Глава 9. «Молчание - золото.».

Солнечный свет настырно проникал в небольшую комнату через тонкие, слегка колышущиеся от тихого ветерка занавески. За окном расстилался густой утренний туман, придавая пространству вокруг некую загадочность и мистичность. На большой, мягкой кровати лежали двое, погруженные в сладкий сон. Плотное, теплое одеяло едва окутывало их, защищая от легкой утренней прохлады. Лучи солнца заботливо ласкали их тела, подчеркивая контуры и естественную красоту их форм. В умиротворяющей тишине слышалось лишь тихое, спокойное дыхание и шелест листьев за окном. Зевнув, молодая девушка медленно раскрыла янтарные глаза, тут же принимаясь осматривать место своего ночлега. Комната капитана была небольшой и достаточно простой, но донельзя чистой и опрятной. Серые тона стен гармонично сочетались с белым потолком, а деревянные полы придавали комнате домашнего уюта. У изголовья кровати по обе стороны располагались две прикроватные тумбочки, с правой стороны у стены стоял массивный деревянный шкаф, а большое окно, обрамленное синими шторами, наполняло комнату светом. — Точно… я ведь уснула у капитана… — вспоминая о событиях минувшей ночи, подумала она. — Поверить не могу… я и он… Повернув голову влево, она увидела мирно спящего на спине капитана Леви. Тонкие брови мужчины сейчас не были сведены у переносицы, а сухие губы не сжимались в тонкую линию. Сейчас его лицо было полностью расслабленным и спокойным. — Так он выглядит еще моложе… — разглядывая его, подумала она. — Красив… он определенно красив… Кротко улыбнувшись, она аккуратно придвинулась к краю кровати и опустила одну ногу вниз, стараясь не разбудить мужчину. Правда стоило Кире лишь опустить босую ногу на пол, как капитан, чувствуя ее движения, открыл глаза. Не медля, он тут же поддался вперед, с легкостью обхватил ее талию руками и утянул ее за собой обратно в постель. Кира же, почувствовав на своей талии крепкое кольцо из рук, тихо ойкнула, а затем замерла в ожидании. — Решила сбежать от меня, Осборн? — сонным голосом прошептал он, оставляя на ее макушке невесомый поцелуй. — Никак нет, капитан, — шумно сглотнув, ответила она. — Тц… Закатив глаза, он резко уложил ее на спину и навис над ней, устремляя на нее холодную пару глаз. — Неужели ты считаешь, что после того, что случилось между нами, тебе следует и дальше обращаться ко мне по званию? — изогнув правую бровь, спокойно поинтересовался он. От упоминания вчерашней ночи щеки Киры вспыхнули и приобрели пунцовый оттенок, внизу живота предательски заныло, а большие глаза судорожно заметались по его лицу. — Я… — начала было она, как вдруг ее взгляд упал на его мраморную шею и рельефную грудь, на которых красовались фиолетовые следы от ее пылких поцелуев. Его неширокие, но крепкие плечи были усыпаны тонкими, красными полосами от острых ногтей. — Вот теперь я точно, как следует, наследила на нем… — подумала она, испуганно заглядывая в его глаза. — Насколько я знаю, Вы не терпите нарушения субординации. Поэтому я не знаю, как Вы отнесетесь к тому, если я буду называть Вас по имени… — собравшись, резко выпалила она. — И простите за следы на теле… — Снова обращаешься ко мне на «Вы»? Вчера ночью, когда ты стонала подо мной, ты обращалась ко мне не столь официально, — монотонно проговорил он, но пылающий огонь в глазах выдавал его с потрохами. От его прямолинейности ее щеки покраснели еще сильнее, а рот приоткрылся от удивления. Ему нравилось, когда она так смущалась. Ему нравилось, когда она так краснела. Усмехнувшись, он наклонился к ней ближе, очертил взглядом контур ее губ и кротко поцеловал. Нежные женские руки тотчас самовольно сплелись вокруг его шеи, а пухлые губы принялись ему охотно отвечать в поисках взаимной ласки. Не спеша, словно смакуя, он перешел на тонкую шею, а затем спустился мокрыми поцелуями вниз, не оставляя ни единого сантиметра ее бархатной кожи без заслуженной ласки. Стоило горячему дыханию капитана опалить ее самое уязвимое место, как она тихо простонала и попыталась прикрыться руками. — Даже не думай мне мешать, — отрезал он, убирая ее руки в стороны. — Ты вчера приятно удивила меня, мне не хотелось бы оставаться в должниках. Ухмылка на его красивом лице была красноречивее любых слов. Сгорая от желания, Кира быстро сдалась, откинулась на подушку и прикрыла глаза. Густые черные ресницы подрагивали в предвкушении, а из груди вырывались рваные вздохи. Сначала она почувствовала, как он медленно, не торопясь ввел в нее один палец, а затем, через пару минут, и второй, постепенно ускоряясь и стимулируя нужные точки. Она прикусывала от удовольствия губы, напрягала округлые бедра, а когда его горячий язык коснулся самой чувствительной точки, она