бутон.

Лёгкий ветерок колошил его волосы, пока он шёл вперед, наступая в лужи грязи и пачкая белые кроссовки. Потерянный, одинокий и печальный — описать его можно было только такими словами. Антон был не хулиганом, не бандитом, не кем-либо из подобных личностей. Судьба уготовила ему наихудший из наихудших подарков. Слёзы катились по щекам, от безысходности, от боли, от раздирающего внутренности чувства. Руки тряслись, держа промокший кусок бумаги, на коем корявым почерком было написано: 《Прости меня, Тоша, я тебя любил. Холодная земля мне место. Я причинил многим слишком много боли, за что не заслуживаю прощения. Умоляю, не вини себя в произошедшем. Прощай.》 Листок был смят и выкинут в урну, пока из горла вырывались хрипы и мольбы. — Вернись, прошу… Вернись… Я слишком слаб… Извини, что не смог помочь тебе, Сашенька. Он схватился за волосы на голове, ударяясь лбом о кафель. — Жаль, не смог сказать тебе это, но… Я тоже тебя люблю. Глаза упёрлись в одну точку, прожигая её насквозь. Мысли роились в голове, одна за другой, пока дыхание становилось всё чаще и чаще, больно сдавливая грудную клетку. Пот градом катился с его лба, падая на светлую рубашку и оставляя там мокрые следы. Антон встал, направляясь к выходу из дома. Смотреть на себя в зеркало было до ужаса противно — опухшее лицо, грязные волосы, синяки под глазами. Взяв нож из тумбочки, он направился туда, где собирался покончить этот бесцельный путь. Шёл дождь, и Тяночкин подставлялся под холодные капли, уже не боясь простудиться. Печальная улыбка растянулась на лице, когда он увидел Их любимое место. Оно не изменилось за это время, за то время, что его не было. Пройдя мимо него, он направился дальше, смотря себе под ноги. Влажная земля чавкала под ногами, создавая противный звук, и Антон пошёл быстрее, не желая слышать его. Он остановился у могильной плиты, садясь около неё. Там лежали одинокие цветы и пакет конфет, который он принёс при последнем сюда визите. — Знаешь.Ты привнёс в мою жизнь столько нового, того, чего я раньше не замечал. Научил меня быть счастливым, поддерживал в трудную минуту… Всегда был рядом, подставлял плечо, когда это было необходимо. Ты был отличным другом, Сашенька. С тобой я почувствовал себя… Настоящим. Спи сладко. Слёзы градом потекли по лицу, оставляя влажные дорожки. Губы дрожали, а рука, тянувшаяся к надгробию, зависла в воздухе. — Наверное, я поступаю глупо, и это моё эгоистичное желание, но… Он достал из кармана листок бумаги с ручкой, перенося свои последние слова на него. 《Мама, папа, я вас очень сильно люблю. Как бы мы не ссорились, что бы ни было, вы остаётесь дорогими мне людьми. Помните меня, как хорошего сына. Передайте Алине, что она была замечательной подругой и… Не вините себя в случившемся. Только исполните моё последнее желание — кремируйте тело, прах рассейте.》 Он вытащил нож из кармана, поднося его к вене. Жизнь проносилась перед глазами, напоминая о хороших и плохих моментах. Вздохнув в последний раз, он воткнул нож глубоко в руку, ведя линию. Горячая кровь капала на бумагу, оставляя кровавые следы, а тело медленно упало на бок. Глаза закрывались и была только всепоглощающая боль. — Прости… Дождь полился с новой силой, смывая записку, и ветер унёс её далеко от этого места. Распустился последний бутон.