несколько волос.        Ванесса также приходила к Эбби, принося продукты и все необходимое для девочки и самого Майка. — Майк… — Прошептала с грустью девушка, садясь рядом с ним, — Прошу, поспи. Ты не спал уже сутки, это плохо… — Это я во всём виноват, — со слезами на глазах он смотрел на свою сестру, — я ужасен, я не смог уследить за Гаретом, а теперь из-за меня у сестры проблемы… Я никчемен, я ужасен… — О, Майк… — Она обняла юношу и почувствовала, как её рубашка намокает от слез, — Ты ни в чем не виноват, не вини себя… Эбби не хочет видеть тебя в таком состоянии, ты должен быть сильным… — Я не могу, не могу! — От эмоций Майку хотелось орать, скулить и биться об стену, — Я все, всегда порчу! Я ненужен Эбби, без меня ей будет лучше…        Ванесса посмотрела на него теперь более строже: — Ты говоришь полную чушь, Эбби любит тебя и она не может без тебя жить. Ты ведь сам это знаешь, но твои дурные мысли не дают тебе думать головой. Поэтому я напоминаю тебе, что Эбби не согласилась жить со своей тетей Джейн только потому, что она любит тебя. Прошу тебя, не вини себя!        Таких разговоров было миллион до того, пока Эбби не пришла в себя.        Но до этого Ванесса узнала, кто вообще привел сюда Эбби в больницу. Майку она не стала предлагать идти расспрашивать с ней, потому что он уснул впервые за два дня. — Здравствуйте, — сказала Ванесса медсестре, — я по поводу Эбби Шмидт. Кто её к вам привел по среди ночи? — А, здравствуйте, — Поприветствовала медсестра, поправляя свою челку с глаз, — Её нашли ночью, она лежала под главным входом, и это было странно. Ни кого рядом с ней не было, только удар в стекло, да ещё и сильный такой… Мы выбежали на этот шум, а там Эбби лежит вся в судорогах, — она вздохнула, — ужасное зрелище.       Ванесса задумалась. Что делала Эбби с самого раннего утра на улице, и откуда такие приступы? Никогда ранее они не проявлялись, да и проблемами с мозгами у девочки не было, она была плотностью здоровой девочкой с крепким иммунитетом. — Удар, говорите…? — Переспросила Ванесса. — Ага, — подтвердила та.        И кто мог донести её до самого входа в больницу и при этом не показывая себя и никто его не видел?        Размышления Ванессы пришли все к выводу, что это были мертвые души аниматроников. Туда-то девушка и направилась.        Как все таки хорошо, что она полицейский.        Добравшись до места, Ванесса выпрыгнула из машины и решительно зашла в заброшенную пиццерию, пытаясь не думать, что там где-то в глубине лежит желтый кролик. — Эй, — крикнула Ванесса, — аниматроники, выходите! Я знаю, что вы замешены во всём этом с Эбби. — Что тебе нужно знать? — Холодно ответил золотой мальчик, выходя из сцены. — Знать, что тут происходит. Ты же обо всём знаешь, не так ли?— Также холодно отозвалась Ванесса. — Могу сказать только то, что в этом замешан один из аниматроников. — Так скажи мне, кто это, черт подери! — Со злостью выкрикнула она. — Не могу. Просто уезжайте с этого города, и девочка будет в безопасности. — Что не так, расскажи мне всё, прошу..! — Я ведь сказал, — устало повторил мальчик, подойдя к Ванессе, — хотите сберечь вашу Эбби? Убирайтесь из этого города и найдите лучшее место. — Я не понимаю, почему ты не хочешь мне все рассказать?! — Кричала девушка, — Мы ведь вам не враги, мы хотим помочь! — Ничем вы нам уже не поможете, поверьте. Просто уходите от сюда по-хорошему.        Ванесса хотела ещё что-то сказать, но золотой мальчик схватил её за руку. Та почувствовала холод от его ладони, которое разошлось по всему телу. — Уходите, мой вам совет. — Напоследок повторил мальчик и телепорнул Ванессу в свой дом, нервно вздохнув. — Ты не собираешься рассказывать им, да? — Спросил Фокси, подходя к мальчишке. — Если они просто хотят спасти Эбби, то я сказал им, — холодно отчеканил мальчик. — А если Эбби сюда снова придёт? — Неуверенно спросила Чика. — Также отправлю её домой, как и Ванессу.        В глазах Чики пропало веселье. Она потеряла надежду на то, что Эбби спасет их, ведь она и вправду всего лишь маленькая девочка, которой не под силу противостоять ей… Все таки они обречены навечно быть в этой темной и заброшенной пиццерии… Теперь это их «дом» навечно.