широко распахнула уста, жадно хватая ртом воздух. Усмехнувшись, он намеренно замедлил движения пальцами и немного отстранился от нее, похотливо слизывая смазку с губ. — Капитан… прошу… — захныкана она, раздосадованная прерванной лаской. — Немного… мне нужно еще немного… не останавливайтесь… — Ты кончишь только тогда, когда уяснишь свою ошибку. — Ошибку? — переспросила она, начав приподниматься на локтях, как вдруг почувствовала его горячий язык на клиторе и тут же рухнула обратно. Внутри нее пылал огонь, который она уже была не в силах сдержать. Опустив правую руку ему на голову, она сжала черные пряди между пальцами и слегка потянула их назад, заставляя его посмотреть ей в глаза. Блестящая, прозрачная жидкость стремительно стекала по острому подбородку вниз, длинный язык продолжал наращивать темп, а стальные глаза впились прямо в нее, словно пытаясь заглянуть в самые глубины ее душы. Его аккуратные, умелые пальцы и юркий язык доводили ее до исступления, а в его глазах читались нескрываемые желание и азарт. — Капитан… — чувствуя, как внизу живота стягивался тугой узел, простонала она. — Неправильно, — резко отстранившись, сухо отрезал он. От отчаяния и обиды в уголках желтых глаз выступили слезы. Происходящее сейчас напоминало ей проверку на прочность или даже жестокую пытку. Она могла бы уже кончить несколько раз, но капитан почему-то безжалостно не давал ей дойти до конца. — Я так не могу… — сгорая от желания, прохрипела она. — Прошу… — Ну же, Осборн, подумай, что я хочу от тебя. Быть может, она и была бы рада подумать, но сейчас в ее голове таилось лишь одно. Кира даже попыталась пару раз тайком сдержать себя, не дать ему понять о надвигающемся оргазме, но капитан словно чувствовал любые изменения в ее теле и видел ее насквозь. Она не знала сколько продолжалась эта пытка. Она потеряла счет оргазмам, которых так и не смогла достичь. Измученная, она металась по кровати, бессовестно насаживалась на его пальцы и придерживала его голову рукой, желая наконец получить долгожданную разрядку. — Прошу… Леви… — взмолилась она, впиваясь в его свободную кисть острыми ногтями. — Только не останавливайся… Почувствовав ее дрожь и напряжение во всем теле, он усиленно задвигал пальцами и языком, доводя ее до предела. Кончая, она словно в бреду выкрикивала его имя, сотрясаясь всем телом от сильного и столь яркого оргазма. Голова шла кругом, в глазах потемнело, а в горле пересохло от постоянных криков и стонов. — Хорошая девочка, — довольно протянул он, а затем вынул из нее пальцы. Нависнув над ней, он медленно погрузил те самые два пальца ей в рот. Втянув щеки, она не спеша принялась посасывать его пальцы, пробуя свою смазку на вкус. От всей этой развратной картины у капитана неистово заныло в паху. Он больше не мог терпеть. Он больше не хотел ждать. — Теперь ты знаешь, какая ты сладкая… — с хрипотцой в голосе произнес он, а затем еще больше развел ее ноги в стороны. Расположившись поудобнее, он грубым, рваным толчком вошел в нее на всю длину, выбивая из ее груди громкие стоны. Зарывшись пальцами левой руки в золотистых волосах, он придавил Киру к кровати и начал двигаться. Прикосновения его грубой кожи к ее мягкой и разгоряченной… Его стойкий, манящий аромат и пристальный взгляд серо-синих глаз… Все… абсолютно все в капитане Леви возбуждало Киру. — Как же… как же мне нравится… твой запах… — сквозь рваные стоны еле пролепетала она, сжимая белоснежную простынь в кулак. Стоило этим словам сорваться с ее губ, как капитан тут же издал то ли полустон, то ли полурык и ускорился, начиная неистово вдалбливать ее в постель. Каждое резкое движение, каждый глубокий толчок заставляли рельефные мышцы капитана сексуально перекатываться под мраморной кожей. Смачно смочив большой палец слюной, он нырнул ей в пах и начал стимулировать клитор, чувствуя скорую разрядку. — Давай, Осборн… побудь и сейчас хорошей девочкой… — хрипло прошептал он, надавливая посильнее на чувствительную точку. — Неправильно… — задыхаясь, бросила она. Его губы тут же озарила пусть скупая, но довольная улыбка. Он сразу понял, что она имела в виду. Нагнувшись к ее уху, он слегка прикусил ее мочку, а затем хрипло прошептал, ускоряясь. — Ты быстро учишься, Кира. Кончай… Его тяжело вздымающаяся грудь, глубокие, сильные толчки, умелые руки и произнесенное им ее имя сделали свое дело. Сначала она резко вздохнула и напряглась, подобно плотно натянутой струне, что вот-вот лопнет, а затем протяжно простонала и задрожала в его сильных руках. Капитан же, прикусив слегка ее нежную кожу, сделал еще несколько решающих толчков, прежде чем он излился на женский подтянутый живот. Едва слышно простонав, он рухнул на постель, блаженно прикрывая глаза.

