Тишина отзывается эхом в твоей ненасытности

Хвост за спиной Бидо нервно перекинулся из стороны в сторону. Его огромные влажные глазки, казалось, сошлись на его огромном носу. Вид он сразу приобрёл нервный и неуверенный. Бидо был хорош в вылазках и тайных проникновениях. И он ещё не понимал, что ничего нового от него не требуется. - Я думал дождаться здесь босса. С Кимбли. - Я побуду здесь, пока ты не вернёшься. Нужный нам ингредиент необходимо передать врачу, который сделает лекарство от токсина. Нам нужен болотный мох. Растение с ланцетовидными тёмно-зелёными листьями и белыми колокольчиками. - И почему его должен достать я? Линор вновь развернула карту и очертила часть интенсивной терапии. Ту часть от холла, что ведёт к лифту. И в самый низ здания. - Мы с Роа уже нашумели в интенсивной терапии. Наверняка там уже запустили какую-то систему защиты. - Да, такая есть в каждом здании. У нас была в лифте. Мартель, подтверждая слова Линор, активно закивала, и тут же прикусила язык. Первой частью плана Бидо и был лифт. Благо, Линор за эту ночь побывала не в одном здании. - Не обязательно. В особняке защитная система сработала в вестибюле и в главном зале. - Вы издеваетесь?! Бидо был откровенно трусоват. Ловкость и изворотливость порой решала гораздо больше проблем, чем грубая сила. Но вкупе с умом и стойкостью. Бидо глупым не был. Но и смелым он не был. Несколько раз сбегать из города до острова – пожалуйста. Лезть в пекло – нет. И Линор, честно, лучше бы отправила Мартель. Более смелую, изобретательную и боеспособную. Однако у таких, как Бидо, был один весомый плюс. Такие люди очень быстро достигают состояния загнанной в угол крысы. Когда некуда отступать, человек способен на очень многое. И, должно быть, что-то отразилось во взгляде Линор. Бидо более не выглядел таким уверенном в своём несогласии. - Бидо, пока Зимбардо на свободе, а у него, на минутку, этого токсина цистерны, беда может случиться с любым из нас. Нет, таких, как Бидо, не проймёшь призывом к героизму или к милосердию. Пережив не менее страшные истязания, чем люди в этой клинике Бидо, пусть и стал сильнее - Линор знала это по себе, - но сохранил в своей душе страх. И у Бидо он прикопан не так глубоко, как у остальных. Мир и люди в этом мире отнюдь не добры. В любой момент ситуация может повернуться так, что ты вновь окажешься в аду. И никто не придёт к тебе на помощь. С новой болью нужно быть готовым встретиться лицом к лицу. - Там снайпер. - И для нас он тоже большая проблема. Как я сюда шла? Тяжко вздохнув, Бидо взял рацию, карту и пару ножей и, прячась в тени стен, пробрался под балкон. Ловко забравшись по стене, он забрался на балкон в слепой зоне за спиной снайпера. Ловкий улар мощным хвостом под колени подобен хлысту. Снайпер с коротким возгласом летит вниз, где до него, ещё оглушённого падением и, вероятно, несколько покалеченного, добираются обезумевшие пациенты клиники, яростно щёлкающие зубами в своих намордниках. - Мы пойдём выслеживать Зимбардо. Ты жди здесь. Бидо или остальных. Лучше нам быть вместе, когда всё это закончится. Кивнув, Линор отодвинулась поглубже в тень, не выпуская из поля зрения балкон интенсивной терапии. Она несколько переживала за Бидо. Но гораздо сильнее переживала за это не такое очевидное, как могло показаться, дело. Бидо же тем временем с присущей ему ловкостью и вертлявостью ящерицы пробрался по коридорам технического обслуживания и уже ловко пробирался по узким лазам системы вентиляции. Решётка выходила по потолок просторного вестибюля, нагромождённого всякими пристройками. Та же сторожевая башня в центре зала. Это ерунда, конечно, в отличии от кружащей по залу охраны. Вооружённой охраны. Это было одновременно плохо и хорошо. Плохо было то, что пройти мимо шестерых вооружённых людей будет трудно. Из хорошего: если бы защитные системы были включены, то охраны здесь не было бы. Сомнительно, что Зимбардо позаботился бы о них. Но людям свойственно заботиться о себе. В опасном месте никто бы не остался. Сдвинув решётку, Бидо спрыгнул в зал и тут же нырнул в ливневые желоба, благо, решётки были не припаянные, чтобы время от времени чистить желоба. Видимо, такой