***

       Эбби очнулась на четвертый день после конвульсий.        Была ночь, голова у девочки трещала, а сама не понимала где она и кто она.        Она слышала, как пищат приборы питания и пульсоксиметра , как тикают часы и как за дверью ходят медсестры, стуча каблуками.        Так и лежала девочка, не смогла даже пошевелиться или что-либо сказать, ведь в горле настолько пересохло, что глотать было больно.        Но вскоре зашла медсестра и заметив, что Эбби пришла в себя, встала в ступор и позвала всех врачей сюда, от чего Майк и Ванесса, которые спали на одном диванчике, проснулись.        Майк, увидев Эбби в сидячем положении и с открытыми глазами, подскочил к ней, плача, обнимая и целуя, куда только можно было.        Ванесса подошла следом и с улыбкой наблюдала за всей этой картиной. Наконец-то Майк улыбался и девушка видела его счастливым.        На следующий день девочка окрепла к вечеру и это было невероятно, ведь обычно люди ещё долго не могут прийти в себя, галлюцинации и головные боли мучают таких пациентов, но Эбби была здоровой и счастливой.        Она как обычно рисовала цветочки и пчелок разноцветными маркерами, который принёс ей брат.        Казалось, после длинного сна Эбби стала совсем обычной, веселой девочкой, и Майк не мог не нарадоваться этим, смотря на неё.        Но Ванесса ему все рассказала и сначала Майк хотел сам пойти разбираться в пиццерию, но Ванесса остановила его. — Мы хотим же спасти Эбби, так…? Нам не к чему лезть к ним, мы просто уедем, как они сказали, и с ней все будет хорошо.        Майк с этим согласился, и пока Эбби была в больнице и развлекалась, он собирал все необходимое и искал жилище в другом городе.        В итоге не нашлось ничего лучше, чем съемное жилище. Да, не лучшее место в этом городе, но Майк решил, что раз Эбби нужно увезти от этого проклятого места, чтобы она стала обычной, то он уедет, не задумываясь.        К вечеру Майк перевез нужные вещи в новый дом и уже ехал забирать Эбби из больницы, Как вдруг что-то темное пробежало перед машиной, от чего юноша испугался и на инстинктах нажал на тормоз.        Он не понял, что именно это было, ведь на улице уже смеркалось. Похоже на какое-то огромное и худощавое четвероногое животное.        Вглядываясь во тьму, Майк пытался понять, кто это, но когда через три минуты он никого не заметил на своем пути, нажал на газ, но машина не ехала.        Взглянув на монитор машины он понял, что два передних колеса просто сдуло.        Майк был в негодовании, ведь пять минут назад все было отлично и не было ничего с колесами, и уж тем более юноша недавно менял колеса и там не могло оказаться отверстий, через которых вышел воздух. — Твою мать… — Майк, немного поразмыслив, вышел из машины с фонариком.        Он стал осматривать колеса, искать дырку, но их не было. Такого просто не может быть.        Майк ругался на все подряд от злости и пытался найти запасное колесо, но его не было, ведь Майк уже использовал одно колесо, когда они возвращались с Эбби домой.        Майк думал, что ему делать, но вот что странно: от радости Майк даже не заметил, как на трассе, когда он въезжал в свой город, то не было ни одной попутной машины или заправок, которые не часто, но стояли. А на пути Майка не было ничего, он был совсем один на дороге.       Майку стало тяжелее дышать, он пытался придумать логическое объяснение всему этому, но не мог. Сейчас главное разобраться с машиной и уже выезжать из этого проклятого леса, который окутывал всю дорогу.        Но вдруг сзади юноши послышались быстрые и хрупкие шаги, наступавшие на сухие ветки.        Повернув резко голову, Майк ничего не обнаружил, а лишь всматривался в глубь кустов, откуда доносились шаги.        Он неуверенно подошел к кустам и увидел на земле отпечатки детских ног. Он рассматривал их и понимал, что что-то происходит неладное.        Как вдруг острая боль пронзила ногу Майка. Тот схватился за ногу и с криками боли свалился на землю.        Детские смешки доносились ото всюду, пока Майк рассматривал свою израненную ногу, из которой торчал огромный кухонный нож, измазанный в крови.        Детские смешки не прекращались, как и кровотечение в ноге. Казалось, ногу проткнули насквозь и сейчас Майк потеряет сознание от болевого шока. — Не нужно больше пытаться увезти Эбби, ладно? — Сказал голос чей-то девочки напоследок.        После этих слов Майк почувствовал, как в его рану пихают что-то, похожее на землю, от чего юноша стал орать и пытаться ударить ногой того, кто это делает, но все тщетно.        После нескольких секунд у Майка потемнело в глазах , разум помутнел и он провалился в глубокий сон.        Единственное, что он слышал в голове, это звонкий и сумасшедший смех девочки… Продолжение следует…