***

У рядовых по обмену оставалось еще пару дней до окончания операции, поставленной перед ними самим Верховным Главнокомандующим. Совсем скоро они покинут уже привычные им стены разведкорпуса и вернуться в свои штабы, чтобы продолжить службу уже с новыми приобретенными навыками и знаниями. В этот выходной друзья позволили себе как следует отдохнуть и отправились в паб, чтобы перевести дух после тяжелой недели. Добравшись до паба без происшествий, компания заказала себе по кружке пива и принялась обсуждать время, проведенное в разведке. — Знаете, я даже думаю перевестись в разведку сразу после окончания обмена, — поставив кружку на стол, уверенно произнес Нейтан. — Ребята здесь хорошие, да и борются они за правое дело. Мне даже стыдно стало оттого, что пока они гибнут за Стенами, мы отсиживаемся в четырех стенах и набиваем свои желудки. — Честно говоря, я тоже об этом думала и уже написала заявление о переводе, — воодушевленно добавила Мия. — К черту этих единорогов. Разведчики — вот кто настоящие герои, что служат на благо человечества. — Рветесь туда, чтобы пасть смертью храбрых за Стенами? — отпив немного горьковатой жидкости, усмехаясь спросил Йен. — Ты ничего не понимаешь! — подскочив, возмутилась Мия. — Если ты — трус, так сиди себе спокойно внутри Стен и трясись за свою жизнь дальше, а мы будем героями и внесем свой вклад в жизнь всех жителей Стен! — Как ты меня назвала? — нахмурив брови, с угрозой в голосе переспросил Йен. — Трус… — гордо вздернув подбородок, повторила Мия. — Тебе алкоголь храбрости придал или ты с каких-то пор стала бессмертной? — изогнув бровь, серьезно спросил Фрост. — В таком случае, это хотя бы объяснило бы твое поведение, а иначе… на твоем месте, я бы этого не делал. — А то что? Что ты сделаешь мне, Йен? Ударишь? — она звонко расхохоталась, запрокидывая назад голову. — В Подземном городе это было нормой? У вас били женщин и детей? При упоминании Подземного города Йен тут же переменился в лице. Его взгляд стал до жути холодным, а желваки на его лице стало видно невооруженным глазом. — Давайте не будем ссориться, друзья, — желая разрешить назревающий конфликт, вмешалась Кира. — Если Йен не считает нужным переводиться в разведку, то пусть будет по его. В конце концов, это ведь его жизнь и он вправе распоряжаться ей так, как посчитает нужным. — Осборн, ты что, тоже боишься титанов? — пустил смешок Нейтан, желая подшутить над подругой. — Я никого не боюсь, но не собираюсь отказываться от своей цели лишь из-за того, что мы провели несколько недель в штабе разведки, — спокойно пояснила Кира. — Значит ты вернешься обратно в военную полицию? Тебе ведь не нравится там! — запротестовала Байер. — Мне не нравятся определенные люди и подход, с которым ведет дела военная полиция. Я хочу что-то изменить, Мия. И это мое право, — отрезала она. — Да Мии просто приглянулся Бозард, вот она и хочет остаться в разведке! — рассмеялся Нейтан, расплескивая пиво по столу. — А ну заткнись! — вспыхнула она. — Ты вообще за Петрой хвостиком бегаешь! Небось из-за нее и решил перевестись. На что-то надеешься? — усмехнулась она. — По крайней мере, мне не нравится человек, который «от» и «до» копирует капитана Леви, — фыркнул он, складывая руки на груди. От упоминания капитана Леви по коже Киры прошлись приятные мурашки. Этой ночью ей снился пристальный взгляд серо-синих глаз. Правда, снились ей далеко не только глаза капитана. Вот уже как с пару недель они встречались вечерами в его кабинете. Сначала Кира помогала ему с документами, затем они пили горячий чай, а после закрывались в спальне и наслаждались друг другом практически до самого утра. Капитан был то нежен, то груб, но Кире определенно нравились и его ласковые касания, и резкие, глубокие толчки. Все что он делал, доставляло ей неописуемое удовольствие. Они не строили планы на будущее, не говорили о любви и не давали друг другу обещаний. Она наслаждалась временем, проведенным с ним, а он не мог поверить в то, что нашел человека себе по душе. За всеми своими душевными мыслями она и не заметила, как ушла глубоко в себя. Из потока ее хаотичных мыслей ее вывел легкий толчок в бок. — Эй, ты в порядке? — поинтересовался Йен, оглядывая подругу. — Ты с нами или витаешь в облаках? — С вами, с вами. И у меня все в порядке. Просто немного задумалась, — неловко улыбаясь, ответила она.