большой зал было проблематично мыть. И прибегали к проверенным шлангам или выплеснутым вёдрам воды. А излишки воды стекали сюда. Если бы Бидо имел возможность сравнить тактику действий свою и Линор, то, наверное, позавидовал бы её возможности не прятаться в грязи, а воспарить ввысь, под потолок. О том, что Бидо мог, подобно ящерице, забраться по стене и так же спрыгивать сверху на врагов, он не думал. Гораздо проще было тихо выползать за спинами охраны и придушивать каждого хвостом. Особенно когда стало очевидно, что проход в здание вновь под напряжением. Прислушиваясь к гулу тока, Бидо забрался в сторожевую башню, где с электрического щитка подавалось электричество во входную арку. На счастье, рядом лежал охранник, до последнего не выпустивший своего оружия. Оружие, привычно лёгшее в руки Бидо, помогло тому вывести щиток из строя. Наверное, именно в этот момент Бидо ощутил что-то давно забытое, но приятно согревающее грудь. Ностальгию. Стрельбу по мишеням в учебном лагере. Да, что-то близкое к старым воспоминаниям и ощущениям. Кружащая голову лёгкость от победы, давшейся не с таким уж и большим трудом. Победа, вновь подтвердившая превосходство элитного отряда Аместриса над прочими. Воодушевлённый Бидо пролетел половину коридора, ведущего к камерам. Радость распирала грудь, былой восторг кружил голову и от этого перехватывало дыхание. Он не сразу заметил, что более не в состоянии двигаться. Осознание происходящего подействовало как ведро воды. Опустив взгляд, Бидо с недоумением обнаружил себя прикрученным к медицинской каталке. - Что с ним? Совсем плох? - Бедняга не вынес и совсем спятил. Эти голоса казались ему страшно знакомыми. Голос Грана и медицинской сестры, Евы, что следила за подопытными. Не веря своим ушам, Бидо поднял взгляд на стоящих перед ним в тёмном коридоре людей. Куратора пятой лаборатории и легкомысленную не эмпатичную Еву, только строящую из себя ангела света. - Я сразу сказал, что он слаб и не выдержит долго. Не стоило на него тратить время. - Надо же на ком-то обкатывать технологии. Он был весьма сносным экземпляром. Вся напускная доброта блондинистой дуры разом спала. Чего она не выносила больше всего, так это пренебрежения к своим способностям и указки, что все её дела напрасны. А вывернуться она умела всегда. Но должно ли было это волновать Бидо, когда перед его носом вдруг возникает зияющая пустота дула пистолета? - Я избавлю его от мучений. Бидо даже успел растянуть губы в подобии улыбки. Всё же у Баска Грана были свои представления о милосердии. И всё же жалко думать об этом в свой последний миг. С сухим щелчком и последующим громом разрыва голова Бидо раскалывается на части. Этого просто не может быть. Тяжело дыша он прорывается наверх. Увязая в грязи, под толстым слоем которой его похоронили. Это участь каждого: рано или поздно отъехать на кладбище. Обида душит его вновь, как живого. Он-то всегда влачил своё существование в грязи и презрении. Он не должен был быть здесь. Но где его место? Одинокое кладбище в безлунную ночь на задворках городского гетто. В развалинах шастают такие же отщепенцы, как и он, дерущиеся за украденную булку хлеба. И вот он здесь. Ветеран гражданской войны в Ишваре. Боец элитного отряда. «То, что у тебя в руках, у тебя никто не отнимет». Кто это сказал? Но ведь правда. Даже изменённый, он может многое. Изменения сделали его сильнее. Улучшили его навыки. Он не самый блестящий боец. Но хороший шпион и лазутчик. Так к чему ему отчаиваться? Неужели его навыки никому не пригодились? А как же его ребята? Как же Грид? Как же Линор? И этот чёрт – Арчер? Разве они разлучались? И откуда он знает последних двоих? Разве он должен быть здесь? Он идёт к человеку, притаившемуся в тени. Где он? Почему он здесь? И «здесь» - это где? Он был на острове. И не покидал его. - Эй, мистер, можно пару вопросов? Мужчина дёрнулся назад, от чего рука Бидо ударилась о толстый прут решётки. На химеру воззрился немолодой мужчина худощавого телосложения. Внушительные залысины на тяжёлом лбу, тяжёлая челюсть и массивные очки на переносице. И Бидо визуально знал этого человека. - Джон Кристи ? Мужчина вновь