Часть 7 «Ты не тот, кем был раньше»

Подходя к дому, она увидела припаркованный черный джип, что могло значить - родители вернулись. В мыслях пробежало то, что отец будет задавать кучу вопросов: «Где была? С кем говорила? И вообще почему она вышла из дома, не сказав ему об этом?». Взяв телефон, она увидела достаточное количество смс от брата, чтобы понять то, что ей прилетит по голове, как только она переступит порог дома. М: «Ну вот, пришли. Еще увидимся?», юноша подмигнул девушке и расплылся в улыбке, якобы смущаясь, но девушка поняла, что он её выводит на провокацию. Д: «Обязательно, Маратик», ответила Романова, закатив глаза. Марат развернулся и направился в сторону многоэтажек, сворачивая во двор, закуривая сигарету. В голове девушки проскочила мысль о том, что ей действительно предстоит ещё с ним увидеться, причем, ни один раз. Перешагнув порог калитки дома, она увидела на крыльце отца, который нервно курил сигарету. Выбросив её в траву он направился в сторону дочери. Даша вмялась в забор с такой силой, будто он стал мягким, она готова была провалится в него, лишь бы её никто не достал. Тарас направлялся к ней большими шагами, они были настолько отточены, будто тигр готовился прыгнуть на свою добычу. Подойдя к дочери, нагнувшись так, чтобы их лица были на одном уровне, он схватил её за ворот олимпийски и потащил в дом. Д: «Пап, я ничего не сделала! Я качалась на качелях, всё!» Тарас молчал, накаляя обстановку ещё больше. Завалив Дашу в дом, он запер дверь дома, ничего не сказав, сел за стол и закурил. Д: «Не кури, бабушке не нравится» Т: «Ты мне будешь говорить что делать? Почему никто до тебя не мог дописаться и дозвонится? Ты адекватная?» Д: «Но ничего не случилось же» Тарас ничего не сказав в ответ, показал головой, чтобы она села на стул. Т: «Ты вообще понимаешь, что сейчас происходит? Или до тебя всё дойти не может? Голову отбили уже совсем?» В проходе всё это время стояла Рита, не влезая в разговор, было не положено. После этих слов, настала точка кипения. Р: «Тарас! Хватит! Ты сам втянул нас в это. Ты облажался. Думаешь, им не хочется ясности? Мне не хочется? Ты не говоришь ни о чем, от слова совсем, кроме того, что творится ужас и мы переехали. В какой это раз? Я устала». Во время этих слов, Рита передвигалась по кухне плавно, была уверена в себе. Она прекрасно знала, на что надо надавить в разговоре с мужем. Р: «Если ты хочешь доверия к себе, то не надо всех контролировать. Все! Ты не тот, кем был раньше, как ты понять не можешь. Они дети, они хотят капельку свободы, может не надо так с ними? Дашу ты всю жизнь контролируешь и огораживаешь от всего. У неё выпускной год, поступление. Ты думаешь, она с тобой останется? Я уж точно этого не позволю. Сигарету потуши.» После этих слов, Рита ушла в другую комнату, оставив за собой тишину. Тарас, смотря всё это время в одну точку, был будто завороженный, может, до него дошло, может и нет, об этом знал он сам. Потушив сигарету, он поднялся, подошел к дочери. Сев на корточки, он положил руку на колено Даше. По ноге пробежала дрожь, колено все так же ничего не чувствовало, кроме вечной боли и онемения после травмы. Даша обняла отца, хоть он и был грубым, она прекрасно понимала, что он боится и переживает. Он никогда не извинялся, чтобы он не натворил, но эти слова она хотела услышать больше всего.