***

Она стояла на пороге его кабинета, с грустью и печалью заглядывая в его глаза. Ей не хотелось оставлять этого мужчину. Ей не хотелось покидать этот штаб, но она была твердо намерена выполнить общение, данное себе несколько лет назад. — Я должна что-то изменить, должна продолжить свой путь, пусть и ценой того, что у меня появилось… Ей бы сказать ему, как сильно бьется сердце в груди при виде него. Ей бы сказать ему, как хорошо ей рядом с ним… но вместо этого она делает неуверенный шаг вперед и благодарно улыбается. — Спасибо за все, капитан. Благодаря Вам я научилась доверять людям и работать в команде. Благодаря Вам я улучшила свои навыки владения УПМ, а также освоила новую для себя тактику ближнего боя. Вы очень многое сделали для нас и… — Снова на «Вы»? — сложа руки на груди, угрюмо спросил он. — Что такого успело произойти с утра, что это напрочь перечеркнуло то, что между нами было? От прямоты капитана у нее сначала отвисла челюсть, а затем сердце пустилось в галоп. — Я… эээ… — неловко протянула она. — Я не останусь в разведке, как Мия и Нейтан, — выпалила она на одном дыхании. — И? — Ну… я… Я подумала, что ты не захочешь и дальше продолжать то, что произошло между нами. Тем более я возвращаюсь в военную полицию. Поэтому… я подумала, что будет правильным обращаться к тебе на «Вы» и по званию. С пару минут он испепелял ее пронзительным взглядом, а затем глухо выдохнул и подошел к ней. Аккуратно взяв ее за подбородок, он притянул ее ближе к себе и оставил легкий поцелуй на краюшке ее манящих губ. — Я не знаю, что ты там себе надумала, но я не собирался заканчивать то, что между нами произошло лишь из-за того, что мы служим в разных военных подразделениях. Видеться, конечно, мы будем в разы реже, но если ты готова, то я хотел бы продолжить наши отношения. К тому же, я уже обещал научить тебя еще нескольким приемам. — Готова, — не долго думая, ответила она. — Должна признать, что такого профессионального и жесткого наставника у меня еще не было, — сквозь улыбку проговорила она. — Жесткого? — изогнув правую бровь, переспросил он. — Твой подход к тренировкам я точно никогда не забуду, а твоя требовательность к рядовым не знает границ. Суровый, но самый лучший капитан… Усмехнувшись, он поддался вперед и слился с ней в ласковом, дразнящем поцелуе. Они целовались долго, медленно и страстно. — Мне пора… — с сожалением прошептала она, когда пальцы капитана сжали ее упругие ягодицы. — Извозчик уже ожидает нас. — Хорошо, — кивнув, он сделал шаг назад. — На неделе я пришлю тебе письмо с адресом, где мы встретимся на выходных. — Свидание? — широко улыбнувшись, уточнила она. — Тц… типо того, — сухо ответил он, отводя взгляд в сторону. Улыбнувшись, она молча кивнула и приоткрыла дверь, намереваясь покинуть его покои. — Кира, — вдруг позвал он ее. Обернувшись через плечо, она устремила на него вопросительный взгляд. — Я хотел бы тебя попросить пока не распространяться о нашей связи. В первую очередь ради твоей же безопасности. Недоброжелателей у меня немало, особенно в военной полиции. Тем более, сейчас не самое подходящее время. Я не могу сказать причину, но после того, как это закончится, я все тебе расскажу. — Снова главнокомандующий разведкорпуса что-то замышляет, — догадалась она. — Недаром про Смита говорят, что он прирожденный тактик и стратег. В любом случае, если Леви меня об этом просит, я не могу поступить иначе. — Знаешь, еще в детстве мама говорила мне о том, что молчание — золото. Несмотря на то, что порой я могу болтать без умолку, я все же могу держать язык за зубами и в состоянии промолчать, когда этого требует ситуация. Я никому ничего не скажу, — серьезно сказала она, а затем широко улыбнулась, игриво подмигнула ему и выскочила в коридор, оставляя его наедине со своими мыслями. — Значит… молчание — золото? — повторил он за ней, а затем вспомнил, что именно с его молчания и началась их история. — Что ж… и правда… — улыбнувшись уголками губ, он прошел к столу и довольно прикрыл глаза, предвкушая их следующую встречу.