Глава 20. На всякий случай

Зелёное пламя камина погасло, и Сириус ступил в тусклую гостиную Ремуса. – Ремус! – позвал он. – Рем! Рем, это я. Ты дома? Ну конечно, Ремуса не было. Сириус пробежал по коридору в узкую ванную комнату, где нашёл аптечку: потёртая коробка в заплатках и со сломанной ручкой, – та самая, которую Рем таскал ещё в школе. Он снял её с полки, поставил на пол и осторожно открыл. Снотворное, снотворное, настойка тысячелистника, опять тысячелистник, и ещё, и ещё, – да сколько тут его? Зелье от гриппа, зелье от мигрени, мазь с бадьяном. Вот мазь с бадьяном должна помочь. Кровевосстанавливающего не обнаружилось, но это не так важно: если мазь сработает, восстановление крови не понадобится. Сириус схватил мазь и два флакона с тысячелистником, просто для самоуспокоения, и подошёл к столу Ремуса. Он вскрыл верхний ящик и нашёл красный лист бумаги, который быстро разгладил, прижав к столу. Не садясь, он окунул перо в чернильницу и написал: «Срочно зайди ко мне. Принеси кровевосстанавливающее зелье. Б.». Он сложил бумагу пополам и надписал сверху: «Ремусу Люпину, когда он придёт домой». Срочное волшебное послание он составил просто на всякий случай. Мазь из бадьяна сработает, и восстановитель крови вообще не понадобится. Ругаясь про себя, Сириус снова раскрыл красный листок и в спешке написал ещё одну строку. «И оживляющий эликсир (на всякий случай)». Он снова сложил волшебное послание и покинул квартиру Ремуса через камин. Пробежав по коридору своего дома, он вошёл на кухню, где обнаружил, что Снейп, как и обещал, никуда не ушёл. Сириус опустился на колени рядом с ним, представив скромную добычу. – Болеутоляющее, – сказал Сириус, протягивая синий флакон. – Это настойка тысячелистника. Снейп отказался, слегка покачав головой: – Предпочту сохранить свою магию. А это что? – Мазь с бадьяном. Должна остановить кровотечение. – Должна. – Так вот. Сначала нужно очистить рану, – сказал Сириус, немного запыхавшись. – Поскольку ты всё ещё магически трезв, можешь наложить чары. Снейп неуклюже потянулся за своей палочкой, которая лежала у него на бедре, а Сириус, закатав рукава, подошёл к кухонной раковине, открыл кран и тщательно вымыл руки. – Я оставил волшебное послание для Ремуса, – громко, чтобы перекричать шум текущей воды, сказал Сириус. – Он вот-вот вернётся домой и увидит его. Он принесёт кровевостанавливающее зелье. Знаешь… на всякий случай. Вымыв руки и подготовившись, Сириус обернулся на каблуках и увидел, как Снейп борется с палочкой, пытаясь наложить очищающие чары на кровоточащую рану. Сириус с тревогой понял, что для этого у Снейпа слишком дрожат руки. Может, это из-за большой кровопотери или из-за передозировки круциатуса, – ни одно из объяснений Сириус не находил утешительным. – Давай помогу, – предложил Сириус, прерывая борьбу Снейпа с палочкой. – Старым добрым маггловским способом. Если, конечно, не боишься, что немного пощипет… Снейп, внимательно смотрел на него, взвешивая варианты, и в конце концов молча кивнул. Через несколько мгновений Сириус присел рядом с ним с миской воды. К тому времени кровь уже просочилась сквозь ткань, и Сириусу пришлось приложить усилия, чтобы не нахмуриться, когда он снимал повязку, чтобы осмотреть рану. – Ну, я видел и кое-что похуже, – сказал Сириус, избегая встречаться глазами со Снейпом. – Да, сильно хуже. Он окунул чистую тряпку в воду и начал аккуратно очищать рану. Пока Сириус ковырялся в растерзанной плоти, Снейп упрямо молчал. А жаль. Сириус предпочёл бы, чтобы он ныл и жаловался, чтобы неприязни Сириуса было за что зацепиться. Он что, так много просит? Сириус намазал рану бадьяном, – самым толстым слоем, который только смог соорудить, и взглянул на часы: четверть второго. Минут через двадцать придётся повторно нанести мазь, чтобы рана не открылась снова. – Вот так. Всё готово, – объявил Сириус, когда он наложил на рану свежую повязку, и Снейп крепко её прижал. – Ночь отдыха, и будешь как новенький. Снейп, по-видимому, не впечатлённый громкой уверенностью Сириуса, не посчитал нужным как-то отреагировать. Он устало прислонил голову к стене и прикрыл глаза. Сириус оставил его в покое. Он не знал, что теперь делать с Снейпом, который неожиданно оказался не таким бесхребетным трусом, каким Сириус его всегда считал. Обратившись к более насущным делам, Сириус обнаружил, что кровь Снейпа и мазь из бадьяна оказались на его руках в виде слипшейся скользкой массы, которую, как он быстро убедился, нельзя было счистить, просто потерев ладони о штаны. Он сосредоточенно отмывал кровь с пальцев под струей воды из-под крана и в процессе решил не думать о чём-либо. – Ты не мог бы передать стакан? – спросил Снейп, когда Сириус закрыл кран. Сириус отстранённо кивнул. – Конечно. Снейп просто хотел пить, не более. Всем иногда хочется пить. – Вот, – Сириус поднёс стакан к губам Снейпа, вспоминая недавнюю дилемму с дрожащей палочкой и дрожащими руками. – Не пей больше нескольких глотков. Снейп явно чувствовал себя некомфортно, он переводил взгляд с стакана на Сириуса и на пол, и Сириус почувствовал потребность оправдать свой жест. – Ну, ты устал, – осторожно пояснил он, – ещё прольёшь всё на себя. Я не собираюсь тебя раздевать, если это случится. Приняв этот полуправдоподобный аргумент, Снейп отпил из его рук, не больше трёх маленьких глотков. – Только попробуй. На пару атакующих заклинаний меня точно хватит, – предупредил Снейп, когда Сириус отодвинул стакан. Сириус улыбнулся. – Смешно, что ты это говоришь, – он сел на кухонный пол рядом со Снейпом, подтянув к груди одну ногу. – Не помню, чтобы ты возражал, когда я твою рубашку расстёгивал. Снейп уставился на него сухо и раздражённо, без признаков весёлости. Сириус покачал головой и вздохнул. Если беседы со Снейпом стали приобретать непристойные нотки, значит, ситуация и впрямь плачевна. Сириус очень надеялся, что бадьяновая мазь сработает, прежде чем их обмен репликами уйдет в неведомые глубины взаимного презрения. Что там дальше? Травить полуночные шутки про члены?..