дёрнулся, бросив панический взгляд куда-то себе за спину. И, если приглядеться, то можно было увидеть пару газовых баллонов, за чьим объёмом несколько не уследили. А Бидо на зрение не жаловался. Как и на память. Конечно, он не знал Кристи лично. Армия Аместриса слишком велика, чтобы знать каждого. Просто после освобождения Роа особо интересовался людьми, что были обижены системой. Перерыл все архивы в местной библиотеке, изучая прессу, что выходила в годы отсутствия их в социуме. Но случаи Кристи – они особенные. И запоминаются лучше всего. Дело газового отравителя и осуждение за его преступления невиновного человека – большое пятно на репутации армии и судебной системы страны. Вот только Бидо казалось, что этого человека заочно приговорили к смертной казни. Вот только поймать его так и не вышло. Оказывается, Зимбардо любит собирать всякую шваль. Ещё раз дёрнувшись, Джону всё же удалось вырваться не из такой уж и сильной хватки Бидо. Ругаясь, на чём стоит свет, Кристи забежал в лифт и уехал куда-то вниз. Бидо, находясь ещё не в совсем трезвом уме, отупело глядел на табло, отсчитывающее этажи. Яркие цифры перестали мелькать перед глазами на отметке минус одиннадцатого этажа. - Линор? - Да? Хрип рации передавал искажённые голоса. Хрипловатый голос Линор изменился до какого-то грубого карканья. Слушать это было неприятно. Наверное, всё было бы иначе, не отравись он газами. - За защитную систему в Зимбардо-менор отвечал Джон Кристи. Повисшую на некоторое время тишину разбил тихий смех с некоторыми нервными нотками. Кажется, газовый дурман несколько рассеялся за эти мгновения. Этот звук понравился Бидо больше. - Эта новость, знаешь ли, пугает. Преступления Кристи имели сексуальную почву. Бидо, ты только не пугайся, он абсолютно гетеросексуален. - Полегчало. Некоторые полагают, что войны калечат людей. Не только физически, но и морально. Бидо не тот, кто решился бы оспорить это утверждение. Однако, если ты был больным ублюдком до войны, то и война тут ни при чём. Секс - это, конечно, потребность. Но и от воздержания ещё никто не умирал. Насильников здравая часть армии не уважала. И, Бидо сам был свидетелем некоторых подобных сцен, нередко таких преступников линчевали без трибунала. Потому первое, что испытал Бидо после того, как рассеялся газовый дурман, помимо удивления, было ощущение брезгливости. Сверившись с картой, Бидо соскользнул вниз по тросу соседней шахты лифта. Кабина по какой-то причине уже была разбита. Видимо, ранее Роа и Линор навели здесь шороху. Минус одиннадцатый этаж представлял собой небольшой зал, выбитый прямо в каменной кладке. Он бы подумал, что это очередная аппаратная, не будь здесь смотрового окна, выходящего в канализацию. И небольшого пункта охраны. Дверь в канализацию была тяжёлой, со множеством замков и задвижек. Но уже открытой. Видимо, Кристи уже побывал здесь. И, раз он кинулся сюда, значит отсюда можно выбраться наружу. Выйдя в канализацию, Бидо огляделся по сторонам. Кристи, когда не нападал, был ему хоть и неприятен, но в целом безразличен. Его цель – найти кассандру. Оглядываясь по сторонам, он не заметил, что Кристи, стоящий на технический мостах, что только что обдумывал пути отступления, вмиг обратился зажатой в угол крысой и запаниковал. В протянутой над сточными водами руке блеснул объёмный пузырёк из тёмного мутного стекла. - Ещё шаг - и это окажется в воде. Пары капель этого средства хватит, чтобы воскресить в сознании целого города их страхи. Кажется, Джон поднаторел в химии после войны. И в токсикологии тоже. И, пусть Бидо мало волновало благополучие всего города, но пока им в этом городе жить. И вообще, он здесь не ради Кристи. Бидо собирался весьма экспрессивно донести до маньяка эту мысль, но у судьбы на Кристи были свои планы. Напрочь игнорируя грязь и вонь стоков, из стремительного потока мощным рывком выскочил довольно крупный мужчина. С невразумительным рыком от вцепился в Кристи, что в панике - Бидо даже пожалел, что он атеист и не знает, как и кому молиться, - выронил свою склянку на пол коллектора. Сцепившаяся в смертельной схватке пара стремительно ушла под грязные воды этого не менее грязного места.