Часть 18. Андрей

За ужином и после него у меня было много мыслей. Я хотел ей много, что рассказать. Хотелось целовать ее, сжать до боли, чтобы принимала решение быстрее, чтобы не накручивала себя, чтобы не томила глупыми отговорками, что рано, мало знакомы. К херам это все. Возможно, я не так много знал о ней, но все, что знал, меня более чем устраивало. Меня тянуло к ней, мне хотелось спрятать ее от всего мира, чтобы была моей не только в эти три дня. И причина не в охуительном сексе, а в ней. Пришлось сделать усилие, чтобы остановить себя, не давить на нее. Мне хотелось, чтобы она решила сама. В последний раз решила сама, потому что дальше все решать буду я. В любом случае сейчас мне было важно, что она скажет. Я отпустил ее из рук, приподнял подбородок, заставив ее на меня посмотреть. – Я понимаю, что ты должна поехать домой, надеюсь ты и сама это понимаешь. Но и мне надо будет уехать на месяц. Ты согласна поехать со мной? - спросил я прямо. Лера смотрела на меня испуганно и молчала. Она молчала, а у меня сжалось сердце. На какое-то мгновение стало немного страшно – вот уж действительно новое чувство. Но мелькнула глупая мысль: а вдруг она скажет «нет»? Вдруг я в ней ошибся и у нее на будущее другие планы. – Ну же, уголек. – поторопил ее, и… – Нет… – тихо сказала она. Твою мать. Просто, блядь, твою мать! Я был готов скорее списать это на слуховые галлюцинации, чем на то, что она действительно это сказала. – Нет? – повторил, всматриваясь в ее глаза, сжал пальцами ее подбородок сильнее, чтобы не отвернулась. – Почему нет? Я тебе не нравлюсь? – Разумеется, нет…. То есть – да… То есть – ты мне нравишься… – поспешно, путаясь в словах, пробормотала она. – Очень нравишься! И я бы очень хотела поехать… Ее голос дрогнул, на секунду она спряталась за ресницами, а потом снова взглянула на меня – прямо, открыто и жалобно. – Но не могу… – Уголек, я понимаю. – я поцеловал в лоб. – Теперь все будет хорошо, – я обнял ее так сильно, что практически вжал в свое тело, чтобы она поняла: мы с ней неразрывны, плевать на все ее обстоятельства. – Все будет хорошо. Я тебе обещаю. Утром, проснувшись в обнимку, мы позавтракали. После она поехала за вещами, которые она оставила в агентстве, а я поехал покупать ей билеты до её дома. Не знаю, к сожалению или к счастью, билеты оказались на сегодняшние число. У меня, конечно, была идея взять билеты на другое число, но вспомнив как она рассказывала мне о своём брате, и о том, что случилось, я тут же отсек эти мысли. Выбрав ей самые лучшие места, я поехал к ней, чтоб помочь с сумкой. До её отъезда мы просто наслаждались друг другом. Смотрели фильмы, играли в разные компьютерные игры, которые были у меня установлены. Если бы не обстоятельства, то я бы просто запер её у себя в квартире и не выпускал. Прощались мы долго, Лера даже успела поплакать, даже я чуть не прослезился. Мы ещё долго переписывались, когда поезд отъехал от вокзала. Я уже скучал по ней. С момента как Лера уехала прошло несколько дней. Сегодня она должна мне сообщить, как прошла операция брата. Но эту ночь мне спалось паршиво. Снилась Лера. Она была в беде, а я не мог ей помочь. И проснулся я раньше, чем обычно. Впрочем, сейчас это было только на руку. Из-за того, что переживал за состояние Леры и её брата, я не сделал свои дела. Поэтому я почти сразу же сел их делать, но включил звук на уведомления на всю громкость, чтоб не пропустить сообщение от девушки. Я не знаю, сколько прошло времени с момента, как я проснулся и сел за работу. Но заглянув на часы, я понял, что до пресс-конференции, на которую меня пригласили, остался час. До сих пор не понимаю, кто решил устроить для меня пресс-конференцию и зачем. Но не согласиться я тоже не мог. Но сейчас меня это не волновало. Волновало только то, что Лера до сих пор ничего мне не написала.